Флегматики и меланхолики сдержанны и уравновешенны, они более точно и экономично выполняют работу, лучше ее планируют.
Так, по нашим данным, более трети испытуемых (36%), принявших участие в исследовании, можно отнести к типу «сангвиник», что характеризует их как людей с выраженной экстраверсией и устойчивостью нервной системы. Однако, 32% опрошенных относятся к типу «холерик», что соответствует высокому уровню экстраверсии, но неустойчивому типу нервной системы.
Результаты диагностики социального интеллекта по тесту Дж. Гилфорда и М. Салливена представлены в Приложении 4.
В ходе диагностики социального интеллекта было выявлено, что большинство из них имеют высокие или выше среднего показатели.
Как мы видим из таблицы 1 Приложения 4, по первому субтесту "Истории с завершением" у 42% - высокий показатели, а у 25% показатели выше среднего. Исследуемые умеют предвидеть последствия поведения. Они способны предвосхищать дальнейшие поступки людей на основе анализа реальных ситуаций общения (семейного, делового, дружеского), предсказывать события, основываясь на понимании чувств, мыслей, намерений участников коммуникации. Их прогнозы могут оказаться ошибочными, если они будут иметь дело с людьми, ведущими самым неожиданным, нетипичным образом. Они умеют четко выстраивать стратегию собственного поведения для достижения поставленной цели. Успешное выполнение субтеста предполагает умение ориентироваться в невербальных реакциях участников взаимодействия и знание норморолевых моделей и правил, регулирующих поведение людей
У 21% средние показатели умения устанавливать связь между поведением и его последствиями.
Низкие среднего оценки имеют - 12% Они плохо понимают связь между поведением и его последствиями, плохо ориентируются в общепринятых нормах и правилах поведения (см. рис. 1 Приложения 5).
По 2 субтесту - "Группы экспрессии" 47% - имеют высокие и 28% - выше среднего показатели. Данные сотрудницы способны правильно оценивать состояния, чувства, намерения людей по их невербальным проявлениям, мимике, позам, жестам. Они скорее всего, придают большое значение невербальному общению, обращают много внимания на невербальные реакции участников коммуникации. Чувствительность к невербальной экспрессии существенно усиливает способность понимать других.
Средние показатели по данному субтесту у 19% исследуемых.
Низкие среднего оценки имеют 6% исследуемых. Они плохо владеют языком телодвижений, взглядов и жестов, который раньше осваивается в онтогенезе и вызывает больше доверия, чем вербальный язык). В общении такие студенты в большей степени ориентируются на вербальное содержание сообщений. И они могут ошибаться в понимании смысла слов собеседника потому, что не учитывают (или неправильно учитывают) сопровождающие их невербальные реакции (рис. 2 Приложения 5).
По 3 субтесту - "Вербальная экспрессия" высокие значения имеют 23%, а 40% - показатели выше среднего. Они обладают высокой чувствительностью к характеру и оттенкам человеческих взаимоотношений, что помогает им быстро и правильно понимать то, что люди говорят друг другу (речевую экспрессию) в контексте определенной ситуации, конкретных взаимоотношений. Они способны находить соответствующий тон общения с разными собеседниками в разных ситуациях и имеют большой репертуар ролевого поведения (то есть они проявляют ролевую пластичность).
Средние показатели распознания различных смыслов, которые могут принимать одни и те же вербальные сообщения у 28%.
Низкие среднего уровень по данному субтесту имеют 9%. Так, человек с низкими оценками по субтесту плохо распознают различные смыслы, которые могут принимать одни и те же вербальные сообщения в зависимости от характера взаимоотношений людей и контекста ситуации общения. Они часто "говорят невпопад" и ошибаются в интерпретации слов собеседника (рис. 3 Приложения 5).
В ходе обработки результатов по 4 субтесту - "Истории с дополнениями" мы установили, что 31% имеют высокие и 33% выше среднего показатели. Люди с высокими оценками по субтесту способны распознавать структуру межличностных ситуаций в динамике. Они умеют анализировать сложные ситуации взаимодействия людей, понимают логику их развития, чувствуют изменение смысла ситуации при включении в коммуникацию различных участников. Путем логических умозаключений они могут достраивать неизвестные, недостающие звенья в цепи этих взаимодействий, предсказывать, как человек поведет себя в дальнейшем, отыскивать причины определенного поведения. Успешное выполнение субтеста предполагает способность адекватно отражать цели, намерения, потребности участников коммуникации, предсказывать последствия их поведения. Кроме этого, требуется умение ориентироваться в невербальных реакциях человека, а также нормах и правилах, регулирующих поведение в обществе.
Средние показатели по данному субтесту отмечены у 23%.
Имеют ниже среднего оценки по субтесту 13%. Они испытывают трудности в анализе ситуаций межличностного взаимодействия и, как следствие, плохо адаптируются к разного рода взаимоотношениям между людьми (семейным, деловым, дружеским и другим) (рис. 4 Приложения 5).
Как мы уже отмечали большинство имеют высокие показатели по субтестам, следовательно, общий уровень социального интеллекта, также высокий у большинства (рис. 5 Приложения 5).
