Материал: Kozyreva_N_V_Ocherki_po_istorii_Yuzhnoy_Mesopotamii

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

Лагаша)ипредставлениеновогопорядка,которыйискоренялзлоупотребления. В конце надписи повторяется описание строительной деятельности правителя иформулируетсяглавнаяцельреформ:«Чтобысиротеивдовесильныйчеловек никакого(зла)непричинил,он(Уруинимгина)заключилсбогомНингирсуэтот договор»30.

О том, насколько сильным было социальное напряжение в обществе, говорит и перечисление мероприятий, декларированных в реформах. Целый ряд мер был направлен на отмену или смягчение некоторых особо вопиющих злоупотреблений, исходивших от начальников разных уровней, которые, повидимому, использовали в своих интересах не только административные ресурсы, но и имущество подчиненных. Были значительно уменьшены или отменены некоторые налоги и сборы, собираемые по специальным случаям (помолвка, свадьба, похороны) или от держателей отдельных должностей. Богам были «возвращены» хозяйства, которыми противоправно пользовался правитель и члены его семьи. Представление о том, что земля, изначально принадлежавшая богам как покровителям общины, должна находиться в коллективном пользовании, оставалось достаточно устойчивым. «Возвращая» землю богам, Уруинимгина, возможно, декларировал возвращение прежней коллективной системы пользования и управления сельскохозяйственными территориями и распределения получаемых ресурсов с целью успокоить общественные настроения.

Однако фактически и после провозглашения этих указов общая ситуация, судя по всему, мало изменилась. Последовавшее вскоре серьезное военное поражение Лагаша (см. ниже) и бегство Уруинимгины в Аккад (?) положили, вероятно, конец его преобразованиям.

30Содержание этого текста большинство исследователей интерпретировали так, что земля

ихозяйство, которые ранее принадлежали богам, были узурпированы прежними правителями и их семьями, но Уруинимгина, будучи особо благочестивым правителем, восстановил старый порядок

ивернул первоначальным владельцам, т. е. богам, то, что им принадлежало. По мнению других, Уруинимгина, основываясь на авторитете божества, попытался изменить ряд прежних обычаев, чтобы смягчить резкие противоречия и сделать общество более управляемым (Foster 1981: 237). В любом случае, независимо от того, отражал ли этот текст реальные намерения правителя или он был только риторикой, Уруинимгина, безусловно, не мог и не собирался радикально менять сложившуюся систему.

116

Гл а в а V

Южная Месопотамия в 24–23 вв. до н. э.

СевервсерединеIII тыс.до н. э.КонтактыСевераиЮгавпервой половине III тыс. до н. э. Политическая ситуация в Южной Месопотамиив24 в.ОбъединениеЮжнойМесопотамииподвластьюцарей Аккада.Политическаяисторияюжномесопотамскихгородоввправление аккадской династии.

Центральная и местная администрация в городах Южной Месопотамии. Доля царя. Крупные хозяйства. Городское управление. Городскоеимущество.Городскиефонды.Межгородскойобмен.Между­ народная торговля.

Население городов Южной Месопотамии в 24‒23 вв. Городской социум. Ремесленники. Служебная и «частная» деятельность горожан. «Частная» деятельность в сфере торговли, обмена и кредитования.

Коллективныеработываккадскийпериод.Царскиепроекты.Коллективные работы в Ниппуре. Коллективные работы в Умме.

Конец аккадской династии.

Северная Месопотамия и Сирия в середине III тыс. до н. э. После не-

скольких столетий упадка городской жизни, последовавших на территории Севера (Северной Месопотамии и Сирии) в конце IV тыс. до н. э. — во второй четверти III тыс. до н. э. многие старые города стали возрождаться, богатеть и усиливатьсвоевлияниеврегионе.КсерединеIII тыс.до н. э.целыйрядгородов вСевернойМесопотамиииСириипереживалпериодрасцвета .На севере —Аш- шур, Телль Тайа (севернее Ашшура); в долине Хабура — Телль Лейлан, Телль

В середине III тыс. до н. э. на территории Верхней Месопотамии существовало множество крупных городских центров, семитоязычных на западе и хурритоязычных на востоке. Некоторые из них были центрами масштабных политических структур, территория которых простиралась между Евфратом и Балихом и между Хабуром и Тигром.

