Следует подчеркнуть, что нас интересует не сама по себе теория общественно-экономической формации, а теория как инструмент позволяющий понять логику процесса гуманизации экономического развития на системной основе. Центральной фигурой в этом процессе является сам человек. Непосредственное производство человека связано с воспроизводством населения в узком смысле (естественное воспроизводство) и в широком смысле (изменение социального, образовательного, профессионального и культурного состава). Население - первая предпосылка существования общества и главный результат его жизнедеятельности. Поэтому его численность оказывает существенное влияние на ход социально-экономического развития, является важным фактором его прогресса или ограничивает его. От количества населения и от его качественного состава (уровня образования, профессиональной подготовки, возраста, пола, состояния здоровья и т.д.) зависит в конечном итоге функционирование и развитие экономики. В свою очередь совокупность множества социально-экономических факторов влияет на движение населения. Производство человека обеспечивается в рамках семьи (в начале истории- рода), где природная и социальная определённость человека находятся в непосредственном единстве. Первая из них предполагает соответствующий тип взаимоотношений противоположных полов, физическое развитие (здоровье) человека, соотношение смертности и рождаемости и др., вторая -тип воспитания, образования, т.е. развитие духовное.
В целом же можно сказать, что демографические процессы, являясь, с одной стороны, предпосылкой социально-экономического развития, а с другой его главным результатом, в котором как в фокусе концентрируются все общественные связи, не хаотичны, а подчиняются определённому порядку, т.е. носят системный характер, закономерны. Эти закономерности соответствуют тому или иному уровню социально-экономического развития.
При этом не биологическое, а социальное начало является определяющим в демографическом развитии общества. И если рассматривать население в качестве главного результата социально-экономического развития, то в условиях развитой гуманистической определённости общества население, безусловно, вбирает в себя все гуманистические аспекты этого развития.
Человек представляет собой индивидуальное, природное бытие общественных отношений. Его экономическая и социальная определённость формируется в зависимости от технологического уровня производства, его места и роли в системе общественного разделения труда, отношений собственности на средства производства, в управлении общественным производством, от способа получения и величины дохода, от степени доступности образования и т.д. Определённый тип общества порождает и соответствующую галерею исторических типов человека (раб и рабовладелец, крепостной крестьянин и феодал, рабочий и капиталист, ремесленник и торговец и т.д.).
Но, несмотря на многообразие природных, исторических, социальных и других персонажей человека, всех людей объединяет одно - их всеобщая родовая сущность, которую К.Маркс определил как «совокупность всех общественных отношений», характеризуя тем самым тождество человека и общества и самих людей друг другу. Имея своим содержанием жизнедеятельность, это тождество в единстве ценностного и рационального моментов образует духовное начало человека, которое известный отечественный философ Ильенков Э. охарактеризовал как «нравственно развитый разум». Именно он и составляет ту самую «власть духа над своеволием страстей», которая формирует человека как человека. Глубинная основа этой власти имеет гуманистическую природу, которая характеризует высшую способность человека к самоконтролю и самоограничению, заключающуюся в «сознании человеческой солидарности, которая включает в себя признание равенства людей, ценности человеческой личности и человеческого нравственного идеала»[20, с.75]. Формой выражения этой способности является культура как способ и мера овладения человеком природного и социального мира, как мера человеческого в человеке. В этом смысле культура предстаёт как особый надбиологический механизм социальной наследственности, передачи социального опыта. И с этой точки зрения гуманизация экономического развития проявляется в форме его окультуривания.
Способ, каким каждый человек присваивает культуру, является труд в широком смысле как родовая жизнь человека, огромное значение которого в социально-экономическом развитии показал К.Маркс. Труд в данном значении выступает тождественным собственности (присвоению) - это две стороны одной медали: то, что на одной стороне выступает как процесс, на другой - как его результат. Это две стороны жизнедеятельности, которые историей впоследствии были разведены по разным полюсам. Поэтому гуманизация труда и отношений собственности, охватывая все стороны социально-экономического развития, составляют существенный момент его гуманизации.
