Это своего рода «номенклатурный», «элитарный» нигилизм, неотчуждаемый от паралича власти, а любой паралич власти несёт с собой не что иное, как паралич права, закона. Здесь мы видим объединение государственного и правового нигилизма. Такой нигилизм уже оказывает дезорганизующее влияние на сложившиеся нормы управления обществом. Принцип разделения властей в таком государстве на деле не складывается, не говоря уже об отладке системы сдержек и противовесов. В таком случае в государстве исполнительно-распорядительная власть лишается контроля, зато приобретает самоуправство и «свободу» от соблюдения законов, тем более на местах.
. Нарушения прав человека, особенно таких, как право на жизнь, честь, достоинство, жилище, имущество, безопасность. Недостаточная правовая защищённость личности лишает его веры в закон, в способность государства обеспечить порядок и спокойствие в обществе, защитить граждан от посягательств преступников. Бессилие права не в состоянии создать положительное взгляд на него, а только лишь рождает раздражение, недовольство, протест.
Человек больше не может ценить, уважать, почитать право в силу отсутствия, на его взгляд, в нём надёжного гаранта или опоры. В подобных условиях даже законопослушные граждане становятся жертвами правового нигилизма, в них формируется недоверие к существующим институтам. Признание и закрепление в высшем документе государства естественных прав и свобод человека и гражданина отнюдь не значит, что они сопровождаются соответствующими мерами по их упрочению и фактическому претворению в жизнь. А отсутствие возможности осуществить своё право приводит к появлению у личности чувства отчуждения от него, разочарование в праве, скепсис.
Так выглядят основные сферы распространения и одновременно наиболее типичные на сегодняшний день формы выражения правового нигилизма.
2.2 Психосоциальные формы правового нигилизма человека
Для того чтобы полностью проанализировать проблемы правового нигилизма человека в полной мере можно использовать методологию Э. Фромма, которая позволяет адекватно оценить этот феномен. Она помогает провести анализ далеко не простых социальных явлений посредством выявления изначальных психических потребностей человека, а также появляющихся на этой основе форм общения, типов ориентации и разного рода смещений в правовом поведении индивида. Основываясь на психосоциальных мотивах субъекта, будет уместным выделить пять способов образования и существования правового нигилизма: инфантильный, фрустрационный, мстительный, возмещающий и регрессивный.
. Инфантильный нигилизм - наименее разрушительная форма правового нигилизма, который свойственен, прежде всего, детям. Они плохо представляют себе права на собственность, вследствие чего часто посягают на них. Но поступки детей при данной форме нигилизма не мотивированы ненавистью или же фундаментальной деструктивностью, в этом случае отсутствует прямая сознаваемая ими цель разрушения, несмотря на то, что порой подобные детские действия приводят к большим моральным и материальным потерям.
А. Фрейд считает, что почти все нормальные элементы жизни ребёнка (особенно жадность, корысть, ревность, пожелание смерти) ведут ребёнка в направлении диссоциальности. Правовая социализация выступает защитой от них. В своём «противостоянии» взрослым дети, желая отстоять своё «Я» и добиться независимости, могут пренебрегать установками старших и нарушать закон. Порой это случается ради демонстрации своей ловкости и свободы воли перед сверстниками. При этом он может действовать согласно собственному кодексу чести, содержание которого не всегда совпадает с действующими нормами и правилами. Проблемы «отцов и детей» часто ведут последних к правовому нигилизму, когда сначала бросается вызов старшим, а затем сформировавшемуся укладу общества. В социально-экономических условиях современности, когда становится «невыгодным» распространение клубов и секций для молодёжи, у несовершеннолетних остаётся потребность в общении и близости, появляется стремление преодолеть чувство одиночества. А.Маслоу считает, что данный фактор способствует росту детской и молодёжной преступности. «У меня складывается впечатление, что цементирующим составом какой-то части подростковых банд - я не знаю, сколько их и какой процент они составляют от общего числа - стали неутоленная жажда общения, стремление к единению перед лицом врага, причем врага неважно какого. Само существование образа врага, сама угроза, которую содержит в себе этот образ, способствуют сплочению группы».
