Татьяна: Это с какого возраста так, постепенная информация?
Ольга: Ты знаешь, с какого-то… Наверное, как только вот какое-то появилось… То есть мы всегда обсуждали. У нас же были бездомные животные, мы забирали, мы всегда говорили, что надо забрать: «Видишь, у него мамы нет, папы нет». Мы говорили: «Он может жить у нас. У нас большой дом, мы должны здесь жить все вместе». Да, и в общем, как-то, вот ты знаешь, когда это все с животными, когда это все вместе и потом, конечно, когда Полина появилась. То есть, это уже окончательные какие-то действительно приняло формы человеческие. Она говорит: «Почему мы забираем Полину?». Я говорю: «Да, нам надо забрать, она не должна жить в детском доме». Она ей отдала все свои какие-то игрушки, то есть ей не жалко ничего. Потом, когда она как-то: «Ты Валечку свою любишь больше». Я говорю: «Поль, а Валечка ровно столько же моя, как и ты». - «Так, а что Валя приемная?». Я говорю: «Да». И ты понимаешь, и здесь вот она уже ничего не могла мне сказать. Понимаешь? То есть, для нее это был шок, что Варя приемная такая же, как и она, потому что ей казалось, что она как-то отличается от всех в этой семье. Ты знаешь, как-то вот… Я не знаю, Тань. Ты понимаешь, мне до сих пор не верится, что у нее психическое заболевание.
Татьяна: Давай мы сейчас закончим вот этот блок.
И потом я выключу диктофон.
:45:01
Татьяна: Да, наверное, лучше так. Вы не знаете, кто родители Вали?
Ольга: Папу не знаю, маму знаю. Не лично знаю, город же маленький. Поэтому как бы о ней не знаю.
Татьяна: А если Валя захочет поддерживать?
Ольга: Она умерла.
Татьяна: Она умерла?
Ольга: Да. Ну, образ жизни не способствовал ее продлению, поэтому…
Татьяна: А Валя знает о том, что?
Ольга: Да, знает. Случайно. Я не хотела ей, в принципе, этого говорить, но получилось так, что она узнала. Она не поняла, конечно, ничего, потому что у нее все равно какая-то такая, есть какие-то сложности с восприятием, пословицы она не очень понимает. То есть переносы значений, так же как переносы чувств. Да, она знает, что у нее какая-то другая мама, но та мама ей не нужна. Она знает, что у нее нет мамы.
Татьяна: Сейчас такие вопросы про супружеские отношения. Если представить ваши отношения с Сергеем, то какой образ у тебя возникает, какая-то метафора, на что похожи эти взаимоотношения?
Ольга: На шар.
Татьяна: Шар.
Ольга: Шар с внутри. Понимаешь?
Татьяна: Не понимаю.
Ольга: То есть это какое-то закрытое такое.
Татьяна: И вы там внутри этого шара?
Ольга: Да, мы внутри шара.
Татьяна: Что вы там делаете в шаре? Как вам там?
Ольга: Нам там в шаре нормально. Просто из шара уже никто никуда не хочет. Наверное, так. Не знаю… Наверное, так. Границы семьи
Татьяна: Никто не хочет, никто…?
Ольга: Никто - это я, наверное. Я же за себя говорю.
Татьяна: Как часто вы с Сергеем ссоритесь, расходитесь во мнениях?
Ольга: Знаешь, нечасто, особенно в последнее время.
Татьяна: Если вы ссоритесь, то по поводу чего вы ссоритесь?
Ольга: Знаешь, одна проблема нашей семьи - это алкоголь. Обычно из-за этого и ссоримся. Так все остальное вполне решаемо. конфликты дисфункция. Ну, точнее, (неразборчиво, 01:47:35) второе неправильно. Нет, ему все равно. Он, собственно, вот этим ничем не занимается, понимаешь, поэтому ему все равно, с какой стороны там будет. Мне тоже все равно. Он насажал здесь три сосны на двух метрах квадратных. Хочет - пускай сажает. Нравятся ему три сосны - ну, пусть растут эти три сосны. Понимаешь? Что с ним спорить, что они не могут там вырасти? Ну, он поймет это через десять лет, когда они подрастут.
Татьяна: А как конфликты обычно начинаются, как заканчиваются?
Ольга: Начинаются обычно, когда он пьяный. Понимаешь?
Татьяна: Кто тогда начинает этот конфликт?
Ольга: По-разному. Потому что он бывает пьяный очень агрессивный.
Татьяна: И что он тогда делает?
Ольга: Ну, он вспоминает, что я мать, что я должна быстренько иди укладывать детей спать. Особенно, если я в этот момент чем-то занята своим. То есть, я вообще своим ничем не могу заниматься. У меня нет ни родственников, ничего у меня нет, и я должна заниматься только вот какими-то своими, в его видимо понимании, обязанностями. Я справедливо отправляю его в нужном направлении. конфликты дистанция Ну, и все, и собственно говоря…
Татьяна: А кто первый мирится? Можно как-то назвать это примирение или это просто?
