Религиозная идентичность определяется А. Н. Крыловым как форма религиозного и социально ориентированного самосознания человека, проявляющегося одновременно как на индивидуальном, так и на социальном уровнях (Крылов, 2012: 223). С одной стороны, религия выступает содержанием идентификационного процесса. Человек осознает собственную идентичность посредством религиозных норм, истин, учений. Религия помогает ему найти себя, осознать свое место в жизни, ответить на экзистенциальные вопросы. С другой стороны, религия выступает инструментом, посредником идентификационного процесса. Посредством религии человек осознает свою принадлежность к определенной группе, роду, нации, стране. Религия служит сохранению и передаче норм, традиций, важных для процесса идентификации. Религиозные традиции теряют свое значение в современном обществе. Меняются функции религии, трансформируется религиозное поведение, и замещаются отдельные элементы религиозной идентичности новыми субидентичностями.
«Виртуальная» идентичность является предполагаемой, возможной, потенциальной идентичностью индивида. Такую идентичность порождают социальные практики, в ходе которых складываются новые идентификационные ориентиры и возможности их достижения. Но в условиях развития цифровых медиа «виртуальная» идентичность обретает новое значение. Основанием для этого становится то, что индивид может воспользоваться «виртуальной реальностью» для воплощения такой разновидности идентичности в себе. У интернет-зависимых людей «виртуальная реальность» не только дополняет, а почти заменяет социальную реальность, «виртуальная» идентичность может преобладать над другими идентичностями и реальными достижениями человека. Виртуальные социальные сети строятся в повседневных социальных контекстах, но существуют отдельно от них в виртуальном пространстве. Крупнейшая виртуальная социальная сеть Фейсбук, охватывающая почти половину всей интернет-аудитории, выступает основной платформой для опосредованной цифровыми технологиями визуальной коммуникации. В этой сети стало общепринятой формой социального взаимодействия «просматривание» друзей. П. Уймонен (Uimonen, 2013) исследовала визуальную идентичность как виртуальную саморепрезентацию посредством фотографий. Она, опираясь на работы Ирвинга Гофмана, связывает выбор фотографии с управлением впечатлениями, где профильная фотография рассматривается как «фиксированный реквизит» «переднего плана» взаимодействия и отмечается возможность пользователя показать те аспекты своего «Я», которые прежде находились на заднем плане.
Понятие виртуальной идентичности уточняет термин «сетевая идентичность», которая не порождается сама собой в процессе взросления и старения человека, а обретается в виртуальном пространстве.
Сетевая идентичность -- это идентичность индивида в Сети, которая им специально конструируется для открытой презентации другим людям. Она легко видоизменяется вплоть до полной замены даже на альтернативную идентичность, например человек меняет пол, возраст, статус. Здесь можно надеть маску, примерить новую роль. Сетевая идентичность поверхностна в отличие от относительно устойчивой социальной идентичности человека, формирующейся как многомерное образование в течение длительного времени и выступающей результатом социализации и социальной идентификации. Могут различаться отдельные параметры идентичности человека в Сети и в реальности. Такие различия выявлены по результатам сравнительного исследования отечественных психологов А. Е. Войскунского, А. С. Евдокименко, Н. Ю. Федуниной (Войскунский, Евдокименко, Федунина, 2013).
Половая идентичность предполагает осознание индивидом своей принадлежности к мужскому или женскому полу по биологическим и анатомическим различиям.
Гендерная идентичность -- осознание себя представителем гендерной общности (мужской или женской), т. е. мужественного или женственного рода (гендера), затрагивающего психологические, социальные и культурные особенности индивида. Различия в поведении мужчин и женщин формируются главным образом в процессе их социализации.
Еще одним основанием для выделения видов социальной идентичности является ее рассмотрение в аспекте нормы и отклонения с учетом результативности процессов идентификации и социализации, а также преодоления кризисов идентичности. По данному критерию можно выделить позитивную, успешную, целостную, негативную, кризисную, принудительную, отклоняющуюся, преждевременную, вынужденную, ускоренную, запаздывающую, ситуационную, демонстративную, формальную, неформальную, кризисную, несформированную, диффузную, реактивную, полемическую, предъявляемую идентичности, а также утраченную идентичность. Охарактеризуем некоторые виды перечисленных идентичностей.
