В качестве источника формирования свобод - в соответствии с вышеописанными свойствами дискурса правового документа - в Конституции выступает закон. Его обобщенное (закон) и конкретизированное (федеральный закон, федеральный конституционный закон) номинирование задает восприятие модуса объективности документа, отделяя закон от государства - как одного из исполнителей его воли (Все равны перед законом... // Смертная казнь впредь до ее отмены
может устанавливаться федеральным законом... ). Кроме того, объективированность функций закона подчеркивается обилием конструкций с нулевым субъектом, под которым закон содержательно подразумевается (Принудительный труд запрещен и под.).
В качестве пользователей свободы, границы которой задаются законом, в Конституции выступают (1) рядовые граждане государства; (2) внешние официальные инстанции и их представители.
Номинирование в тексте пользователей свободы представляет их как типовых рядовых граждан, таким образом, для этого используются лексемы с соответствующим обобщенным значением (человек, лицо, личность, мужчина и женщина, гражданин РФ, граждане Российской Федерации (мн. ч.), иностранные граждане, люди, население, каждый, все, никто): Каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность.
Номинирование официальных инстанций (суд, органы государственной власти, органы местного самоуправления, общественные объединения, должностные лица, а также государство как номинация, обобщающая содержание всех вышеперечисленных) представляет их как субъектов, не только регулирующих соблюдение закона, но и испытывающих его воздействие: Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.
В Конституции, в силу ее вышеописанных свойств, особым образом устанавливается соотношение значимости субмодусов императивности при интерпретации границ свободы - разрешительного, запретительного субмодусов и субмодуса долженствования. Дискурсивно обусловленную значимость получает (1) количественное соотношение высказываний, реализующих эти субмодусы; (2) тип пользователя свободы, границы которой устанавливаются в этих высказываниях в императивном режиме; (3) содержательные составляющие концепта свобода, эксплицируемые при реализации каждого субмодуса.
(1) Доминирующую роль в Конституции играет разрешительный субмодус - такие высказывания составляют 54,45%. Это соответствует особому жанровому статусу Конституции, определяемому ее жанрово-дискурсивной целью. Основной содержательной составляющей исследуемого концепта, реализуемой в разрешительных высказываниях, является свобода как возможность субъекта права осуществлять разрешенные законом действия. При этом в качестве субъектов получения («пользователей») свободы в таких высказываниях выступают как граждане (Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию // Каждый может свободно выезжать за пределы Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации имеет право беспрепятственно возвращаться в Российскую Федерацию // Каждый имеет право на жизнь // Каждый вправе на конкурсной основе бесплатно получить высшее образование в государственном или муниципальном образовательном учреждении и на предприятии), так и официальные государственные органы (Смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей // Государственная Дума может выразить недоверие Правительству Российской Федерации), что подчеркивает их равенство перед законом.
(2) Значительно меньшую активность проявляет запретительный субмодус - 31,94%.
В запретительных высказываниях содержание исследуемого концепта предстает как свобода - то, что в результате нарушения закона может быть ограничено извне. В них особым образом реализуются позиции «обладателя» и «нарушителя» свободы. Позиция субъекта - «обладателя» свободы - в таких высказываниях имеет нереферентное выражение. Семантика лица в отдельных случаях получает выражение в форме имени, обобщенно указывающего на социальный статус гражданина (Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц // Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности). Но чаще позиция субъекта, свобода которого может быть ограничена извне, в запретительных высказываниях предстает как выраженная в синтаксически нулевой форме (Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду), что соответствует действию дискурсивно-жанрового модуса объективности и фокусирует официальную правовую оценку на запрете действий - независимо от их субъекта. «Нарушитель» свободы в абсолютном большинстве случаев текстологически не оформляется (исключение - его вербализация в приведенном выше примере оценки нарушения прав гражданина другим гражданином) и присутствует как нулевой субъект предикатов, называющих формы нарушения (ограничение. по признакам социальной, расовой... принадлежности; пропаганда или агитация, возбуждающие... ненависть и под.). В качестве источника запретов выступает закон, номинации которого в рассматриваемых конструкциях также не реализуются, и его статус определяется позицией нулевого субъекта контролирующих действий, оформленных с помощью запретительных глаголов (Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства // Цензура запрещается и под.). Такой способ представления запретов на операции со свободой в Конституции отражает модусную установку на принципиальное равенство всех субъектов дискурса перед законом, с небольшим превалированием гражданина - как основного адресата текста Конституции.
(3) Наименее частотно реализуется субмодус долженствования - 13,61%.
Основными содержательными составляющими исследуемого концепта, реализуемыми в высказываниях долженствования, являются следующие.
1. Свобода - то, что должны защищать официальные инстанции: значение, проявляющееся в высказываниях, формулирующих обязанности государственных органов по отношению к гражданину, который выступает как пассивный субъект свободы - данного ему «от рождения» качества. Субъекты исполнения обязательств в таких высказываниях либо вербализуются (Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом // Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства), либо занимают позицию нулевого субъекта при соответствующих предикатах (Каждому гарантируется свобода мысли и слова). Частотность вербализации субъектов исполнения обязательств по защите свободы гражданина еще раз подчеркивает этически значимую направленность текста Конституции на формирование лояльности рядового представителя государства к закону.
2. Свобода - отсутствие обязанностей: значение, которое реализуется в высказываниях двух типов.
