Материал: Особенности развития газового рынка ЕС и Германии

.Бонусная система для энергетических компаний, развивающих возобновляемые источники энергии.

Вышеперечисленные льготы позволяют энергетическим компаниям получить защиту и поддержку, достаточную для ввода в эксплуатацию новых ветровых и солнечных электростанций, а также для вложений в разработку новых технологий добычи, транспортировки и хранения энергии. На сегодняшний момент основной проблемой альтернативной энергетики является невозможность хранения энергии, полученной от ветряных генераторов и солнечных батарей. Существует еще много проблем, связанных с добычей энергии с помощью альтернативных источников, что значительно повышает затраты компаний на исследования в данной области. Именно поэтому энергетические компании в условиях рыночной экономики нуждаются в государственном субсидировании, льготах и преференциях при продаже энергии на внутреннем рынке Германии, чтобы эффективно выдерживать конкуренцию с традиционными источниками энергии, особенно в нынешних условиях низких цен на нефть.

6. ФИНАНСОВЫЕ АСПЕКТЫ РЕФОРМИРОВАНИЯ НЕМЕЦКОЙ ЭНЕРГЕТИКИ

Одна из сложностей, с которой придется столкнуться немецкому правительству, является значительный объем финансирования, который необходим для поддержания конкурентоспособности альтернативных источников энергии, но здесь следует отметить, что правительство этой страны готово осуществить значительные инвестиции в модернизацию инфраструктуры теплоэнергетики, в особенности в улучшение энергосберегающей инфраструктуры. По оценкам специалистов, для того, чтобы соответствовать тому уровню, который предполагается в концепции, необходимо улучшить энергоэффективность домашних хозяйств, затраты могут составить приблизительно 300 млрд. евро. А общий объем дополнительных инвестиций по прогнозам составит 550 млрд. евро, что соответствует ежегодному увеличению инвестиций в энергетику на 15 млрд. евро или 0,5% ВВП. Германия надеется на синергию со своими европейскими партнерами, а также на дальнейшую плодотворную совместную работу в целях модернизации инфраструктуры и энергетики в целом. Но не только правительство платит за модернизацию энергетической инфраструктуры и развитие альтернативной энергетики. Согласно вышеупомянутому закону о «Возобновляемых источниках энергии» энергетические компании вынуждены закупать в первую очередь более дорогую энергию, произведенную из альтернативных источников. Начиная с 2000 года, цены на электроэнергию и тепло для населения выросли с 2 295 евро в год до 3 900 евро в год для стандартного домохозяйства из 4х человек.

Как можно видеть из рисунка 2, доля расходов на энергию выросла с 5% до 7% с 2000 по 2011 годы.

Источник: Федеральное министерство экономики и энергетики ФРГ.

.АНАЛИЗ ЦЕН НА ГАЗОВОМ РЫНКЕ ГЕРМАНИИ

По словам авторов книги «Международные газовые проекты России»: «Ретроспективный анализ ценообразования, выполненный Союзом энергопотребителей Германии, свидетельствует, что основная маржа приходится на долю германских энергетических распределительных компаний и государственные налоги, а не импортеров, как принято традиционно считать».

В то же время, цены долгосрочных газовых контрактов в основном были и остаются привязанными к нефтяным котировкам, что в условиях роста нефтяных цен во второй половине нулевых привело к автоматическому повышению цен на газ.

Европейская комиссия и энергетические регуляторы в лице Совета европейских энергетических регуляторов активно занимались развитием виртуальной торговли газом и развитием спотового рынка. Эти торговые инструменты позволяют уйти от долгосрочных контрактов с фиксированной ценой и формировать цену на основе баланса спроса и предложения. Это создает условия для спекуляций на данном рынке, что выгодно, прежде всего, посредническим компаниям, а не производителям и потребителям газа. Но в то же время, механизм торговли газом на виртуальных торговых площадках более гибок и отвечает всем рыночным тенденциям. Например, при падении нефтяных котировок, цена на газ на виртуальных торговых площадках снизится быстрее, чем цены, установленные долгосрочными контрактами, так как по условиям контрактов, существует временной лаг между снижением нефтяных цен и пересмотром цены на газ. Еще одним характерной чертой контрактов на поставки российского газа, является механизм «бери или плати», по которому покупатель обязан произвести отбор определенного объема газа вне зависимости от рыночной конъюнктуры, либо заплатить значительный штраф. В 2012 году были заново подписаны контракты с рядом европейских компаний, корректирующие условия покупки российского газа

Рис. 3 Динамика цен на газ в % от уровня 2012 года

Источник: Союз энергопотребителей Германии

. МОРАЛЬНЫЙ РИСК И ГОСУДАРСТВЕННОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ В ЭНЕРГЕТИКЕ

Теория морального риска, которая была разработана Холстромом и Милгромом рассматривает традиционную проблему отношений принципала и агента, а также множественность целей агента. Согласно данной теории, произошла модификация отношений межу агентом и принципалом, а также произошло разграничение характера взаимосвязи задач с точки зрения каждой из сторон-участников процесса. Теория Милгрома и Холстрома нашла свое применение и в энергетике, а именно в вопросе принятия решений о повышении энергоэффективности.

