никогда уже больше не подходи ко мне, потому что вольно или невольно, но вовлек ты меня в обман. Через тебя я своего слова не сдержала. Теперь девять лет в рот сахарок не покладу и девять лет буду вымаливать прощение у покойников моего рода. Душа моя надеется, что поймут они меня и простят, ведь делаю я это не для себя, а для сирых детушек».
Позже я узнала, что мужик тот разбогател. Обручение с удачей пошло ему на пользу, деньги к нему липли, как пчела к меду. Сперва он нашел на мосту кошель с деньгами. С этих денег купил корову, а она оказалась стельной и принесла сразу двух телят. Купленный с тех денег билет облигации дал ему небывалый по тем временам выигрыш. Все эти подробности он рассказал мне сам, когда я уже была гораздо старше. В тот день приходил он поклониться моему, то есть бабушкиному дому, но не смел близко к нему подойти. Я его окликнула и спросила, кто ему нужен, и тут мы с ним разговорились. А бабушка моя не брала в рот сладкого девять лет, хотя я‑то знала, как она любит сладкий чай. За этого человека она не один час отстаивала на молитве и все шептала: «Батюшки мои, матушки, не гневайтесь, души светлые, сердце не стерпело, больно мне жалко было его детей…»
«Я скорблю вместе с вами…»
Верить или не верить в Божий промысел и существование Бога – личное дело каждого. Но сама я уверовала с того момента своей жизни, как только начала осознавать все происходящее вокруг меня, потому что, видя каждый день и день ото дня вокруг себя иконы, мерцающие огоньком лампадки, стоящую на коленях бабушку, а главное, то, что именем Божьим выздоравливали калеки, по‑другому не могло и быть. Я видела также и тех, кто приходил в наш дом в неверии, а уходил от нас, возлюбив Бога. Так, например, я отлично запомнила такой случай.К бабушке пришла женщина из должностных лиц, она проверяла антисанитарию и всякую ерунду, которой любили, да и до сих пор любят трепать нервы тем, кто занимается знахарством. Женщина эта говорила поучительным тоном и в конце концов сказала откровенно насмешливо, что Бог – это выдумка для полных идиотов, и цивилизованный мир давно это понял и будет до конца бороться с этим суеверием. Бабушка, молчавшая до этих слов, спросила ее: «До какого конца? Ведь ты еще очень молода и не можешь знать, есть ли Бог или нет, почему же ты берешься об этом судить?»Потом бабушка вырвала из школьной тетради листок бумаги и быстро написала на нем какие‑то слова. Затем она положила листок в конверт, запечатала и подала его женщине, сказав: «Вскроешь это двадцать второго числа, то есть через пять дней».Через неделю к нам снова пришла эта женщина. Она расплакалась. Как только вошла, из ее рук выпал бабушкин конверт, который она принесла с собой. Я подобрала его и вытащила лист, на котором было написано бабушкиным почерком: «Я скорблю вместе с вами. Мне жаль, что вы сегодня потеряли своего мужа. Евдокия». Проплакавшись, Антонина, так звали чиновницу, спросила мою бабушку: «Как? Как вы узнали, что он погибнет?» И бабушка ответила: «Бог мне дает видеть то, что не может видеть другой».Антонина снова спросила ее: «А почему же я не могу этого видеть?» Бабушка ответила ровным и тихим голосом: «Да потому, наверное, что весь мой род ни на минуту не усомнился в том, что Господь есть и будет всегда. А впрочем, на все есть воля и милость Божья…»
Невестина беда
