Материал: Коллектив авторов - История всемирной литературы Т.4 - 1987

Но для всего последующего развития художественно-литературного процесса особенно важно то, что именно в этот период в грузинской литературе актуальная национальная тематика стала оттеснять успевшие обветшать традиционные мотивы восточных литератур с их отвлеченностью, цветистым и витиеватым стилем, сопряженным с подражательством.

Все эти культурно-идеологические сдвиги обновили и в идейно-художественном отношении обогатили грузинскую литературу, привели к ее значительному подъему. Этот творческий взлет (часто именуемый «возрождением») породил многих выдающихся писателей, и в частности, таких ярких поэтов, какими были Теймураз Багратиони (Теймураз I) и его собратья по перу, крупные мастера поэтического слова — Арчил Багратиони (Арчил II), Вахтанг Багратиони (Вахтанг VI), Нодар Цицишвили, Иосиф Тбилели, Сулхан-Саба Орбелиани, Димитрий Саакадзе и некоторые другие.

В XVII в. продолжается углубление секуляризации общественной мысли и литературы. Хиреет церковная письменность. Характерно, что хотя в теоретическом плане выдающиеся мыслители и писатели XVII и XVIII вв. (Теймураз I, Арчил и даже Гурамишвили) и признают примат церковно-религиозной литературы, но сами предпочитают придерживаться светских начал, заявляя, что читательские круги отвернулись от Евангелия, заодно чрезвычайно увлекаясь чтением светских произведений. Католические миссионеры докладывали Римской курии: что «грузины очень разумны, человеколюбивы», но в духовных предметах непросвещенны, а о католической вере имеют превратное представление. Они не любят слушать поучения и наставления, а увлечены чтением «Бежаниани», «Барамиани», «Ростомиани» и подобных им книг. Все же католические миссионеры имеют определенную заслугу в деле распространения в Грузии просвещения и грамотности. Практические запросы религиозной пропаганды вынуждали миссионеров изучать язык и культуру грузинского народа, сближаться с ним, переводить католическую литературу, сочинять на народноразговорном языке проповеди с занимательными притчами и новеллами, печатать книги. Именно при содействии католических кругов берет начало в Риме в первой половине XVII в. грузинское книгопечатание. Католические миссионеры сохранили нам и первые записи фольклорных материалов.

Следует упомянуть об еще одной характерной особенности в истории грузинской литературы XVI—XVII вв. Это — большое увлечение стихотворной формой в ущерб литературной прозе. Не удивительно, что в этот период многие поэты приступили к переложению в стихи прозаических произведений предшествующих эпох. Так, братья Таниашвили, Сулхан и Бегтабег, переложили в стихи «Амирандареджаниани», Арчил — «Висрамиани», Мамука Тавакалашвили и Бардзим Вачнадзе — отдельные прозаические версии «Ростомиани». Настолько сильно было всеобщее увлечение стихотворной речью, что перелагались в стихи агиографические тексты, исторические хроники, грамматические сочинения и т. д. В результате подобного общественного пренебрежения к прозе, к сожалению, нередко гибли древние важные прозаические литературные памятники.

ВXVII в. продолжалось жестокое засилие в Грузии персов-кызылбашей и оттоманских турок. Грузинский народ никогда не мирился с иноземными захватчиками и вел непримиримую, хотя и неравную борьбу за сохранение своей государственности, национальной самобытности и культуры. Политический диктат агрессивных государств сопровождался их стремлением к экспансии в области идеологии.

Всреде некоторой части грузинского феодального общества, как и в художественной литературе, усилилось влияние вычурной и бедной в идейном отношении поэзии иранского Позднего Средневековья, когда фарсиязычная поэзия переживала кризис, приведший ее к упадку. Некоторые поклонники формалистической изощренности

появились и в Грузии. Передовые круги грузинской просвещенной общественности во главе с известным поэтом и государственным

431

деятелем Арчилом II (1647—1713), отрицательно оценивали увлечение фарсиязычной поэзией. В своей борьбе против персидского влияния в литературе Арчил II и его единомышленники опирались на богатейшие традиции грузинской поэзии, древнейшее народное творчество и на великое наследие Шота Руставели.

Творчество выдающегося представителя литературы XVII в. Теймураза I (1589—1663)

— новый этап в истории грузинской литературы. Теймураз прошел сложный жизненный путь. Активная деятельность на государственном поприще, долгая и непримиримая борьба против иностранной агрессии не помешали ему придать новый размах и новое звучание грузинской поэзии, поэтически проникновенно отразить тяжкие страдания своей родины и воплотить личные переживания.

Теймураз разнообразил содержание грузинской поэзии, обогатил ее новыми темами и жанрами, которые в дальнейшем широко распространились в грузинской литературе XVII—XVIII вв. К ним относятся «прения», «маджамы», «похвала плодов» и др. Теймураз ввел в грузинскую литературу также жанр стихотворения малой формы и смело поставил его наряду с эпическими полотнами. Его можно с полным правом считать первым лириком эпохи.

