Однако у тезиса об изоляции есть и недостатки. В изолированной сети объект существует полностью, не по частям. Иначе какая-то часть объекта была бы отрезана от других его составляющих.
Когда в лаборатории открывается новое вещество, оно открывается полностью, и факты о нем циркулируют в замкнутых контекстах (даже если эти контексты продолжают расширяться, как было с вакциной от сибирской язвы Пастера). Именно поэтому ранняя АСТ не ухватывала феномены, встраивавшиеся сразу в несколько внутренних логик. Этими феноменами и занялась Ланкастерская школа.
Мол исследовала, как атеросклероз формируется между кабинетом терапевта, лабораторией и операционной. Данные, полученные благодаря ангиографии, не полностью соответствуют результатам, которые могут показать эндартерэктомия и дуплексное сканирование. Разные методы-сборки соотносятся друг с другом, и только так появляется единый атеросклероз; но единство это проблематично, методы не идеально накладываются друг на друга. Черный ящик никогда полностью не закрывается, и как следствие атеросклероз никогда не един по-настоящему. Как выражается Мол, он «больше единицы, но меньше двух», т.е. не распадается на отдельные заболевания, самостоятельные медицинские категории. Он оказывается «дробным объектом» [Там же: 133]. Ланкастерская школа открывает новое пространство для исследования, ухватывая онтологические оттенки, недоступные ранней АСТ.
Пятое расхождение затрагивает проблему контингентности. У раннего Латура было противоречивое отношение к контингентности.
Он разрабатывал мысленные эксперименты, говорил об альтернативных версиях реальности, использовал образ открытого временного горизонта и в то же самое время отрицал метафизику потенциального. Из-за этого противоречия контингентость так и не была явным образом концептуализирована в симметричной АСТ.
Именно Ланкастерская школа вынесла контингентные феномены на поверхность и прояснила их связь с фигурой Иного. Еще в 1990-е Ло через критику концепции дискурсивности Фуко атаковал изолированную сеть Латура. У Фуко дискурс в принципе контингентен, но скорее напоминает необходимость: он замкнут и не взаимодействует с другими дискурсами очевидным образом [Law 1994: 107]. Так и сети Латура оказываются локальными, изолированными «необходимостями». Мы считаем, что концептуальные новации Ланкастерской школы стоит рассматривать как попытки направить АСТ в сторону контингентности, в сторону более гибких гетерогенных связей. Именно так можно оценить сложный переход от сетей к методам-сборкам.
Однако интуиция контингентности постоянно присутствовала в работах раннего Латура. Когда он все-таки описывал взаимодействия разных сетей, то строил описание в терминах конкурентной борьбы. Например, в XIX веке Р. Кох конкурировал с Пастером в исследованиях сибирской язвы; каждый из них продвигал свои методы и свою версию реальности [Латур 2015: 64-67]. В XX веке Р. Гиймен и Э. Шалли соперничали друг с другом, пытаясь определить структуру гормона соматолиберина [Латур 2013: 49-106]. По раннему Латуру, побеждала та сеть, которая была лучше выстроена. Сибирская язва (или соматолиберин) не может существовать в различных сетях и в разных вариантах. Победитель может быть только один -- все альтернативы исключаются из действительности. Но если они борются за одно место, если лишь одна версия может быть укоренена в реальности, то соперники контингентны по отношению друг к другу. Сибирская язва Коха -- это возможный вариант сибирской язвы Пастера и наоборот.
Такая подспудная контингентность опирается на метафоры конкуренции. Мы предлагаем называть ее контингентностью исключения, потому что самая сильная версия реальности исключает все слабые альтернативы. Контингентность исключения опирается на тезис об онтологической изоляции: именно изоляция отделяет альтернативные сети друг от друга, не дает им сообща конструировать новую действительность. При этом исключение происходит не только между соперничающими сетями; отбор сильных и слабых актантов происходит и внутри каждой конкретной сети. Отсюда берется латуровское различение медиаторов (mediators) и посредников (intermediaries).