Таким образом, исследование показало, что большинство испытуемых способны извлечь максимум информации о поведении людей, понимать язык невербального общения, высказывать быстрые и точные суждения о людях, успешно прогнозировать их реакции в заданных обстоятельствах, проявлять дальновидность в отношениях с другими, что способствует их успешной социальной адаптации. Они успешные коммуникаторы, им свойственны контактность, открытость, тактичность, доброжелательность и сердечность, тенденция к психологической близости в общении.
Далее рассмотрим обработку результатов теста в соответствии с теорией Розенцвейга. Так, обработка теста состоит из следующих этапов:
. Оценка ответов.
Как говорилось в предыдущем параграфе, ситуации, изображенные на 30 рисунках, можно разделить на две основные группы (см. Приложение 6).
Ситуации "препятствия" (эго-блокинговые). В этих случаях какое-либо препятствие, персонаж или предмет обескураживает, сбивает с толку словом или еще каким-либо способом. Сюда относятся 16 ситуаций.
Изображения: 1, 2, 4, 6, 8, 11, 12, 13, 16, 20, 21, 22, 23, 24, 29, 30 (см. Приложение 6).
Ситуации "обвинения" (суперэгоблокинговые). Субъект при этом служит объектом обвинения. Таких ситуаций 14.
Изображения: 3, 5, 7, 9, 10, 14, 15, 17, 18, 19, 25, 26, 27, 28 (см. Приложение 6).
Каждый из полученных ответов оценивается, в соответствии с теорией Розенцвейга, по двум критериям: по направлению реакции (агрессии) и по типу реакции.
Для обозначения направления реакции используются буквы:
Е - экстрапунитивные реакции,- интропунитивные реакции,
М - импунитивные.
Типы реакций обозначаются следующими символами:- "с фиксацией на препятствии",- "с фиксацией на самозащите",- "с фиксацией на удовлетворение потребности".
Из сочетаний этих шести категорий получают девять возможных факторов и два дополнительных варианта.
Из комбинации этих 6 категорий получают 9 возможных счетных факторов оценки.
Каждый ответ может быть оценен одним, двумя, реже тремя счетными факторами.
В Приложении 7 указаны факторы, к которым относятся наиболее часто встречающиеся ответы на каждую из 30 карточек теста (GCR). Обозначения факторов, к которым относятся ответы, являются общепринятыми в работе с методикой Розенцвейга.
Подсчет диагностических показателей проходит в шесть этапов:
) заполнение и подсчет показателей матрицы реакций;
) подсчет формул;
) подсчет образцов;
) определение общих образцов;
) подсчет GCR;
) подсчет тенденций.
В наших данных экстрапунитивных ответов больше, чем интра- и импунитивных. Ответов эго-защитного типа меньше, чем ответов с фиксацией на препятствии и с фиксацией на удовлетворении потребности. Картина в целом более благополучная, но GCR несколько ниже (см. Приложение 8).
Таким образом, результаты теста фрустрации
Розенцвейга говорят о том, что преобладает тип реагирования личности на
состояние фрустрации, характеризующийся внешней направленностью, вымещением
негативных эмоций на других и провоцирующий агрессивные формы поведения.
Заключение
Насилие как психологическая категория - это психологическое и физическое давление на человека с целью принуждения его к определенным действиям. Насилие может быть физическим, психологическим и половым.
Насилие как основное деяние является конструктивным признаком состава насильственного преступления, определяющим его правовое содержание. При этом насильственное воздействие может предусматриваться в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, описывающей преступное деяние, наряду с другими ненасильственными способами совершения данного преступления (например, доведение лица до самоубийства или до покушения на самоубийство путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего.
Согласно официальной позиции ВОЗ, причины насилия отчасти обусловлены биологическими и иными личностными факторами предрасположенности человека к агрессии, однако чаще такие факторы взаимодействуют с семейными, общинными, культурными и прочими факторами внешнего характера и таким образом создают ситуацию, в которой возникает насилие.
К сексуальному насилию относятся: изнасилование и попытка изнасилования, нежелательные сексуальные прикосновения или принуждение прикасаться к другому человеку, подглядывание или фотографирование человека в интимной ситуации без его согласия, сексуальные домогательства и сталкинг, эксгибиционизм, принудительная демонстрация человеку порнографии, любые другие сексуальные действия с человеком, который не даёт на них согласия или не в состоянии отказать насильнику или оказать ему сопротивление.
Сексуальное насилие - сильнейшее давление на психику человека. Его жертвам наносится большой эмоциональный и физический ущерб. Разнообразны реакции на насилие, и люди, которые его пережили. Психологи установили общие признаки, симптомы переживания стресса.
Из сказанного о психологических особенностях криминального насилия может быть сделан общий вывод: в его основе лежат условия, резко затрудняющие удовлетворение потребностей, которые человек считает для себя жизненно важными и от которых поэтому находится в состоянии жесткой зависимости. К сожалению, большинство из этих условий складываются по плохо осознаваемым для конкретного лица законам и поэтому неуправляемы для него. Лучший путь для преодоления тенденций к насильственному поведению как для отдельного человека, так и для больших социальных групп и общностей - это сознательное овладение условиями своей жизни и на этой основе достижение независимости от любых из них.