Инфантильный нигилизм можно встретить и у некоторых взрослых, которые из-за примитивности своего сознания не могут адекватно воспринимать правовые реалии. Психические структуры такого человека недостаточно приспособлены к социальной действительности вокруг него, его социально обусловленные чувства не в состоянии обеспечивать устойчивый самоконтроль поведения.В «Судьбе России» Бердяев пишет о том, что русский народ «всегда любил жить в тепле коллектива, в какой-то растворенности в стихии земли, в лоне матери». Поэтому личное начало не получило достаточного развития в русской жизни. Гуляихин В.Н. считает, что «многие российские граждане, обладая такими свойствами, как безличность и инфантильность, не могут проявить мудрость и зрелость, дабы дать реалистическую и трезвую оценку государственной власти. Они демонстрируют всему миру инфантильное смирение, доводящее их до самоуничтожения. Они отказываются от многих прав и свобод, принятых в цивилизованном мире, в пользу инфантильного права ни за что не отвечать, в том числе и за нарушение ими закона»
. Фрустрационный нигилизм, который зачастую становится следствием правового идеализма. Фрустрационный нигилизм возникает через фрустрацию, когда остается неудовлетворенным желание или потребность человека в реализации своих естественных прав.
Как мы знаем, после удовлетворения физических потребностей их место в мотивационной жизни человека занимают потребности в безопасности, направленные на создание безопасного образа жизни. Они так же могут стать доминирующими в организме и господствовать в организации деятельности, подчинить все физические и духовные возможности человека и направить их на достижение безопасности. Подобное состояние опасно постепенным накоплением экстремальной силы и хроническим характером. Тогда индивид становится субъектом фрустрационного правового нигилизма - безопасность становится превыше правовых норм, этических ценностей, интересов других людей и т.д. Ради неё он начинает преступать закон: незаконным приобретением оружия, установлением своего общественного порядка (в своём понимании), созданием защитных сооружений для своего жилища.
Г. Олпорт утверждал, что заложить основы фрустрационной толерантности позволяет удовлетворение базовых потребностей индивида в раннем детстве. Можно говорить о том, что у людей, которые в раннем детстве были удовлетворены в своих базовых потребностях, развивается особый иммунитет к возможной фрустрации. Такие люди преданны высшим общественным нормам, идеалам и ценностям.
В России современности фрустрационный правовой нигилизм довольно широко распространён. Главная причина его возникновения - отсутствие способности государства и институтов гражданского общества к решению острых общественных проблем. Вследствие этого многие россияне нарушают закон, надеясь защитить свои интересы и вернуть то, чего они, как они думают, были лишены. В российском обществе можно обнаружить различные политические силы, желающие манипулировать гражданами с помощью страха и вызванной им агрессии. Таким образом формируется образ врагов, в качестве которого могут выступать коммунисты, американцы, кавказцы, олигархи и чиновники и т.д., которые «виновны» в их бедах. Пугая образом врага, манипуляторы направляют действия людей в нужное им русло. Фрустрационный нигилизм уходит своими корнями в страх, который может быть осознанным или бессознательным, вызванный реальными или надуманными угрозами человеческому существованию. Основная цель данного нигилизма - сохранение, а не разрушение. Человек стремится сохранить свое существование, а разрушить лишь то, что представляет для него угрозу.
