Можно согласиться с высказываемом в литературе мнением о том, что «установление дипломатических отношений между США и Китаем стало очередным шагом на пути оформления «системы равновесия» в треугольнике КНР - США – СССР»[34].
Подобное развитие в отношениях Вашингтона и Пекина не могло остаться без внимания Москвы. Советское руководство отчетливо понимало, что стратегическая инициатива в Восточной Азии теперь принадлежит Китаю и Соединенным Штатам. СССР попытался перехватить инициативу путем продолжения переговорного процесса с США, вследствие чего возобновились советско-американские переговоры по ОСВ-2.
Уже весной 1978 г., как отмечал С. Вэнс, в то время госсекретарь США, «был достигнут важный прогресс в деле продвижения ко второму советско-американскому соглашению об ограничении стратегических вооружений»[35]. Это стало результатом переговоров С. Вэнса в Москве 20 — 22 апреля 1978 г. Как писал Вэнс, «СССР сделал “одну из самых важных уступок”: Советский Союз согласился не оснащать свои тяжелые ракеты более чем 10 боеголовками, хотя по техническим характеристикам эти советские ракеты могли, по американской оценке, нести до 30 ядерных боезарядов»[36].
Однако стоит отметить, что китайское руководство не совсем устраивала сложившаяся к 1979 г. расстановка сил в регионе. Главным своим соперником китайское руководство по-прежнему считало Советский Союз. В связи с этим КНР предприняла ряд мер, направленных на ухудшение отношений между США и СССР. Сразу же вслед за установлением дипломатических отношений состоялся первый официальный визит в Вашингтон представителя высшего руководства КНР - заместителя премьера Госсовета Дэн Сяопина (29 января - 5 февраля 1979 г.). Обе стороны старались придать особое значение этому визиту. Дэн Сяопин использовал оказанный ему прием для публичных выступлений против «разрядки», в первую очередь против советско-американских переговоров об ОСВ-2. Он пытался доказать, что «разрядке и разоружению нужно противопоставить «единый фронт», «союз» с Китаем в борьбе против «советской угрозы», содействие Запада в вооружении КНР»[37].
В итоге визита Дэн Сяопина стороны договорились о периодическом проведении консультаций друг с другом по международным вопросам, иначе говоря, о координации усилий КНР и США в определенных внешнеполитических акциях на базе «параллельных интересов». Поэтому когда встал вопрос о ратификации конгрессом договора об ОСВ-2 в связи с вводом советских войск в Афганистан, США осознавали, что в случае ратификации договора они потеряют стратегическую инициативу в отношениях с СССР и к тому же нанесут удар по все еще непрочным отношениям с Китаем. Именно исходя из этих расчетов США «не спешили» с ратификацией договора об ОСВ-2. Несмотря на это среди высшего руководства США высказывались идеи бессмысленности продолжения «гонки вооружений» и конфронтации с Советским Союзом. «К числу главных неудач администрации Картера бывший государственный секретарь Э. Маски отнес усиление напряженности в отношениях с СССР»[38]. «Самой большой неудачей» назвал провал ратификации ОСВ-2 Г. Браун. Он же говорил, что администрация «сама помогла пустить договор под откос»[39].
Таким образом, пребывание в Белом доме администрации демократов во главе с Дж. Картером ознаменовалось во внешнеполитической стратегии несколькими важными результатами. Была выстроена принципиально новая система международных отношений в регионе, в основе которой лежали взаимосвязи внутри «стратегического треугольника» США - КНР - СССР. В целом данная система базировалась на принципе «сдержек и противовесов», что не давало возможности любой из трех держав диктовать свою волю двум остальным сторонам треугольника.
Политическое противостояние между КНР и СССР в 1970-е годы касалось отнюдь не только взаимоотношений с США.
В 1975-1976 годах предметом спора двух сверхдержав стала Юго-Восточная Азия. В апреле 1975 года в Камбодже был установлен коммунистический режим, поддержкой которого заручалось правительство КНР.