Позитивная идентичность -- это социальная идентичность индивида, отражающая результат его успешной социализации и одобряемая обществом и социальными группами, членом которых он является. В понимании Э. Эриксона такая идентичность относится к положительному полюсу социальной идентичности.
Целостная идентичность -- это социальная идентичность, отражающая сформи- рованность индивида как целостной личности в результате его успешной социализации, освоения и присвоения социальной субъектности. Такая идентичность представляет собой устойчивую совокупность согласованных компонентов «Я» и собственно социальной идентификации. Индивид принимает себя как особь с конкретными психофизиологическими и личностными данными, удовлетворен своей принадлежностью к социальным группам и к обществу, осознает позитивную оценку социального окружения и общества в отношении себя, проявляет на высшем уровне активность, самостоятельность, ответственность. Как правило, целостная идентичность индивида достигается в зрелом возрасте.
Негативная идентичность -- это не желаемая для индивида социальная идентичность, отрицаемая его социальным окружением и обществом. Особым случаем такой идентичности становится результат отклоняющейся социализации индивида, который противоречит ожиданиям общества, но может приниматься индивидом, не справившимся с собой в освоении и выполнении социальных норм (наркоман, алкоголик, преступник, террорист, проститутка и др.). Эти случаи (в понимании Эриксона) относятся к отрицательному полюсу социальной идентичности.
Преждевременная идентичность может быть отнесена и к индивидам, прошедшим преждевременную социализацию -- раннее освоение индивидом социальных ролей и моделей социального поведения, которые не только не соответствуют его возрасту по действующим культурным традициям и общественным нормам, но и недопустимы в связи с незрелостью индивида или даже вредны для его физического и нравственного здоровья. Преждевременное обретение социальных ролей сопровождается вынужденной идентичностью. Это и раннее вынужденное приобщение детей и молодежи к труду, и ранние браки или создание брачных пар, и сексуальные связи, и раннее деторождение, и различные формы социальных девиаций.
Другую трактовку преждевременной идентичности дает Марсиа (Marcia, 1980). Он определяет эту идентичность как в основном приписываемое индивиду состояние, которое предваряет процесс его идентификации с родителями или другими значимыми людьми. Элементы сходства с другими формируются у индивида относительно рано. Он обладает определенными целями, ценностями, убеждениями. Но они не являются результатом самостоятельного поиска и выбора. Кроме того, человек никогда не переживал кризиса идентичности, который, по Марсиа, просто необходим. Примером такой преждевременной идентичности может быть статус богатого человека, наследуемый ребенком богатых людей, или принадлежность к элитной группе, присвоенная индивидом вследствие идентификации с родителями, но не достигнутая им самостоятельно.
Ситуационная идентичность возникает в особых ситуациях жизнедеятельности индивида, когда он принимает идентичность как маску, на время меняя свое лицо, соглашаясь быть кем-то другим, которым человек на самом деле не является. В процессе социального взаимодействия возникают различные образцы идентичностей. Среди них есть нежелательные для конкретного человека, даже если они социально одобряемы. Принятие некоторых социальных идентичностей проблематично. «Примерка» новой идентичности может способствовать ее закреплению, сохранению и дальнейшему развитию. Вместе с тем стоит избегать ситуации даже кратковременного принятия индивидом асоциальных и антисоциальных образцов.
Диффузная идентичность -- это такое состояние идентичности индивида, когда он не имеет прочных целей, ценностей и убеждений и не пытается их сформировать. Он оберегает себя от возможных проблем, связанных с достижениями. У индивида отсутствует ясное внутреннее чувство непрерывности и тождественности личности. Его идентичность размыта. Он переживает ряд негативных состояний, включая пессимизм, апатию, тоску, ненаправленную злобу, отчуждение, тревогу, чувства беспомощности и безнадежности (Антонова, 1996: 134). Особым случаем диффузной идентичности может стать состояние человека, имевшего достигнутую идентичность, но потерявшего ее жизненность из-за расхождения прежних целей, ценностей, убеждений с требованиями изменившейся жизни. Человек может преодолеть такое состояние путем самостоятельного принятия решений относительно того, каким ему быть далее, и приложения определенных усилий по принятию новых ценностей, видов деятельности, образцов поведения.
