Сибирский федеральный университет
Социокультурный облик служащих низового советского аппарата управления Восточной Сибири в первой половине 1920-х гг.
Т.Г. Карчаева
г. Красноярск
Аннотация
В ходе исследования были изучены биографии членов волостных исполнительных комитетов и сельских Советов, служившие в Енисейской и Иркутской губерниях в первой половине 1920-х гг. В постреволюционной России сельские Советы представляли собой созываемые собрания депутатов, избранных сельчанами для реализации их права на власть, при этом волостные исполнительные комитеты были распорядительными и исполнительными органами сельских Советов. На основе архивных данных установлено, что в 1923 г. было 1 357 сельских Советов в Енисейской губернии (в Ачинском, Енисейском, Канском, Красноярском, Минусинском, Туруханском уездах). В данном регионе один сельский Совет формировался в среднем 782 жителями, то есть 1,9 селениями, и в него входили 4.5 члена. При этом на одно селение в Енисейской губернии приходилось 404 жителя, на одну волость - 7 071, на один волостной исполнительный комитет - 9 Сельсоветов и 41,3 членов Сельсоветов. В свою очередь, в менее населенных Балаганском, Селенгинском, Киренском, Зиминском, Верхоленском, Иркутском, Тулунском уездах Иркутской губернии в 1923 г. было 460 сельских Советов, на один волостной Исполнительный комитет приходилось 32,0 членов Сельсоветов, на одно селение и одну волость - 256 и 6 839 жителей соответственно. Социокультурный облик служащих волостных исполнительных комитетов Енисейской губернии был представлен следующими характеристиками: коммунисты - 64%; работали в сельском хозяйстве 83%; высшее образование имели 2,4%, среднее образование - 67%, начальное образование - 30%, домашнее - 0,6%, неграмотные отсутствовали. Среди служащих волостных исполнительных комитетов Иркутской губернии коммунистами были 37%; сельским хозяйством занимались 85%; высшее, среднее и начальное образование имели более 99% служащих. Следует отметить, что состав членов сельских Советов, по данным 1923 г., был более демократичен, чем кадровый состав Волисполкомов. Так, в Енисейской и Иркутской губерниях неграмотными были 15 и 16% членов Сельсоветов соответственно, а остальные 85 и 84% имели преимущественно низшее и домашнее образование, при этом коммунистами были всего 11% и 9% - депутатами. Несмотря на провозглашенное в Советской России гендерное равенство, почти 99% местных управленцев в Восточной Сибири - это мужчины. Следовательно, на примере Иркутской и Енисейской губерний доказано, что члены волостных Исполнительных комитетов и сельских Советов в первой половине 1920-х гг. не были представителями элитарных слоев общества. Однако среди членов волостных Исполнительных комитетов было больше грамотных и коммунистов, чем в сельских Советах. Анализ источников произведен с использованием статистических методов.
Ключевые слова: конкретно историческое исследование, статистика, общественные советы, сельсоветы, исполнительные комитеты, государственная служба, политическое участие, Енисейская губерния, Иркутская губерния, Восточная Сибирь, Советский Союз.
Abstract
Socio-cultural appearance of employees of the lower soviet administrative apparatus of Eastern Siberia in the first half of the 1920s
Tat'iana G. Karchaeva
Siberian Federal University Krasnoyarsk, Russian Federation
The study tested members of volost executive committees, deputies, chairmen and secretaries of village Soviets that served in the Yeniseisk and Irkutsk Governates from 1921 till 1925. Village Soviets were meetings of deputies elected to fulfill people's right to power. Volost executive committees were administrative and executive public service for village Soviets. In accordance with archival materials, we determined that 1,357 village Soviets worked in the Yenisesk Governate in 1923 (including Achinsk, Yeniseisk, Kansk, Krasnoyarsk, Minusinsk, Turukhansk uyezds). 782 inhabitants and 1.9 villages formed one village Soviet in the Yeniseisk Governate of several members. On average, one village Soviet included 4-5 members. The number of residents in one village of the Yeniseisk Governate was 404, and 7,071 people lived in one volost. Moreover, 9 village Soviets formed one volost executive committee of 41 members. 460 village Soviets were located in the Irkutsk Governate in 1923 (including sparsely populated Balagansky, Selenginsky, Kirensky, Ziminsky, Verkholensky, Irkutsk, Tulunsky uyezds). Therefore, one volost Executive Committee included 32 members. 256 people lived in one village in the Irkutsk Governate; 6,839 inhabitants lived in one volost. Socio-cultural image of employees in the Yeniseisk Governate's volost Executive Committees was not an elite image: 64% communists; 83% peasants; 17% workers and intellectuals; 2.4% had a higher education level; 67% had secondary education level; 30% had primary education level; 0.6% had a home education level; however, there weren't any illiterates. The Irkutsk Governate's volost Executive Committees included: 37% communists; 85% peasants; 15% workers and intellectuals; 99% had higher, secondary and primary education levels. However, members of village Soviets were more democratic than members of volost Executive Committees. For example, 15% of village Soviets' deputies were illiterate in the Yeniseisk Governate. Moreover, 16% of deputies were illiterate in the Irkutsk Governate. Other deputies had lower and home education level. Only 11% of village Soviets' deputies were communists in the Yeniseisk Governate. 9% of deputies were communists in the village Soviets in the Irkutsk Governate. Importantly, 99% were men among local administrators in Eastern Siberia. Although gender equality was proclaimed in Soviet Russia, it was absent in the Yeniseisk and Irkutsk Governates in the first half of the 1920s. As a result, members of the volost executive committees and village Soviets in Eastern Siberia were ordinary people. They did not have any professional experience; and they had a low level of work ethics. To analyze the information about members of volost Executive Committees, deputies, chairmen and secretaries of village Soviets we used archival materials of the Fund No. 393 «People's Commissariat of Internal Affairs of the RSFSR» from the State Archives of the Russian Federation (Moscow).