В каком бы возрасте индивид ни был, утрата веры в справедливость неизменно приводит его в состояние гнетущего напряжения, тревожности и безысходности. Чрезвычайно важно, как дальше он себя поведёт - в соответствии с ситуацией, которая сложилась, или нет: ему предстоит избрать один из трёх альтернативных путей. Первый путь - происходит пересмотр ценностей в позитивном направлении. Человек убеждается в том, что жизнь продолжается и нельзя терять надежду на будущее, несмотря на периодически возникающие на пути трудности. Индивид делает шаг на пути к независимости, на смену старым ценностям, которые привели его к разочарованию, приходят новые, и в них он по-новому начинает верить. Второй путь - переход индивида из-за фрустрации в мир мечтаний, при этом он впадает в правовой идеализм, последствия которого могут быть крайне разрушительны. Он в любом случае приводит к волюнтаризму, когда человеческой воле приписывается основная роль в развитии системы права, но забываются объективные закономерности развития общества. В итоге, когда надежды, возложенные на право, которое становится фетишем, не сбываются, индивид впадает в ещё более глубокую фрустрацию. Определяющую роль в выборе третьего пути играет общество, которое порой в значительной степени детерминирует отклоняющееся поведение личности. Так, Г. Беккер в своей теории навешивания ярлыков выдвигает своё мнение о том, что преступниками не рождаются, они создаются так называемыми «нормальными людьми», которые подталкивают некоторых сограждан к пропасти, которая разделяет получивших «преступника» и обладающих статусом «благонадёжного». Вследствие этого нарушившие закон индивиды для самозащиты вынуждены знакомиться с криминальной субкультурой. Перед ними иные правила жизни, принцип выживания сильнейшего, в соответствии с которым идёт борьба антагонизм между криминальным миром и законным. По сути, криминальная субкультура оказывает помощь в выживании индивида, но не способна дать ему полноценно жить. Концепция Г. Беккера получила широкую поддержку среди криминологов как теоретическое объяснение медленного втягивания людей в преступный стиль жизни.
Американский психолог Г. Олпорт изложил принцип, говорящий, что средство по достижению цели может подменить собой цель и само стать источником удовлетворения - стать самоцельным в человеческом сознании. Вследствие этого всегда существует угроза, что нарушение закона, первоначально используемое человеком в качестве способа обезопасить себя, может стать источником удовлетворения. В таком случае индивид теперь - субъект более патологических форм правового нигилизма.
Мстительный нигилизм бывает двух типов: рациональный и иррациональный. Основоположник психологической теории права Л.И. Петражицкий изложил два закона, специально свойственных праву и не свойственных нравственности: 1) стремление достигнуть осуществления права независимо от желания или нежелания обязанного; 2) одиозно-репрессивные тенденции правовой психики. Петражицкий подчёркивал, что действия, которые субъект воспринимает как агрессивные посягательства, порождают в нём мстительные эмоции, которые могут передаться и ближайшему окружению субъекта, ибо они с ним психически солидарны. Внутренние возбуждения, пробуждённые аморальными и неправовыми поступками, в зависимости от субъективной оценки индивида причинённого ему ущерба, могут иметь разные степени интенсивности.
Рациональный мстительный нигилизм появляется, когда имеющие место быть правовые институты не действуют полностью или частично. Тогда граждане, совершая правонарушения или преступления, вынуждены сами заняться охранением своих естественных прав, то есть осуществлять функции государственных структур. Рациональный мстительный нигилизм очень тесно связан с фрустрационным - обе формы исходят из необходимости самозащиты. Они, несмотря на свою разрушительную сущность, используются для обеспечения выживания человека. В случае, когда государственные структуры бессильны в обеспечении прав и свобод собственных граждан, их сменяет институт кровной мести - древний защитный механизм, существовавший на протяжении многих тысяч лет и при необходимости пробуждающийся в период ослабления или несостоятельности политической власти, когда правонарушители успешно уходят от справедливого наказания от государственно-правовых институтов.
Иррациональный мстительный правовой нигилизм проявляется в том, что субъекты пытаются сделать «магическим» образом, при этом не обращая внимание на закон, не произошедшим то, что уже имело место быть. Подобный тип нигилизма свойственен как отдельному человеку, так и целым социальным группам. По утверждению психоаналитиков, мотив мести находится в обратной зависимости от продуктивности индивида. Приходим к выводу, что для человека, который обладает мощным творческим потенциалом, не требуется действовать по принципу талиона для восстановления самоуважения. Э. Фромм утверждал, что живущий творческой жизнью индивид не имеет потребности в компенсаторной мести за какой бы то ни было причинённый ему ущерб - его творческие способности проявляются сильнее, чем желание мстить.