Реактивная идентичность -- это идентичность индивида, возникающая в качестве его реакции на других людей с позиции восприятия своего отличия от них. Крайняя степень такой идентичности -- полемическая идентичность.
Полемическая идентичность -- осознанные индивидом его нетождественность, отличие от других людей. Это отличие может быть не замечено. Но если оно обнаружено, человек может отреагировать в защиту себя от другого и в предельной степени агрессивно, «завышено» выставлять или даже противопоставлять себя.
Предъявляемая идентичность -- набор социально значимых качеств, которые индивид транслирует другим людям в процессе взаимодействия и различных форм жизнедеятельности.
Утраченная идентичность -- состояние индивида, связанное с потерей прежних социальных обретений и достижений (статусы, роли, работа), во-первых, в связи с объективными обстоятельствами (кардинальные перемены в обществе, распад социальной структуры и индивидуальных биографий, потеря близких), во-вторых, по личным обстоятельствам (асоциальное или антисоциальное поведение, смена идентификационных ориентиров, болезнь).
Заключение
Социальная идентичность как осознание, ощущение индивидом своей принадлежности к различным социальным общностям связана также с переживанием своей индивидуальности и является его субъективным состоянием и объективно наблюдаемым качеством тождественности другому человеку, группе, образцу и самому себе.
Разновидности социальной идентичности как сложного социального феномена, отражающего взаимодействие личности и общества, пересекаются и дополняют друг друга. Это следует учесть в научных исследованиях проблем социальной идентичности в современном обществе.
Список литературы
1. Антонова, Н. В. (1996) Проблема личностной идентичности в интерпретации современного психоанализа, интеракционизма и когнитивной психологии // Вопросы психологии. №1. С. 131-143.
2. Войскунский, А. Е., Евдокименко, А. С., Федунина, Н. Ю. (2013) Сетевая и реальная идентичность: сравнительное исследование // Психология. Т. 10. №2. С. 98-121.
3. Гришина, Е. А. (2003) Идентичность гражданская // Социологическая энциклопедия: в 2 т. Т. 1. М. : Мысль. С. 336-338.
4. Завалишина, Д. Н. (2001) Способы идентификации человека с профессией // Психология субъекта профессиональной деятельности / под ред. А. В. Брушлинского, А. В. Карпова. М. -- Ярославль. С. 104-128.
5. Ковалева, А. И. (2017) Общество и личность. М. : Изд-во Моск. гуманит. ун-та. 276 с
6. Кочина, Е. А. (2015) Гражданская идентичность в полиэтническом регионе как элемент национальной идентичности // Инновационная наука. Т. 2. №6 (6). С. 255-257.
7. Крылов, А. Н. (2004) Корпоративная идентичность для менеджеров и маркетологов. М. : Изд-во НИБ. 224 с.
8. Крылов, А. Н. (2010) Эволюция идентичностей: Кризис индустриального общества и новое самосознание индивида. М. : Изд-во НИБ. 272 с.
9. Крылов, А. Н. (2012) Религиозная идентичность. Индивидуальное и коллективное самосознание в постиндустриальном пространстве. М. : Изд-во НИБ. 306 с.
10. Ламажаа, Ч. К. (2018) Национальный характер тувинцев. М. ; СПб. : Нестор-История. 240 с.
11. Луков, В. А. (2018) Тезаурусная социология : в 4 т. Т. 3. М. : Изд-во Моск. гуманит. ун-та. 608 с.
12. Луков, В. А. (2019) Тезаурус в лингвистике и социологии // Ученый совет. 2019. №10 (178). С. 60-67.
13. Мадюкова, С. А., Персидская, О. А., Попков, Ю. В. (2017) Общенациональная и этническая идентичность молодежи этнических групп Сибири в сравнительной перспективе // Знание. Понимание. Умение. №3. С. 69-83. DOI: 10.17805/zpu.2017.3.6
14. Перинская, Н. А. (2018) Профессиональная идентичность // Знание. Понимание. Умение. №2. С. 209-211. DOI: 10.17805/zpu.2018.2.19
15. Уваров, Е. А. (2016) Новая личность в контексте развертывания современной жизненной реальности // Гаудеамус. Т. 15. №2. С. 15-25.