В ст. 33 УПК установлено принципиальное положение: судопроизводство по делам о преступлениях, совершенных иностранными гражданами и лицами без гражданства, ведется на территории Российской Федерации в общем порядке.
Право иммунитета от уголовной ответственности не является пожизненным. Государство может лишить лицо этого иммунитета и дать согласие на привлечение его к уголовной ответственности, которое получают по дипломатическим каналам.
В настоящее время категории иностранных граждан, обладающих привилегиями и иммунитетами, указаны в различных актах, среди которых основное место занимает Положение о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР (1966 год).
В правовой литературе различают:
) дипломатические иммунитеты и привилегии представительства. К ним относятся неприкосновенность помещений, средств передвижения, имущества, архивов, документов и официальной переписки; свобода сношений со своим правительством, консульскими представительствами своей страны и т. п. Резиденция, жилые и служебные помещения, салоны личных и служебных автомашин пользуются иммунитетом от осмотров, обыска, выемки, изъятия и иных исполнительных мер; архивы, почта, переписка не подлежат вскрытию и задержанию.
Под помещениями представительства понимают здание или часть здания, используемые для целей дипломатического представительства, независимо от того, принадлежат ли они представительству или арендуются им, включая участок земли, в том числе двор, сад, если таковые имеются;
) личные иммунитеты и привилегии. К ним наряду с иммунитетом от уголовной юрисдикции относят личную неприкосновенность, неприкосновенность частной резиденции и жилых помещений, свидетельский иммунитет. Представители дипломатических и консульских представительств не обязаны являться в следственные и судебные органы.
Наличие дипломатической неприкосновенности исключает обычный порядок судопроизводства. В соответствии со ст. 33 УПК в отношении лиц, обладающих правом дипломатической неприкосновенности, процессуальные действия производятся лишь по их просьбе или с их согласия. Согласие на производство этих действий испрашивается через Министерство иностранных дел России.
Эти положения установлены в соответствии с международно-правовыми актами, в частности Венской конвенцией о дипломатических сношениях 1961 года.
В некоторых случаях уголовно-процессуальный закон устанавливает дополнительные гарантии. В частности, выемка и обыск в помещениях, занимаемых дипломатическими представительствами, а равно в помещениях, в которых проживают члены дипломатических представительств и их семьи, могут производиться не только по их просьбе или с согласия дипломатического представителя, но и в присутствии прокурора и представителя Министерства иностранных дел России (ст. 173 УПК). Следственная практика распространила это требование также на производство осмотра.
Иностранные граждане, не обладающие дипломатическим иммунитетом, несут равную с российскими гражданами уголовную ответственность, обладают равными с ними уголовно-процессуальными правами и несут равные обязанности (ст. 33 УПК).
Независимо от статуса иностранных граждан производство по делу с их участием отличается серьезными особенностями.
Особенности производства в стадии возбуждения уголовного дела. При обращении иностранных граждан с заявлением о подготавливаемом или совершенном против них преступлении или обнаружении их на месте преступления прежде всего следует удостовериться в их личности. Следователь, лицо, производящее дознание, и другие сотрудники правоохранительных органов обязаны лично проверить документы, удостоверяющие личность иностранного гражданина, и отразить сведения, содержащиеся в документах, в соответствующих материалах. Личная проверка документов позволяет:
разрешить вопрос о возможности участия иностранного гражданина в процессуальных действиях;
определить не только сроки и режим, но и законность пребывания иностранного гражданина в России;
избежать ошибок в написании установочных и иных данных.
При этом следует иметь в виду, что документом, удостоверяющим личность иностранного гражданина, является заграничный паспорт, который подразделяется на три вида: дипломатический, служебный и национальный (их называют еще общегражданскими). В них должна быть представлена въездная, выездная или транзитная виза. Иногда иностранным гражданам выдается специальный документ - въездная-выездная виза.
В подтверждение наличия дипломатического иммунитета иностранный гражданин должен предъявить дипломатическую карточку, выдаваемую протокольным отделом Министерства иностранных дел РФ.
При необходимости уточнения каких-либо сведений об иностранном гражданине, получения каких-либо консультаций и т. п. должностным лицам органов внутренних дел категорически запрещено непосредственное обращение в любой форме в представительство соответствующего иностранного государства.
Следователь и другие должностные лица, удостоверившись в личности иностранного гражданина, обязаны безотлагательно выяснить, на каком языке он будет делать заявления, давать разъяснения, объяснения и показания. Желание воспользоваться услугами переводчика или отказ от его услуг должны быть зафиксированы в документе первого процессуального действия, проведенного с участием иностранного гражданина. При необходимости безотлагательно принимаются меры к вызову переводчика, с тем чтобы процессуальные действия производились не только с участием иностранного гражданина, но и переводчика, в том числе и составление протокола заявления о преступлении (ст. 110 УПК).
