Статья: Проблемы недостроенного города в Западной Сибири 1930-х годов

Проблемы «недостроенного города» в Западной Сибири 1930-х годов

Сергей Сергеевич Духанов

Аннотация

В статье рассматриваются причины кризисных явлений в градостроительстве Западной Сибири 1930-х гг. Основное внимание уделяется анализу экономических проблем развития городов. Выявляются финансовые затраты, которые были необходимы для создания новых поселений, реальные капиталовложения в городское строительство, а также факторы, которые ограничивали рост ассигнований. Делается вывод о том, что вопреки реализовывавшейся в период первых пятилеток концепции социалистического расселения стоимость строительства новых городов была выше стоимости их градообразующих предприятий. Это обстоятельство стало одной из основных причин кризисных явлений. Вложения в жилищно-коммунальную сферу были многократно занижены, мощности созданной на местах строительной инфраструктуры на порядок отставали от потребностей гражданского строительства, а размещение новостроек в совершенно неосвоенных местах только усугубило дефицит финансовых средств. Исследование основано на архивных источниках.

Ключевые слова: индустриализация Западной Сибири, социалистический город, «недостроенный город», история советского градостроительства

Abstract

Dukhanov Sergey S.

PROBLEMS OF WESTERN SIBERIA'S “UNFINISHED CITIES” IN THE 1930S*

This article discusses the causes of the crisis in urban planning in Western Siberia in the 1930s. The author analyzes economic problems of urban development and identifies financial expenses needed to establish new settlements, actual investments made in urban construction, as well as factors that limited the allocation of funds. The conclusion drawn is that, contrary to the concept of socialist resettlement implemented under the first five-year plans (pyatiletki), the actual cost of building new cities was higher than that of city-forming enterprises, and this was one of the main causes of the crisis. Investments in housing and communal services were insufficient for the building of full-fledged cities. The capacity of building infrastructures put in place lagged well behind the actual needs of civil engineering, and the erection of new buildings in completely undeveloped areas only exacerbated the shortage of funds. The study is based on archival sources.

Keywords: industrialization of Western Siberia, socialist city, “unfinished city”, history of Soviet urban planning

The research is done with financial support from the Russian Ministry of Education and Science as part of a research project under the programme, titled `The statement of state tasks for higher education institutions to conduct research'. State Task № 2014/137.

Введение

В течение XX в. неразвитость городской среды оставалась одной из характерных черт городов Западной Сибири. Тяжелые условия бытования населения влияли на формирование городской культуры западносибирских городов и нашли отражение в публицистике, художественной литературе и живописи. Отдельные явления незавершенного городского строительства, такие как нехватка жилья, культурно-бытовых учреждений и отсутствие благоустройства, особенно в новых жилых районах, сохранялись в городах Западной Сибири на протяжении всей второй половины XX в.

Наиболее острые диспропорции в развитии городского хозяйства, несомненно, относятся к периоду 1930-х гг., когда в ходе создания новой угольно-металлургической базы страны в Кузнецком бассейне возник целый ряд новых крупных поселений. Появившийся в это время термин «недостроенный город» как нельзя лучше характеризует зафиксированный в архивных документах облик новых городов Кузбасса: Анжеро-Судженска, Кемерово, Ленинск-Кузнецкого, Киселевска, Прокопьевска и Новокузнецка (с 1932 г. - Сталинск). Острый дефицит жилья, культурно-бытовых учреждений, отсутствие коммунальных предприятий (водопровода, канализации), благоустройства и озеленения - эти характерные черты советских новостроек усугублялись в Западной Сибири суровыми природно-климатическими условиями и географической удаленностью края от европейской части страны. В течение предвоенного десятилетия кризисные явления в застройке новых городов нарастали, а процесс их создания растянулся на многие десятилетия.

Необходимо учитывать и то влияние, которое новостройки оказали на градостроительство края в целом. Н.М. Дмитриенко (2000: 194) и В.Г. Рыженко (2003: 171-172) на примерах Томска и Омска показали, что форсированное строительство в Кузбассе негативным образом сказалось и на развитии исторических городов региона.

Вместе с тем экономические проблемы городского строительства первых пятилеток не только Западной Сибири, но и Союза в целом до сих пор не получили всестороннего освещения.

