В следующих работах Гада Амер стала представлять более спорные и провокационные сюжеты, касающиеся женской сексуальности (См. Рисунок №14). Они стали основным мотивом творчества художницы. В картинах мастер использует повторяющийся сюжет: обнаженные женщины, скопированные из европейских порнографических журналов. Auricchio, L. Works in Translation: Ghada Amer's Hybrid Pleasures. // Art Journal. 2001. Vol. 60, No. 4. - p. 32. Этим сюжетом Амер осуждает ограничение свободы и сексуальности женщины в Исламе, но делает это с позиции представителя западной культуры. В западном сознании хиджаб служит инструментом контроля женщины, ограничивает ее свободу и проявления сексуальности. Lewis, R. Rethinking Orientalism: Women, Travel, and the Ottoman Harem. Rutgers University Press, 1998. - p. 135. В мусульманском мировоззрении взгляд мужчины на женское тело может породить опасность для женщины, поэтому женщина должна быть сокрыта от посторонних взглядов. Lewis, R. Gendering Orientalism: Race, Femininity and Representation. Routledge, 1995. - p. 98. Амер не соглашается с подобным мировоззрением и утверждает в своих работах, что в обнаженном женском теле нет ничего провокационного или двусмысленного. Художница регулярно изображает обнаженных моделей в эротических позах и этим снижает шокирующий эффект изображений. Подобным настойчивым и регулярным изображением обнаженных женщин мастер стремится к снижению разрушительного потенциала, который мусульманское мировоззрение приписывает женскому телу. Художница предполагает, что нормализованное в человеческом сознании тело теряет свою опасную ауру, и поэтому однажды ношение чадры станет неактуальным. Lloyd, F. Contemporary Arab Women's Art: Dialogues of the Present. I. B. Tauris, 2002. - p 189.. Кроме того, изображая именно обнаженных женщин, Гада Амер подчеркивает, что чадра - это оборотная сторона наготы. В обоих случаях женщина рассматривается в первую очередь как сексуальный объект. Наполняя полотна порнографическими сюжетами, Амер утверждает, что и порнография, и традиция ношения чадры способствуют объективации женского тела. Auricchio, L. Works in Translation: Ghada Amer's Hybrid Pleasures. // Art Journal. 2001. Vol. 60, No. 4. - p. 34. В работах мастера тканевое полотно и нити сравниваются с чадрой. Подобным сравнением художница демонстрирует, что хотя хиджаб и считается гарантией целомудрия и скромности женщины, само существование текстильной завесы подразумевает объективацию женского тела, подчеркивание женской сексуальности. Parker, R. The Subversive Stitch: Embroidery and the Making of the Feminine, New edition. I.B.Tauris, 2010. - p. 72. Тем не менее, согласно мусульманским взглядам на ношение хиджаба, главная функция чадры состоит в предоставлении женщине защиты и свободы от навязчивых мужских ухаживаний, но может стать частью игры между влюбленными. Ahmed, L. The Women of Islam. // Transition. 2000. No. 83. - p. 91.
Характерной чертой работ Амер является то, что мастер изображает только женские образы. Этим художница утверждает, что существует некий женский мир вне досягаемости патриархального влияния и контроля. Монотеистические религии постулируют гетеросексуальные отношения и семьи как норму, регулируют личные и общественные отношения между мужчиной и женщиной. Гомосексуальные проявления, мужские и женские, разрушают основы подобной социальной структуры, принятой в мусульманских и христианских странах. Lewis, R. Gendering Orientalism: Race, Femininity and Representation. Routledge, 1995. - p. 145. Проявления женского гомоэротизма в произведениях Амер подразумевают неуместность и ненужность мужчины в сексуальной жизни женщины. Подобные сюжеты в работах художницы функционируют как критика всех социальных систем, в которых мужчины доминируют над социальной и сексуальной жизнью женщин. Breitz С. Ghada Amer/The Modeling of Desire. // NKA Journal of Contemporary African Art. 1996. No. 5. - p. 16.