При составлении протокола в порядке ст. 110 УПК иностранный гражданин, обладающий дипломатическим иммунитетом, об ответственности за заведомо ложный донос (ст. 306 УК) не предупреждается.
При совершении преступления иностранным гражданином,
обладающим дипломатическим иммунитетом, в стадии возбуждения уголовного дела
принимается решение об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием в
деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 5 УПК).
ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ СЛЕДОВАТЕЛЯ
С ОТДЕЛЬНЫМИ УЧАСТНИКАМИ ПРОЦЕССА ОРГАНИЗАЦИИ И ПРОИЗВОДСТВА СЛЕДСТВЕННЫХ
ДЕЙСТВИЙ С ИНОСТРАННЫМИ ГРАЖДАНАМИ
§1. Участие переводчика в
уголовно-процессуальных отношениях на этапе производства следственных действий
Вопросам использования национального языка в сфере уголовного судопроизводства в отечественном и зарубежном законодательстве уделяется особое внимание. Один из принципов российского уголовного процесса, так и называется: «язык уголовного судопроизводства» (ст. 18 УПК РФ). Право на пользование в уголовном процессе национальным языком закреплено и в ряде международных правовых актов. В правовом демократическом государстве вопросы возможности реализации гражданами своих прав относятся к числу первоочередных. Очевидно, что от того, насколько будет обеспечена реализация принципа языка судопроизводства при расследовании и судебном разбирательстве уголовного дела с участием переводчика, можно будет говорить и о защищенности лиц, не владеющих языком судопроизводства. В свою очередь обеспечение реализации прав и законных интересов переводчика как участника уголовного судопроизводства - необходимое условие достижения задач уголовного процесса.
Однако случаи противоправного ограничения принципа языка встречаются в следственно-судебной практике. Одной из причин таких нарушений являются противоправные посягательства со стороны лиц, заинтересованных в принятии незаконных решений по делу. В связи с этим остро встает вопрос недостаточной защищенности участников уголовного процесса, в том числе и переводчика.
Серьезную проблему, на мой взгляд, составляет процесс отыскания и подбора переводчика. В ч. 1 ст. 169 УПК РФ провозглашается: «В случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 18 настоящего кодекса, следователь привлекает к участию в следственном действии переводчика в соответствии с требованием ч. 5 ст. 164 настоящего Кодекса». Иными словами, урегулировано только то, что следователь привлекает переводчика в процесс, выносит постановление, удостоверяет личность, разъясняет права и обязанности, а также предупреждает о случаях наступления ответственности. Вопрос, по чьей инициативе отыскивается и выбирается переводчик (а выбирать, чаще всего, не из кого), законодателем не урегулирован.
Извечная проблема финансирования также нашла свое отражение в участии переводчика в уголовном процессе. В соответствии с положениями ст. 18 УПК РФ участники уголовного судопроизводства имеют право на бесплатные услуги переводчика - а это значит, что оплачивать труд переводчика должны правоохранительные органы. Однако, как показывают некоторые исследования - анкетирования следователей - китайцы, корейцы и некоторые другие иностранные граждане сами приводят переводчиков, а потом сами с ними и рассчитываются. Такое решение вопроса устраивает допрашиваемых, а больше всего - работников правоохранительных органов, постоянно испытывающих недостаток в финансовых средствах. В таких условиях говорить о незаинтересованности переводчика не представляется возможным.
Переводчик - лицо, привлекаемое к участию в уголовном судопроизводстве в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, свободно владеющее языком, знание которого необходимо для перевода.
В.Н. Махов пишет, что переводчик - это "лицо, владеющее языками, знание которых необходимо для перевода". Автор забывает, что лицо должно владеть языком "свободно" и что переводчиком оно станет лишь после вынесения соответствующего постановления (определения) компетентного на то должностного лица (органа).
Статус переводчика у человека возникает даже не с момента его вызова (приглашения), а одновременно с окончательным оформлением постановления (определения) о назначении переводчиком.
Причем переводчиком по конкретному уголовному делу лицо остается и после окончания производства процессуального действия, к участию в котором он был привлечен. Определенными правами переводчика указанное лицо обладает до момента завершения уголовного процесса по данному конкретному уголовному делу. Речь идет о таком, к примеру, его праве, как право знать свои права и обязанности.