(А) Высказывания, где гражданин выступает как субъект долженствования. Совокупность таких высказываний образует перечень заданных законом ограничений (долженствований) для гражданина - «антисвобод»: Каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры // Каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы // Трудоспособные дети, достигшие 18 лет, должны заботиться о нетрудоспособных родителях // Каждый обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам // Защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации.
(Б) Высказывания, цель которых - зафиксировать условия освобождения от отдельных обязанностей (свобода - отсутствие обязанностей, допустимое при определенных заданных законом условиях). Высказывания такого типа содержательно продолжают перечень заданных законом «разрешений», что организуется при помощи отрицательных конструкций: Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность // Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом // Наличие у гражданина Российской Федерации гражданства иностранного государства не умаляет его прав и свобод и не освобождает от обязанностей... Данный тип высказываний реализуется реже. Важно, что сами эти обязанности в Конституции не представлены - это также соответствует ее дискурсивножанровой направленности на защиту свободы гражданина, а не на ее ограничение.
Итак, большинство высказываний долженствования и абсолютное большинство запретительных высказываний в Конституции описывают обязанности официальных инстанций по охране свобод гражданина (Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства) и запрет на внешние ограничения свобод гражданина (В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина // Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них // Принудительный труд запрещен), т.е. представляют свободу как отсутствие конкретных ограничений в его волеизъявлении, что составляет «антивектор» реализации разрешительного субмодуса императивного модуса при формировании смысла.
Значимо, что все ограничения прав и свобод интерпретируются этически: Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Превалирование разрешительного субмодуса, реализуемого в высказываниях, описывающих возможности рядового гражданина, на фоне обращенности запретительных высказываний и высказываний долженствования к внешним официальным инстанциям способствует реализации особой интенции Конституции как правового документа, обеспечивающего защиту граждан со стороны закона и создающего его позитивное восприятие.
Совокупность разрешительных, запретительных высказываний и высказываний долженствования, составляющих исследуемый текст, позволяет представить идеальные образы гражданина и государства, формируемые в дискурсивно-жанровой картине мира, реализуемой в тексте Конституции. В основе этих образов лежит соблюдение границ свободы, задаваемых законом.
Таким образом, концепт свобода получает в правовой документной коммуникации дискурсообразующий статус. Специфика реализации концепта свобода в Конституции определяется ядерным статусом названного жанра в системе правового дискурса в целом и дискурса правового документа в частности. В результате диктумная специфика Конституции предполагает реализацию исследуемого концепта в значимом перечне позитивных и негативных социальных действий и состояний, что является результатом реализации модуса правовой оценки. В исследуемом тексте реализуется как базовый модус правового дискурса - модус правовой оценки, так и базовый модус дискурса документа - модус официальности, определяющий равенство всех граждан перед законом (объективность) и обязательность его исполнения (императивность).
Императивность как один из аспектов модуса официальности в текстах Конституции оформляется в виде разрешительного, запретительного субмодусов и субмодуса долженствования.
При этом особое влияние на реализацию исследуемого концепта оказывает жанровая специфика исследованного текста. Конституция, выступая как основной жанр правового документа и правового дискурса в целом, направлена на реализацию государственной правовой идеологии и предназначена для позитивного восприятия всеми гражданами государства, в связи с чем запретительный субмодус проявляется в ней редко, а исследуемый концепт вербализуется при активизации стилистического пафоса.
Свобода в дискурсе правового документа - зафиксированная правовым документом возможность совершения конкретного действия гражданином или государственным органом, причем применительно к последнему свобода в основном реализуется в варианте «несвобода». Возможность использовать заданные законом разрешения («получать свободу») дается гражданину при условии следования закону, а значит, ограничивать возможности своего поведения, что отличает дискурсивно обусловленное содержание правового концепта свобода от его содержания в русской языковой картине мира.
ЛИТЕРАТУРА
1. Ардашева Т.Г. Лингвокогнитивный анализ концепта «Свобода» (на материале русского, английского и французского языков) : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Ижевск, 2012. 21 с.
2. Базылев В.Н. Обособленные концепты русской культуры: свобода-воля // Филология и культура : материалы III междунар. науч. конф. Тамбов : Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2001. Ч. 3. С. 125-126.
3. Булыгина Т.В., Шмелев А.Д. Языковая концептуализация мира (на материале русской грамматики). М. : Языки славянской культуры, 1997. 577 с.
4. Вежбицкая А. Понимание культур через посредство ключевых слов. М. : Языки славянской культуры, 2001. 288 с.
5. Егорова О.С., Кириллова О.А. «Свобода» и «воля» как ключевые концепты русской культуры // Ярославский педагогический вестник, 2012. № 4. С. 161-167.
6. Кириллова О.А. Языковая репрезентация лингвокультурного концепта «свобода» в медиа-дискурсе : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Ярославль, 2010. 20 с.
7. Лисицын А.Г. Анализ концепта свобода-воля-вольность в русском языке : автореф. дис. ... канд. филол. наук. М, 1996. 17 с.
8. Петровых Н.М. Концепты воля и свобода в русском языковом сознании // Известия Уральского государственного университета. 2002. № 24. С. 207-217.
9. Солохина А.С. Концепт «свобода» в английской и русской лингвокультурах : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 2004. 28 с.