Материал: Червонюк В.И. Конституционное право зарубежных стран. Вып. 3. Ч. 1

136

оформить отдельные, но очень важные стороны взаимодействия политических партий и государственных институтов, в частности, относительно выбора (уточнения) формы правления; применимо ли в данном процессе статутное право или более приемлемыми оказываются конституционные соглашения и др.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Анализ проблемы формы правления позволяет выделить по меньшей мере две тенденции (или два методологических подхода) в оценке природы данного феномена.

Первая, традиционная тенденция, которая характерна не только для юриспруденции, но и всей обществоведческой мысли, связана с юридизацией формы правления. При таком подходе главным в понимании формы правления является указание на то, кто осуществляет государственную власть и каков порядок формирования прежде всего института главы государства. Очевидно, что при данном подходе оставлен без внимания ключевой вопрос проблемы: какой характер принимает государственная власть или, иными словами, какой способ создания государственной власти возможен при существующей схеме власти, какой из высших органов государства занимает основную нишу в системе властей; какова модель взаимодействия органов власти. Применительно к современным условиям развития государственности остается невыясненным центральный вопрос устройства верховной власти: кто обладает прерогативами формирования исполнительной ветви власти, перед кем эта власть ответственна, каковы конституционные основания ответственности правительства как высшего органа этой ветви власти. По сути, при таком подходе форма государственного правления рассматривается вне связи с принципом разделения властей – одной из важнейших конституционных основ формирования верховной власти в стране.

Вторая тенденция, представленная отчасти в новейшей политологической литературе, в некоторых работах конституционалистов, отличается политизацией формы правления, «освобождением» ее от формальных основ. Форма правления рассматривается, прежде всего, через взаимоотношения исполнительной и законодательной властей. Желая особо оттенить такое понимание конструкции верховной власти, ряд политологов обозначает ее термином «система правления». Такой подход действительно охватывает сущностное в понимании формы правления, но только при условии, что подобного рода взаи-

137

моотношения приобретают конституционный характер, отвечают существующим (конституционно оформленным или сложившимся в соответствии с конституционными соглашениями, или конституционной практикой) конституционным порядкам. Кроме того, применительно к современным условиям на характер взаимоотношений между исполнительной властью (правительством) и законодательной (парламентом) огромное влияние оказывают, как правило, конституционно установленные основания и формы ответственности правительства. Вопрос о том, перед кем и в какой форме (индивидуальной, персональной ответственности членов правительства или коллегиальной ответственности всего правительства, либо то и другое), имеет большое значение. Так, если парламент участвует в формировании правительства, но последнее не несет перед ним ответственности, а отвечает исключительно перед главой государства, то такая модель организации власти принципиально отличается от той, которая характеризуется ответственностью правительства перед парламентом.

Истина, как известно, всегда посередине; соответственно в традициях современной методологии оба эти подхода должны быть объединены, интегрированы в единую, базирующуюся на общих принципах концепцию верховной власти современного государства. С позиции современных конституционных реалий надлежит конструировать данное понятие с учетом сложных компетенционных связей, которые юридически и фактически складываются главным образом между исполнительной и законодательной властью, а равно конституционно предусмотренных оснований ответственности исполнительной власти (правительства), реально существующих механизмов приведения ее в действие.

Сучетом отмеченного в работе форму правления предложено рассматривать как такую организацию верховной публичной власти, которая характеризуется главным образом конституционно установленными или сложившимися в конституционной практике компетенционными взаимосвязями исполнительной и законодательной властей, а равно формально признанными основаниями ответственности правительства.

Спозиции развивающегося конституционализма преимущество предлагаемого подхода к пониманию формы правления очевидно. Такой подход более всего отражает современные конституционные реалии (конституционные порядки), наблюдаемые, по существу, во всех без исключения государствах; позволяет выделить главное, сущностное в понимании организации верховной власти и тем самым по возможности

138

наиболее точно (научно) оценивать складывающиеся в тех или иных странах формы государственного правления на основе формально проектируемых в основных национальных законах (с учетом существующих в данных странах конституционных традиций и конституционной культуры) и прогнозировать возможные модели конституционных порядкови др.