Keywords: concrete historical research; statistics; public councils; village Soviets; executive committees; public service; public participation; Yeniseisk Governate; Irkutsk Governate; Eastern Siberia; Soviet Union.
Введение
На современном этапе гуманитарной науки междисциплинарность стала одним из признаков исторического знания. Активный диалог истории, антропологии, социологии, политологии, математики, информатики и прочих наук обрел новую жизнь. Зарубежные научные центры уже много лет предпринимают попытки проиллюстрировать облик государственных служащих советской России с позиции антропологии. Заинтересованность в этом иностранных историков обусловлена необходимостью познания социализма как цивилизационной вариативности развития общества.
В 1980-е гг. учеными Национального центра научных исследований во Франции (C.N.R.S. - Centre National de la Recherche Scientifique, France) рассмотрена эволюция кадрового состава судебных органов СССР в период правления И.В. Сталина (Rittersporn, 1984: 211-237). Антропологический подход был использован американскими учеными для характеристики российских «чиновников» в период Гражданской войны (1917-1920 гг.) и в другие годы эпохальных событий российской истории (Cook, 2013: 1-31; Hahn, 1988: 5-25). Сравнительный анализ управленческих традиций в Российской империи, Советском Союзе и Российской Федерации уже осуществлен американскими учеными Государственного исследовательского университета в Боулинг-Грин штата Огайо (BGSU - Bowling Green State University in Ohio, USA) (Rowney, 2009: 3-9). Однако территориальная удаленность от исторических источников российских региональных архивов и библиотек позволяет отечественным ученым опережать зарубежных коллег в этом направлении.
В 1990-2010-е гг. российские историки переориентировали свое внимание с общественных отношений на личность. Тематика истории чиновничества на уровне регионов разработана и продолжает разрабатываться в Иркутске, Красноярске, Новосибирске, Екатеринбурге и других городах современной России (Vladimirov, Sarafanov, Shchetinina, 2019: 99-105; Dameshek L., Dameshek I., 2020: 103-107; Dyatlov, Dyatlova, 2020: 623-638; Kazarin, 2020: 101-106; Mazur, 2014: 251-267; Plekh, 2019: 258-272; Degtyarev, Polyakova, 2019: 83-92; Magomedov, Bagov, Zolkin, 2020: 553-558).
В рамках данной темы произведен существенный задел и красноярскими историками (Dement'ev, 2020: 55-62; Kovalev, 2019: 126-136; Konovalova, 2020: 312; Sorokun, 2019: 16-18; Malyutina, Gergilev, Gryaznukhin, Zhabaeva, 2019: 1429-1438; Elteko, Karchaeva, 2019: 137-141). Например, автором данной статьи уже рассмотрен вопрос участия женщин в органах советской власти в Сибири с 1921 по 1936 г., реконструированы условия предоставления привилегий по службе в Сибири в период первых десятилетий советской власти, сделан вклад в характеристику источников по теме кадрового состава местных Советов и их Исполнительных комитетов (Karchaevab, 2020: 95-102; Karchaeva3, 2020: 90-99; Karchaeva11, 2020: 49-56; Karchaeva, Kizhner, Gergilev, 2020: 34-54; Dolidovich, Karchaeva, 2020: 129-137).
Цель данной статьи - выявить характерные черты и особенности социокультурного облика советских служащих низового аппарата государственного управления на территории Восточной Сибири в первое десятилетие советской власти.
Актуальность исследования подтверждена необходимостью анализа опыта управления в контексте российской истории. Кадровый вопрос в условиях социалистического государства в первые годы советской власти был вопросом воспитания нового человека - «бойца и творца светлой радостной жизни». С новыми кадрами хозяйственников и администраторов под руководством ленинско-сталинской партии Россия должна была превратиться в передовую страну, которая могла бы быть, как считали общественно-политические деятели 1920-х гг., индустриальной крепостью социализма (Vasil'ev, 1936: 3).
