«ПОЛЯРНЫЙ ШЕЛКОВЫЙ ПУТЬ» КАК СФЕРА СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПАРТНЕРСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И КНР
А.Л. Колзина, А.А. Миндубаева
В статье рассматривается место и значение Арктического региона и Северного Морского пути в Российско-китайских отношениях. Определяются формы их взаимодействия в Арктике на примере «Полярного (Ледового) шелкового пути». Китай идентифицирует РФ как ключ к скрытым богатствам арктических недр, РФ видит в восточном соседе инвестора с огромным потенциалом.
Полярный морской Шелковый (ПШП) является частью китайской инициативы 2013 года «Один пояс - один путь». Российский Северный Морской путь (СМП), который западные партнеры считают международным, в Китае рассматривают в качестве конкурентоспособной альтернативы Новому Шелковому пути на территории евразийского континента. Развитие Арктического транспортного коридора, на базе возрождения и модернизации Северного Морского пути, предусмотрено Стратегией развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года и Стратегией социально-экономического развития Сибири до 2020. Авторы называют возможные формы интеграции российского и китайского арктических проектов: включение Северного морского пути РФ в стратегический план «Один пояс Один путь»; слияние отдельных проектов стран в рамках обеих инициатив; установление договоренности представителей бизнес-сегмента по освоению арктического региона; адаптация проектов друг к другу, без слияния СМП и ПШП, путем обмена взаимными уступками. Основной вывод: арктическое партнерство РФ и КНР обладает стратегическим потенциалом.
Ключевые слова: «Полярный Шелковый путь», «Один пояс и один путь», Северный Морской путь (СМП), Арктика, Китай, Россия.
транспортный морской сибирь экономический
А.L. Kolzina, A.A. Mindubaeva
THE POLAR SILK ROAD AS A SPHERE OF STRATEGIC PARTNERSHIP BETWEEN THE RUSSIAN FEDERATION AND CHINA
The article analyzes the place and significance of the Arctic region and the Northern Sea Route (NSR) in Russian- Chinese relations. The forms of their interaction in the Arctic are determined by the example of the "Polar (Ice) silk road" (PSR). China identifies the Russian Federation as the key to the hidden riches of the Arctic subsurface, and the Russian Federation sees its Eastern neighbor as an investor with huge potential.
The PSR is part of China's 2013 "One Belt, One Road" (OBOR) initiative. The NSR is considered in China as a competitive alternative to the New Silk Road on the territory of the Eurasian continent. The development of the Arctic transport corridor is based on the revival and modernization of the NSR for the Strategy for the Development of the Arctic Zone of the Russian Federation and National Security up to 2020. The authors mention possible integration forms of the Russian and Chinese Arctic projects: including the NSR of the Russian Federation in the strategic plan OBOR; merging individual projects of the countries within the framework of both initiatives; establishing an agreement between representatives of the business segment on the development of the Arctic region; adapting projects to each other, without merging the NSR and PSR, by exchanging mutual concessions.
The main conclusion: the Arctic partnership between Russia and China has a strategic potential.
Keywords: "Polar Silk Road" (PSR), "One Belt, One Road" (OBOR), "Northern Sea route" (NSR), Arctic, China, Russia.
Постановка проблемы
Китайский мегапроект «Пояс и путь», получивший свою инициативу в 2013 году, приобретает глобальный масштаб и признаётся как сторонниками, так и критиками «одной из самых амбициозных инициатив в современной мировой истории» [40]. Представленная Председателем КНР Си Цзиньпи- ном концепция «Нового шелкового пути» под лозунгом «Один пояс - один путь», включает проекты «Экономический пояс Шелкового пути» (ЭПШП) и «Морской Шелковый путь XXI века». Проект, целью которого является «объединение Евразии с Востока на Запад» [18, 37] должен соединить Европу, Азию и Африку, через такие направления сотрудничества, как взаимосвязь инфраструктуры, политическая координация, бесперебойная торговля, укрепление близости между народами и свободное передвижение капитала [30].
В стратегию «Нового шелкового пути» вошел и проект развития «Ледового Шелкового пути» (в некоторых исследованиях он именуется «Полярный Шелковый путь», такого определения придерживаются и авторы статьи). Вектор данного направления сотрудничества нацелен на Северный Ледовитый океан и Арктический регион.
В последние десятилетия, в связи с процессами изменения климата, свою заинтересованность проблемой освоения Арктики выражают не только державы, имеющие выход к северным водам, но и так называемые «неарктические» государства [38].