Проведение допроса и любого следственного действия с участием глухих, немых, глухонемых может осуществляться только в присутствии переводчика, который должен перевести все, что говорит следователь, дознаватель, прокурор, суд на жесто-мимическую речь, а жесты глухонемых на обычную речь. Производство следственных и процессуальных действий с участием указанных лиц невозможно без участия переводчика.
Одним из наиболее сложных вопросов является вопрос о выборе и назначении переводчика по уголовному делу. Полагаю, чтобы исключить проблему поиска переводчика по уголовным делам, в управлении юстиции каждого субъекта Российской Федерации должен быть создан банк данных лиц, которые могут выступать в качестве переводчика по уголовному делу. При этом должны быть учтены максимально все языки, которые имеют обращение на территории Российской Федерации. Полагаю, что в банке данных должны быть отражены и возможности переводчиков выехать в определенный район, для оказания помощи в переводе. В банке данных должно быть отражено согласие лица участвовать в качестве переводчика. При включении лица в банк данных переводчиков, необходимо учитывать психологические особенности лица, способность к осуществлению устного перевода. Если лицо не способно делать устный перевод в силу психологических особенностей характера: стеснительность, чувство страха и т.п., то в банке данных должно быть указано на исключительность ситуации, когда данное лицо может быть привлечено в качестве переводчика. Необходимо учитывать и некоторые психофизиологические особенности личности, например, нецелесообразно приглашать в качестве переводчика лицо, которое заикается, поскольку его участие только усложнит проведение следственных или процессуальных действий. Однако, данное лицо может быть привлечено для перевода письменного текста по уголовному делу. Доступ к данной базе данных должен иметься только у сотрудников правоохранительных органов и суда. Это обусловлено необходимостью защиты лиц, которые дали согласие оказывать помощь правоохранительным органам и суду в качестве переводчиков.
Сурдоперевод - это перевод устной речи посредством жестового языка, так называемый прямой перевод. Он необходим глухим участникам уголовного процесса. Лицо, владеющее навыками сурдоперевода, осуществляет перевод устной речи посредством жестового языка глухих и дактилологии при общении глухих граждан. Оно, кроме того, должно владеть способностями обратного перевода жестовой речи глухих свидетелей и иных участников уголовного процесса и дактилологии в устную речь. После того как оно назначено переводчиком, лицо, свободно владеющее навыками сурдоперевода, становится обладателем статуса соответствующего участника уголовного процесса, со всеми вытекающими из этого обстоятельства следствиями.
Одним из способов контроля перевода является владение языком, на котором говорит лицо, не владеющее языком судопроизводства, следователем, дознавателем или прокурором, которые в процессе общения могут установить знание лицом, приглашенным в качестве переводчика, необходимого языка, уровень владения языком и качество перевода. Однако, такая ситуация встречается достаточно редко. Представляется, что целесообразно использовать при проведении первоначальных следственных действий с участием переводчика звуко- или видеозапись. Звукозапись может быть использована при устной даче показаний лицом, а видеозапись целесообразно использовать в случаях, когда приглашается лицо, которое должно владеть навыками сурдоперевода, либо когда проводиться сложное следственное действие. В последующем при сравнении звукозаписи или видеозаписи и протокола следственного действия можно будет установить качество сделанного перевода. Наличие указанной записи, с одной стороны, дисциплинирует переводчика, с другой стороны позволяет правоприменителю проконтролировать качество перевода. Полагаем, что следователь, дознаватель прокурор, если у них возникают сомнение в добросовестности или качественности перевода могут проконсультироваться со специалистом в области языков, предоставив ему для прослушивания или просмотра запись следственного действия, проведенную с участием переводчика, и установить, правильно ли сделан перевод. В случае, если будет установлено, что переводчик плохо владеет необходимым языком, его перевод искажает смысл сказанного лицом, не владеющим языком судопроизводства, соответственно следователь, дознаватель, прокурор или суд могут решить вопрос о возможности замены переводчика.
Подлежит ли отводу, к примеру, защитник только в связи с тем, что он свободно владеет языком, знание которого необходимо для перевода? А если конкретный человек, по должности являющийся адвокатом, узнает, что в отношении его вынесено постановление о назначении переводчиком, вправе ли такое лицо заключить с обвиняемым (подозреваемым) соглашение о защите последнего? Если после вынесения постановления он уже стал переводчиком, то такой адвокат не имеет права выступать по делу защитником (п. 1 ч. 1 ст. 72 УПК РФ). Если же, пока ему не разъяснены права и ответственность, предусмотренные ст. 59 УПК РФ, он переводчиком не является, то после рассматриваемого вызова он может заключить с обвиняемым (подозреваемым) соглашение о защите последнего и заявить самоотвод по поводу своего участия в качестве переводчика.