Ольга: Нет. Я не мирюсь никогда в силу того, что он за всю свою жизнь ни разу не попросил у меня прощение. Я не считаю возможным вообще мириться как-то. дистанция Обычно как-то это все нивелируется в какой-то такой… Ну, я, опять же, тебе напомню, что он не чувствует неких границ. Понимаешь? То есть если, например, какое-то сближение происходит, я быстренько этот заборчик снова поднимаю, и он снова за заборчиком. Собственно, и я за заборчиком в своей безопасности. Потому что нервничать по этому поводу я уже больше не могу. Дистанция. Поэтому Валя спит со мной. Нам так удобней, на одной кровати… и теплей
Татьяна: А заборчик там, внутри шарика?
Ольга: Да. Да, внутри шарика. Мне, почему-то кажется, что…
Татьяна: И как будто вы из шарика вырваться не можете, но там строите заборчики, да?
Ольга: Да. Я строю заборчики. Мне кажется, он, может быть, и не рад этим заборчикам, инициатор сближения
Татьяна: А кто чаще вообще ссоры начинает?
Ольга: По-разному. Наверное, я.
Татьяна: А долго ли ты переживаешь после того, как поссорились, как последствия конфликта?
Ольга: Ты знаешь, сейчас уже не долго. Сейчас уже не долго.
:50:00
Я сейчас даже вообще стараюсь на это не обращать внимание, стараюсь вообще не конфликтовать, потому что мне жалко свою нервную систему. Я понимаю, что я еще своим детям нужна. А ссориться каждый раз из-за бутылки пива - да ну, уже это надоело. А так, бывает, конфликты конечно, да, что, естественно, как любой психически здоровый человек, понимаешь, мне кажется, что я могла бы жить более интересной жизнью с каким-то более благодарным партнером. Но по какой-то причине же я его выбрала, понимаешь, и раз я его не бросаю - значит, он мне зачем-то нужен. слияние Поэтому видимо в этом какая-то выгода для меня тоже есть. Ну, наверное, так.
Татьяна: Ты уже немножко говорила. Как часто вы проводите время с Андреем без детей?
Ольга: Да мы его вообще не проводим без детей. Очень редкий случай. Дистанция. Но это так вот, если уж прям все куда-то уедут.
Татьяна: О чем вы чаще всего разговариваете с Андреем?
Ольга: В принципе, обо всем. Ну, про мою работу ему слушать, ясен пень, неинтересно. Что-то так, обо всем, наверное.
Татьяна: Что-то личное обсуждаете?
Ольга: Нет.
Татьяна: Нет?
Ольга: Ты знаешь,, как это ни странно, обсуждаются, естественно, там какие-то детские проблемы: школа, там я не знаю, училище, еще что-то, но больше материальное обсуждается, какие-то планы строятся. Дети- стабилизаторы семьи Может быть, еще такие, знаешь…
Татьяна: Это тоже как-то все равно связано с детьми, да?
Ольга: Ну, не обязательно, но что-то там здесь… Понятно, что… Он: «Давай сделаем уже комнату наверху. Там Сашке одной комнаты мало, пусть будет две комнаты. Может быть, он женится там». Я говорю: «Конечно! Женится и сюда мне жену свою приведет. Наверное, он будет уже жить один». Он говорит: «Ну и что, пускай та комната будет». Понимаешь, так вот.
Татьяна: Ну, какие-то бытовые, да, проблемы?
Ольга: Да-да, знаешь, такое, в общем. Бытового, сама понимаешь, 10 соток, и тут не перелопатить.
Татьяна: А есть проблемы, о которых вы вообще предпочитаете не затрагивать?
Ольга: Не говорить, да?
Татьяна: Не говорить.
Ольга: Да, есть.
Татьяна: Что это? Ну, если это можно сказать.
Ольга: Во-первых, это секс. Теперь это еще Полина. Дистанция Мы это тоже не обсуждаем. И для него, и для меня это проблема. Это переживание, конечно.
Татьяна: А что будет, если кто-то заговорит об этом?
Ольга: Я, может быть, и могу об этом заговорить, а он не может. Мне кажется, ему кажется, что он будет от этого слабый, если он это обсудит. Он, мне кажется, себя сильным считает не в тех вопросах, в каких… Ну, у него какое-то ошибочное представление, понимаешь? Может быть, это мое ошибочное представление.
Татьяна: А как часто чувствуешь себя так, как будто тебе хочется избежать разговора с ним о своих чувствах, мыслях?
Ольга: Даже не чувствую. Если я чувствую, что я хочу избежать, я просто избегаю, разворачиваюсь и ухожу к себе в комнату. Я тебе напоминаю, что мы в разных комнатах живем. Я просто ухожу к себе, и все, или вот в домик к себе. Тут можно создать имитацию бурной деятельности. дистанция
Татьяна: А как часто хочется побыть наедине, без Сергея?