Ло и Мол чувствовали, что контингентность в ранней АСТ проблематична. Они не использовали термин «контингентность исключения», но в их работах можно легко найти критику подобных
взглядов. Так, они выступают против плюрализма в исследованиях науки. Плюрализм допускает сосуществование множества перспектив, множества взглядов, легко отличимых друг от друга1. Эти взгляды направлены на некоторую общую для них, единую реальность [Mol 1999: 76]. В таком понимании плюрализма легко угадывается социальный конструктивизм и релятивизм. Но допущение единой реальности при разных перспективах возникает и у Латура. Ранняя АСТ опирается на предпосылку, в которой победителем в технонаучном соперничестве может быть только один. Однако почему это так? Почему победителей не может быть несколько? Почему жесткая конкуренция -- единственный онтологический сценарий для науки и технологий?
Ло и Мол противопоставляют контингетности исключения свои метафоры взаимодействия и концепцию дробных объектов. Множественны не столько взгляды на реальность, сколько сами реальности; вместо плюрализма следует говорить о множественных онтологиях . Возможные альтернативы не обязательно исключают друг друга, они могут сосуществовать и производить разнообразные дробные объекты. Мол в третьей главе «Множественного тела» 38 описывает некоторые типы коммуникации между альтернативами, необходимые, чтобы атеросклероз как единое явление имел право на существование. В случае успешной коммуникации возможны наложение разных сборок атеросклероза, их объединение в единственном нарративе, их взаимный перевод или даже образование иерархий [Mol 2002: Ch. 3]. Если же коммуникация провалится, то вероятно взаимное исключение, создание «разных» атеросклерозов, их размещение в разных местах и временах [Ло 2015: 132].
Сосуществование разных сборок -- это главное открытие Ло и Мол. Дробность объектов и различные сценарии взаимодействия для сетевых образований радикально меняют осмысление контингентности. Теперь разные варианты атеросклероза находятся в более сложных отношениях друг с другом. Мы будем называть такие отношения со-контингентностью. Одна версия атеросклероза -- это альтернатива для других версий. Атеросклерозы, «произведенные» ангиографическим методом и дуплексным сканированием, могут быть независимы друг от друга, могут дополнять друг друга или вступать в противоречие. И при этом они -- сборки одной и той же болезни. Дробное единство пяти атеросклерозов достигается самыми разными форматами взаимодействия. Конкуренция и исключение -- теперь лишь частные случаи коммуникации. Именно благодаря коммуникации между разными сборками, а не изоляции, речь вообще может идти о едином атеросклерозе.
За счет переосмысления контингентности Ланкастерская школа радикально расширяет возможности АСТ. Если реальности множественны, как акторы и методологи акторно-сетевого анализа осуществляют свои действия? Теперь условия возможности не столько задают понятие действительности для акторов, сколько сами производятся и реализуются в перформативных процессах [Mol 1999: 75]. Взаимодействие и смешение разных реальностей, порождение и преобразование условий возможности -- вот какие вопросы охватывает их онтологическая политика.
Заключение
В конце 1990-х годов в АСТ происходит кризис. Под влиянием внешней и внутренней критики теоретики разрабатывают альтернативы подходу раннего Латура. Среди них возникает особая концепция, которую для удобства мы обозначили как Ланкастерскую школу. Ло и Мол совершенно иначе подошли к проблемам до-, нади вне-сетевого.
Мы хотели прояснить, что такое Ланкастерская школа и чем она отличается от ранней АСТ. Мы рассматривали Ланкастерскую школу не как исследовательскую группу со своей историей и социальными связями, но как способ аргументации, особый концептуальный стиль. Этот стиль обособился от ранней АСТ и во мно-гом развивался, питаясь противоречиями в социологии власти Латура.
При этом мы подчеркивали, что историю АСТ нельзя представлять как историю войны между двумя школами. Кризис 1990-х годов был гораздо масштабнее, и через АСТ он затронул STS в целом. Ло и Мол пытались решить те же проблемы, что и Э. Пикеринг, Х. Кассинс, Д. Харауэй, которые во многом сочувствовали АСТ. Ланкастерская школа критиковала Латура, но конфликт был тихим, незаметным настолько, что он практически не попал в обзорную литературу. Мы рассмотрели этот конфликт, показав, как развивался концептуальный стиль Ло и Мол.
С нашей точки зрения, именно проблема вне-сетевого была главной для Ланкастерской школы. В 1990-е и 2000-е они предложили целую серию концептов, дополнявших и даже замещавших понятие сети: «модусы упорядочивания», «потоки», «дробные объекты», «методы-сборки». В результате Ло и Мол обособились от симметричного акторно-сетевого анализа, иначе осмысляя рефлексивность методолога и взаимодействие гетерогенных образований. Контингентности исключения у раннего Латура они противопоставили со-существование онтологических альтернатив.