117

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

Куера, Нагар, Шехна и Уркеш; Эбла к юго-западу от Алеппо; Мари, Туттуль, Эмар и Каркемиш вдоль Евфрата. Самые значительные из них превратились

вадминистративные и политические центры обширных территорий. В них присутствовали все атрибуты комплексных урбанистических обществ: монументальные строения, роскошные погребения знати, наличие письменности (Akkermans 2003: 231). Это были большие укрепленные города площадью до 100 и более гектаров, превосходившие в этом отношении многие современные им города Южной Месопотамии, с десятками тысяч жителей и трехчастной системой управления (царь, старейшины, элита). Старейшины были, вероятно, представителями самых важных семей, интегрированными в царское окружение. Политические структуры Севера, по-видимому, развивались в направленииформированиятерриториальныхгосударствподнаследственной властью сильного светского царя, опиравшегося на городскую олигархию (Mieroop 2002: 136). Элита использовала власть, чтобы аккумулировать в своих руках колоссальные богатства, прежде всего в форме драгоценных металлов и предметов роскоши, привозимых из чужеземных земель. Обладание этими предметами отличало элиту от других групп общества и при жизни, и после смерти.

Все крупные города Севера были вовлечены в международную торговлю, и, видимо, именно торговля была основой их процветания. Два основных пути соединяли Север с восточными регионами и городскими центрами Южной Месопотамии. Северный путь проходил через город Нагар, южный вел вдоль Евфрата и проходил через город Мари. Города Севера поддерживали тесные контактымеждусобой,посылаядругдругусвоихпредставителей,обмениваясь дарами и заключая браки между царскими семьями. Соперничество городов

вборьбе за контроль над торговыми путями нередко приводило к конфликтам иксозданиювоенныхальянсов.Крупныекампаниитщательнопланировались, книмпривлекалисьвойскасоюзныхиконтролируемыхгородов.Послепобеды всеучастникивоенныхдействийполучалинаградыотпобедителя,правителям и старейшинам городов, а также высшим должностным лицам из городской администрации посылались дары, чаще всего драгоценные металлы, дорогая одежда, предметы роскоши, колесницы.

Впервой половине 24 в. до н. э. на политической сцене Северной Сирии и Центрального и Среднего Евфрата доминировали и соперничали между собойдвапочтиравныхпозначимостиибогатствугорода,ЭблаиМари .Осталь-

ОтсерединыIII тыс.стерриторииСеверадошлозначительноеколичествотекстовизЭблы(15 000), Мари, Телль Бейдар, Телль Брак и Телль Биа. Писцовая традиция, вероятно, пришла на Север из ЮжнойМесопотамии,преждевсегоизтакихгородов,какАбуСалабихиКиш,вовторойчетвертиIII тыс. до н. э. как результат постоянного культурного взаимодействия между двумя регионами.

Расцвет Мари и Эблы в значительной степени был связан, вероятно, с тем, что они контролировали важнейшие источники снабжения Месопотамии лесом и серебром, которые находились в горах Ливана и Антиливана, а также в горах Амануса и Тавра. Не случайно в те времена в Южной Месопотамии эти горы назывались Горами кедров и Горами серебра. Возможно, какое-то время под частичным контролем Мари и Эблы находились также и те области в горах Тавра и Южной

118

Глава V. Южная Месопотамия в 24–23 вв. до н. э.

ные города были вынуждены подчиняться гегемонии одного из этих двух больших центров, при случае переходя из одного лагеря в другой. Большое значениедляобоихгородовимелиторговыеидипломатическиесвязиссамым северным городом Южной Месопотамии — Кишем и его союзником — Акшаком.

На некоторое время городу Мари удалось распространить свою экспансию далеко на северо-запад (возможно, вплоть до Каркемиша). Войска Мари одержали целую серию побед в регионе Среднего Евфрата, захватив и разрушив множествосопротивлявшихсягородов.ЧтобыизбежатьвторжениявойскМари насвоютерриторию,Эблавтечениенесколькихдесятилетийплатилаогромную дань, в которую входили сотни килограммов серебра и десятки килограммов золота. Интересно, что администрация Эблы, вероятно, из идеологических соображенийврасходныхдокументахобозначалаэтуданькакдары.Принудительные«дары»переправлялисьвМариповодечерезгородЭмар,важныйпорт ЭблынаЕвфрате.ПолучателямиэтихсокровищбылицарьгородаМари,высшие должностные лица и старейшины (Archi, Biga 2003).

Однако через несколько десятилетий Эбле удалось взять реванш. После длительныхдипломатическихпереговоровспотенциальнымисоюзниками(в эту широкомасштабную дипломатическую игру был вовлечен даже Ашшур на Тигре) Эбла заключила военный союз с правящими домами городов Нагара

иКиша,заинтересованнымивослабленииМарикакторговогосоперника.Киш вэтовремябылважнейшимполитическимиторговымцентромсевернойчасти аллювиальной долины. Через него проходила значительная часть импорта с Севера в Южную Месопотамию . В восьмидесяти документах из архива Эблы, относящихся к этому времени, Киш упомянут не менее ста раз. Готовясь к военным действиям, Эбла собрала большое войско, в которое прислали свои отряды все союзники и контролируемые Эблой города. Главное сражение произошлоокологородаТерка.ВойскоЭблыодержалорешительнуюпобеду,ивсе союзники были награждены. В благодарность за помощь две принцессы царского дома Эблы были выданы замуж за принцев Нагара и Киша. На короткое времявозниклаобширнаяполитическаяструктурасцентромвЭбле,занимавшая

иСеверную Сирию, и Средний Евфрат, так же как и северную часть аллювия.