Понятно, что именно сущность человека, его социальное качество является определяющим в его характеристике. Его же естественное начало составляет его телесная организация, без которой не может быть самого человека. И только в этом смысле следует понимать определяющую роль материального начала в развитии человека. Спорить же вне диалектики о том, что является определяющим - бытие или сущность, занятие бесполезное. Другое дело, на определённом этапе истории сущность отчуждается от человека и противостоит ему как чуждая сила, не принадлежащая ему самому. Это же рассуждение полностью применимо и к обществу в целом. Способ производства средств к жизни служит необходимым фундаментом развития общества, подобно тому, как тело человека всегда является первой природной предпосылкой его существования.
В этом смысле оно играет определяющую роль в общественном развитии. Это положение следует отличать от положения об определяющей роли материального производства в смысле господства его над людьми, которое определяется на этапе предыстории человечества в условиях, характеризующихся разрывом единства человека и природы, общества и индивида, материального и духовного производства. Именно это последнее положение, которое было впоследствии абсолютизировано, лежит до сих пор в основе узкоограниченного понимания формационного подхода, в том числе и его критиками, изображающими в соответствии с таким пониманием социально-экономическое развитие как прямолинейный процесс смены пяти ОЭФ.
Рассмотрим этот вопрос ближе. Способ производства средств к жизни - это способ, посредством которого человек выделил себя из животного мира и возвысился над окружающей природой. Это способ становления и развития человеческого общества, но в это же время - это одновременно способ удержания человека в жёстких границах необходимости борьбы с природой. «Производство материальных благ изменило характер отношений человека с природой, изменило способ его борьбы за существование, но сама борьба за существование осталась в качестве мотива, определяющего производственную деятельность человека»[21, с.204]. Этот период в развитии человеческого общества и образует его предысторию.
Общую логику развития взаимоотношения человека и природы можно представить следующим образом. Как часть природы человек есть его высший результат, её венец, в лице которого природа познаёт себя. Познавая её, осваивая её силы, человек, в конечном счёте, всё ближе подходит к собственному существенному познанию. Исторически очеловечивая природу в виде искусственных технологических систем, человек как бы заново проходит путь своей природной эволюции до положения «венца» природы, но уже очеловеченной. И в этой повторной природной эволюции, но в рамках общества, человек возвращается к самому себе как к высшему существу, преодолевая свою природную ограниченность. Это и составляет материальную основу гуманизации экономического развития.
Первоначальной ступенью предыстории, как известно, было присваивающее хозяйство, связанное с добычей человеком готовых предметов природы. В первобытном обществе нет ещё произведенных средств производства. Земля выступает здесь в качестве «великой лаборатории, арсенала» (К.Маркс) жизненных средств индивида, а его главными средствами присвоения готовых продуктов природы служат только органы его собственного тела[см.4, т.23, с.190]. Поэтому и результатом производства индивида является непосредственно он сам в общественном бытии. Непосредственное производство самого человека, производство средств к жизни и духовное производство здесь выступают как ещё нерасчленённое тождество, общественным бытием которого является род.
