Одновременно с классификацией преступлений по объекту посягательства Статут делит их на «речи крвавые, где о горле идеть» и на «речи меньшие, не крвавые, где о горле не идеть», то есть классифицирует их по степени тяжести (опасности). В одной из статей дается примерный перечень «речей крвавых»: убийство, разбой, изнасилование, поджог, наезд, сопряженный с убийством, после чего законодатель говорит: «и иншие речи крвавые, то есть за што горлом карають» (р.IV, ст.35). Все это дает основание считать, что приведенные понятия соответствуют современным определениям тяжких и менее тяжких преступлений.Наказание и его цели. Институт наказания в своем историческом развитии прошел несколько стадий. Сначала сам обиженный при помощи своего рода мстил обидчику. Позже само общество стало контролировать эти процессы, устанавливая обязательность наказаний за конкретные деяния и определенные формы этих наказаний. С течением времени государство берет на себя миссию наказания преступника, хотя назначается оно главным образом в интересах потерпевшего. Только постепенно карательная деятельность подчиняется идее общественной пользы и интересы потерпевшего вытесняются интересами государства.На формирование института наказания в Беларуси существенное влияние оказала христианская религия и церковь — как православная, так и католическая. Особенно это проявляется в статутовом законодательстве. В предисловии к Статуту 1588 г., которое состояло из манифеста короля Жигимонта и двух речей Льва Сапеги, произнесенных им перед королем и сеймом при представлении печатного экземпляра Статута, нашли отражение основные положения теории уголовного права того времени. В предисловии говорится, что нарушение закона является не только нарушением человеческой воли, но и воли Бога. Упоминания о Боге, христианской религии и о святой справедливости при назначении наказаний постоянно встречаются в статьях Статута. В законе подчеркивается, что преступлением «пан Бог бывает ображон» и наказание необходимо для избавления от совершенного греха. Наказанием обеспечивается охрана «святой правды и справедливости». Одновременно оно необходимо и для поддержания общественного спокойствия и укрепления общей свободы. Законодатель подчеркивает, что наказание сдерживает «злых» людей от преступных деяний. В нормах Статута постоянно подчеркивается, что наказание должно побуждать потенциальных преступников к соблюдению закона и одно должно настигать преступников ради «покою посполитого», «абы небезпечность не множилась», «абы злость ся в паньствах наших християнских не множилась» (р.I, ст.25; р.IV, ст.32, 62, 105; р.XI, ст.14; р.XIV, ст.29 и пр.).
В связи с тем, что наказание преступников соответствует принципу святой справедливости и является гарантом общественного спокойствия, обеспечение его применения является прямой обязанностью государства. Одновременно с точки зрения потерпевшего наказание выступает и средством удовлетворения «кривды». Законодатель высказал это в классической формулировке: «нихто ни от кого в невинности своей терпеть не повинен».Следует отметить, что даже в Статуте 1588 г. не всегда просматриваются цельные и вполне законченные по своим логическим последствиям правовые принципы, наблюдается смешение воззрений различных эпох. Однако в целом публично-уголовные наказания образуют достаточно стройную систему и теоретическое обоснование и стремятся вытеснить ту форму наказания, которая господствовала в предшествующий период. Общественное правосознание начинает постепенно склоняться к тому, что преступление — это «шкода земская» (вред государственный), и на смену системе различного рода материальных компенсаций приходит система публично-уголовных и устрашающих наказаний. Эта тенденция наблюдается во всех трех Статутах.Для определения понятия наказания законодатель использует разные термины («каранье», «вина», «покута», «казнь» и пр.), которые отражают те или иные характерные черты данного института. Так, «вина означала в большинстве случаев имущественные наказания и лишение свободы, «покута» — телесные и позорящие наказания. Наказание выступает не только «карой за злы учынак», мерой государственного принуждения, но и средством устрашения и мести, что проявляется в причинении физических и моральных страданий, материальных потерь, ограниченности в правах и пр. Во многих уголовно-правовых нормах санкции статей подразделяются на три части: сначала определяется личное наказание нарушителю закона, затем указываются вид и размер денежных штрафов и в конце говорится о необходимости компенсации вреда и убытков («маеть шкоду платити», «нагородити», «справити», «оправовать» и т.д.).Если в древности наказание носило черты частного удовлетворения потерпевшего и являлось, в сущности, заменой мести первобытного человека, то с развитием государства оно проникается задачами публичного возмездия и охраны общества от преступных деяний. В связи с этим главными целями наказания становятся возмездие по отношению к преступнику, а также предупреждение и устрашение потенциальных преступников, что особенно проявилось и получило законодательное закрепление в Судебнике 1468 г. В нем регламентировался запрет освобождения преступника от наказания, а смертная казнь устанавливалась даже за кражу имущества на сумму свыше тридцати грошей.
