Один из основных путей передела собственности в Ставропольском крае в сфере АПК является передел путем банкротства. В нашем крае около 500 предприятий находятся в стадии банкротства. По сравнению с прошлым годом их число несколько уменьшилось. За каждым стоят человеческие судьбы, как самих работников, так и членов их семей. Среди банкротов лидируют сельхозпредприятия и те, кто занимается переработкой сельхозпродукции.
Подавляющее число этих предприятий находится в самой последней стадии, стадии распродажи, когда уже ничего нельзя сделать, не какое финансовое оздоровление не поможет, надо менять хозяина, надо менять инвестора, вывеску. Никто из этих людей не нацелен просто развалить предприятие. Они имеют своей подспудной целью захватить предприятие в собственность, естественно, с его дальнейшим экономическим развитием, получением доходов и прибылью. Поэтому требуется немедленное приведение "банкротских" составов преступлений в соответствие с базовым позитивным законодательством, с одновременным совершенствованием законодательной техники при изложении уголовно-правовых норм с тем, чтобы их можно было разграничить, и значительным усилением уголовной ответственности за некоторые неправомерные действия при банкротстве.
В настоящее время в Ставропольском крае на 180 обанкротившихся предприятий агропромышленного комплекса заведено более 50 уголовных дел. В то время, как агропромышленный комплекс является основой продовольственной безопасности региона (в настоящее время в агропромышленном комплексе края занято более 232 тыс. чел., что составляет 23% от числа работающих во всех отраслях экономики края. За счет АПК формируется около 40% валового регионального продукта и 70% потребительских товаров), его экономический потенциал вследствие издержек реформирования пытаются использовать для обогащения различные криминальные структуры (10).
По мнению Председатель Северо-Кавказского банка В.В. Гаврилова, когда возникла реальная перспектива купли-продажи земли, передел собственности в сельском хозяйстве края пошел ускоренными темпами. Зачастую работники банка были свидетелями того, как крепкого заемщика вынуждали изменить экономический курс заезжие “инвесторы”, за 2-3 месяца доводили до банкротства, а все имущество, земля и техника оказывались в другой фирме. Так, примечателен пример с СПК “Грачевский”, который еще в 2002 году входил в список 300 лучших сельхозпредприятий страны. «За 2-3 месяца данное предприятие было разорено, руководство СПК исчезло на бескрайних российских просторах, а находящийся в залоге у двух(!) банков отборный скот незаконно был изъят и увезен представителями никому неизвестной в крае московской фирмы. Все это происходило не только на глазах у местных властей, правоохранительных органов, но, можно предположить, при молчаливом их соучастии. Грачевский суд без присутствия ответчика в срочном порядке принял решение в пользу пробивных дельцов, руководители силовых структур, исполнительной власти района дружно отключили телефоны и старательно избегали любых контактов с представителями банков. А между тем было совершенно очевидно, что подобные действия наносят прямой вред хозяйству и экономике района» (11). В Ставропольском крае в 2004 году уже были искусственно обанкрочены четыре заемщика Северо-Кавказского банка. Как правило, они имели на момент выдачи кредитов устойчивое финансовое положение, мощную материально-техническую базу, значительные объемы производства. Это известные в крае хозяйства: СПК “им. Ворошилова” Предгорного района, СПК “Серафимовский” Арзгирского района, СПК “Бешпагирский” Грачевского района, СХП “Донское” Петровского района». И это далеко не единственные примеры деятельности компаний - рейдеров в Ставропольском крае (11).
Банкротство сельскохозяйственных предприятий влечет за собой несколько проблем для края. Во-первых, злонамеренное разорение сельхозпредприятий никогда не влечет за собой оживление производства. Во-вторых, приезжему инвестору нет дела до социальной сферы разоренного предприятия. Так, по мнению А. Яшкунова, председателя комитета Государственной Думы Ставропольского края по бюджету, экономической политике, налогам, собственности и инвестициям, «власть действительно утрачивает контроль за АПК, особенно это видно на районном уровне. Приходят инвесторы, все чаще московские, которые ставят перед собой цель «высосать» все из земли. Им наплевать на сельский уклад, традиции, они проводят жесткую кадровую политику и забывают о социальной ответственности бизнеса, «сбрасывая» с себя расходы на социальную инфраструктуру - школы, детсады, клубы, бани и т.д. Многих глав районов, муниципальных образований такое положение дел устраивает: не нужно напрягать мозги, думать об экономике: пришел инвестор - он за все в ответе. А что творит этот инвестор - мало кто знает...». (14)
Следующий наиболее распространенный путь - передел собственности путем недобросовестных захватов хозяйствующих субъектов. Подобные переделы собственности - путем скупки кампаний, принуждения их к разделению или объединению, переуступке рынков сбыта и т.п. - практически не могут быть наказаны по уголовному законодательству, даже если осуществляются с элементами недобросовестности. Между тем - это реалии сегодняшнего дня. Недружественные, или недобросовестные захваты широко используются, например, в московской практике, при этом на захватах специализируются целые кампании, с огромными денежными средствами, превышающими, порой, весь российский годовой бюджет. Под видом стратегических инвесторов они скупают кампании, принуждают их к разделению или объединению, переуступке рынков сбыта и т.п. Их называют рейдерами. Есть также рейдеры, специализирующиеся на победах в конкурсах и тендерах во всех видах деятельности. Чтобы, если не исключить, то, хотя бы, ограничить подобную практику, следует незамедлительно принять соответствующее законодательство - о регламентации слияний, поглощений, и т.д. кампаний, и о запрете их недобросовестных захватов. Должна быть установлена и жесткая уголовная ответственность за нарушение такого законодательства.