Исследователи довольно единодушно отмечают фактический «провал программы капитального жилищного строительства в новых промышленных городах» СССР, ответственность за который в 1930-е гг. была возложена на иностранных специалистов и «врагов народа». Декларированные цели не были достигнуты, а подавляющая масса населения новых городов была вынуждена прозябать в землянках и бараках, получая скудный продовольственный паек (Меерович, Конышева, Хмельницкий 2011).

М. Г. Меерович, изучавший концепцию социалистического расселения 1920-1930-х гг., показал, что градостроительный аспект изначально занимал в ней второстепенное, подчиненное положение. Центральные планирующие организации исходили из того, что при советской системе города будут стоить меньше своих градообразующих предприятий. В соответствии с идеей финансовой «вторичности» городов была предложена грандиозная промышленная программа. Она игнорировала зарубежный опыт и предполагала создание десятков новых, так называемых социалистических городов (соцгородов), которые должны были строиться при промышленных предприятиях и равномерно распределяться по территории районов нового освоения (Меерович 2008, 2010, 2012).

Ю.Л. Косенкова обращает внимание на чрезвычайную политизацию советского градостроительства 1920-1930-х гг., когда особую роль в разработке новых градостроительных теорий играли экономисты и работники Госпланов СССР и РСФСР. Им «принадлежали самые «смелые» модели будущих соцгородов, они более других были озабочены проблемами формирования нового человека, регламентацией будущей социальной жизни» (Косенкова 2009а: 10-12). При этом в течение 1930-х гг. усиливались тенденции к «волевому», директивному, планированию и отказу от изучения закономерностей экономического развития существующих городов (2009б: 16-17; 2010: 335; 2011: 76).

Сопоставление исходных посылок социалистической концепции расселения 1930-х гг. и результатов ее реализации в Западной Сибири вызывает ряд вопросов. Как на самом деле соотносились стоимости строительства городов и промышленных предприятий? Если города требовали куда меньших затрат, то почему их создание так затянулось? В Западной Сибири к середине 1930-х гг. был накоплен определенный строительный опыт, промышленные гиганты первой пятилетки были введены в строй, а намеченные на вторую - законсервированы. Казалось, теперь ничто не мешало бросить все силы на оказавшиеся в кризисном положении города и достроить их во второй половине 1930-х гг.

Цель статьи - проанализировать роль экономических факторов в градостроительном развитии Западной Сибири 1930-х гг. Задачи: выявление затрат, необходимых для создания новых городов, фактических капиталовложений в городское строительство и анализ факторов, ограничивавших рост ассигнований. Это позволит по-новому рассмотреть масштабы задач, стоявших в ходе индустриализации Западной Сибири, и лучше понять истоки возникших в этот период градостроительных проблем.

Источником исследования послужили документы Западносибирской краевой плановой комиссии (Государственный архив Новосибирской области, Ф. Р-12) и Главного управления коммунального хозяйства РСФСР (Государственный архив Российской Федерации, Ф. А-314), позволяющие рассмотреть экономические проблемы городов Западной Сибири с точки зрения специалистов коммунальных и плановых органов. В работе использован историко-сравнительный метод - сопоставляются свидетельства основных участников градостроительного процесса: местных властей, стройуправлений предприятий и центральных организаций.

Обсуждение

Индустриализация Западной Сибири шла в русле общесоюзных тенденций. В одном из изданий Западносибирского краевого Совета народного хозяйства за 1932 г. писалось: «природа советской экономики» в том, что в ней доминирует «принцип равномерного размещения производительных сил» на территории страны. Это считалось важнейшим отличием от Западной Европы и США, где стремление экономить на жилищном и культурно-бытовом строительстве заставляло размещать новые промышленные предприятия в существующих городах: там, «где в наличии постоянная безработная резервная армия, являющаяся прекрасным объектом эксплуатации». В СССР же, напротив, главной является «не погоня за дешевой рабочей силой <...> а такое размещение, которое позволяет поднять материально-культурный уровень трудящихся на небывалую высоту» (Трелин 1932: 21).

Однако никаких расчетов, обосновывающих экономические выгоды отказа от преимущественного развития сложившихся поселений и перехода к массовому созданию новых городов, в таких публикациях не приводилось.

