Материал: Внешняя политика и безопасность современной России - 4 - Хрестоматия - Шаклеина - 2002 - 538

ет учитывать, что азиаты устали от наших прежних подходов, которые сводились к патологическому стремлению выдвинуть «эпохальные инициативы» и к попыткам перенесения европейского опыта в регион. Категорическое несогласие с такой линией, если она сохранится, хотя бы пунктирно, будет и дальше вести к восприятию России в АТР как чисто европейского государства, для которого АТР «задворки», чья политика здесь формируется по остаточному принципу.

Не меньшее значение имеет и воспитание у россиян чувства национальной причастности к Азии и Тихому океану, избавление сознания населения от стереотипов восприятия азиатско-тихоокеанского зарубежья как психологически чуждых нам стран и народов.

Сбалансированная, умеренная дипломатия, ориентированная на развитие взаимовыгодных отношений со всеми странами АТР и обеспечивающая свободу маневра и возможность выбора оптимального варианта политики под разные сценарии региональной ситуации, представляется наиболее продуктивной линией России в АТР как на ближайшее будущее (до конца ХХ в.), так и на более отдаленную перспективу.

VII. Южная и Западная Азия

Из всего традиционного дальнего зарубежья Южная и Западная Азия являются для нас наиболее важными по степени непосредственного воздействия на обстановку внутри СНГ, в первуюочередь на мусульманские страны Содружества.

Здесь находится ряд важных с геополитической точки зрения государств, которые не определились в своей внешнеполитической ориентации. Это несет в себе черты опасной непредсказуемости, служит одним из источников нестабильности в регионе, делает неясными перспективы его общеполитического развития. Пример тому — Иран, который, прекратив быть союзником США и не став вместе с тем ближе к нам, являет собой ощутимый фактор неопределенности в системе региональных международных отношений.

Это регион, который напрямую связан с некоторыми внутренними конфликтами в СНГ, что наглядно проявляется в Таджикистане, испытывающем на себе непосредственное влияние Ирана и Афганистана. Особую угрозу таит в себе возможность слияния афганского и таджикского конфликтов ввиду этнической близости населяющих обе страны народов.

В Южной и Западной Азии в наиболее острой форме происходит борьба между фундаменталистскими и секуляристскими тенденциями. Отсюда исходит идея исламского фундаментализма. Именно здесь — основной канал его распространения на мусульманские регионы России и СНГ.

Положение усугубляется тем, что Южная и Западная Азия непосредственно соприкасаются с южными рубежами Содружества и, что для нас особенно существенно, именно с теми республиками, которые имеют наименьший опыт внешнеполитической деятельности. Это напрямую затрагивает наши интересы, оказывая во многом дестабилизирующее влияние на межэтнические, конфессиональные отношения в СНГ, осложняя процессы государственного становления южных стран Содружества, а также перспективы и характер развития межгосударственных отношений с ними.

Все эти обстоятельства требуют взвешенной, сбалансированной, сохраняющей возможности разновариантных действий внешней политики в регионе. В нынешних условиях, в отличие от времен «холодной войны», у нас нет крите-

риев однозначной ориентации ни на кого бы то ни было. Сохраняя наработанный позитив с традиционными партнерами, необходимо развивать отношения со всеми странами, ставя целью укрепление своих позиций в этом жизненно важном для нас регионе и одновременно нейтрализацию негативного воздействия на ситуацию в России и СНГ идущих там процессов.

Экономические и геополитические соображения требуют тесных связей с Индией. Политика России должна строиться с учетом значения Индии как страны, утверждающей себя региональной державой и являющейся нашим крупнейшим торговым партнером среди развивающихся стран. Вместе с тем следует принимать во внимание и фактор ставшего уже традиционным индопакистанского противостояния, сказывающегося на всем регионе в целом и имеющегося к тому же весьма неопределенные перспективы урегулирования. Наша политика не должна давать оснований для ее восприятия другими государствами как заведомо и сугубо проиндийской, становиться препятствием для развития связей, в частности с Пакистаном. Речь не идет о ее искусственном сдерживании ради достижения абстрактного баланса с двумя странами. Задача — в «подтягивании» связей с Пакистаном до уровня отношений с Индией, чтобы они были нацелены не на равноудаленность, а на равноприближенность. В целом линия в отношении обоих государств, равно как и других стран региона, должна прагматически обновляться, основываться на реальных возможностях и законных интересах сторон, опираясь на экономические стимулы.

Политический курс в отношении Афганистана следует строить с учетом того, что страну ожидает, очевидно, длительный период внутреннего становления, а перспективы стабилизации обстановки и достижения национального согласия неопределенны, сохраняется опасность раскола по национальноэтническому признаку. С уходом из Афганистана бывшего СССР конфликт не сузился до внутриполитических рамок, а по-прежнему имеет широкое международное звучание с вовлечением в него ведущих исламских стран региона. Из этого следует, что конфликт на долгое время сохранит дестабилизирующее воздействие на нас с трудно прогнозируемыми последствиями. В наших интересах — стабилизация обстановки в стране, что должно предполагать активную дипломатическую деятельность на данном направлении в сотрудничестве со всеми заинтересованными странами, исключающую, вместе с тем, вовлеченность во внутриафганские события.