Вьетнам пошёл на сближение с СССР, стремясь избежать экспансии Китая на свои территории. Результатом стало создание Единой Социалистической Республики Вьетнам, поддержку которой оказывал Советский Союз.
После неудачи кампании США во Вьетнаме ситуация в этом регионе оставалась очень напряженной. Однако после начала американо-китайского сближения в первой половине 1970-х гг., связанного, помимо всего прочего, и с общностью интересов в Юго-Восточной Азии, КНР стала проводить политику, «направленную на усиление своих позиций в Индокитае и во всей Юго-Восточной Азии»[40].
Однако главной причиной столь враждебного отношения КНР к Вьетнаму было свержение в Кампучии режима Пола Пота и образование в январе 1979 г. Народной Республики Кампучии, поддерживаемой Вьетнамом и Советским Союзом. Это явно не устраивало китайское правительство, которое пыталось противопоставить данному факту военное превосходство в регионе.
Стоит заметить, что военные действия со стороны КНР начались сразу же после окончания визита Дэн Сяопина в США, а вторжение вьетнамских войск в Камбоджу - через несколько дней после объявления об установлении американо-китайских дипломатических отношений.
В начале 1979 г. в непосредственной близости от границы с Вьетнамом Пекин сосредоточил 600-тысячную армию, снабженную сотнями танков, бронемашин и снятой с «Фуцзянского фронта» тяжелой артиллерией[41]. Ранним утром 17 февраля эта армия по всей границе вторглась в пределы вьетнамской территории.
После военного конфликта с Вьетнамом Китай осуществил ряд мер, обостривших обстановку на границе КНР с другим государством Индокитая - Лаосом.
Более того, 3 апреля 1979 г. правительство КНР объявило, что оно не намерено продлевать Договор о дружбе, союзе и взаимной помощи между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой, заключенный в 1950 г.
В ответ на это 5 апреля 1979 г. было опубликовано «Заявление Советского правительства в связи с решением правительства КНР о прекращении действия советско-китайского договора 1950 года», в котором резко осуждалось подобное решение китайских руководителей, а также говорилось, что «Советский Союз... сделает соответствующие выводы из указанных действий китайской стороны»[42].
В начале 1980-х годов, впрочем, крайне антагонистический характер отношений СССР и КНР начал смягчаться, что позволяет сделать вывод о новой эпохе двусторонних отногений.
В своих мемуарах бывший министр иностранных дел КНР Цянь Цичэнь, внесший большой личный вклад в нормализацию отношений Китая с Россией в 1980-1990-е годы, писал, что советско-китайские отношения пережили «три десятилетки»: 1959-1969 – десятилетие полемики; 1969-1979 – десятилетие противостояния; 1979-1989 – десятилетие переговоров[43].
Действительно, советско-китайские отношения в 1980-е годы стали постепенно улучшаться. Был восстановлен обмен студентами, постепенно отстраивались порушенные двусторонние связи в экономике, торговле, культуре. Принято решение вновь открыть Генеральное консульство СССР в Шанхае. Китайское телевидение дало зеленый свет популярным советским фильмам: «Москва слезам не верит», «Служебный роман», «17 мгновений весны», которые пришлись по душе жителям Поднебесной.
Новым каналом, расширявшим советско-китайские торгово-экономические связи в 1980-е годы, стала межрегиональная торговля. Так, в июне 1988 г. были подписаны межправительственные соглашения о принципах создания и деятельности совместных предприятий сроком на 10 лет.
В 1987-1988 гг. руководство СССР обосновало необходимость нового политического мышления на международной арене.