В эмпирической части проводилось изучение индивидуально-психологических черт и типов личности в соответствии с теорией личности Г.Ю. Айзенка. В диагностическом исследовании приняли участие 25 человек - мужчин и женщин в возрасте 27 - 43 лет.
Психодиагностическое обследование было проведено с использованием опросника Г.Ю. АйзенкаEpi (1963).
В процессе исследования также использовался тест социального интеллекта Дж. Гилфорда и М. Салливен.
Методика исследования социального интеллекта Гилфорда-Салливен вносит заметный вклад в преодоление существующей диспропорции между большим количеством традиционных тестов интеллекта и недостатком методик для диагностики способностей к межличностному познанию. Российская адаптация теста Гилфорда-Салливен была проведена Е.С. Михайловой (Алешиной).
Методика представляет собой батарею стандартизированных тестов, направленных на диагностику феномена социального интеллекта (способности понимать намерения, чувства и эмоциональные состояния человека по вербальной и невербальной экспрессии).
В работе была использована еще одна методика исследования склонностей к сексуальному насилию - тест С. Розенцвейга, определяющий устойчивость к фрустрации и описывающий направления и типы эмоционального реагирования в сложных ситуациях взаимодействия.
В исследовании использовались основные показатели:
К первому критерию - направлению реакции - относятся: экстрапунитивные, интропунитивные, импунитивные реакции. За сложными и непонятными терминами скрываются очевидные для нас вещи. Так, кчеловек с экстрапунитивной реакцией причину стрессовой ситуации видит во внешних причинах, а потому разрешение проблемы требует от окружающих его лиц.
В процессе проведения исследования мы исходили,
прежде всего, из того, что все используемые методики наиболее удачно дополняют
друг друга, выявляя, соответственно, личностные особенности и
социально-психологические факторы, определяющие склонность к противоправному
поведению.
Список использованной литературы
1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 23.07.2013) // Собрание законодательства РФ. 17.06.1996. N 25. Ст. 2954.
. Абубакиров Ф.М. Уголовно-правовая оценка насилия в уголовном законодательстве и судебной практике // Российский судья. 2011. № 8. С. 19-22.
. Алиев Р.Х. Насильственная преступность в России: состояние и проблемы предупреждения // Общество и право. 2008. № 1. С. 25 - 32.
. Бакин А.А. К вопросу становления учений о личности насильственного преступника // История государства и права. 2008. № 23. С. 35 - 37.
. Борзенков Г.Н. Квалификация преступлений против жизни и здоровья: Учебно-практическое пособие. - М., 2005. - 359 с.
. Васкэ Е.В., Сафуанов Ф.С. Психолого-правовая оценка беспомощного состояния несовершеннолетних потерпевших от сексуального насилия // Юридическая психология. 2009. № 3. С. 16 - 20.
. Введенский Г.Е. Нарушения половой идентичности и психосексуальных ориентаций у лиц, совершивших противоправные сексуальные действия (клиника, патогенез, коррекция, судебно-психиатрическое значение): Автореф. дис. ... докт. мед.наук. - М.: ГНЦ ССП им В.П. Сербского, 2008. - 158 с.
. Гертель Е. Разграничение понятий "насилие" и "принуждение" в уголовном праве // Уголовное право. 2010. № 5. С. 17 - 19.
. Гертель Е.В. Соотношение понятий "насилие" и "принуждение" // Российский следователь. 2010. № 17. С. 19 - 20.
. Догадина М.А., Пережогин Л.О. Сексуальное насилие над детьми. Выявление, профилактика, реабилитация потерпевших // Вопросы ювенальной юстиции. 2007. №№ 4, 5; 2008, №№ 2, 3, 4, 5.
. Есаков Г. Осознание возраста потерпевшего лица в половых преступлениях: позиция судебной практики // Уголовное право. 2011. № 6. С. 15 - 17.
. Исаев Н.А. Психологические и патопсихологические особенности лиц с насильственными формами криминального сексуального поведения // Юридическая психология. 2010. № 2. С. 18.
. Кадыров Р.В., Янкина Е.В. Психологические особенности осуждённых, совершивших преступления сексуального характера // Социосфера. 2010. № 4. С. 14 - 21.
. Клоченко Л.Н. К вопросу об унификации терминологии, обозначающей психическое насилие, в уголовном праве // Российский следователь. 2013. № 9. С. 24 - 27.
. Колесова А.С. Развитие взглядов на насилие в семье в России и за рубежом: исторический аспект // Российский следователь. 2013. № 9. С. 45 - 48.
. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / А.А. Ашин, А.П. Войтович, Б.В. Волженкин и др.; под ред. А.И. Чучаева. 2-е изд., испр., перераб. и доп. - М.: КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2010. VIII. - 1032 с.
. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Ю.В. Грачева, Г.А. Есаков, А.К. Князькина и др.; под ред. Г.А. Есакова. - М.: Проспект, 2010. - 480 с.