В жанре инсталляции характерной работой Амер является «Частная комната» (См. Рисунок №15). Работа была создана и установлена в Нью-Йорке на Большой выставке Нью-Йорка. Персональная страница мастера Гады Амер. URL: https://www.ghadaamer.com/ (дата обращения: 08.05.2018) Инсталляция представляет собой пятнадцать сатиновых мешков для одежды, подвешенных к стержню, который натянут между двумя стенами. Мешки окрашены в яркие, насыщенные цвета. На поверхности мешков вышиты надписи на французском языке. Тексты представляют собой цитаты из Корана, касающиеся женщин, семьи и взаимоотношений между мужчинами и женщинами. Коран является священным текстом, когда он написан на арабском языке. Не желая религиозного конфликта, Амер перевела цитаты на французский язык. Масштаб инсталляции был определен Кораном: художница стремилась поместить на ткани все избранные цитаты. Naef, S. Reexploring Islamic Art: Modern and Contemporary Creation in the Arab World and Its Relation to the Artistic Past. // Anthropology and Aesthetics. 2003. No. 43, Islamic Arts. - p. 171. Некоторые утверждения соответствуют современной религиозной исламской доктрине, некоторые ей противоположны. Daniel N. Islam and the West: The Making of an Image. Oxford: Oneworld, 1997. - p. 188. Гада Амер намеренно расположила противоположные по смыслу тексты рядом друг с другом, показывая многообразие точек зрения на женщину и ее положение даже в священной книге Ислама. Футляры для одежды в натуральную величину призваны вызвать ассоциации с фигурами женщин, скрытыми чадрой. Этой работой художница стремилась выразить собственную тревогу по отношению к возрождению религиозного консерватизма в родном Египте, ограничение женщин пространством дома. Тем не менее, посыл произведения не был воспринят аудиторией, потому что не была реализована межкультурная коммуникация. Auricchio, L. Works in Translation: Ghada Amer's Hybrid Pleasures. // Art Journal. 2001. Vol. 60, No. 4. - p. 33. Первоначально работа была представлена на международной выставке современного искусства АРКО в Мадриде, затем она демонстрировалась в Нью-Йорке. Персональная страница мастера Гады Амер. URL: https://www.ghadaamer.com/ (дата обращения: 08.05.2018) Испанская и англоязычная аудитория столкнулась с кораническими текстами, переведенными на французский язык. Основное усилие зрителя было направлено на буквальное понимание смысла незнакомых слов, а не целостное восприятие идеи художницы. Египетская и арабская аудитория, знакомая с оригинальным текстом Корана, не смогла воспринять инсталляцию из-за языковых и культурных препятствий. Brielmaier, I. Re-inventing the Spaces Within: the Mages of Lalla Essaydi. // Aperture. 2005. No. 178. - p. 23. Существует несколько вариантов перевода Корана на европейские языки, поэтому даже хорошо знакомый с текстом зритель мог запутаться в тонкостях передачи смыслов. Таким образом, первоначальная идея художницы в инсталляции не была воспринята зрителем из-за языковой и культурной дистанции между автором работы и аудиторией.
Похожая проблема диалога культур и перевода культурного явления на другой язык возникла в работе Амер «Меджнун» (См. Рисунок №16). Эта инсталляция в технике исполнения похожа на «Частную комнату». Она представляет собой ряд ярко-оранжевых шкафов и контейнеров для одежды в натуральную величину. По поверхности шкафов яркими красными нитями вышит текст на французском языке. Текст представляет собой перевод с арабского языка древней персидской трагической истории любви Лейлы и Меджнуна. Сюжет трагедии заключается в том, что влюбленный Меджнун пишет Лейле письмо за письмом, но не получает ответа ни на одно. Явно отвергнутый, Меджнун умирает от разбитого сердца. Влюбленная в героя, но вынужденная оставаться безответной Лейла умирает вслед за ним. Веймарн Б.В. Искусство арабских стран и Ирана VII-XVII веков. М.: Искусство, 1974. - с. 87. В инсталляции художница оправдывает поступок Лейлы, представляя ее как эхо, которое лишь может повторять слова Меджнуна по аналогии с древнегреческим мифом о Нарциссе. Именно слова Меджнуна вышивает художница, опуская чувства и реплики самой Лейлы. Согласно концепции этой работы, влюбленных губит невозможность диалога между влюбленными в патриархальном обществе, где женщина вынуждена полностью подчиняться мужчине и молчать. Lewis, R. Rethinking Orientalism: Women, Travel, and the Ottoman Harem. Rutgers University Press, 1998. - p. 95. Этой инсталляцией Амер осуждает консервативное религиозное общество, не позволяющее женщине напрямую выражать свои влюбленность и желание. Тем не менее, эта работа вновь не затронула специфичную проблему мусульманского общества: христианские культуры так же строго относятся к соблюдению женщиной целомудрия. Daniel N. Islam and the West: The Making of an Image. Oxford: Oneworld, 1997. - p. 156. Перевод эпизода из чужой европейскому зрителю культуры на иностранный язык также затруднил понимание работы как западной, так и восточной аудиторией.
