Дипломная (вкр): Отношение молодых людей к службе в армии

В какой степени обществом принимается норма «настоящего мужчины» (а также производные нормы «настоящего мужества», «настоящей дружбы» и прочее)? Несколько лет назад ответ был таков, что для мужской части общества иной общезначимой нормы не существовало. В мужском публичном дискурсе ей нечего было противопоставить. В женском приватном дискурсе она не принималась никогда, а в женском публичном - постольку, поскольку обладает самостоятельным от мужского существования: этой норме противостояла литературная фигура «настоящего мужчины» как рыцаря, защитника слабых, готового биться с сильным, но по правилам чести.

Характерное для истории отечественных высшего образования и призывной военной службы противостояние перекликалось с только что названным антагонизмом мужского и женского антропологического мускулинного идеала. Высшее учебное заведение, как правило, давал возможность не проходить службу в армии и не подвергаться упомянутой

социализации. С «армейской» точки зрения эти избегавшие армию лица мужского пола лишались прав на звание «настоящих мужчин». Настоящая университетская субкультура до последнего времени реагировала тем, что категория «настоящего мужчины» не значилась для нее среди актуальных, а весь мир воинской службы символически унижала, предлагая рассматривать его только иронически.

Описанная картина сохранялась, пока действительная служба была - статистически и символически - безусловно, главным вариантом развития судьбы или карьеры для юноши, а тюрьма и университет приравнивали его к маргинальным личностям. На сегодняшний день в силу, как крупных социальных причин, так и моментальной коньюктуры, в том числе - демографической, статистическое соотношение изменилось. Действительную

службу проходит, как указывалось, меньшее количество юношей. Её частотность сблизилась с частотностью тюремного варианта, что имело свои символические последствия. Но более существенным стало многократное увеличение доли молодых людей, получающих высшее образование. Именно эта траектория, как показывают исследования, стала считаться нормой. Если осенью 2009 года в войска было направлено 43,1 тыс. человек (15,8%) с высшим профессиональным образованием, то осенью 2010 года - 44,8 тыс. человек (16,1%) 32. Осенью 2011 года - 19,2% 33, а осенью 2012 года - 24% 34 от общего количества призванных граждан (См. рис.1). В настоящее время рост желающих служить в армии, возможно, связан с введением закона о запрете брать уклонистов на государственную службу.

Рис.1 Динамика направления в войска граждан, имеющих высшее

профессиональное образование

Анализируя изученный материал можно утверждать, что цель институциализации армии достаточно очевидна - необходимо придать законность социальной организации, выполняющей функции защиты государства от проявления внешних угроз других государств, военных блоков других стран и организаций, подрывающих целостность, экономику и

авторитет России, а также несущих угрозу, или препятствующих развитию и угрожающих волеизъявлению странам и народностям, имеющим или выражающим схожее мнение по основным политическим процессам, происходящим в мировом сообществе, независимо от вероисповедания и принадлежности к существующим конфессиям. Армия выполняет контроль над нормативным поведением граждан внутри нашей страны, влияния на возможных агрессоров в качестве сдерживающей силы. Эти целевые установки взаимосвязаны и складываются в общую систему ценностей армии, которую, по идее, должны разделять все военнослужащие. Однако, рекрутировать в вооруженные силы солдат весьма проблематично. Молодые люди приходят из гражданского социума, имея свой багаж знаний, моральных принципов и жизненных перспектив, однако армия запускает механизм редукции личности, ограничивая любые проявления свободы. Задача правительства и высшего офицерского состава - создание боеспособной армии, в том числе отдельных воинских подразделений, имеющих современное конкурентное, преобладающее и совершенствующееся вооружение, обмундирование и обеспечение, призванное выполнить конфиденциальные специфические задачи, направленные на защиту государства от незаконных военных посягательств других стран, а также проведения идеологии, направленной на сдерживание агрессии враждебно-настроенных военных группировок и стран, подрывающих деятельность других стран, угрозы применения и непосредственного применения оружия, а так же вооруженных сил, вопреки законных представителей власти и населения этих государств.

