Дипломная работа: Актуальные проблемы уголовной ответственности за хищения
Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам
49
- привлечение денежных средств граждан в нарушение требований
законодательства РФ об участии в долевом строительстве многоквартирных
домов и/или иных объектов недвижимости при отсутствии признаков
мошенничества (в этом случае применяется ст. 200.3 УК РФ).
Анализируемым Постановлением разъяснены так же вопросы
применения ч. ч. 5 - 7 ст. 159 УК РФ по делам о мошенничестве, связанным с
неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской
деятельности.
Указанный состав преступления имеет место при наличии следующей
совокупности условий:
- налицо признаки хищения или приобретения права на чужое
имущество путем обмана либо злоупотребления доверием;
- преступление совершается с прямым умыслом, возникшим до
получения права на предмет мошенничества (данное указание, по мнению
разработчиков Постановления N 48, позволит отграничить преступное
деяние от нарушения гражданско-правовых обязательств);
- договор заключен в сфере предпринимательской деятельности, и его
сторонами являются индивидуальные предприниматели и/или коммерческие
организации;
- виновное лицо является индивидуальным предпринимателем или
членом органа управления коммерческой организации;
- деяние причинило ущерб в размере 10 тыс. руб. и более.
Разъяснены вопросы применения ст. 159.1 УК РФ по делам о
мошенничестве в сфере кредитования.
Преступление, предусмотренное данной статьей, характеризуется
наличием прямого умысла - заведомым отсутствием намерения возвратить
испрошенный кредит.
Субъектом преступления может быть заемщик или представитель
юридического лица. Таким образом, потерпевшими по соответствующему
делу не могут быть признаны юридические и физические лица, заключившие
50
с виновным лицом договоры займа, в том числе микрофинансовые
организации.
Обман при совершении мошенничества в сфере кредитования
заключается в предоставлении кредитору заведомо ложных или
недостоверных сведений об обстоятельствах, наличие которых
предусмотрено им в качестве условия для выдачи кредита
1
.
Разъяснены вопросы применения ст. 159.6 УК РФ по делам о
мошенничестве в сфере компьютерной информации.
Вмешательством в функционирование средств хранения, обработки или
передачи компьютерной информации или информационно-
телекоммуникационных сетей признается совокупность следующих
факторов:
- целенаправленное воздействие осуществляется посредством
программных и/или программно-аппаратных средств;
- воздействие оказывается на серверы, средства вычислительной техники
(компьютеры), снабженные соответствующим программным обеспечением,
или на информационно-телекоммуникационные сети;
- воздействие нарушает установленный процесс обработки, хранения,
передачи компьютерной информации;
- воздействие позволяет виновному или иному лицу незаконно завладеть
чужим имуществом или приобрести право на него
2
.
В Постановлении N 48 разъяснено, что не каждый факт ввода
компьютерной информации с противоправным умыслом признается
преступлением, предусмотренным ст. 159.6 УК РФ.
Стоит отметить, что в текст Постановления N 48 не был включен вывод,
заявленный в п. 1 его проекта, обсуждавшегося на заседании Пленума ВС РФ
14 ноября 2017 года, о том, что вмешательство в функционирование средств
1
Кибальник А.Г. Квалификация мошенничества в новом постановлении Пленума
Верховного Суда РФ // Уголовное право. 2019. N 1. С. 61 - 67.
2
Кибальник А.Г. Квалификация мошенничества в новом постановлении Пленума
Верховного Суда РФ // Уголовное право. 2019. N 1. С. 61 - 67.
51
хранения, обработки или передачи компьютерной информации либо
информационно-телекоммуникационных сетей является способом хищения
при мошенничестве в сфере компьютерной информации. Разработчики
документа не смогли прийти к однозначному мнению о том, является ли
такое вмешательство самостоятельным способом хищения, или это всего
лишь одна из разновидностей обмана.
Таким образом, вопрос о способе хищения при мошенничестве в сфере
компьютерной информации остался неразрешенным.
Разъяснены спорные вопросы хищения безналичных денежных средств.
Согласно Постановлению N 48 хищение таких денежных средств
является хищением имущества, а не приобретением права на него. Кроме
того, электронные денежные средства могут являться предметом
мошенничества и рассматриваются как разновидность безналичных
денежных средств. По мнению разработчиков Постановления «хищение
безналичных денежных средств при мошенничестве следует считать
оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их
владельца или электронных денежных средств, в результате которого
владельцу этих денежных средств причинен ущерб». Думается, что такой
подход вполне обоснован.