Актуальность проблемы освоения северных заполярных территорий подтверждается существованием Арктического совета - международной организации призванной обеспечить устойчивое развитие приполярных районов. На сегодняшний день его участниками являются восемь приарктических стран (Дания, Исландия, Канада, Норвегия, Россия, США, Финляндия, Швеция). Наравне с ними в организации задействовано 13 стран-наблюдателей, одной из которых является КНР. Следует отметить, что Китай активно пользуется своим статусом при разработке арктической программы, позиционируя себя как «главный субъект внешней торговли и главный потребитель энергии» [13].
Ресурсный потенциал региона в виде неразведанных месторождений природного газа и нефти, развитие судоходства, перспективы увеличения грузопотоков превращают Арктику в Заполярное Эльдорадо. Китаю северные морские маршруты сулят рост в области экономики и закрепление статуса региональной державы. Однако, достижение этих целей Китаем немыслимо без опоры на коммерческое развитие теперь уже российской заполярной инициативы - Северного Морского пути (СМП).
Россия, историческое развитие которой связано с Арктикой более других арктических и неарктических государств, сегодня уделяет все больше внимания полярному сектору. Освоение нефтяных участков на арктическом шельфе, восстановление метеорологических станций - поэтапные шаги для успешного функционирования Северного Морского пути.
Российский Северный Морской путь, который западные партнеры считают международным, в Китае рассматривают в качестве конкурентоспособной альтернативы Новому Шелковому пути на территории евразийского континента. Стоит отметить, что дополнениями в Федеральный закон «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» 2012 года СМП определен как исторически сложившаяся национальная транспортная коммуникация Российской Федерации [31].
Весной 2015 года Россия и Китай подписали Совместное заявление о сотрудничестве и сопряжении деятельности Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и ЭПШП - Экономического пояса Шелкового пути. Подписание документа говорит о том, что РФ является одним из основных партнеров Поднебесной в развитии концепции «Один пояс - один путь».
Вопрос об освоении СМП с 2017 года стал ключевым в диалоге между Москвой и Пекином. В марте 2017 во время форума «Арктика - территория диалога» и в апреле на конференции дискуссионного клуба «Валдай» российская сторона предложила Поднебесной инвестировать в проекты Северного Морского пути. В мае 2017 года на первом форуме «Один пояс - один путь» В.В. Путин отметил перспективность северного морского маршрута, призвал к совместному его освоению, развитию и процветанию [23]. Китай, в свою очередь, поддержал предложение о создании «Ледяного Шелкового пути» [36].
Сегодня из восьми арктических держав китайскую инициативу «Один пояс - один путь» активно поддерживает только Российская Федерация [32]. Нашу страну по праву можно назвать ответственным партнером в рамках исполнения обязательств по проектам китайской инициативы. Остается открытым вопрос о сопряжении маршрутов Российского Северного Морского пути и Китайского «Морского Шелкового пути».
Место Арктики в политике Китая
20 июня 2017 года Государственное океанографическое управление и Национальный комитет по развитию и реформам Китая опубликовали совместную работу под названием «Концепция морского сотрудничества в строительстве «Пояса и пути». «Концепция» впервые предложила добавить к «Морскому Шелковому пути XXI века» еще один экономический коридор: через Северный Ледовитый океан в Европу. Магистраль включает в себя Северо-Восточный проход и Северо-Западный (через север Канады) проход, но первый обладает значительными преимуществами по условиям функционирования и транспортному потенциалу в силу разных природных условий, разной истории освоения и разных действий прилегающих стран.
Северный Морской путь, или Северо-восточный проход, это самый короткий маршрут по морю между Европой и Азией, проходящий через пять морей Северного Ледовитого океана и частично одно море Тихого океана, а также главная транспортная магистраль РФ в Арктике.
Для стран Европы традиционной транспортной артерией остается южный морской путь через Суэцкий канал и Средиземное море. Однако следует признать низкую пропускную способность этого водного пути, несмотря на большой грузопоток. Для решения данной проблемы был построен «младший брат» известнейшей торговой артерии - Новый Суэцкий канал, который отчасти дублирует прежний маршрут. Другим потенциальным маршрутом можно считать Панамский канал, пролегающий через Центральную Америку. Но долгосрочный, по-настоящему неподдельный интерес Китая вызывают только два упомянутых полярных маршрута - Северный морской путь и потенциальный Полярный шелковый путь.