Вместе с тем, все чаще многие государства и особенно США, под предлогом взаимодействия блока НАТО, для достижения своих целей, зачастую, игнорируя международное право и мнение других стран, используя политику двойных стандартов, для достижения личного геополитического превосходства и удовлетворения амбиций единоличного лидера, «восстанавливают справедливость» и «вершат суд» развязывают войны и уничтожают и осуществляют геноцид целых народностей или стран, не неся никакой ответственности перед этими странами в будущем, в том числе перед мировым сообществом в целом.

Наряду с международными угрозами и проблемами, стоящими перед государствами и армией, существуют внутренние проблемы, способные влиять на развитие и военно-патриотическое развитие армии, вплоть до ее деморализации и возникновения негативного отношения населения. Наряду с неэффективной политикой на международном уровне, ненадлежащем обеспечении и отношении к армии и индивидуально к каждому солдату, армию можно разложить и деморализовать изнутри. Речь идет, например, о пресловутой дедовщине, которая особенно в 90-тые годы и первом десятилетии 21 века стала всеобщим отклонением от норм воинских Уставов в армии, обрела регулярный и повторяющийся характер, став фактическим ритуалом. Уже забыты первоначальные цели этого явления - сплочение коллектива, а осталась верность институциально предписанному поведению, воплощенному в одной фразе - «дедовщину в армии никто не отменял». Подобное нормативное отклонение также встраивается в общий процесс институциализации армии, формируя образ современных российских военных. Безусловно, такой подход не всех устраивает, начинаются новые изменения существующих практик, а инициаторами могут стать как солдаты, так и офицеры. Это пересекается с концепцией нормативных инноваций, что показывает взаимообусловленность процесса изменений.

Институциализированные отклонения проявляются в виде «нормативной эрозии», «сопротивления нормам» и «замещения норм». При «нормативной эрозии» неуставные отношения в армии входят в повседневность жизни военных, и армию уже сложно представить без дедовщины и землячества. Отношение к этому явлению становится не просто более терпимым, а поддерживающим, ритуализирующим проявлением власти старослужащих над молодым призывом. Подобные отклонения от нормы начинают восприниматься в качестве необходимого элемента субкультуры. Это происходит до тех пор, пока дедовщина не сливается с криминалом и открыто поддерживается и культивируется офицерским составом, а нарушения приобретают формы преступлений. Когда такого рода противоправные деяния приобрели масштабный характер, а суициды, расстрелы, физические расправы и массовые оставления воинских частей и подразделений стали повседневной информацией в СМИ. Неуставные отношения в армии, в том числе с помощью созданного актива солдатских матерей и правозащитников, были подвергнуты жесткой критике со стороны гражданского общества, в армии назрело проведение реформ. Однако на первоначальном этапе реформа в армии была завуалирована лишь сменой руководства и увеличение бюджетных ассигнований, что естественным образом, под предлогом секретности лишь привело к увеличению коррупции в армии и возмущению офицеров, достижение и благосостояние которых выражалось только в отчетах Министра обороны. На деле обогащалось лишь высшее руководство армии и их особо приближенные персоны, зачастую не имеющие прямого отношения к армии.

Несмотря на допущенные значительные просчеты со стороны руководства России в провале реформирования армии, В. Путин нашел смелость открыто об этом заявить, и сменив руководство армии, впервые за многие годы были определены и открыто, заявлены конкретные задачи и меры, направленные на модернизацию армии и поднятия престижа вооруженных сил. Правительство и руководство страны за многократное увеличение расходов на вооруженные силы было подвергнуто жесточайшей критике со стороны практически всех фракций, партий, аппозиционных блоков и движений, а так же СМИ.