Во второй половине XVI ст. представление о строгости уголовного закона становится неотделимым от самого понятия закона: в статьях Статута, в судебных решениях постоянно говорится «о срокгости посполитого права». Закон направлен на то, чтобы устрашить преступника и других лиц, поэтому физические и морально мучительные меры наказания совершаются публично, часто в местах наибольшего скопления народа (на торгах, возле церкви и пр.).Законодатель выдвигает в качестве одной из главных целей наказания предупреждение преступлений, и потому правовые нормы должны показывать своевольным и злым людям, что им невыгодно нарушать закон, так как грядущее наказание перевешивает «преимущества» совершения преступного деяния. Эта мысль законодателя проходит через все статуты (например, Статут 1529, р.VII, ст.15; Статут 1566, p.II, ст.13; Статут 1588, p.XI, ст.8 и т.д.).В этот период наказание продолжает выступать и возмездием за совершенное преступное деяние. Древнейшее правило «око за око, зуб за зуб» является принципом, которым руководствуется законодатель и наказание поражает не только соответствующий орган, которого лишился потерпевший, но даже осуществляется аналогичным образом — «утял, урезал, выбил» (р.XI, ст.27).Поскольку наказание основывается на велении Бога и имеет в виду искупление совершенного греха, то оно означает и божеское возмездие. Преступление есть оскорбление Бога и чтобы умилостивить его, необходимо покарать виновного, пролить его кровь, подвергнуть мучениям и страданиям, которые очищают и искупают вину. Этой теорией объясняется практиковавшееся у всех народов на ранних периодах развития принесение в жертву преступников, а позднее животных как символическое очищение. В определенной мере наказание в статутах сохраняет еще характер такого очищения (искупления греха), так как оно является и «покутой» и выступает иногда как дополнение к церковной «покуте» — публичному покаянию.Виды наказаний. Поставленные законодателем цели наказания определяли характер всей системы наказаний и каждого из его видов. Анализ статутовых норм позволяет говорить об определенной системе наказаний с разделением видов наказаний на основные и дополнительные. К первой категории принадлежали: штрафы в пользу потерпевшего (головщизна, навязка, гвалт, вина, заклад), а также в пользу государя или администрации (вина, заклад); личные публично-уголовные наказания (смертная казнь, телесные наказания, лишение свободы, прав и чести) и имущественные (общая и специальная конфискация, отнятие землевладений); месть, отдельные формы которой имеют место и в XVI ст., хотя она ограничивается рамками судебного приговора. В число дополнительных видов наказания входили: изгнание, лишение прав и покаяние. В качестве замены других видов наказания применялись «выволанье», выдача в кабалу и в вечную неволю. Исключительными наказаниями являлись отрешение от должности и обращение в «отчича».