Концептологические основания исследования Основополагающая обобщающая концепция исследования - это модернизационный подход, рассматривающий явления и процессы в истории России 1920-х гг. с позиции поступательной динамики развития советского общества, перехода от аграрной организации общества к индустриальному. Данная методология апробирована научными центрами Уральского отделения Российской академии наук (Екатеринбург), Института истории Сибирского отделения Российской академии наук (Новосибирск), учеными Сибирского федерального университета (Красноярск) (Alekseev, Аlekseevа, Bogаtyrevа, Dаshkevich, Ermаkovа, Zubkov, Kаzаkovа-Apkаrimovа, Korepenov, Kuraev, Mikitiuk, Neklyudov, Nefedov, Nechаevа, Poberezhnikov, P'yankov, Rukosuev, Tulisov, 2016: 22-27; Mathanova, 2020: 65-71; Koptseva, 2020: 834-837).
Оригинальность исследования заключается в установлении роли кадрового состава советских управленцев в реализации управленческих функций советской власти на примере Восточной Сибири 1920-х гг. Следовательно, в статье предпринята попытка рассмотреть кадровый состав акторов модернизации. При этом автор статьи не дает оценку системы государственного и общественного управления Советской России, которая взята за данность того времени.
Объект исследования - низовой аппарат государственного управления в советском обществе. Он рассмотрен через характеристику действовавшей системы сельских Советов, их исполнительных комитетов и анализ участников (акторов) советской власти, то есть через установление общего и особенного в человеке, причастного к системе советского управления. Следовательно, объектом исследования являются председатели, секретари, члены сельских Советов (Сельсоветов), волостных Исполнительных комитетов (Волисполкомов). Заметим, в данной статье не рассматриваются депутаты и служащие городских Советов, которые функционировали по иным нормативным положениям и требованиям.
Предмет исследования - социокультурный облик советского управленца, то есть советского служащего, находившегося на административной должности в сельских Советах и Волисполкомах. Характеристика социокультурного облика советских управленцев проведена по следующим критериям: пол, уровень образования, принадлежность к ВКП(б), основной вид занятости (сельское хозяйство, промышленность, сфера услуг).
Хронологические рамки исследования - 1921-1925 гг. - включают начальный период строительства советской системы управления после окончания Гражданской войны и до реформы районирования в Сибири. Территориальные границы исследования обусловлены действующей системой административно-территориального деления, поскольку Енисейская и Иркутская губернии представляли собой регионы восточной части Сибири с преобладанием в своем составе русского населения, следовательно, имели классическую модель советского управления.
Исторические источники исследования - материалы официальной статистики первой половины 1920-х гг. Это сводки сведений о выборах в Советы РСФСР (за 1923 г.), а также статистические отчеты о результатах выборных кампаний в Советы по Енисейской и Иркутской губерниям. Представленные данные репрезентативны, собраны Народным комиссариатом внутренних дел РСФР в первой половине 1920х гг., хранятся в одноименном фонде (Р-393 «НКВД РСФСР») Государственного архива Российской Федерации (далее - ГАРФ).
Методология
исполнительный комитет сталин волостной
Методологическая основа работы базируется на антропологическом подходе и ключевых инструментах антропологически ориентированной истории. Междисциплинарность подхода обуславливает использование методов исторической науки, а также социальных и гуманитарных наук.
В основе исследования - метод историзма, с помощью которого дана характеристика структуры советских органов власти и реконструирован социокультурный облик государственных служащих в исторических условиях Сибири 1920-х гг.
Системный анализ позволил выявить в кадровом составе низового аппарата управления общие черты через индивидуальные примеры, а также рассмотреть единичное через общее. Идеографический подход дал возможность изучить частные случаи реализации идей советского управления на местах, а номотетический подход - осуществить в этом поиск общих закономерностей.
Результаты
Характеристика системы низовых органов государственной власти на территории Восточной Сибири в первой половине 1920-х гг.
Согласно конституционному строю Советской России население участвовало в государственном управлении через сформированные по территориальному признаку Советы - представительные органы власти, периодически собираемые для принятия важных решений. При этом исполнительно-распорядительную деятельность Советов осуществляли ими формируемые Исполнительные комитеты (также - исполкомы) - постоянно действующие органы власти, имеющие отраслевую структуру и подконтрольные вышестоящим исполкомам, а на центральном уровне власти подконтрольные соответствующим по направлению деятельности Народным комиссариатам (Vladimirskij, 1919: 53).
Данные принципы организации советской власти представляли собой основы государственного строя, были приняты Конституцией РСФСР 1918 г., не менялись с принятием последующих Конституций СССР 1924, 1936, 1977 гг. (соответственно, Конституций РСФСР 1925, 1937, 1978 гг.).