Таким образом, работа трех каналов трансляции, определяющих социокультурную действительность, может быть использована для совершения события-в-реальности.
Вооружившись всеми изложенными аргументами, можно привести примеры события-в-реальности, необратимо отделяющего действительность прежнего символизма от реальности новых восприятий происходящего. Например, стиль ампир был способом выражения триумфальных побед Наполеона и его имперских амбиций, изменивших структурность жизни не только Франции. Ампир, проникая во все области искусства, должен был в явной форме убедить общество того периода в необратимости происходящих изменений. Причем этот стиль вбирал в себя и символику императорской власти Древнего Рима, и символику меровингского происхождения, ясно указывая как на истоки культурной традиции, так и на неизбежность смены «лилий» на «наполеоновских пчел». Заметим, что происходит напластование смыслов и осуществляется преемственность в семиотических структурах, т.е. прежде всего «задействуются» диахронические трансляции.
Следующий пример «принадлежит» синхроническим трансляциям. После бескровной оккупации Дании гитлеровскими войсками новая исполнительная власть велела всем евреям носить желтую повязку на рукаве и шестиконечную звезду на верхней одежде. Король Дании, не предотвративший в силу понятных причин оккупацию, оказал сопротивление этому распоряжению, осуществив «переворот в символизме». На следующий день король и все его придворные вышли прогуляться по улицам Копенгагена с желтой повязкой на рукаве и шестиконечной звездой на верхней одежде. Замечу, что в обоих примерах «переворот в символизме», или событие-в-реальности, осуществлялся при наполнении иным смыслом знаков, обозначающих действия и образы. Иными словами, событие-в-реальности вызывается проникновением новой семантики в действующий оператор.
Подведу итог приведенного рассуждения. Преодолевая состояние сильной неустойчивости, система совершает случайный выбор одного из возможных вариантов обретения устойчивости. Этот выбор есть событие, необратимо отделяющее потенциальность всех возможностей от актуальной действительности. Механизм совершения этого события есть процесс генерации информации, а результат данного процесса требует фиксации выбранного системой варианта выхода из хаоса. Сама фиксация требует соответствующего кода. Результат кодирования варианта выхода из хаоса становится содержанием события, отделяющего всю потенциальность от реализации одной возможности, что соответствует уайтхедовскому определению действительности. Таким образом, создание кода, предопределяющего действительность, есть событие-в-действительности.
Вместе с тем информационный по своей сути процесс выбора сопряжен с информационным же процессом отбора, а в своих свойствах информация наряду с фиксируемостью имеет свойство действенности, которое проявляет себя в обретении способа совершения целенаправленных действий. Обретаемый способ выражает адаптацию к действительности, использование ресурсов действительности и восприятие действительности - все то, что А.Н. Уайтхед определял как реальность. Создание этого способа, или создание оператора, отделяет действительность от реальности, а согласно обоснованиям А.Н. Уайтхеда является телеологическим микропроцессом сращения много в одно, т.е. является событием. Данное событие, выраженное в способе достижения цели, есть событие-в-реальности. Все сказанное позволяет сделать следующий вывод: с позиции информационно-синергетического подхода сращение результатов генерации, фиксации и кодирования информации создает событие-в-действительности, а сращение результатов трансляции информации и построения оператора создает событие-вреальности.
Итак, в начале статьи было обещано, что совершение четырех шагов может привести к обретению повода для оптимизма в общем хоре пессимистических прогнозов для деградирующей в тисках глобального коммуникационного пространства культуры. Итогом изложенных четырех шагов стало обоснование возможности междисциплинарного синтеза синергетики, теории информации, теории коммуникаций и семиотики. Нахождение в этой исследовательской позиции дает возможность установить границы коммуникативного пространства, зафиксированные, с одной стороны, событием-вдействительности (результат процесса кодирования), а с другой - событиемв-реальности (результат построения оператора). Установленные границы позволяют содержательно определить собственно коммуникативное пространство как фазовое пространство форм знака, а следовательно, и способы управления им [16].
В первом приближении этих способов три. Существует возможность управлять событиями-в-действительности. Именно к этому управлению призывают те, кто пытается «обуздать» новые информационные технологии.
Действительность современной культуры задана созданием новых коммуникационных средств. Их появление стало событием-в-действительности. Это событие определило состояние семиотического хаоса, наблюдаемого в каналах трансляции и угрожающего поглотить все культурные формы и нивелировать разнообразие культур. Однако это стало данностью культуры. Управлять событиями-в-действительности подобно управлению прошлым, что освоено в практике технологий манипуляции. Такое управление дает сиюминутные результаты, но рано или поздно оплачивается еще более тяжелыми последствиями.
Остается простор для реализации технологий коммуникативного менеджмента, т. е. для управления настоящим. Это наиболее хлопотный способ управления, поскольку здесь возникает необходимость в мониторинге измерений параметров порядка коммуникативных систем. При этом возможности оперативного управления коммуникативными процессами в режиме синхронии становятся ничтожными. Самым эффективным я считаю управление событиями-в-реальности, поскольку это дает возможность управлять будущим. Изложенные в статье рассуждения были призваны вызвать убеждение в существовании такой возможности, поскольку хаотическое состояние есть преддверие и условие рождения нового порядка. Таким образом, существует шанс использовать семиотический хаос, вызванный внедрением коммуникационных технологий, как условие для нового взлета и создания новой реальности. Этот шанс одновременно и мал и подлинен. Он становится вызовом для интеллектуальной элиты, поскольку только она способна реализовать этот шанс, предложив и угадав то, что станет событием-в-реальности, устанавливающим новые асимптоты культурных смыслов.
синергетика информация реальность событие
Литература
1. Миронов В.В. Глобальное коммуникационное пространство как фактор трансформации культуры // Вопросы философии. 2006. № 2. С. 27-43.
2. Юдин Б.Г. Чтоб сказку сделать былью? (Конструирование человека) // Бюл. сиб. медицины. 2006. Т.4, № 5. С. 7-19.
3. Сибрук Д. Культура маркетинга, маркетинг культуры. М.: Ад Маргинем, 2005.
4. Уайтхед А.Н. Избранные работы по философии // Сост. И.Т. Касавин. М.: Прогресс, 1990. С. 272-303.
5. Пригожин И.Р., Стенгерс И. Время, хаос, квант: Пер. с англ. М.: Прогресс, 1994.
6. Мелик-Гайказян И.В., Мелик-Гайказян М.В., Тарасенко В.Ф. Методология моделирования нелинейной динамики сложных систем. М.: Физматлит, 2001.
7. Кастлер Г. Возникновение биологической организации: Пер. с англ.; Под ред. Л.А. Блюменфельда. М.: Мир, 1967.
8. Эко У. Открытое произведение. Форма и неопределенность в современной поэтике: Пер. с ит. СПб.: Академический проект, 2004.
9. Корогодин В.И. Информация и феномен жизни. Пущино: АН СССР, 1991.
10. Чернавский Д.С. Синергетика и информация. М.: Знание, 1990.
11. Мелик-Гайказян И.В. Информационные процессы и реальность. М.: Наука: Физматлит, 1998.
12. Мелик-Гайказян И.В., Петрова Г.И., Лукьянова Н.А. и др. Миф, мечта, реальность: постнеклассические измерения пространства культуры; Под ред. И.В. Мелик-Гайказян. М.: Научный мир, 2005.