Творческое наследие французских композиторов также включает сборники детских пьес. Самыми выдающимися из них являются «Детский уголок» Клода Дебюсси, «Моя Матушка-Гусыня» Мориса Равеля и «Карнавал Животных» Камиля Сен-Санса.
Неоценимый вклад в эту область творчества внесли венгерские композиторы: ФеренцЛисти Бела Барток. Сборник из двенадцати фортепианных пьес «Рождественская елка» Ф. Листа, написанный в начале 70х годов XIX века и посвященный внучке композитора – Даниэле, представляет собой программные миниатюры, в которых соединяются религиозные и светские образы, разворачивающиеся в сюжетной последовательности.
В 1926 году Б. Барток начал работу над созданием огромного, оригинального фортепианного цикла «Микрокосмос», который включал в себя более 150 пьес. Уникальность этого сборника пьес заключалась в том, что композитор синтезировал венгерский фольклор с новыми веяниями в искусстве XX столетия, поэтому пьесы «Микрокосмоса» не только ярки по образному содержанию, они призваны воспитывать юного музыканта, формировать его музыкантское мышление.
Созданию «Микрокосмоса» предшествовали и другие детские фортепианные циклы композитора: цикл «Детям» стал отправной точкой педагогической серии Бартока, потом появились «Багатели» ор.6, «Десять легких фортепианных пьес» (1908).
Каждый из названных композиторов в рамках своего индивидуального стиля создает круг образов близкий детскому восприятию, сочетая педагогические задачи с художественной идеей. При всех различиях мелодического строя, гармонических особенностей идругихсредств музыкальной выразительностиглавной объединяющей этих циклов является их высокохудожественная ценность. Для детской музыки это особенно важно, ведь она призвана не только технически развивать ребенка, но в большей степени эта музыка должна формировать личностные качестваребенка, будить его воображение,воспитывать художественный вкус и культуру чувств маленького музыканта.
Одним из первых композиторов, кто претворил в своем творчестве детскую тему во всей своей глубине и полноте, стал Р. Шуман. Его циклы фортепианных миниатюр для детей – это музыка, не столько обучающая отдельным приемам фортепианного исполнительства, сколько воплощение широкого спектра самых разных образов, преломленных через восприятие мира ребенком: переживания маленького человека, его игры и впечатления, истории из жизни.
Детские фортепианные циклы Шумана стали образцом для П.И. Чайковского, написавшего уже во второй половине XIX века свой опус «Детский альбом». Сам композитор не скрывалэтого факта, в письме Н.Ф. фон Мекк он писал: «Я хочу сделать целый ряд маленьких отрывков безусловной легкости с заманчивыми для детей названиями, как у Шумана», а в подзаголовке «Детского альбома», автор указал «в подражание господину Р. Шуману». Вполне закономерно, что образное содержание пьес двух композиторов перекликается,что можно заметить уже в названиях пьес: «Веселый крестьянин, возвращающийся с работы» Р. Шумана («Альбом для юношества») и «Шарманщик поет» П. Чайковского («Детский альбом»); «Сицилийская песенка» («Альбом для юношества»)и «Итальянская песенка»(«Детский альбом»);«Первая утрата» («Альбом для юношества») и «Болезнь куклы» или «Похороны куклы»(«Детский альбом»); «Военная песня» («Альбом для юношества»)и «Марш деревянных солдатиков»(«Детский альбом») и т. д.
Это проявляется не только в самом музыкальном языке пьес (иная национальная культура и стиль композитора), но и в композиционных принципах объединения пьес в цикл. Если Шуман в «Альбоме для юношества» опирается на принципы сюитности, связывая пьесы в микроциклы внутри целого цикла, то в «Детском альбоме» русского композитора претворена некоторая сюжетность: проживаемость ребенком одного дня жизни, хотя внутри цикла пьесы также объединяются в микроциклы. Особенностью «Детского альбома» является и отражение жизни, увиденной взрослым и детским взглядом одновременно. Об этом пишет в своем исследовании С. А. Айзенштадт, указывая на наличие в этом произведении двух уровней смысла – «детского» и «взрослого»[4.С. 6].Все последующие детские фортепианные циклы, созданные на рубеже XIX – XXвеков и далее, опираются в той или иной степени на, ставшие уже классикой, образцы Шумана и Чайковского.Например: детские пьесы А. Лядова (Пьесы для детей), А. Гречанинова («День ребёнка», соч. 190, «Бусинки», «На зеленом лугу»), С. Майкапара («Бирюльки»), Н. Мясковского («Пьесы для детей» ор.43), Д. Кабалевского («Фортепианная музыка для детей и юношества»), Ф. Стравинского (пьесы для детей), С. Прокофьева («Детская музыка» 12 легких пьес соч.56), Д. Шостаковича («Танцы кукол») и многих других композиторов продолжают эту традицию. Анализируемый нами фортепианный цикл Александра Копылова ор. 53 «Четырнадцать музыкальных картинок из детской жизни» также находится в русле названных тенденций.