Форма государственного правления так или иначе отражает по содержанию весь «политический колорит», присущий той или иной стране. С этой точки зрения форма правления испытывает на себе действие различных факторов, теоретический анализ которых чрезвычайно актуален. В частности, в новейших условиях формирование определенного типа (модели) формы правления испытывает воздействие множества факторов, среди которых в последнее время особое значение приобретает роль так называемого креативного класса (политической элиты), институционализированных структур гражданского общества, в особенности политических партий, иных форм политических объединений граждан.

События последних лет со всей очевидностью указывают на все более возрастающее значение неинституционализированных форм гражданского влияния на публично-властные структуры государств, включая и высшие государственные институты. Революции инфор- мационно-коммуникационных технологий способны оказывать фундаментальное влияние на публичные институты власти. В связи с этим проникновение политических технологий в виртуальное пространство становится не только возможным, но и неизбежным; возможности сети Интернет все больше проникают в сферу публичного властвования; интернет имеет беспрецедентные возможности в отношении франдрайзинга общественно-политических идей, поддержки свободы непосредственного дискурса при продвижении законодательных идей, обеспечения реализуемости принятых законов; в обозримой перспективе использование интернет-технологий для реализации гражданами своих избирательных прав, равно как и права на участие в референдуме, становится реальностью. Благодаря возможностям интернета становится реальным реанимировать недействующие в настоящее время конституционные механизмы участия граждан в осуществлении власти, включая разнообразные формы гражданского контроля над властью; очевидно, что использование гражданских инициатив в режиме онлайн является одним из важнейших условий формирования деятельности «электронного» правительства.

139

К числу рассматриваемых факторов следует также отнести протестные акции как способ преобразования (коррекции) формы правления в современной практике зарубежных стран. Эта проблема не изучена, между тем как конституционная реальность целого ряда стран свидетельствует о том, что данный способ не является редкостью и в современных условиях; это важно как в научном, так и в практическом значении.

Не изучены связи церкви в модели организации верховной власти. Между тем государственная религия закрепляется во многих современных конституциях, конституционном законодательстве, включая наиболее развитые государства Европы.

Одним из фундаментальных факторов, влияющих на содержание, тип формы правления, являются конституционные реформы. Принципиально важным является исследование корреляций между стабильностью конституции, формальным и фактическим преобразованием формы правления.

Нередко конституционные тексты содержат так называемую неизменяемую норму, касающуюся конституционно установленной формы правления; в конституционной практике происходит перераспределение полномочий в пользу одного из высших институтов власти, причем без внесения конституционных поправок. В частности, это связано с принятием обычных («текущих») законов (равно как и законов, отличающихся большей юридической силой по сравнению с обычными, но при этом также не изменяющих конституционные тексты), которыми высший орган государства (чаще всего это глава государства) наделяется дополнительными полномочиями по сравнению с теми, которые вытекают из его конституционно установленной компетенции. Тем самым происходит «ползучее» перераспределение власти, которое означает усиление властных прерогатив одного органа в ущерб иным высшим органам государства. С позиции современного понимания конструкции верховной власти отмеченная проблема, приобретающая в ряде стран характер устойчивой тенденции, нуждается в научной оценке.

Несомненно, остается актуальной проблема патологии формы правления. В литературе всякое отступление в конституционно закрепляемых конструкциях власти стали воспринимать как отражение самобытности формы, отражение ее преемственности в истории и культуре страны, ее цивилизационных характеристик. При этом присущие всякой форме правления общие закономерности не учитываются, патологию формы правления нередко возводят в норму.

Червонюк Владимир Иванович, доктор юридическихнаук, профессор

Конституционное право зарубежных стран

Курс лекций

Выпуск 3. Государственное (конституционное) устройство

Часть I. Oрганизация верховной власти в современных государствах

Редактор Ковченко О. М. Корректор Валухова Т. А.

Компьютерная верстка Ермаковой Л. С.

Московский университет МВД России 117997, г. Москва, ул. Академика Волгина, д. 12