Казалось бы, этот шаг открывает новые исследовательские перспективы. Однако мы считаем, что многие ходы Мол и Ло были слишком поспешны и не разрешили всех существующих затруднений вокруг проблемы вне-сетевого.
Во-первых, они не поняли всех преимуществ изоляционистской аргументации. Их концепция градиента от присутствия к Иному не включает, а исключает классические латуровские замкнутые сети. Номинально словарь методов-сборок способен описывать раннюю АСТ [Ло 2015: Гл. 2], но ни о какой закрытой циркуляции 40 не может идти речи: хинтерланд свободно разветвляется от стабильных структур присутствия к бесконечности не-сетевой среды. В понятие хинтерланда не встроено представление о жесткой границе сети. Стремясь направить АСТ на осмысление более гибких образований, Ланкастерская школа не расширила свой охват, а переописала уже существующие концепты, просто избавившись от проблемы изоляции. Именно поэтому Ло использует внешний термин «хинтерланд», говоря о «Лабораторной жизни». Так перед нами вырисовывается дилемма: либо АСТ в латуровском стиле описывает предельно жесткие технонаучные структуры, либо пытается ухватить все разнообразие более «мягких» и слабо упорядоченных формирований в ланкастерском стиле. Совместить эти установки у Ло и Мол не получается.
Во-вторых, Ло и Мол совершенно не учли критику потенциального, которую Латур развернул еще в 1980-е годы [Latour 1988: par. 1.5.1.-1.5.3.]. Поэтому они постоянно говорят об условиях возможности в фукольдианском смысле. Как подчеркивает Н. Автономова, у Фуко это понятие может отсылать не только к структурализму, но и к априорным структурам познания в смысле И. Канта [Автономова 1994: 20]. В действительности сложно понять, считает ли Ланкастерская школа категорию возможного приемлемой для аналитической работы. Но они точно принимают противопоставление контингентного и необходимого, а значит, связывают свои исследования с метафизикой потенциального, вне которой это противопоставление трудно помыслить. Поэтому представление об Ином для метода-сборки в Ланкастерской школе всегда ассоциируется с открытыми пространствами возможного.
Ло и Мол разрешили парадоксы менеджериализма/макиавеллизма, открыв потоки и дробные объекты. Теперь аналитик не должен концентрироваться на сильных акторах; со-контингентность распределяет бремя ответственности между сосуществущими онтологическими альтернативами. Однако латуровские сети выпадают из модели Ланкастерской школы, а со-контингентность все еще мыслится в рамках метафизики потенциального. Поэтому решение Ло и Мол нельзя назвать окончательным.
Библиография / References
Автономова Н.С. (1994) Мишель Фуко и его книга «Слова и вещи». М. Фуко. Слова и вещи, М.: Прогресс: 7-26.
Avtonomova N. (1994) Michel Foucault and his book "Words and things”.
Foucault M. The Order of Things, Moscow: Progress: 7-26. in Russ.
Астахов С.С. (2016) Критическая рецепция акторно-сетевой теории: от макиавеллизма к проблеме Иного. Философская мысль, (10): 1-15.
Astakhov S. (2016) The critical reception of actor-network theory: from machiavellianism towards the problem of alterity. Philosophical Thought, 1-15. in Russ.
Астахов С.С. (2017а) Проблема контингентности в акторно-сетевой теории, Диссертация на соискание степени кандидата философских наук, М.: Высшая школа экономики.
Astakhov S. (2017a) The problem of contingency in actor-network theory, dissertation for attaining candidate of sciences degree, Moscow: Higher School of Economics. in Russ.
Астахов С.С. (2017b) Странная дихотомия: пространство и время в акторно-сетевой теории. Социология власти, (1): 59-87.
Astakhov S. (2017b) Strange Dichotomy: Space and Time in Actor-Network Theory. Sociology of power, (1): 59-87. in Russ.
Вахштайн B.C. (2005) Возвращение материального. «Пространства», «сети», «потоки» в акторно-сетевой теории. Социологическое обозрение, 4 (1): 94-115.
Vakhshtayn V. (2005) The return of materiality: «spaces», «networks» and «fluids» in actor-network theory. Russian Sociological Review, 4 (1): 94-115. in Russ. Латур Б. (2006а) Нового времени не было. Эссе по симметричной антропологии, СПб.: Изд-во Европейского ун-та в С.-Петербурге.