В 1989 г. СССР вывел свои войска из Афганистана и заявил о необходимости нормализации советско-китайских отношений. С 15 по 18 мая 1989 г. Китай посетил председатель Верховного совета СССР, генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев. Итогом этой знаковой поездки стало советско-китайское Коммюнике, заложившее политическую основу двусторонних отношений. Визит М. С. Горбачева в Китай дал старт нормализации советско-китайских межгосударственных отношений. И обозначил официальное возобновление партийных связей между КПК и КПСС. Следуя новому политическому мышлению, СССР сократил свои вооружённые силы и в 1990 г. подписал Соглашение о сокращении обычных вооружений в Европе. В том же году состоялось подписание Парижской хартии для новой Европы, в которой было заявлено об окончании холодной войны и конфронтации между Востоком и Западом. Советско-американский диалог в 1985-1989 гг. и его итоги Подписание Парижской хартии для новой Европы.
Новая Россия вступила в международные отношения с Китаем с обновленными приоритетами и целями, среди которых экономическое и приграничное сотрудничество вплоть до середины 2000-х годов оставалось главным на повестке дня отношений двух стран.
Между Японией и Китаем давно сложились как официальные, так и неофициальные отношения. Следует отметить, что Китай (в лице КНР) и Япония были военными противниками во Второй мировой войне, что, фактически, привело к прекращению отношений между двумя странами в 1950-е – 1960-е годы.
Когда, как уже отмечалось, в 1960-х гг. Советский союз отозвал из Китая своих экспертов, сложившееся охлаждение в отношениях между КНР и СССР привело Китай к затруднительному экономическому положению. Китай имел несколько альтернатив, одной из которых являлось начало более официальных отношений с Японией. Тацуносукэ Такаси, член Либерально-демократической партии (ЛДП) Японии, член Парламента Японии, а также директор Агентства экономического планирования, посетил Китай с целью подписания меморандума о дальнейших торговых отношениях двух стран. По данному соглашению китайские закупки индустриальных предприятий должны были частично финансироваться через среднесрочные кредиты, выдаваемые Экспортно-импортным банком Японии.
Договор также разрешал КНР открывать торговые представительства в Токио, а в 1963 году проложил дорогу для утверждения японским правительством постройки на континентальном Китае завода по изготовлению синтетических текстильных материалов, оцененного в 20 млн. долларов США, гарантируемых банком.
Но последовавший от КНР протест заставил Японию отложить дальнейшее финансирование постройки данного предприятия. КНР отреагировала на такую перемену через снижение торговли с Японией и усилением агрессивной пропаганды против Японии, назвав ее «американской шавкой». Японо-китайские отношения снова сократились в период культурной революции. В дальнейшем разрыв был обострен растущей мощью и независимостью Японии от США в конце 1960-х годах. КНР особенно концентрировала внимание на том, что Япония может ремилитаризироваться снова, чтобы компенсировать уменьшение военного присутствия США в Азии, вызванного правлением президента Ричарда Никсона. Однако, несмотря на то, что суматоха немного прекратилась, японское правительство уже под давлением пропекинской фракции ЛДП и оппозиционных элементов, стремилось занять более передовое положение.
В результате, фактические дипломатические, внешнеполитические и внешнеэкономические отношения между Японией и КНР во второй половине XX века начали складываться именно в 1970-е годы.
В начале 1970-х годов представители США шокировали японские власти развитием отношений с Китаем. Япония стала развивать новые тенденции по установлению и улучшению отношений с этим же государством. Данная стратегия, использовавшаяся через короткий промежуток времени после окончания холодной войны, «повлияла на чувство неуверенности и беспокойства среди японцев, относительно дальнейшего китайского курса, учитывая явный размер страны и надежный экономический рост, а также и тот факт, что значительная часть плодов этого роста предназначена для обороны». Вскоре японцы пошли по стопам американского правления и решительно поменяли свою политику в отношении Китая.
В декабре 1971 года китайские и японские торговые посреднические организации начали обсуждение возможности восстановления дипломатических торговых отношений. Отставка премьера Сато в июле 1972 года и вступление на пост Танаки Какуэя положили начало переменам в японо-китайских отношениях. Визит в Пекин избранного премьер-министра Танаки закончился подписанием совместного соглашения (Совместное соглашение правительства Японии и правительства Китайской народной республики) 29 сентября 1972 года, которое положило конец восьмилетней вражде и трениям между Китаем и Японией, устанавливая дипломатические отношения между государствами.