Первые же действия, распоряжения и приказы Шойгу, вызвали в первую очередь положительные отзывы непосредственно в среде военных, начиная от высшего офицерского состава и особенно приятно солдат и контрактников.

Так, реформы российской армии коснулись не только неуставных отношений, но и всей структуры воинской организации, например, установлен курс на масштабное сокращение войск и установление срока службы солдат-призывников до 1 года. 36 Подобные трансформации воспринимаются весьма неоднозначно, что в первую очередь говорит о том, что любые процессы будут более успешными, если они инициированы самими военнослужащими. «Замещение норм» происходит в том случае,

когда отклонение имеет длительную историю, и с течением времени становится обычной практикой. Например, солдаты не обязаны выполнять работы, связанные с личными нуждами командующего состава, но, как правило, их рекрутировали для строительства дач, ремонта квартиры, разгрузки машин, чистки снега и т.п. Вроде бы все это незаконно, но зачастую устраивало, как офицеров, так и самих солдат. Мы не будем сейчас вдаваться в подробности данных ситуаций и искать причины, обратим внимание только на то, что пока у общественности не возникло возражений, подобные явления были масштабны и регулярны. В конечном итоге, сформирована новая нормативная структура, куда властью интегрировались санкционированные инновационные нормы. Это целевая программа по переходу к комплектованию контрактниками «ряда соединений и воинских частей», введение аутсорсинга, создание «научных рот» и пр. Изменение осуществлено, и процесс перешел на новый виток развития. Таким образом, благодаря институциализации, как социальному изменению, произошло зарождение нового социального института - армии, органично встроенного в общую структуру общества, а, как процесс, этот институт постоянно трансформируется, обретая новые формы, функции, нормы и санкции.

Наряду с изменениями внутри армии, значительное развитие и финансовое обеспечение получили военные и конструкторские КБ, заводы и различные фирмы, осуществляющие свою деятельность в обеспечении изобретений, разработок, совершенствовании, модернизации, выпуске, испытаниях и поставках вооружения в армию и обеспечении их обслуживания и надлежащей эксплуатации, увеличении экспорта и импорта поставок в данной области деятельности. Впервые реально улучшились бытовые и социальные условия солдат и офицеров, их семей и родственников. Принимая во внимание улучшение материально-технического оснащения и обеспечения военных, а значит и улучшение социальных вопросов их родственников, Правительство России не только решило и успешно повышает эффективность обороноспособности и конкуренции нашей армии, но и в значительной степени, снимает и решает

многие бытовые и социальные вопросы, как военнообязанных, так и их близких и родственников.

Таким образом, в социально-структурных отношениях общества армия и гражданское население находятся в постоянных изменениях, выстраивая взаимную систему нормативных ожиданий, норм и ценностей. Краткий анализ возникновения армии, как социального института, показал, что насилие, облеченное в форму войны, становится одним из факторов зарождения государств, которые в свою очередь очерчивают границы жизнедеятельности людей. Общество начинает испытывать потребность в

безопасности и защите от агрессоров, формируя социальный заказ на создание особого социального института, получившего название «армия». В ее состав рекрутируются группы людей, претендующие на особое положение в социуме через статусные преференции и право использования оружия. Армия получает институциональную автономность, но продолжает оставаться открытой системой, выполняющей поставленные перед ней социальные задачи и пополняя свои ряды представителями гражданского населения. В результате военнослужащие находятся в двойном положении, с одной стороны, исполняют роль представителей силовых структур, а, с другой - продолжают оставаться гражданами нашей страны и буквально в период с 2013 года стал, заметен рост авторитета армии, как неотъемлемого института в атрибуте современного государства.