ГЛАВА 2. КОМПОЗИТОР А. А. КОПЫЛОВ.
2.1 Биографические сведения.
Для создания этого биографического очерка было отобрано и переработано огромное количество информации и фактологического материала. Важными и достоверными информативными источниками по данной теме являются статьи, посвященные творчеству Александра Александровича Копылова: Е. Г Артемовой «Духовно-музыкальное творчество А.А. Копылова» и «Духовно-музыкальная культура Петербурга конца XIX – начала XX века: историко-стилевой аспект», работа Д. Е Луконина «Повседневная жизнь беляевского кружка в первой половине 90х годов XIX века». Некоторые данные были собраны из литературы мемуарного жанра, в частности из «Летописи моей музыкальной жизни» Н. А Римского–Корсакова, семейного архива М. П. Даева, воспоминаний других современников композитораА.А. Копылова. Ценные сведения, касающееся жизни и творчества композитора, были найдены в периодической печати того времени, в частности, нескольких номеров «Русской музыкальной газеты» в электронной версии: Н. Компанейский. Духовно-музыкальные сочинения А. Копылова; А. В. Оссовский, А. А. Копылов.Дополнения к некрологу.Полный список работ, послуживших материалом для создания картины жизни и творчества Александра Александровича Копылова, представлен в библиографии.
Итак, Копылов Александр Александрович (02.07.1854 – 20.02.1911) – талантливый русский композитор. Еще при жизни он был известен своими духовными и светскимисочинениями, которые по достоинству оцененыН.А. Римским-Корсаковым. Кроме того, Александр Копылов играл на скрипе и занимался педагогической деятельностью в области теоретических дисциплин, был дирижером и активным участником «Беляевского кружка».
Александр Копылов родился 2 июля 1854 года в городе Санкт-Петербург. Его отец Александр Абрамович служил в Мещанской управе, и владел также несколькими земельными участками в Павловске. К музыке в семье Копыловых относились с трепетом. Особый интерес к музыке питала мать будущего композитора, от которой, вероятно, он и унаследовал незаурядные музыкальные способности. Александр обладал сильнымголосом и приятным тембром, и в 1862 году он получил место в хоре малолетних певчих, где преподавал известный регент и композитор Александр Рожнов. В капелле будущий композитор Копылов обучался игре на скрипке уМихаила Филипповича Кременецкого[1]и фортепиано у Ивана Осиповича Рыбасова[2].Теоретическими знаниями Александр овладел под руководством И. К. Гунке[3]. В 70-е годы Александр Копылов брал урокикомпозиции у Анатолия Лядова, прошел курс инструментовки у Николая Андреевича Римского-Корсакова. Александра Копылова могла ожидать печальная судьба. По свидетельствованию Римского-Корсакова, «мальчиков по спадении голоса просто увольняли из капеллы, выдав некоторую сумму денег»[4]. Когда у юного Александра Копылова начал ломаться голос, его уволили из хора в чине коллежского регистратора. Однако позже Копылов поступил в ту же Капеллу помощником учителя пения. Он получил всестороннее музыкальное образование, которое расширилось, благодаря его многолетней педагогической практике.
После окончания обучения и по 1897год Александр Александрович вошел в преподавательский состав придворной капеллы. Здесь он руководил хором и занимался вокалом. Об этом свидетельствует высказывание Н. А. Римского-Корсакова, который положительно отзывался о работе Копылова с хором. «Четыре учителя – Смирнов, Азеев, Сырбулов и Копылов – были людизнающие и опытные»[17.С.206].Также известно что, Копылов принимал участие в составлении «Всенощной» вместе с педагогами Придворной капеллы Степаном Смирновым, ЕвстафиемАзеевым и Федором Сырбуловым, а так же с Н. А. Римским-Корсаковым[5]. На протяжении всей музыкально-педагогической деятельности в капелле Копылов показал себя как многопрофильный педагог. Кроме церковного пения, он вел классы фортепиано и скрипки, церковный устав. Из воспоминаний П. А. Богданова, выпускника Придворной певческой капеллы, известно, что Александр Александрович Копылов был не только профессионалом хорового дела. Удивительно проводились им и сами занятия, они проходили в торжественной и одновременно в дружелюбной, легкой атмосфере, при этом Копылов строго следил за дисциплиной в хоровом коллективе[6].В хор к Копылову стремились попасть дети не только из близлежащих городов, но и отдаленных уголков Российской империи (Украины).