Согласно исследованию, проведенному в 2013 году, контрагенты будут производить товар худшего качества, если намерения и действия другой стороны полностью не наблюдаемы. Это в свою очередь приведет к тому, что возможности инвестиций в энергосберегающие технологии останутся нереализованными. В качестве примера рассматривается процесс установки энергосберегающего оборудования по заказу обыкновенного домохозяйства. По мнению авторов, контрагенту будет выгодно и он постарается выполнить работу с наименьшим возможным качеством, в том случае, если домохозяин не сможет проверить качество выполненных работ. Эта ситуация может быть спроецирована практически на любой рынок.

Проблема морального риска широко распространена на многих рынках, а значит, необходимо искать решения.

Существует несколько инструментов, которые позволяют бороться с моральным риском. Во-первых, государство или общество посредством своих институтов может установить минимальный обязательный уровень качества товаров или услуг, который будет приемлемым для потребителя в данных условиях. В то же время существует немало критики в адрес данного механизма. Противники данного средства опираются на то, что данный механизм не учитывает неоднородность предпочтений клиентов. В пример приводится владелец дома, который живет в нем нерегулярно и потребляет мало тепла. Высокие стандарты, а как следствие, высокая цена на энергосберегающие механизмы для такого потребителя не оправданы.

Во-вторых, можно предложить потребителям некую систему льгот. Например, есть вариант так называемой «страховки энергосбережения». В этом случае, контрагент берет на себя обязательства по выплате определенного процента от общего счета потребителя за энергию. Но в данном случае возникает второй моральный риск. Страхователь может сознательно увеличить свое потребление энергии, зная, что страховая компания или контрагент будут вынуждены покрыть дополнительные расходы. Данная схема может принести только результат «второго наилучшего», потому что страховщик не может быть полностью уверен, что при равновесном полном страховании страхователь не будет себя вести оппортунистически.

В-третьих, авторы статьи утверждают, что единственной возможностью достичь результата «первого наилучшего» является внедрение третьей стороны, которая будет обладать полной информацией о намерениях обоих участников сделки. В жизни данный вариант практически невозможно осуществить, хотя внедрение данной практики позволило бы исключить возможность оппортунистического поведения.

Согласно приведенным исследованиям, успешное противодействие моральному риску и фиксирование внешних экстерналий может удвоить общественное богатство.

В заключении авторы статьи еще раз заявляют, что моральный риск создает провал в сфере энергетической эффективности. Данное исследование сфокусировано на недооценке потребителями энергетической эффективности. Ученые предполагают, что результат первого наилучшего может быть достигнут только в том случае, если действия и намерения игроков абсолютно прозрачны и наблюдаемы, а это возможно при введении в сделку третьей стороны.

Выводы, сделанные Себастьяном Хауде и Луи-Гаэтаном Жиру, имеют непосредственное отношение к европейскому регулированию энергетических рынков, в частности к третьему энергопакету.

Государственные или надгосударственные институты прилагают усилия для снижения морального риска на энергетических рынках и нивелирования так называемых «провалов рынка».

Зависимость рынка от одного поставщика или оператора транспортной инфраструктуры может привести к проблемам специфичности инвестиций. После осуществления одним из контрагентов специфических инвестиций, второй участник взаимоотношений может начать вести себя оппортунистически и диктовать условия сотрудничества: цену, механизмы скидок и поставок.

Примером оппортунизма в газовой сфере является поведение украинской стороны в вопросах транзита газа через территорию этой страны. Начиная с 2005 года, Россия и Украина трижды переживали газовые конфликты, в рамках которых происходило даже прекращение поставок газа в Украину и транзита в Европу.

Украинская сторона, пользуясь тем, что основной объем поставок газа в Европу осуществлялась через ее территорию (в 2013 году более 75% общего объема поставок), несколько раз пыталась внести изменения в условия транзита газа и поставок газа в саму Украину. Последний конфликт был связан с проблемами при оплате поставляемых объемов газа. Украина оспаривала контрактную цену и принцип «бери или плати», что привело к перебоям в поставках газа в Европу и разбирательству в Стокгольмском арбитраже между Россией и Украиной.

Здесь Россия оказалась заложником специфических инвестиций, которые были осуществлены еще во времена СССР. Постройка магистрального газопровода «Уренгой-Помары-Ужгород» в 1983 году, определило основной маршрут поставок газа в Европу. После распада Советского Союза, когда независимая Украина получила в собственность часть газотранспортной системы на своей территории, которая связывает Россию и Европу, она получила возможность для оппортунистического поведения. Как стало понятно после произошедших кризисов, даже формализация отношений и заключение договоров не смогли гарантировать бесперебойные поставки газа из России в Европу. Переориентация на другие направления поставок и транспортировка газа через новые трубопроводные системы требует затрат времени, денег и материалов.

Здесь можно вспомнить известный кейс «Фишер Боди - Дженерал Моторс», где для преодоления оппортунистического поведения контрагента автогиганту пришлось выкупить контрольный пакет акций «Фишер Боди». 

В случае контроля над оператором газопровода, как, например, в случае с Северным Потоком, Газпром может минимизировать возможные риски оппортунизма.