Ольга: Нет, у меня такого нет, чтобы вот он меня раздражал. Нет, я очень рада, когда он там приходит с работы. У меня нет такого, чтобы, знаешь, он сидел, работал бы еще в ночную выходил бы. Нет, такого нет. Совсем одна - тоже, наверное, мне некомфортно. Я привыкла, что кто-то все время за меня цепляется. слияние
Татьяна: Как часто вы предпочитаете подальше друг от друга находиться, на каком-то расстоянии?
Ольга: Нет. Ну, он когда устает, приходит, сначала у себя в комнате сидит, а потом уже может выходить. У него бывает такое… У него работа напряженная. Понимаешь? Это, наверное, вполне естественно, когда ты приходишь и тебя все бесят. Но если раньше, например, он на меня срывался, и сейчас, наверное, может, но сейчас, конечно, уже нет. Как-то знаешь, он уже научился как-то это немножко этот гнев контролировать.
Татьяна: Можно ли сказать, что в ваших отношениях такая существует эмоциональная дистанция?
Ольга: Да. Можно, конечно. Дистанция
Татьяна: А бывает такое, что дистанция как-то… В каких случаях она становится больше, в каких случаях она становится меньше?
Ольга: Ты знаешь, я пыталась это проанализировать - у меня не получается. Я не знаю, в каких случаях он больше, в каких она меньше.
Татьяна: Что вас объединяет, что вас разъединяет?
:55:00
Ольга: Не знаю, мне кажется, это больше от какого-то его настроения зависит, а не от моего. Хотя вроде бы заборчики я строю, но зависит больше от его какого-то настроя.
Татьяна: То есть, заборчик становится ниже или выше в зависимости от того, как…?
Ольга: Как он себя ведет, да.
Татьяна: Если говорить об этой дистанции, как давно появилась она?
Ольга: Давно появилась.
Татьяна: Было по-другому?
Ольга: Ну, было вообще все хорошо. Ты понимаешь, что вот эта вот измена, она, на самом деле… Меня убил даже не сам факт измены, а то, что он позволил мне узнать об этом. Так противно узнать об этом, понимаешь? Эмоциональный разрыв Просто тупо догадаться. Я не знаю, может, то, что я очень умная. Понимаешь? Просто настолько все это сошлось, как один пазл, и мне от этого так мерзко стало. Понимаешь? И, собственно говоря, на тот момент, давайте прямо скажем, я не была такая страшная, как сейчас. Я была все-таки 46-го размера, а не 50-го. Понимаешь? За мной вообще ухаживали куча каких-то других мужчин. Собственно говоря, почему я должна была это терпеть на тот момент, я не очень поняла. Больше того, мы еще были приглашены к ней на свадьбу, потому что из всех этих троих идиотов она выбрала, который побогаче. Понимаешь? А когда я ему все это вывалила и сказала: «И в заключение, - я говорю, - милый, чтобы ударить тебя по голенищу, она написала статью в газете, а ты мне эту статью принес». - «Это не она написала». Я говорю: «Да, конечно, не она. Лев Маргаритыч. Но она же начальник отдела». Но он был влюблен, понимаешь? Часть какую-то он мне выдавал, потому что видимо она не держалось у него. Близких у него нет никого. С кем-то же хотелось поделиться, понимаешь? А поскольку я умею слушать и думать, то, в общем, ему это сыграло в плохую, в общем. Когда мы пришли на свадьбу. Еще до свадьбы как-то я там, у меня еще как-то не это… Но когда я пришла на свадьбу и я ее увидела - все. Понимаешь, я никогда так себя не вела, как я вела себя на той свадьбе. Я сказала: «Ты зачем меня сюда привел?». Я говорю: «от эту бл*дь, на которой некуда поставить клеймо, ты называл Анечкой, которой нужно помочь?». А там просто ставить не на что. Она увела мужика у девчонки, которая только что родила двойню.
Татьяна: Это такая сильная обида, которая до сих пор имеет такое сильное влияние на ваши отношения?
Ольга: Да. Я тебе больше скажу, мне даже кажется, что какое-то наплевательское отношение к себе, к своей одежде, наверное, у меня только после этого случилось. Причем я сейчас тебе это говорю, я только сейчас, наверное, это поняла. Я до этого всегда была одета, как куколка. Я тебе говорю, у меня все время был шлейф мужиков. Когда я его выбрала, всем было непонятно, зачем. Почему не развелись - не знаю. Может быть, страх того, что я уже была разведена, и мне, конечно, с Сашкой было очень тяжело одной. И я это понимала. Когда мама мне говорила: «Разводись», я понимала, что я сейчас останусь с двумя детьми без поддержки. дистанция Дети- стабилизаторы семьи Понимаешь? Она сказала: «Мы тебе поможем». Но когда я ее попросила мне помочь, когда у меня Сашка был маленький, я говорю: «Мам, можно мы к тебе переедем жить?». Казалось то, что проще, да? Мне кажется, это вообще логично было бы. Если дочка развелась, почему она должна в 21 год с маленьким ребенком жить одна? Но вот у меня бы даже не возникало, я бы перевезла своих детей тут же быстренько. Понимаешь? То есть, это будет банально, за хлебом выйти, надо собрать маленького ребенка…
:59:24