Арт-критик К.Брейц утверждает, что манера творчества Амер напоминает манеру абстрактного экспрессионизма и не имеет специфического «арабского» наследия. Breitz С. Ghada Amer/The Modeling of Desire. // NKA Journal of Contemporary African Art. 1996. No. 5. - p.16. Вышитые порнографические сюжеты, например, как «Красные диагонали» (См. Рисунок №17) и «Серая Лиза» (См. Рисунок №18) напоминают работы в стиле абстрактного экспрессионизма мастеров из США в середине XX века. Например, элементы работы «Красные диагонали» напоминают беспредметную живопись К.Стилла. Матовые оттенки серого в цветовой палитре картины «Серая Лиза», дополненные вышивкой белыми и черными нитями, вызывают у критика ассоциации с некоторыми работами Джексона Поллока. Там же, с.15 Л.Ауриччио в исследовании творчества Гады Амер пришла к заключению, что в работах художницы отсутствует критика особенностей именно мусульманской культуры. Auricchio, L. Works in Translation: Ghada Amer's Hybrid Pleasures. // Art Journal. 2001. Vol. 60, No. 4. - p. 37. Критик утверждает, что художница поднимает вопрос о подавлении женской сексуальности во всех традиционных монотеистических культурах - восточных и западных. Кроме в избранной мастером технике, сочетающей живопись, вышивание и инсталляцию, нет ничего специфичного «исламского» или «арабского». Там же, р. 31. Гада Амер в интервью же подчеркивает, что ее работы критикуют в первую очередь консервативные религиозные ценности родного Египта, но наряду с религиозными установками она осуждает и старый англо-американский феминизм, где сформировано пренебрежительное отношение к красоте женского тела и женскому удовольствию. Knode М. Interview with Ghada Amer. // New Art Examiner 27. 2000. No. 4. - p. 39.
Важно отметить, что международное художественное сообщество причисляет Гаду Амер к интернациональным художникам, не представляющим какую-либо национальную школу живописи. Художница является мастером египетского происхождения, она получила образование в области изобразительных искусств во Франции и с 1995 года живет и работает в США. На Венецианской биеннале в 1999 году работы художницы были представлены не в национальном павильоне Египта или Франции, а в выставочной секции Аперто, предназначенной для молодых художников из разных стран. Персональная страница мастера Гады Амер. URL: https://www.ghadaamer.com/ (дата обращения: 08.05.2018) Персональные выставки и ретроспективы художницы проходили преимущественно в Америке. Так, в последние годы в Нью-Йорке прошло несколько персональных выставок художницы: «Радужные девочки» в галерее «Чейм энд Рид» в 2014 году, «Другая я» в 2012 году в «Галерее Тины Ким». Кроме того, художница приняла участие в ряде крупных групповых выставок: выставка женского искусства «Убивающие каблуки» в 2011 году в музее Бруклина в Нью-Йорке, «Плохой жанр» в «Галерее Аддикт» в 2014 году в Париже. Данные о выставках приведены согласно информации на персональной странице Гады Амер: Персональная страница мастера Гады Амер. URL: https://www.ghadaamer.com/ (дата обращения: 08.05.2018) Презентация произведений художницы в американских и европейских галереях демонстрирует ее востребованность именно на западных художественной сцене и рынке. Почти во всех странах, где демонстрируются произведения художницы, Амер представляет тексты своих работ на английском или французском языках, хотя произведения наполнены явлениями разных культур. Сама художница выражает озабоченность тем, что она пытается представить сразу несколько противоположных культур, но полностью не вовлечена ни в одну. Okeke-Agulu, C. Politics by Other Means: Two Egyptian Artists, Gazbia Sirry and Ghada Amer. // Meridians. 2006. Vol. 6, No. 2, Women, Creativity, and Dissidence. - p. 145. Она признается, что видение западным зрителем ее произведений как продукта творчества женщины из мусульманского общества помогает привлекать внимание аудитории. Тем не менее, художника не может представить себя правдивым голосом этого общества. Там же, р. 143.