Документы, отложившиеся в фонде Краевой плановой комиссии, свидетельствуют, что при размещении новостроек в Западной Сибири, как и в целом по Союзу, промышленные объединения Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) и его преемника, Наркомата тяжелой промышленности (НКТП) СССР, игнорировали вопросы градостроительства. Как правило, они учитывали лишь эксплуатационные затраты будущих предприятий. Для этого при помощи особых расчетов определялись так называемые оптимальные геометрические точки или центральные транспортные моменты: фокусы наименьших перепробегов сырья и готовой продукции (ГАНО 1929б: 11-12 об.; 1930: 5; 1930-- 1932: 3--3 об., 5--5 об., 27). Считалось, что постройка в этих условных географических пунктах гигантских предприятий даст значительные экономические выгоды с точки зрения транспортных расходов. Соответственно, предприятия размещались вблизи источников сырья -- в неосвоенных районах Южного Кузбасса.

О том, насколько при этом игнорировались местная специфика и вопросы городской экономики, свидетельствует ряд фактов, болезненно обнаруживших себя в начале 1930-х гг. Не был учтен потенциал исторических городов, вследствие чего пункты концентрации нового строительства не совпадали с пунктами сосредоточения производства стройматериалов (Омск, Томск и др.) (Бурумов и др. 1932: 15). Когда же обнаружилось, что без этих ресурсов не обойтись, то огромные объемы стройматериалов пришлось перебрасывать на сотни и тысячи километров в Кузбасс и Левобережный Новосибирск. Одних только кирпичей, несмотря на всю нерентабельность таких перевозок, в 1931--1933 гг. было вывезено из исторических городов Западной Сибири для промышленного строительства в районы новостроек 155 млн штук (табл. 1).

Оказался упущен момент продовольственного снабжения новостроек: их разместили в стороне от существовавших автогужевых дорог. До индустриализации те прокладывались «по естественно определившимся грузопотокам», но только к 1935 г. руководство предприятий стало, наконец, осознавать, что «эти дороги не отвечают современному расположению промышленных точек в Кузбассе» (ГАНО 1935а: 59). Возникшие из-за этого проблемы снабжения новых городов усугублялись редкостью сельскохозяйственного населения Кузбасса и маломощностью немногочисленных хозяйств (1933-1934: 25-26; 1935а: 59, 60).

Таблица 1 Перевозки кирпича из исторических городов на новостройки Западной Сибири (Зельманович 1934: 35)

Игнорирование градостроительных вопросов при размещении новостроек оправдывалось идеей «дешевого» социалистического города. Насколько она оказалась оправданной?

Согласно обследованию населенных пунктов Кузнецкого бассейна, проведенному в 1928-1929 гг. Сибкрайкомхозом, «в данных районах развития промышленности требуется постройка почти новых городов». Это станет «огромной проблемой», решить которую будет невозможно без крупных финансовых затрат (ГАНО 1928-1929: 10 об.). Выводы работников местных коммунальных органов соответствовали линии Главного управления коммунального хозяйства (ГУКХ) НКВД РСФСР. Специалисты ГУКХ еще в 1920-е гг., не без влияния зарубежного опыта, пришли к выводу, что вложения в городское строительство «составляют в общем и целом ценности более высокие, чем вложения в ж.-д., транспорт и промышленность вместе взятое» (1926: 1). градостроительство сибирь капиталовложение

Свидетельства изученных нами архивных материалов по Западной Сибири 1930-х гг., в которых приводятся сведения о стоимости нового городского строительства, соответствуют подходу органов коммунального хозяйства. Они ставят под сомнение теорию о том, что стоимость строительства городов составляла лишь незначительную часть от стоимости строительства их градообразующих предприятий.

Стоимость строительства Первого Кузнецкого металлургического завода составила около 600 млн руб. Капиталовложения в возникший при нем город Сталинск к 1935 г., в полном соответствии с теорией «вторичности» селитьбы, достигли 100 млн руб. Однако, как отмечалось в докладе в СНК РСФСР летом 1935 г., они составили лишь «около 9% от общей окончательной стоимости сооружения города» (ГАНО 1933-1935: 1 об.). Дело в том, что для строительства Сталинска (по проекту 1935 г. - на 225 тыс. чел.) требовалась сумма более 1 млрд руб., причем «1 200 млн руб. [-] это стоимость города на левом берегу Томи [т.е. только Сталинска], не включая городов, которые могут возникнуть около паровозного и второго металлургического заводов» (ГАНО 1935а: 38, 43).