Институциализация армии привела к образованию нового социального института, что представляет собой социальное изменение, однако она не является стабильной структурой, ее преобразования имеют временные и пространственные векторы развития. Происходит периодическое изменение численности вооруженных сил, зависящие от наличия угроз и рисков, а также от политических приоритетов страны; состава, обусловленного целями и задачами военной организации; структур взаимодействий, интересов, норм и идей, подкрепляемых иерархической системой властных отношений и продвижения образа незаменимого для общества социального института; внешних и внутренних функций армии. Наконец, наблюдается трансформация границ, связанная с экспансией пространств под конкретные военные учреждения и изменение окружения, актуализирующее проблему идентификации представителей военного и гражданского социума. Армия претерпевает трансформации, достигая точек флуктуации, возвращаясь назад или развиваясь по спирали, формируя новые способы взаимодействия с обществом и имея непрерывную линию развития в модификации вооружения. Она представляет собой совершенствующую систему. В результате этого институциализацию армии можно представить как процесс воспроизводства вооруженных сил за счет рекрутирования гражданского населения, развитие вооружения и новых способов ведения боевых действий, экономических и социальных механизмов регулирования гражданско-военных отношений. Цель институциализации состоит в придании военной организации законной силы для выполнения функции защиты государства от внешних угроз, контроля над нормативным поведением граждан внутри страны, влияния на возможных агрессоров в качестве сдерживающей силы.

Несмотря на многочисленные противоречия и критику, как стран, так и различных международных политиков и организаций, особенно страдающих русофобией, указывающих на аннексию Крыма, следует отметить профессионально-грамотные совместные и оперативные действия всех структур правоохранительной деятельности, в том числе армии и спецслужб России обеспечивших жителям Крыма и Севастополя, право на проведение референдума и последующего обращения, с соблюдением всех международных норм, о вхождении в состав России без какого-либо боевого столкновения с Украинской армией, социальное и патриотическое состояние которой подорвано действиями и решениями, принимаемыми на Украине. Такие меры и решения, возможны только при единении, взаимопонимании, и поддержки преобладающего большинства граждан страны, открытом, объективном и последовательном изложении руководства России и армии, при этом, не нарушая социальной поддержки населения в целом. 38

Опыт нашей истории показал, что военно-гражданские отношения могут стать как причиной развала армии и государства, так и источником их могущества. Источником силы они могут стать только тогда, когда систему военно-гражданских отношений формирует государство в совокупности влияния и комплексного участия общества. Однако следует понимать, что по-прежнему в мире нет единой и идеальной выработанной системы, или страны, в рамках, или на территории которых выработаны и в соответствии с международным правом в полном объеме используются и взаимодействуют без ущерба другим сферам, такие основополагающие институты как: международные отношения и внутренняя политика, экономика и бизнес, армия и правоохранительная система.

Таким образом, Россия, обладая одной самых больших территорий в мире, и соответственно многочисленные границы с соседними странами, имея и ведя вековые исторические войны против агрессоров с последующим присоединением ряда оккупированных территорий (Калининград - бывший Кенисберг, а также ряд Японских островов), имея огромные запасы полезных ископаемых, а также оставшиеся экономические связи с бывшими республиками СССР и обязательства по совместному обеспечению безопасности границ, просто обязана иметь мощную современную армию,

интегрированную в социум нашей страны. Именно поэтому армия в современной России относится к ведущим социальным институтам, являющаяся гарантом неприкосновенности границ, развития экономики и международных отношений.

С позиции наиболее развитой и сбалансированной социальной системой, в том числе: экономики, армии и международных отношений принято считать Германию, которая имеет одну из развитых экономик и соответственно экономических связей в Европе и в США. Германия вступила в НАТО, а также возглавляет многие Европейские организации, или играет в них весомую роль. Однако, как мы видим, Германия стала зависима от США, возглавляющих НАТО и управляющих мировой экономической глобализацией. В настоящее время правительство Германии вынуждено в ущерб своей экономике поддерживать экономические санкции против России, все больше выделять средств на поддержание евро и Евросоюза. Германия вступив в НАТО (сейчас на территории Германии расположено более 250 военных баз) утратила самостоятельность армии, а значит и ее социальную интеграцию, и поддержку в своем обществе.