Анатолии, откуда происходила значительная часть поступавшего в Южную Месопотамию золота

имеди. При раскопках царского дворца в Эбле были найдены куски лазурита весом до 22 кг, привезенные из Бадахшана на востоке Афганистана, т. е. с территорий, отдаленных от Эблы на 3000 км. Возможно, именно через Эблу при посредничестве Библа лазурит поступал в Египет. В Эбле найдены осколки египетских алебастровых и диоритовых сосудов, на которых сохранились фрагменты надписей египетских правителей эпохи Древнего царства — фараонов Хефрена и Пепи I (Akker­ mans, Schwartz 2003: 240).

Киш часто фигурирует в текстах из Эблы как торговый партнер, также в них упоминается, хотя

иреже, Акшак, располагавшийся, как и Киш, на севере аллювиальной долины. Из городов южной части аллювия в архивах упоминается только Адаб. В надписях правителей шумерских городов часто говорится о привозных материалах, использовавшихся для украшения храмов (это золото, серебро, ляпис-лазурь,драгоценныепородыдеревьев)идажеобустановлениипостоянныхжертвоприношений из драгоценных металлов и ляпис-лазури (SARI I, La 5, 7, 18, 20, 23).

119

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

ОднакочерезтригодапослепобедынадМариЭблабылаполностьюразрушена и навсегда потеряла все претензии на контроль над регионом .

КонтактыСевераиЮгавпервойполовинеIII тыс.до н. э.Тем«котлом,

вкотором варились религиозные, культурные, художественные традиции, поднимавшиеся на север из Шумера и опускавшиеся на юг из Сирии и Северной Месопотамии», была территория Центральной Месопотамии и севера аллювия (Gelb 1981). В политическом развитии этого региона, по-видимому,

взначительнойстепениповторялисьпроцессы,которыешлинаСевере.Потом­ кисемитоязычногонаселения,некогдазаселившегорайонДиялыисевераллю­ виальнойдолины,ужекначалуIII тыс.до н. э.сформировализдесьсоциальнополитическую систему северного типа, значительно отличавшуюся от тех, которые существовали на Юге (Steinkeller 1993).

ВтечениебольшейчастиIII тыс.до н. э.доформированияаккадскогогосударства(около2350 г.до н. э.)территорияЦентральнойМесопотамииисеверная часть аллювия (район Диялы, некоторые транстигридские территории и, вероятно, район среднего Евфрата вплоть до Мари), возможно, представляли собой единую политическую структуру. Ее расцвет некоторые исследователи связывают с I династией Киша, упоминаемой в шумерском царском списке в качестве первой послепотопной династии (Gelb 1981; 1992). Видимо, именно Киш был тем центром, через который в этот период проходили основные торговые пути, связывавшие Юг и Север.

Жители Центральной Месопотамии и северной части аллювиальной долиныпостоянноподдерживалитесныесвязисродственнымпокультуреиязыку населением севера и северо-запада и одновременно находились в контакте с южными соседями. Возможно, уже в первой половине III тыс. до н. э. населениесевернойчастиЮжнойМесопотамииговорилонадвухязыках:шумерском икаком-товариантераннесемитского.Этоподтверждаетсяизучениемличных имен, имен богов и топонимов. В этом отношении характерны имена правителейI династииКиша,перечисленныевшумерскомцарскомсписке.Из 23 упомянутых в нем имен по крайней мере 13 — явно семитские. Возможно, самые ранние правители Киша, которые носили значимые семитские имена (Скорпион, Рыба, Собака), были представителями древнейшего семитоязычного стратума местного населения, заселявшего этот регион еще в VI тыс. до н. э. (Gelb1981:54‒55,67).Семитскиеименатакжепоявляютсяв текстахсередины III тыс. до н. э. из Кеша (Абу Салабиха), Шуруппака, Адаба и Ура. Одна из цариц Ура, похороненная в царских гробницах, носила семитское имя Пуаби

(Zettler 1998).

Шумеро-аккадскоевзаимодействиеивзаимовлияниепроявлялисьивсфере религии. Шумерские боги Уту, Энки, Инанна и Нанна очень рано были идентифицированы с такими аккадскими богами, как Шамаш, Эа, Иштар и Син.

РазрушениеЭблыобычноприписываютцарюАккадаНарам-Сину(см.ниже),однакоэтособытие могло произойти еще до возникновения Аккадского государства и быть связано с именем одного из правителей города Мари (Wang 2011: 101). Через 13 лет после разрушения Эблы войско аккадского царя Саргона завоевало и полностью разрушило город Мари (Archi, Biga 2003: 35).

120