Теймураз заложил основы национально-исторического эпоса. Его «Мученичество царицы Кетеван», в котором он описывает страдания своей матери, — первое произведение, созданное в грузинской литературе на национально-историческую тему. Правда, в основе создания этой поэмы лежат сугубо интимные мотивы, но она — не единственная в творчестве Теймураза. Конкретно-исторической и национальной действительности посвящены также лирические стихи поэта «Изображение Тамары в Давид-Гареджа», «О славе Греми», «Ода» государю Александру и царице НестанДареджан.

Поэмы Теймураза I: «Вардбулбулиани» («Соловей и роза»), «Шампарваниани» («Свеча

имотылек»), «Леил-Маджнуниани» («Лейла и Меджнун»), «Иосеб-Зилиханиани» («Юсиф

иЗулейха») — считаются заимствованными из персидской литературы, однако их первоисточники до сих пор не обнаружены. Поэт заимствовал в этих произведениях лишь сюжетные мотивы, создавая на их основе оригинальные творения, достояние национальной культуры.

Втворчестве Теймураза особое место занимают жалобы на коварство «бренного мира и судьбы». Это — одна из ведущих тем древнегрузинской литературы. Над этой вековечной проблемой ломали головы мыслители многих стран и народов, и нет ничего неожиданного в том, что в творчестве Теймураза она получила такое широкое отражение («Жалобы на мир» и др.). В поэзии Теймураза эти мотивы обусловлены тяжелой участью его родины. Трагедия эпохи определила судьбу Теймураза как царя и как поэта. В его творчестве личные переживания возвышены и обобщены до уровня страданий всего народа. Выражение этих страданий, сама судьба Теймураза и как царя, и как поэта связаны с эпохальными сдвигами, и он прежде всего выражает боль эпохи, страдания человека своего времени. Именно поэтому современники и восприняли Теймураза как великого писателя.

Теймураз усердно поддерживал отношения с Московским государством. В 1658 г. он посетил Москву, где вел переговоры с царем Алексеем Михайловичем. На протяжении всей жизни он оказывал сопротивление шаху Аббасу I, который не раз громил подвластную Теймуразу страну, замучил его мать, сестру, дочь и двух сыновей. В борьбе с кызылбашами погиб и его последний сын Давид. Теймураз не покорился, он всю жизнь оставался непреклонным борцом против могущественного Ирана. Умер он в ссылке в далеком Астарабаде.

Неустанно борясь против могущественного шаха Аббаса и его преемников, Теймураз испытывал влияние фарсиязычной поэзии, стремился перенести ее традиции на грузинскую почву. При этом он обращался не только к более поздним формалистическим произведениям фарсиязычных поэтов, но и к ее классическим образцам. «Сладость персидского языка породила во мне вожделение к стихотворчеству», — признавался он.

В своих лирических стихах Теймураз предельно искренен и выражает глубокую скорбь, порой переходящую в безысходное отчаяние. Так, в стихотворении «Жалоба на мир» он пишет:

Оглянись на мир бездумный — суетой ты соблазнен: Кто вчера владел престолом, нынче предан и казнен, Покорителя Вселенной жизни срок уже сочтен.

О, душа, уйди от мира — чем тебя прельщает он?

(Перевод И. Гуровой)

Поэт осуждает «тленный и вероломный мир», оплакивая судьбу своих близких, проклиная виновника народных и своих собственных бедствий — «кровопийцу», персидского шаха. Трогательно описывает Теймураз мученическую смерть своей матери Кетеваны, вызвавшую широкий резонанс во всей Европе (ее гибели посвящена известная трагедия А. Гриффиуса (1616—1664) «Катарина Грузинская, или Несокрушимая стойкость», а также ряд произведений и воспоминаний европейских авторов).

432

Кетевана была причислена впоследствии к лику святых. В поэме «Кетеваниани» Теймураз говорит в негодующих строках о зверствах полчищ шаха Аббаса в Кахети.

С мотивами тоски и скорби в поэзии Теймураза сочетаются мотивы чувственной любви («Спор вина и уст» и др.). Поэт пламенно воспевает любовные наслаждения и женскую красоту. Следуя поэтической манере некоторых фарсиязычных поэтов, Теймураз чрезвычайно увлекался словесной изощренностью. Он написал лирическую поэму «Маджама», отличающуюся виртуозностью формы, хотя и некоторой искусственностью и замысловатостью омонимичных стихов. Сравнительно немногие поэты и писатели последовали за Теймуразом. Из числа его последователей-современников следует упомянуть широкоизвестного поэта Нодара Цицишвили, переложившего на грузинский язык поэму о любовных похождениях Барам-Гура («Барамгуриани»).