С образованием крупной промышленности в производстве начинается доминирование искусственных средств производства, но при этом рабочая сила человека становится простым придатком, элементом системы машин. Подчинение природы человеку, развитие производительных сил «покупается только ценой такого исторического процесса, в ходе которого индивиды приносятся в жертву[6, ч.2, с.123] . Объективные условия труда и сам непосредственный живой труд приобретают по отношению друг к другу субъективное существование в виде классов - на одной стороне в виде собственников средств производства, на другой - в виде живой рабочей силы, лишённой этих объективных условий труда. Разрыв между человеком и природой выступает как разрыв между обществом и индивидом. Реальное движение человеческой истории с момента становления производства, основанного на непосредственном труде, выступает в антагонистической форме, в форме отчуждения, которое Маркс определил как процесс обесчеловечивания человека и которое он связывал с отчуждением труда и частной собственностью на средства производства. «Отчуждённый труд, - пишет К.Маркс, - отчуждая от человека его деятельную функцию, его жизнедеятельность, тем самым отчуждает от человека род, превращая родовую жизнь в средство для поддержания индивидуальной жизни»[22, с.92]. Труд в этом случае, является лишь «средством удовлетворения одной из потребностей, потребности в сохранении физического существования»[22, с.93]. В условиях частной собственности на средства производства «человеческая сущность опредмечивается бесчеловечным образом»[22, с.101]. Отчуждение от родовой сущности приводит к внутреннему противостоянию души и тела человека, к состоянию его изолированности.
Внутренний антагонизм человека связан с внешним антагонизмом классов, который обусловливает поведение отличное от гуманистических норм общества. Маркс рассматривал отчуждение как дегуманизацию человека. Поэтому снятие отчуждения составляет самую глубокую суть гуманизации экономического развития, и оно должно пройти «тот же путь что и самоотчуждение»[22, с.113].
В связи с этим, важно отметить другое. Когда рассуждают о логике взаимодействия производительных сил и производственных отношений, не учитывают то, что производительные силы - это не только средства созидания или борьбы с природой. На всём протяжении предыстории человечества овеществление знания становилось одновременно и средством разрушения, ведения войн. Уже сегодня человечеством создан такой арсенал вооружений, использование которого может привести к многократному уничтожению всего живого на земле. Гуманизация экономического развития - существенный момент ликвидации такой перспективы. Кроме того, в наше время глубина и масштабы «подчинения» человеком природы становятся столь значительными, что охватывают всю природу, и порождает опасность подрыва человеком природных условий своего существования.
Создавая угрозу гибели человечества, ход истории вынуждает к принципиально новому отношению к природе, которое предполагает объединение усилий человечества на основе сознательного, планомерного осуществления производственной деятельности, исключающей негативные последствия для природы. А это предполагает новое системное качество экономического развития, которое связано с преодолением отчуждения человека и природы, человека и общества, когда на базе развитого производства материальных благ получает всемерное развитие непроизводственная деятельность людей, т.е. когда отпадает необходимость затрачивать основное время и жизненные силы на воспроизводство человека как биологического существа, и начинается свобода в использовании времени и жизненных сил на развитие человека как личности. С этого и начинается действительная история развития общества, развития человека. Но это и означает преодоление узкоограниченного понимания определяющей роли материального производства, экономического интереса в поведении человека, такого же понимания формационного подхода вообще.
Недостаток исторически ограниченного понимания формационного подхода очевиден, поскольку в этом случае социально-экономическое развитие представляется прямолинейным, не охватывающим всё его многообразие. И не случайно в западной экономической науке ему был противопоставлен цивилизационный подход, который, акцентируя внимание на внеэкономических факторах развития (религиозный, национальный и другие), претендовал на исчерпывающее объяснение многообразных форм общественного развития. Однако эти претензии были завышены, поскольку этот подход оказался односторонним, лишившим общественное развитие материального основания в его системном качестве. Можно насчитать сколь угодно много цивилизаций по различным признакам. Но если при этом полностью абстрагироваться от внутренней экономической жизни конкретной цивилизации, то в итоге мы получаем «бестелесный» организм общества, лишенный логических оснований его системного понимания.