Подводя итог, отметим, что в Постановлении N 48 Пленум ВС РФ
разъясняет вопросы применения и иных, относительно новых, норм главы 21
УК РФ о мошенничестве:
- при получении выплат (ст. 159.2 УК РФ);
- с использованием платежных карт (ст. 159.3 УК РФ);
- в сфере страхования (ст. 159.5 УК РФ).
Толкование, изложенное в Постановлении N 48, поможет судам в
формировании правильной и единообразной судебной практики.
Пленум указал, что при присвоении и растрате вверенное имущество
находится в правомерном владении либо ведении похитившего его лица.
Требование правомерности распространяется Пленумом не только на
52
владение, но и на ведение имуществом, что подтверждается указанием на то,
что "исполнителем присвоения или растраты может являться только лицо,
которому чужое имущество было вверено юридическим или физическим
лицом на законном основании
Однако передача имущества во владение либо ведение с наделением
лица соответствующими полномочиями не обязательно происходит в
результате документального оформления
1
. Такое оформление обязательно,
если оно предусмотрено законом (например, п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК), но в
некоторых случаях подобных требований закон не содержит.
Пленум определил присвоение как безвозмездное, совершенное с
корыстной целью, противоправное обращение лицом вверенного ему
имущества в свою пользу против воли собственника, указав, что это
преступление окончено с того момента, когда а) законное владение
вверенным лицу имуществом стало противоправным и б) это лицо начало
совершать действия, направленные на обращение указанного имущества в
свою пользу
Следовательно, для признания деяния оконченным должны быть
установлены оба эти обстоятельства, и для признания содеянного
присвоением собственно удержания имущества вопреки воле собственника
недостаточно. Пленум иллюстрирует действия, направленные на обращение
указанного имущества в свою пользу, сокрытием вверенного имущества
путем подлога. Значит, хищение окончено, когда лицо, незаконно
удерживающее имущество, также и скрывало факт обладания данным
имуществом, т.е. предприняло тем самым меры по предотвращению его
возврата собственнику.
Такой возврат, не прими виновный мер по сокрытию, может произойти,
скажем, в результате судебного решения об исполнении договорных
обязательств о возврате собственнику вещи. Но если лицо, удерживающее
1
Кондрашова Т.В. Культурные ценности под защитой российского уголовного права //
Российский юридический журнал. 2017. N 5. С. 135 - 142.
53
вещь, ее не скрывает и не предпринимает иных мер, исключающих возврат
вещи в том числе по судебному решению, то содеянное не может
расцениваться как хищение в силу концепции временного позаимствования,
не допускающей оценку деяния как хищения: лицо, ранее владевшее вещью
законно, на основании акта вверения, заведомо для себя обращает эту вещь в
свое неправомерное владение не навсегда, а лишь на некоторое время, до
принудительного ее возвращения по судебному решению, которому оно
изначально собиралось подчиниться. Поэтому сокрытие виновным факта
наличия у него имущества и иные действия, направленные на, так сказать,
окончательное обращение указанного имущества в свою пользу, Пленум не
рассматривает как действия, направленные на удержание уже похищенного
имущества, а включает их в объективную сторону присвоения.
Под растратой высшим судебным органом понимаются противоправные
действия лица, которое в корыстных целях истратило вверенное ему
имущество против воли собственника путем потребления этого имущества,
его расходования или передачи другим лицам. Растрату следует считать
оконченным преступлением с момента противоправного издержания
вверенного имущества (его потребления, израсходования или отчуждения)
1
.
Одна и та же вещь не может быть лицом в рамках реализации единого
умысла и присвоена, и растрачена. Если законное владение вверенным лицу
имуществом стало противоправным и, как указал Пленум, тем самым
началось его присвоение, имущество более не находится в правомерном
владении либо ведении этого лица и, стало быть, не может им быть
растрачено. Поэтому квалификация посягательства на вверенное имущество
одновременно и как присвоения, и как растраты влечет изменение
приговора
2
. Тем более недопустимо, воспроизводя в обвинении текст нормы
(чего ст. 171 УПК не требует), приводить оба названных признака, разделяя
1
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть. Разделы
VII - VIII: в 4 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, А.В. Галахова, В.А. Давыдов и др.; отв.
ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт, 2018. Т. 2.
2
Постановление президиума Ростовского областного суда от 22 июля 2010 г. N 44-у-369.
Источник: https://baza.diplomsite.ru/previewfile/2635