Главное преимущество СМП (при сравнении с Суэцким каналом) состоит в том, что кратчайшее расстояние между портами Азии и Европы составит не 11 222 морских миль, а 7 300 - срок транспортировки грузов сокращается до 50 % [34]. В пределах акватории СМП отсутствует угроза пиратства, по сравнению с южными морскими маршрутами. Однако, Северный морской путь характеризуется коротким навигационным периодом и плавание по нему требует наличия у заинтересованных сторон ледоколов, которые дороги как в производстве, так и в эксплуатации.
Несмотря на то, что Китай начал проявлять активный интерес к арктическому региону еще в 1980-х гг., что подтверждает созданная под руководством Министрества природных ресурсов Китая Арктическая и антарктическая администрация, отдельный документ, раскрывающий планы КНР на Арктику был представлен миру только 26 января 2018 года [27]. Пресс-канцелярией Государственного совета КНР была опубликована Белая книга КНР по арктической политике. В первой ее части говорится об изменениях в Артике, акцент сделан на процесс глобального потепления и его последствия; вторая часть описывает связь Китая и арктического региона [9].
Отмечается, что «Китай обладает важными интересами в арктических делах, поскольку в географическом плане он является страной, близкой к Арктике и является одной из самых близлежащих к северному полярному кругу стран на суше. Природные условия Арктики и их изменения оказывают непосредственное влияние на климатическую систему и экологическую среду Китая, и тем самым затрагивают экономические интересы страны в сельском хозяйстве, лесном хозяйстве, рыбном промысле, морском освоении и других сферах» [9]. Также Китай заявил о своем стремлении воспользоваться экономическими возможностями, вызванными «полярной оттепелью» [2].
В выстраивании связей с арктическими государствами Китай довольно прагматичен. В Белой книге подчеркивается приверженность КНР положениям Устава ООН 1945 г., нормам морского права, в частности - Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. Упоминается и «Международный кодекс для судов, работающих в Полярных водах» (Полярный кодекс), принятый в ноябре 2014 г [28].
Исходя из содержания документа, Китайская Народная Республика преследует четыре политические цели в Арктическом регионе. Первая - это понимание. КНР хочет «понять» Арктику, улучшить ее потенциал и возможности научных исследований в таких областях, как геология, биология, география, гидрология, геофизика, метеорология, химия морской среды и др. Вторая цель - защита. Поднебесная будет активно реагировать на изменения климата, содействовать экологической и климатической устойчивости, защищать уникальную природную среду, уважать исторические традиции коренных народов. Третья - развитие. Китай планирует укрепить технологические инновации, развить судоходные маршруты в Арктике, внести весомый вклад в социальное и экономическое развитие Арктического региона, а также улучшить условия жизни местного населения и двигаться к общему развитию. Четвертой целью является участие в управлении Арктикой для того, чтобы обеспечить общие интересы всех государств международного сообщества в регионе [17. С. 336].
Важно отметить, что положения Белой книги, в которых были объединены ранее освещенные приоритеты и стремления, соответствуют геополитическим планам КНР. Принцип открытости, концепция “мирного возвышения” КНР, интерес к Арктике свидетельствуют о намерениях КНР закрепиться в качестве военно-морской державы не только в региональном, но и в мировом масштабе.
Только на научные исследования в Арктике Китай тратит ежегодно 60 млн. долларов. Пекин строит в Шанхае Арктический научно-исследовательский центр и планирует увеличить штат научных сотрудников, занимающихся крайним Севером, в пять раз - до тысячи человек [8]. Имея статус наблюдателя в Арктическом Совете, Пекин пытается действовать через союзников. Китай инвестирует средства в развитие Гренландии, активно сотрудничает с Финляндией (примером может послужить открытие в ноябре 2017 г. железнодорожного сообщения между финским городом Коувола и китайским Сианем) [12].
Являясь одним из крупнейших потребителей энергоносителей, Китай заинтересован в освоении залежей энергетических ресурсов вдоль Северного Морского пути в рамках стратегии «Ледовый Шелковый путь». Китайские корпорации готовы инвестировать этот проект. Для освоения природных богатств Севера в 2016 году был создан Российско-китайский полярный инжиниринговый и научно-исследовательский центр, занимающийся программами по строительству в условиях вечной мерзлоты, созданию ледостойких платформ и ледоколов [29].