В качестве примера недобросовестного захвата можно привести деятельность в крае международной финансовой корпорации IFC, являющейся одним из подразделений Всемирного банка. Она кредитует в объеме 30 млн. долл. проект развития птицеводства, который реализует в крае российская компания «Росхлебопродукт». По проекту будет усовершенствовано 96 птичников, построен новый инкубатор на 53 миллиона яиц в год, модернизирован ряд птицеперерабатывающих предприятий. Вместе с тем, необходимо отметить, что ситуация с представителем «Росхлебопродукта» в крае - ЗАО «Ставропольский бройлер» - неоднозначна. Директор ЗАО А. Афанасьев утверждает, что инвестиции «Росхлебопродукта» уже работают - поступило 15 млн. долл. ЗАО «Ставропольский бройлер» организовано недавно, а возникло оно на базе ОАО «Ставропольские Зори Плюс». Последнее предприятие также контролировалось «Росхлебопродуктом», однако после целого ряда скандалов филиалы ОАО были реорганизованы. К «Ставропольскому бройлеру» перешел имущественный комплекс «Ставропольские Зори Плюс». Таким образом, была реализована ставшая классической схема ликвидации предприятия, когда собственник получает возможность начать деятельность «с чистого листа».
С этим же методом связана смена собственника крупнейшего в крае предприятия Невинномысского «Азота». Вот уже 5 лет продолжается скандал вокруг крупного пакета акций предприятия. Дело в том, что в 2000 году некоммерческое партнерство «Содружество», объединяющее акционеров «Азота» (дочернего предприятия ЗАО МХК «Еврохим») ликвидировала межрайонная налоговая инспекция г. Невинномысска. Банковские счета акционеров, куда поступали дивиденды, были закрыты. 16% акций, которые были приобретены на сумму 200 млн. рублей, перешли «Еврохиму».
НП «Содружество» было создано в 1999 г. тогдашним директором «Азота» В.Ледовским в качестве противовеса стремлениям группы «МДМ» получить контроль над предприятием. Фактически НП создавалось на деньги работников предприятия в принудительном порядке, работников заставляли вносить паи в «Содружество» под угрозой увольнения. НП контролировалось менеджментом «Азота» и лично В.Ледовским. Естественно, получив контроль над «Азотом», «МДМ» неоднократно предпринимала попытки ликвидировать крупного держателя акций. Так, попытки продать акции «Азота», принадлежащие «Содружеству», кипрским оффшорным компаниям были сорваны при непосредственном участии «МДМ». Логическим завершением процесса стала инициация решения Госналогслужбы по признанию самого факта создания НП незаконным.
Городским судом Невинномысска действия налоговиков по ликвидации партнерства были признаны незаконными. Вполне естественно, что суд г. Невинномысска стал на сторону нынешнего мэра города (в марте 2004 г. В. Ледовской был избран на пост главы Невинномысска). Таким образом, В. Ледовской пытается восстановить влияние на дочернем предприятии «Еврохима». Решение суда должно вступить в законную силу в ноябре, однако оно, скорее всего, будет опротестовано. Неудивительно, что вокруг 16% акций «Азота» возник такой конфликт. «Невинномысский Азот» является высокоприбыльным предприятием, вошедшим в рейтинг «Финанс-500» крупнейших предприятий России, его выручка в 2003 г. составила 5 млрд. 727 млн. руб.
Уход «Азота» с рынка минеральных удобрений края и переориентация данного предприятия на выпуск экспортной продукции привели к тому, что в крае появился новый лидер рынка - компания «Регион-Агро-Ставрополь».
ООО «Регион-Агро-Ставрополь» является представительством агрохимической компании «ФосАгро» в Ставропольском крае. «ФосАгро» специализируется на выпуске фосфоросодержащих удобрений и является крупной структурой полного цикла: от добычи фосфатного сырья до производства фосфоросодержащих минеральных удобрений. В компанию входят заводы: «Аммофос» (г. Череповец), «Воскресенские минеральные удобрения», «Балаковские минеральные удобрения», а также крупнейшее в России и в Европе предприятие по производству фосфатного сырья - «Апатит».