При определении меры наказания закон прежде всего учитывал сословное положение как преступника, так и потерпевшего. Одновременно Статут 1588 г. декларировал ряд прогрессивных принципов в отношении института наказания: индивидуализацию ответственности; ответственность только в судебном порядке и в соответствии с законом; гуманизм; справедливость наказания; презумпцию невиновности. Закон требовал от судей учитывать все обстоятельства дела, а в сомнительных случаях склоняться «ку вызволенью, нижли ку каранью» подсудимых (р.XIV, ст.3).Самыми распространенными в период феодализма были имущественные наказания, которые применялись как в качестве основных, так и дополнительных, и взыскивались в пользу потерпевшего, его близких или в доход государства и местной администрации. Штраф за голову убитого человека назывался головщизной (головщиной). Размеры его зависели от сословного положения убитого и некоторых иных обстоятельств: за шляхтича — 100 коп грошей, за тяглого крестьянина 25 коп грошей и т.д. (р.XI, ст.27; p.XII, ст.3-7). За нанесение побоев и телесных повреждений штраф был меньшим и назывался «навязкой». За преступления, совершенные в отношении женщин взыскивались двойные размеры штрафов. Размеры «вины» и прочих штрафов в пользу государства и судебных органов зависели не только от характера преступного деяния, но часто и от воли суда. Система штрафов была разнообразной и довольно сложной.За ряд преступлений (оскорбление княжеской власти, уклонение шляхтича от воинской службы, бегство с поля боя и пр.) предусматривалась конфискация имущества. Конфисковывались также и предметы преступной деятельности.Тюремное заключение применялось в древности в качестве временного задержания подозреваемого до суда, а тюрьмами являлись любые пригодные для этого помещения. Лишение свободы как один из основных видов наказания, применяемого в качестве как основного, так и дополнительного, особое распространение получает в XVI в. Несмотря на законодательную регламентацию относительно небольших сроков лишения свободы, на практике заключенного иногда держали в тюрьме до тех пор, пока он не выплачивал штраф, не возмещал причиненные преступлением убытки или пока не находил себе поручителя. Тюрьмы подразделялись на обыкновенные, земляные и каменные. Обыкновенные тюрьмы представляли собой огороженную бревенчатым забором территорию (тюремный двор), на которой находились одна или несколько изб. Земляные тюрьмы предназначались для особо опасных преступников и представляли собой вырытую в земле яму с опущенным в нее бревенчатым срубом и имеющей небольшое отверстие кровлей. Сверху надстраивался другой, наружный сруб — верхняя тюрьма, предназначавшаяся для менее опасных преступников. Каменной тюрьмой служило, вероятно, любое каменное здание.
Телесные наказания (членовредительные и болезненные) применялись в основном к простым людям. Болезненные наказания (битье розгами, палками, бизунами) часто совершались у позорного столба и публично. Членовредительные наказания (отсечение руки, ушей, губ и пр.) выступали не только возмездием за совершенное преступление, но и устрашением и предупреждением для других людей относительно того, что перед ними преступник. Например, вор часто лишался одного уха, а сводни и содержатели притонов наказывались отрезанием носа, ушей и губ.В отношении к шляхте применялось такое наказание как лишение чести, что было связано с утратой «вольностей шляхетских». Дела о лишении чести рассматривались обычно на сейме. Лишенный чести не мог находиться среди «добрых людей рыцерских», терял права и привилегии шляхетского сословия. Особым видом наказания в Великом княжестве Литовском было объявление вне закона и изгнание за пределы государства («баниция», «выволанье»), к которому приговаривались шляхтичи, обвиненные в тяжких преступлениях и не явившиеся по повестке в суд, а также лица, отказавшиеся подчиниться судебным постановлениям (р.IV, ст.30, 35, 96). При этом на «вечное выволанье» без права помилования осуждались те, кто не выполнял судебных постановлений или, получив охранную грамоту для поиска доказательств своей невиновности («лист железны»), не оправдался в течение указанного в ней срока. Жена «вечного выволанца» считалась вдовой, дети — сиротами, его убийство не влекло наказания. Оформлялось «выволанье» специальной великокняжеской грамотой («лист выволаны»), в которой имелись сведения о личности преступника, обстоятельствах и сущности совершенного им деяния, а также содержался запрет жителям государства предоставлять убежище такому лицу (р.XI, ст.4).Кроме изгнания за пределы государства, Статут предусматривал высылку из городов лиц, которые «без службы живучи и ниякой роботою не бавятся, на кострырстве и пьянстве час свой травять», т.н. «гультяев» или «люзных». Закон требовал два раза предупредить этих людей, а затем «дубцы бьючи, вон з мест и местечок выганяти» (р.XII, ст.24).Закон регламентировал и такой вид наказания в отношении шляхты, как освобождение от должности, которое применялось в качестве дополнительного наказания за государственные, воинские преступления, а также за преступления против правосудия. Лишение должности автоматически влекло за собой утрату чести. Законодатель особо заботился о чести и достоинстве лиц, принадлежащих к шляхетскому сословию. За оскорбление шляхтича предусматривалось обязательное публичное принесение извинения потерпевшему в суде или ином общественном месте.