Служба Копылова в Придворной капелле пришлась на пору ее бурного расцвета деятельности,совпавшего по времени с управлением капеллойМилием Балакиревым и Николаем Андреевичем Римским-Корсаковым. К концу XIX века Императорская Придворная певческая капелла сложилась как уникальный, творчески-исполнительский и учебно-образовательный музыкальный центр, где процесс обучения и воспитания музыкантов органично сочетался с концертной деятельностью. В 80-90 годы – капелла являлась самым влиятельным и солидным учебным заведением высокого уровня. Ее воспитанники систематически участвовали в концертах Филармонического общества. Высокую оценку исполнительскому мастерству Придворной певческой капеллы и ее педагогам дали выдающиеся зарубежные композиторы, посетившие каждый в свое время Санкт-Петербург. Среди них: Гектор Берлиоз, Роберт Шуман, Ференц Лист и другие европейские музыканты.
Наряду с педагогической деятельностью, длившейся свыше 20 лет, Александр Копылов много времени уделял исполнительству и композиции. В середине 80-х гг., в Петербурге сложилось видное творческое объединение – «Беляевский кружок», учредителем и идейным вдохновителем которого являлся крупный музыкальный деятель и меценат Митрофан Петрович Беляев[7]. В его доме собирались выдающиеся музыканты, главным образом, исполнители и композиторы Петербурга: Н.А. Римский-Корсаков, А.П. Бородин, В.В. Стасов, А.К. Лядов, А.К. Глазунов, А.С. Аренский, Ф.С. Акименко, К.А. Антипов, Ф.М. и С.М. Блуменфельды, Н.Н. Черепнин, Н.А. Соколов, Н.С. Лавров и многие другие талантливые композиторы.
Александр Копылов был хорошо известен всем участникам беляевскихпятниц.Во-первых, благодаря близкому профессиональному общению с Римским-Корсаковым, во – вторых, он превосходно играл на скрипке и принимал участие в квартетных вечерах кружка. Сам Беляев оказывал поддержку Копылову как композитору: в частности, он способствовал исполнению и изданию камерных и симфонических сочиненийАлександра Александровича на протяжении многих лет.Следует также отметить, что в издательстве М. П. Беляева[8]было опубликовано большинство и фортепианных сочинений Копылова.
К концу XIX столетиякомпозитором созданы крупные оркестровые и камерные произведения: СкерцоA-dur[9], симфония c-moll (10.12.1889) ор. 14, квартетов G-dur(18.11.1892) ор. 15 и F-dur (7.12.1894). Камерная музыка А. Копылова получала высокую оценку среди критиков, она часто исполнялась за рубежом.
Особое место в ряду камерных сочинений занимал жанр струнного квартета, а квартет F-durполучилБеляевскуюпремию на концерте Камерного Общества в Санкт-Петербурге.
Интересна и до-минорная симфония композитора. Это масштабное и содержательное сочинение, отличающееся мелодичностью, стройностью и аккуратностью. Симфония была впервые исполнена под управлением Римского-Корсакова 21 декабря 1889 года в Петербурге, имеет посвящение Анатолию Лядову.
Последние годы преподавания в капелле для А.Копылова были омрачены испорченными отношениями с М. А. Балакиревым, после чего Александр Александрович решил покинуть капеллу. Основной причиной разлада директора Придворной капеллы Милия Балакирева с Александром Копыловым явилась антипатия Балакирева к Митрофану Беляеву. Балакирев считал, что Беляев потворствовал некоторым педагогам Певческой капеллы, в частности, Соколову и Копылову тем, что публиковалнекоторыеих произведения, не являющимися, по мнению Балакирева достойными этого.Н.А. Римский-Корсаков,напротив,защищалА.Копыловаот нападок Балакирева[10] и сожалел о потере капеллой в лице Копылова такого великолепного учителя хоровой музыки и композитора. В 1897г. после выхода на пенсию, А. Копылов служил скрипачом в оркестре Александрийского театра, преподавал курс музыкально-теоретических дисциплин в Павловском и Преображенском полках[11]. А в начале двадцатого века композитор получил должность преподавателя в Смольном институте, а также в регентском училище