В значительной мере политику России в отношении этой страны, а также других государств региона целесообразно определять, имея в виду принципиально важный для нас гуманитарный аспект афганской проблемы, и прежде всего задачу освобождения наших военнопленных. Одновременно по мере возможности следует снимать отягощенность наших отношений грузом прошлого, прагматически обновляя и развивая двусторонние торгово-экономические связи.

Отношения с исламскими странами Южной и Западной Азии не могут строиться без учета их линии в отношении населенных мусульманами государств СНГ и районов самой России, а также соперничества между ними за влияние в странах ближнего зарубежья. В этом контексте особое значение для России приобретает поиск путей дифференцированного взаимодействия и сотрудничества со странами региона в целях предотвращения распространения на нас фундаменталистских исламских тенденций и утверждения идей секуляризма в нашем мусульманском ближнем зарубежье.

Приоритетной для России в этом отношении является Турция, которая, будучи к тому же членом НАТО, более восприимчива к западным ценностям. Дружественные отношения с Турцией важны для нас как имеющие хорошую перспективу обоюдной выгоды от торгово-экономических связей, так и в плане оказания возможного позитивного влияния на южных соседей России по Содружеству в деле формирования у них гражданского общества.

Со странами региона, которые еще не определились в своей внешнеполитической ориентации, целесообразно развивать отношения на прагматической основе, так чтобы не нарушать региональный баланс сил и идей. России важна здесь самостоятельная линия, чтобы стать своего рода «перекидным мостиком» между Западом и этим регионом и использовать свое геополитическое положение как в собственных интересах, так и в общих интересах развития взаимодействия и сотрудничества на евразийском пространстве.

Принципиально значимым моментом нашей политики в Южной и Западной Азии должны быть совместные действия с США и другими заинтересованными странами, направленные на предотвращение появления ядерного оружия в этом регионе. Сейчас, когда с окончанием «холодной войны» исчез сковывавший ядерные амбиции в ряде государств «обруч» советско-американской конфронтации, их стремление к обладанию ядерным оружием может усилиться. Россия будет активно сотрудничать со всеми цивилизованными странами, которые не желают этого допустить.

VIII. Ближний Восток

Отношение России к региону определяется прежде всего его геостратегической и геополитической значимостью, ролью имеющихся здесь богатейших запасов нефти для мирового энергетического баланса, наличием значительных финансовых ресурсов, а также территориальной близостью к границам России с СНГ, что несет опасность непосредственного воздействия идущих там дестабилизационных процессов на ситуацию на Кавказе и в Средней Азии. Долгосрочные интересы России на этом направлении заключаются в обеспечении национальной безопасности страны на южном фланге, предотвращении негативных последствий сохраняющихся и возникающих там конфликтных ситуаций для межнациональных и конфессиональных отношений в пределах СНГ, создании необходимых условий для развития взаимовыгодных торгово-экономических связей, использовании потенциала государств региона для содействия экономическому возрождению России. Исходя из этого, России нужна активная внешнеполитическая линия на Ближнем Востоке. Связанные с этим затраты предоставляются несравненно меньшими возможных политических и экономических потерь от чрезмерного дистанцирования от проблем региона, перехода на позиции стороннего наблюдателя.

Среди первоочередных интересов России — стабилизация обстановки на Ближнем Востоке. Исходя из этого, следует продолжать активное участие в урегулировании арабо-израильского конфликта, достижении сторонами взаимоприемлемых договоренностей, в полной мере используя свое положение как спонсора переговорного процесса, всецело сохраняя собственную инициативную роль в урегулировании. Для этого важно, в частности. активизировать диалог как с арабами, так и с Израилем. В контактах с арабскими партнерами, особенно с ООП, целесообразно придерживаться линии на то, что оптимальная формула решения политической проблемы должна быть выработана именно в ходе переговорного процесса.

России необходимо и впредь занимать решительную и принципиальную позицию в отношении любых случаев дестабилизации обстановки в регионе, противодействовать вместе с мировым сообществом каким-либо попыткам нарушения общепринятых норм международного права, твердо отстаивать линию на недопустимость международного терроризма. Оставаясь честным и беспристрастным арбитром, эффективно используя свое положение постоянного члена СБ ООН, налаженные двусторонние контакты с заинтересованными государствами, Россия может помогать им находить справедливые, правовые развязки сложных узлов противоречий, способствуя утверждению в регионе примата политических средств решения спорных вопросов, исключающих применение силы. Вкладом в региональную стабильность, в недопущение рецидивов, подобных ираноиракской войне, агрессии Ирака против Кувейта, стало бы создание системы безопасности в зоне Персидского залива, опирающейся прежде всего на возможности государств субрегиона, носящей сугубо оборонительный характер и не направленной конкретно против какой-либо страны. Стремление к такой стратегической цели должно сочетаться с признанием реально существующих там в настоящее время военно-политических структур и активным сотрудничеством со всеми государствами Персидского залива. Важно, чтобы такая система не замыкалась на отдельные государства, а ориентировалась на достаточно широкие и приемлемые для всех рамки, позволяющие в должной мере учесть наши интересы.