Целая серия методов передела собственности связана с различными махинациями с акциями предприятий, когда предприятие в результате этого меняет своего владельца. Это осуществляется с помощью:
- покупки акций АО на приватизационных конкурсах и аукционах;
- покупки акций принадлежащими менеджменту фирмами (фондами);
- выкупа акций АО самим АО, в том числе с последующей продажей выкупленных акций работникам и администрации (ее компаниям) для увеличения доли “инсайдеров” в ущерб внешним акционерам;
- контроля части или всех акций работников (через коллективный траст в форме закрытого АО и др.);
- траста на управление госпакетом акций;
- контроля за реестром акционеров (особенно для АО с числом акционеров менее 500), а также ограничения доступа к реестру акционеров или манипуляций им;
- изменения размера уставного капитала АО, в том числе целенаправленное уменьшение (разводнение) доли конкретных “чужих” акционеров через размещение акций новых эмиссий на льготных условиях среди администрации и работников, а также “дружественных” внешних и псевдовнешних акционеров;
- общей стратегии распыления акционерного капитала в целом для затруднения скупки акций потенциальным “захватчиком”;
- покупки “остаточных” пакетов акций в ходе денежной приватизации (многие менеджеры увеличивали “свои” пакеты даже в том случае, если не было конкуренции аутсайдеров);
- скупки акций работников;
- введения различных материальных и административных санкций по отношению к работникам-акционерам, намеревающимся продать свои акции “постороннему” покупателю;
- альянсов менеджеров-акционеров с “дружественными” аутсайдерами;
- привлечения местных властей для введения административных ограничений деятельности “чужих” посредников и фирм, скупающих акции работников;
- судебных исков, “поддерживаемых” местными властями;
- введения ограничений (квот) владения акциями в уставе;
- организации контроля за рынком акций данного АО (через инфраструктуру и др.);
- использования ассиметрии информации в борьбе с “агрессорами” или имеющимися уже внешними акционерами;
- организации размещения дополнительных эмиссий по принципу “узкого горла” (в недоступных местах и в ограниченный период времени);
- осуществления фиктивных банкротств с последующей скупкой продаваемых активов (2).
Так, в 2004 г. происходил передел собственности Зеленокумского завода по производству силикатного кирпича ЗАО «Цигель». В отношении его руководителей возбуждено уголовное дело по факту мошеннических действий.
В ЗАО «Цигель» в 1992 г. было выпущено около 8000 акций, к апрелю 2003 г. около 30 процентов акций оказалось в собственности уже неработающих на заводе акционеров, и директор предложил произвести скупку акций прежде всего у этих лиц с целью сконцентрировать акции у работающих в ЗАО «Цигель» акционеров. Однако, началась скупка акций и другим работником предприятия, который ездил по домам акционеров и уговаривал их продать акции. Выход из ситуации подсказал юрисконсульт завода. Он предложил создать общество с ограниченной ответственностью «Цигель-Ш», в котором сконцентрировать контрольный пакет акций завода.
1 июня 2004 года было проведено общее собрание участников ООО «Цигель-Ш», которые являлись акционерами ЗАО «Цигель». Собрание приняло решение об образовании общества, внесении в него первоначально в качестве вклада в уставной капитал 10000 рублей. Общество было зарегистрировано в установленном законом порядке. Внести акции в качестве вклада в уставной капитал сразу не имелось возможности, так как для перехода прав собственности на акции необходимо было зарегистрировать ООО в качестве юридического лица, для чего требовалось проведение оценки стоимости акций независимым оценщиком. Времени же на это не имелось. Поэтому и было решено первоначально создать общество с минимальным предусмотренным законом уставным капиталом, а затем увеличить его за счет внесения в качестве дополнительных вкладов акций ЗАО «Цигель». На общем собрании членов ООО «Цигель-Ш» и было принято такое решение. Акции вносились по их номинальной стоимости в 3000 рублей. Общее их количество в уставном капитале составило 4412 штук, или 55,84 процента всех акций ЗАО «Цигель». Осталось зарегистрировать переход права собственности на акции (вклад в уставной капитал ООО «Цигель-Ш») у независимого регистратора. И тут возникла ситуация, которая послужила в дальнейшем основанием для возбуждения уголовного дела. Когда трансфер-агент общества привезла передаточные распоряжения в Ставропольский филиал ООО «Южно-Российский регистратор», там потребовали указать в них наименование договоров с акционерами. Однако в компьютере регистратора работала несовершенная программа, в которой имелась возможность регистрации только двух типов договоров отчуждения акций: купли-продажи и дарения. Договоры акционеров ЗАО и ООО «Цигель-Ш» не подходили ни под то, ни, тем более, под другое. Трансфер-агенту пришлось остановиться на варианте купли-продажи. Что она и указала в передаточных распоряжениях. Дело было сделано. Таким образом, члены ООО «Цигель-Ш» стали коллективно владеть контрольным пакетом акций ЗАО «Цигель» (20).