Мне не раз приходилось видеть больных сучьим выменем, я уже и сама умела его заговаривать. Но такое сучье вымя, как у девушки по имени Нина, я видела впервые. Она рассказала моей бабушке, что у нее через неделю должна быть свадьба и что она знает, кто посадил ей эту болезнь. Оказывается, Нина гуляла с одним, а выходила замуж, как это часто бывает, за другого. Вот мать брошенного ею парня и подстроила ей «подарочек» к свадьбе. По пухлым щекам Нины бежали горестные слезы, она страдала не только от боли, но и оттого, что на свадьбе будет неуклюжей, а значит, некрасивой невестой – ведь с этой болезнью много не потанцуешь.Бабушка осмотрела больную и сказала: «Приди к вечеру, я знаю, у кого собака ощенилась, сдою ее и испеку на этом молоке лепешку». Вечером девушка пришла. Бабушка поводила лепешкой по сучьему вымени, поплевала через левое плечо и сказала:Есть дверь, за ней зверь, имя зверю Тать,И ему никогда не взять моих слов, моих делов.Хворь и мука, где твоя сука?Вернись, хворь и боль,К той скотине, чье имя носишь,А ты вымя с этого часа бросишь (имя).Во имя Отца и Сына и Святого Духа.Ныне и присно и во веки веков.Аминь.Через неделю, как и намечалось, у Нины состоялась свадьба. Всего за три дня девушка исцелилась от сучьего вымени.Свадьба на одолженные деньги
К бабушке люди заходили не только за помощью, но и по всякой нужде, например, разгадать сон, или просто за советом. Вот и соседка наша Вера Семеновна зашла к нам узнать, плохо это или хорошо, если у них на свадьбе будет больше женщин, чем мужчин. Попутно она рассказала, когда и во сколько назначено венчание, что у них будет из кушанья на столах и что наденет ее дочь Ольга. Бабушка выслушала Веру, ответила на все ее вопросы, а потом сказала: «Обо всем ты подумала, но вот о главной своей ошибке не знаешь. Ты ведь деньги‑то на свадьбу одолжила, а свадьба, справленная на чужие деньги, не принесет прочного брака. Как только ты, Вера, отдашь тем, у кого занимала, последний рубль, твои молодые тут же начнут меж собой ругаться».
– Так что ж нам делать, – всплеснула руками соседка, – своих‑то денег у нас нет.– Не отдавай последний рубль, в крайнем случае, заруби курицу и вместо этого рубля отнеси тем, у кого одалживала деньги. Курица дороже рубля, и люди будут довольны, и ты своим молодым поможешь избежать развода.
Гнездо из волос
Приехала из соседнего села женщина, плачет, говорит, что ее пятнадцатилетняя дочь Таня сошла с ума. Заговаривается, бежит со двора в одной исподней рубахе, а до этого такая была разумница и по характеру добрая была, как ангел. Бабушка выслушала ее и сказала: «Ищите во дворе мышиное гнездо, которое они свили из волос твоей дочери. Как найдешь гнездо, распутай его и тут же сожги. Три года заплетай ей косы на прямой пробор, да не бросайте больше счесанные волосы где попало. Если мышь из волос гнездо совьет, быть тогда человеку полоумным. А когда сожжешь волосы из мышиного гнезда, сразу же умой ее наговоренной водой. Заговор такой:Во имя Отца и Сына и Святого Духа.Господи, помоги, Господи, благослови,Как на Божий хлеб‑соль порча не приходитИ как она святую икону стороной обходит,Так чтоб Полоумка от рабы Татьяны ушла,В ее голову, в ее ум не вошла.С ключом говорю, ключом поправляю,Ключом разум на ум направляю.Во имя Отца и Сына и Святого Духа.Ныне и присно и во веки веков. Аминь».Спустя некоторое время приезжала к нам Татьянина мать, рассказывала, как они всей семьей искали мышиное гнездо – и нашли. Оно действительно было сделано из Таниных волос. Танюша, слава Богу, здорова и вряд ли теперь их семья будет еще когда‑нибудь разбрасывать где попало чесаные волосы.Синие ноги
Когда я увидела темно‑синие ноги нашей новой гостьи, мне стало жутко неприятно. Конечно же, я каждый божий день видела различных больных, но моя детская душа не могла не содрогнуться при виде обезображенных ног Вари (так звали больную, которую к нам привез полечиться ее муж). Посмотрев ее, бабушка велела ее мужу возвращаться домой, добавив: «Через месяц вернешься и заберешь свою касатку».С этого дня бабушка стала выводить Варвару по утрам на росистое поле. Ходила Варя по полю крестом, в носках из шерсти, прямо по мокрой от росы траве. Целый день Варя была в этих мокрых носках, а к вечеру они высыхали прямо на ней.