В данном контексте важно продолжать участие в выработке международных договоренностей, способствующих недопущению распространения во всем ближневосточном регионе ОМУ, ракет и ракетной технологии, а также регулирующих поставки обычных видов оружия, исходя из необходимости российских коммерческих интересов, содействия стабильности в регионе.

Новая обстановка диктует целесообразность существенной трансформации связей России со странами региона, их очищения от идеологических наслоений, приведения в соответствие с современными реалиями. Наряду с корректировкой, с учетом новых условий, связей с традиционными партнерами необходимо добиваться выхода на разностороннее, взаимовыгодное сотрудничество с государствами, которые прежде оставались за пределами нашей активной политики. Трезво учитывая законные интересы мирового сообщества в регионе, важно сохранить и углубить возникшее здесь с США, Западной Европой и другими странами взаимодействие, ведя линию на дальнейшее развитие сотрудничества и партнерства с ними при строгом учете российских национальных интересов.

Большой интерес для России представляют торгово-экономические, в частности инвестиционные, возможности стран региона. Необходимо добиваться привлечения свободных арабских капиталов в решающие сферы производства и науку, использования их для освоения современных энергосберегающих технологий. Особое внимание в этой связи должно уделяться налаживанию сотрудничества с арабскими странами Персидского залива. Развивая контакты по государственной линии, было бы желательно создавать преференциальный режим для торгово-экономических связей как по каналам частного предпринимательства, так и межгосударственного сотрудничества.

Топливно-энергетический приоритет в экспорте стран Персидского залива

иРоссии требует большего учета в определении российской внешней политики в регионе как фактора, открывающего дополнительные возможности для диалога

ивзаимодействия, который может быть использован к тому же с большой степе-

нью эффективности для решения наших собственных проблем в топливноэнергетической области.

В рамках новой ближневосточной политики России отпали причины, сдерживавшие развитие отношений с Израилем. Предпринимая шаги по налаживанию нормальных, разносторонних связей с ним, включая политический диалог и экономическое сотрудничество, необходимо в то же время соизмерять их с задачей укрепления позиций России в регионе в целом.

Гибкого подхода требуют отношения с теми государствами, с которыми

СССР заключил соглашения политического характера, в том числе и договоры о дружбе и сотрудничестве. Встает задача их пересмотра или замены другими адекватными новым реалиям соглашениями, однако решаться она должна постепенно в целях минимизации возможности утраты приобретенных нами ранее политических и экономических позиций в отношениях с ними.

Особое внимание следует уделить проблеме возвращения долгов как в форме прямых выплат с соблюдением, по возможности, установленного графика платежей, так и путем товарных поставок, реинвестирования в совместные проекты, а в некоторых случаях — переуступки третьим странам.

Мусульманский аспект российской внешней политики в регионе должен строиться с таким расчетом, чтобы, благоприятствуя духовному возрождению мусульман в России и в странах Содружества, их контактам с зарубежными единоверцами, в то же время противодействовать распространению на нашу территорию любых форм религиозного экстремизма.

IX. Африка

В условиях деидеологизации межгосударственных отношений и перехода от конфронтации к взаимодействию в урегулировании проблем «третьего мира», центр тяжести приоритетов России в Африке перемещается в сферу отвечающего интересам нашего государства взаимовыгодного сотрудничества, освобожденного от военно-политического перекоса. Необходимая база для этого имеется. Десятилетия разносторонних связей со многими государствами континента обеспечили нам определенные позиции и заделы.

Необходимо добиваться не только сохранения, но и расширения имеющихся связей, последовательно и целеустремленно переводя их на новую основу, налаживать многоплановые формы сотрудничества со странами, остававшимися прежде вне сферы нашего внимания. Прежде всего следует использовать возможности развития отношений с теми государствами, которые являются перспективным рынком для приобретения российской продукции (ЮАР, Нигерия, Ангола, Габон и др.), а также поставщиками уникальных товаров или нужного нам сырья (Гвинея, Гана, Мадагаскар, Кот-д’Ивуар, Заир, Замбия и др.).

Важное место в налаживании качественно нового торгово-экономического сотрудничества должны занимать усилия по созданию благоприятных условий для деятельности в Африке наряду с государственными российских предпринимательских структур.

Политическое и торгово-экономическое взаимодействие с африканскими государствами следует и впредь использовать как рычаг для побуждения их к погашению задолженности бывшему СССР, в том числе посредством реинвестиций, перепродажи долговых обязательств и т.д.