XVII столетие, отличающееся резкими литературными сдвигами, возникновением новых литературных вкусов и эстетических принципов, оказало огромное влияние на всю национальную культуру Грузии и, в частности, на художественную литературу. Одним из зачинателей этих существенных перемен был Арчил II Багратиони (1647—1713).

Именно Арчил положил начало просветительскому движению в Грузии. Он смело приступил к переоценке литературных традиций, сформулировал передовые взгляды по таким узловым вопросам, как сущность литературы, ее специфика, цели и задачи. Основательное знание далекого исторического прошлого, как и современной жизни Грузии, дало ему возможность описывать не только сложные исторические явления и события, но и конкретный национальный быт. Его можно по праву считать первым грузинским писателем, уделившим внимание представителям низших социальных кругов, простым труженикам. Широко открыв двери демократическим идеям в литературе XVII в., он сформулировал демократические принципы, получившие в дальнейшем широкое развитие.

В произведениях Арчила, написанных с глубоким и страстным патриотическим чувством, со всей остротой были поставлены наиболее важные и сложные социальные проблемы того времени. Мудрыми назиданиями насыщена его дидактическая поэзия. Нравственное учение Арчила охватывает все сферы человеческой деятельности. Освоение античной дидактики, а также русских и западноевропейских эстетических учений, сделало

его моральным наставником своих современников, и не только современников. Именно в творческом наследии Арчила надлежит искать истоки дидактики Давида Гурамишвили и Сулхана-Саба Орбелиани.

Дидактическая поэзия Арчила адресована представителям разных социальных слоев, разных профессий. Он с одинаковой смелостью осуждает безнравственность крепостного и помещика, с одинаковым вниманием и заинтересованностью наставляет крестьянина, ремесленника и воина, священника и купца. Произведения Арчила «Нравы Грузии», «Сто двустиший» и «Сто десять стихов» представляют собой в совокупности своеобразный этический трактат, содержащий нравственные нормы, соблюдая которые человек, а соответственно и все общество, могут избавиться от многих пороков. Таким образом, его назидательная поэзия представляет своего рода национально-государственную программу широких масштабов.

Важнейшим средством духовного оздоровления человека, избавления его от дурных нравственных качеств Арчил считает труд. Человек, занятый трудом, не только создает общественно-необходимые материальные ценности, но и, что не менее важно, избавляется от безнравственности; он уже не способен творить зло. По учению Арчила, добро должно составлять обязательное свойство человека. Труд и добро — основные рычаги, направляющие общество к возвышенной цели, обусловливающие самосовершенствование человека. Идеал автора — трудолюбивая, благородная и высоконравственная личность. После формулировки общеэтических норм автор дает чисто профессиональные советы людям, занятым разного рода деятельностью. Его учение о нравственности предусматривает различные аспекты общественной жизни, но главное для него, основа основ благосостояния народа — это правильное воспитание подрастающего поколения. Воспитание образованной и нравственно совершенной молодежи — залог процветания государства.

Арчил писал об отношении человека к жизни, о назначении человека, решая этот вопрос в оптимистическом духе. Теоретические высказывания, как и все творчество Арчила, оказали большое влияние на развитие грузинской литературы. Как первый грузинский просветитель, он с неиссякаемой энергией трудился во имя осуществления своей мечты о возрождении многострадальной родины. Несмотря на все тяготы лихолетья, Арчил настойчиво заботился о восстановлении и дальнейшем строительстве грузинских культурных центров. По его инициативе и под его руководством было реставрировано немало церквей и монастырей, служивших в то время крупными очагами образования и научной деятельности. Основатель первого грузинского

433

литературно-научного центра в Москве, он первым издал в России грузинскую книгу и заложил основы для организации книгопечатания в Грузии.

Просветительская деятельность Арчила выразилась как в практической работе, так и в развитии новых передовых идей. Арчил начал утверждать примат разума, выдвинул идею свободы личности. Арчил возродил и продолжил традиции грузинского гуманизма. Вместе с тем в его идейном наследии можно найти своеобразное сочетание просветительских идей и этических начал христианского гуманизма.

Арчил II Багратиони смело и непреклонно выступал против персидско-турецкой агрессии, решительно придерживаясь русской ориентации. Со своим сыном Александром с 1699 г. он окончательно обосновался в селе Всехсвятском (около Москвы). Вскоре Александр стал ближайшим помощником отца в его культурно-просветительской деятельности и активно включился в переводческую работу, переведя с русского и западных языков ряд художественных и научных трудов.

Дальнейшему повышению авторитета Арчила в России способствовало и то обстоятельство, что его сын Александр Багратиони был соратником и близким другом Петра I. Еще в годы юности во время военных игр и упражнений будущего великого