Переговоры строились на трех принципах, выдвинутых китайской стороной: «Настоящим подтверждается, что представители Китая, принимающие участие в переговорах и выступающие от лица страны, представили на рассмотрение Японии три принципа, являющиеся основанием для нормализации отношений двух стран: а) правительство КНР является единственным представителем и законным правительством Китая; б) Тайвань является неотъемлемой частью КНР; в) соглашение между Японией и Тайванем является незаконным и недействительным и должно быть аннулировано»[44].
В этом соглашении Токио признал, что правительство Пекина (а не правительство Тайбэя) является единственным законным правительством Китая, заявляя в то же время, что он понимает и уважает позицию КНР в отношении того, что Тайвань – это часть Китая. У Японии на данных переговорах было меньше рычагов давления на Китай из-за отношений КНР с ООН и американским президентом Ричардом Никсоном. Но самой важной проблемой Японии было продление своих соглашений с США о безопасности, ожидая, что Китай осудит этот поступок. Китайские власти очень удивили японцев, заняв пассивную позицию в вопросе отношений Японии и США. Компромисс был достигнут 29 сентября 1972 года. Создавалось впечатление, что Япония согласилась с большей частью требований Китая, включая проблему Тайваня. Это привело к взаимодействию двух стран в отношении быстрого роста торговли: 28 японских и 30 китайских экономических и торговых делегаций взаимно посетили страны друг друга. Переговоры относительно договора о японо-китайской дружбе и мирного договора начались в 1974 году, но вскоре натолкнулись на политическую проблему, которой хотела избежать Япония.
КНР настаивала на включение в договор пунктов антигегемонии, направленных в сторону СССР. Япония, не желавшая быть втянутой в советско-китайскую конфронтацию, возражала, а СССР в свою очередь дал понять, что заключение японо-китайского договора нанесет вред советско-японским отношениям. Усилия Японии найти компромисс с Китаем относительно данного вопроса потерпели фиаско, и переговоры были прекращены в сентябре 1975 года. Положение дел оставалось неизменным до политических перемен в Китае, последовавших за смертью Мао Цзэдуна (в 1976 году, приведших к вынесению на передний план модернизации экономики и заинтересованности в отношениях с Японией, чьи инвестиции имели важное значение. Изменив свое мнение, Япония была готова игнорировать предупреждения и протесты СССР, и приняла идею антигегемонии в качестве международного принципа, помогающего выстроить фундамент для заключения мирного договора.
В феврале 1978 года долгосрочное частное торговое соглашение привело к договоренности, в соответствии с которой доход от торговли Японии и Китая должен подняться до уровня 20 млрд. долларов США к 1985 году посредством экспорта из Японии предприятий, оборудования, технологий, строительных материалов, запчастей для оборудования взамен на уголь и нефть. Данный долгосрочный план, давший почву для неоправданных ожиданий, доказал лишь чрезмерную амбициозность, и в последующем году был отклонен, так как КНР была вынуждена пересмотреть приоритеты своего развития и уменьшить свои обязательства. Однако, подписание соглашения повлияло на желание обеих стран улучшить отношения.
В апреле 1978 года вспыхнул диспут в отношении суверенитета островов Сэнкаку, гряды небольших островов к северу от Тайваня и к югу от архипелага Рюкю, который угрожал прекращением развивающейся тенденции возобновления переговоров о заключении мирного договора. Способность к приспособлению обеих сторон привела к решительным действиям. Переговоры по заключению мирного соглашения были продолжены в июле, а согласие было достигнуто в августе на основе компромиссной версии пункта об антигегемонии. Договор о мире и дружбе между Японией и КНР[45] был подписан 12 августа и вступил в силу в 23 октября 1978 года.