Таким образом, художница Гада Амер работает преимущественно на западной художественной сцене. В стремлении занять особенное место в международном художественном пространстве, Амер обращается к детским воспоминаниям о жизни в Египте, представляет в своих произведениях проблемы, связанные с особенностями консервативных культур, феминизмом, положением женщины в обществе. Однако в работах художницы не затронуты специфические египетские или арабские общественные проблем. В своем творчестве мастер критикует сложившиеся под влиянием монотеистических религий общественные установки, согласно котором женщина подчиняется мужчине и избегает собственного удовольствия. В подобных культурах женское тело становится предметом внимания общества и испытывает влияние религиозных и социальных убеждений. В результате подобных влияний в арабской культуре женщины вынуждены носить чадру, а в западной культуре женское тело фигурирует в порнографии, откуда черпает сюжеты Гада Амер. Так, можно отметить, что выбранный художницей образный ряд понятен западному зрителю и затрудняет понимание концепции работ для восточной аудитории. Мастер не использует характерных национальных восточных образов и символов, не обращается к историческому арабскому наследию в технике живописи. Рукоделие, которое является характерной чертой работ Амер, не является национальным египетским или арабским занятием. Напротив, использование элементов рукоделия в произведениях искусства является характерной чертой феминистического искусства, зародившегося в западной культуре. Работая с цветом, мастер не делает акцент на выразительных возможностях чистых цветов и смешивает их. Подобная живописная характеристика говорит о том, что художница испытала влияние не традиционного исламского орнамента, а американского абстрактного экспрессионизма. Таким образом, Гада Амер презентует свои произведения на западной художественной сцене, мифологизируя арабскую составляющую концепции работ. В действительности образный ряд, сюжеты, техника живописи, с которыми работает художница, не являются актуальными или традиционными для египетской и арабской художественной сцены.
Таким образом, Газбия Сирри представляет собой художницу, творчество которой прошло несколько этапов от классического модернизма до современной абстрактной живописи. В ранний период своего творчества (1950-60-е гг.) мастер принадлежала художественному движению в Египте «Группа современного искусства». Идеей этого художественного объединения была выработка египетской школы современного искусства. Сирри разделяла это стремление и представила свое видение современной египетской живописи. Художница сочетала характерные элементы исторического наследия Египта в искусстве и некоторые черты европейского модернизма. В отношении национального искусства мастер опиралась преимущественно на каноны древнеегипетского искусства, некоторые элементы исламского наследия, традицию коптской религиозной живописи. Среди течений модернизма на манеру Сирри значительно повлиял фовизм и творчество А.Матисса. Некоторые характерные черты картин раннего периода художницы не имеют прямых влияний. Так, например, работа с выразительными возможностями чистого цвета является характерной для экспрессионизма и искусства орнамента в Исламе. Черты лица героев изображаются крупными, в примитивном стиле в фовизме и коптской религиозной живописи. Таким образом, ранние работы Газбии Сирри представляют собой поиски гармоничных сочетаний среди богатого египетского культурного наследия и современных течений западной живописи. Художница поднимает актуальные для египетского общества темы. Основным сюжетом становится изображение молодого египетского общества после Июльской революции 1952 года и современных египетских женщин. Особое внимание мастер уделяет социальному положению и ролям женщины в египетском обществе в 1940-50-е гг.
В ранний период творчества (1985-1992 гг.) Гада Амер создавала полотна с вышитыми на них феминистическими сюжетами. В техническом отношении ранние полотна художницы выдержаны в манере дизайнерского минимализма. Об этом говорит небольшой размер произведений, простота композиции, использование малого количества цветов. Подобная техника применяется в арт-феминизме, который выделяет себя из течений традиционной живописи. Образный ряд Амер заимствован из западной культуры. Художница представляла женские образы, прототипами для которого послужили рекламные модели из французских журналов. В концептуальном отношении мастер поднимала проблему ограничения женщины патриархальным обществом, опираясь на собственное видение египетского мусульманского общества в 1980-х. Тем не менее, данная проблема существует и в христианской культуре. Художница презентовала западной аудитории произведения на феминистическую тему в 1991 г., когда проблема ограничения женщины пространством дома перестала быть актуальной в западной культуре. Для арабского зрителя концепция работ не стала близкой из-за отсутствия понятного в ближневосточной культуре образного ряда. Таким образом, ранние произведения Гады Амер получили поддержку на международной художественной сцене благодаря мифу об арабском происхождении идеи работ.