Рассмотрение же ОЭФ как единого целостного организма в единстве и диалектическом взаимодействии материального и духовного, базиса и надстройки, с учётом его исторических «возрастных» особенностей позволяет понять целостную логику социально-экономического развития в системном виде. Целостная теория ОЭФ - это более широкая научная панорама истории, которая даёт возможность представить её не однолинейным, а противоречивым, многообразным и комплексным процессом взаимодействия материального и духовного, экономического и социального. Понятие ОЭФ, как способ производства непосредственной жизни - это обобщённый целостный теоретический итог системного исследования общества, который позволяет в многообразии природных, климатических, культурных и иных различий стран и народов увидеть общие закономерности истории, понять и объяснить как неравномерность, так и общий ход социально-экономического развития. Но последовательность формаций не является обязательной схемой, которой должна подчиняться история каждого народа, т.к. одни народы задерживаются в своём развитии, а другие вырываются вперёд.
Целостная теория ОЭФ даёт возможность осмыслить всемирную логику социально-экономического развития как результат взаимодействия многих обществ, стоявших и стоящих на разных ступенях мирового развития. С одной стороны, каждое конкретное общество - это и формация и цивилизация, своего рода социально-экономический генотип общества, который включает в себя устойчивые черты, природные, экономические, демографические, бытовые и т.п. особенности, определяющие формы жизнедеятельности социально-экономического организма как целого и его историческую нишу и судьбу в логике истории. С другой стороны, если рассматривать цивилизацию как целое, как сообщество людей живущих на Земле, то общественно-экономическая формация - это определённая ступень её исторического развития. Но различные моменты становления человеческой цивилизации как целого оказались распределёнными между разными географическими регионами, континентами, странами и народами, и каждая страна в её самобытности, неповторимости вносит свой особенный вклад в материальную и духовную культуру человеческого общества.
Более того, эта совокупность особенных цивилизаций не есть хаотичное целое. На этапе предыстории человечества расщепление и обособление человеческой жизнедеятельности на материальную и духовную, реализуясь в разрыве человека и природы, индивида и общества, в разделении самого человека на классы, во внутреннем обособлении и противоположении базиса и надстройки, общества и государства, получило внешнее проявление в раздвоении и обособлении человеческой цивилизации на Восточную и Западную. Две противоположные стороны ОЭФ - базис и надстройка, олицетворяющие собой её материальное и духовное, экономическое и социальное начала получили по отношению друг к другу внешнее выражение, обособленное существование, оказались разведёнными по разным сторонам Земного шара.
Само разделение цивилизации на два её типа вытекает из характера взаимодействия природы и общества. В период, когда длительное время в истории человечества основным средством производства являлась земля, а главным типом производства натуральное хозяйство, специфика географической среды, природно-климатических условий в сочетании с демографическим фактором (численность и плотность населения) порождала неравномерность развития народов, оказывала существенное влияние на формы собственности, социально-экономическую организацию общества. Следует отметить, что данный вопрос обстоятельно исследован во многих научных работах. Поэтому мы рассматриваем его в самых общих чертах, в той мере, в какой это необходимо для решения поставленной в работе проблемы.
Характер и степень влияния отмеченных факторов на социально-экономическое развитие определяется, прежде всего, уровнем производительности труда. В связи с этим основная экономическая причина своеобразия двух типов цивилизаций, в конечном счёте, заключается в различном способе получения прибавочного продукта. Основу Восточной цивилизации составлял земледельческий труд, который и определил её внутренний менталитет с приоритетом ценностного начала в нём. В условиях избыточных возможностей природно-климатических условий цивилизаций Востока производство прибавочного продукта обеспечивало поливное земледелие. Организовать же его могло только государство как верховный собственник орошаемой земли, принуждая население к работе и уплаты ренты - налога. Поэтому социально-экономическую основу Восточной цивилизации составляет непосредственно-общественное начало в форме государственной собственности на средства производства, определяющее суть азиатского способа производства. Как отмечает Г.Б. Хмелевская «собственническая функция государства возникает не в результате действия злой воли отдельных лиц…, а в силу жизненной необходимости - для защиты страны и функционирования единой оросительной системы, позволяющей осуществлять производство надёжно и безопасно»[23, с.69].