Материал: Kozyreva_N_V_Ocherki_po_istorii_Yuzhnoy_Mesopotamii

Глава X. Города Исин и Эшнунна на рубеже III и II тыс. до н. э.

Архивы кожевенной мастерской обрываются в 1981 г. до н. э., возможно,

всвязи с неблагоприятной политической обстановкой, которая сложилась к томувременивовсейЮжнойМесопотамии.Однакоименанекоторыхамореев, упомянутых в этом архиве, встречаются в царских архивах из другого города, располагавшегося на северо-восточной окраине региона, — Эшнунны.

ГородЭшнунна.Источники.РаскопкивЭшнунне(ТелльАсмар)начались

в30-е гг. 20 в. н. э. под руководством Генри Франкфорта. Из зданий первой половины II тыс. до н. э. здесь были исследованы царский дворец и большой храмовый комплекс, в которых было найдено около 1500 клинописных документов конца III — начала II тыс. до н. э. Остальная территория города была изучена только в самом общем плане с помощью зондажа и траншей. В ходе раскопок были найдены еще около 150 табличек (Whiting 1987: 1).

Судя по плану, представленному археологами, уже с начала III тыс. здесь существовал город, окруженный стеной. Сохранившиеся остатки этой стены были найдены археологами в нескольких местах. В конце III и особенно в началеII тыс.до н. э.городзначительнорасширилсявнаправленииссеверо-вос- тока на юго-запад, образовав новые районы, по площади в несколько раз превышавшиестарыйгород(Postgate1992:77).Расширениеграницвомногомбыло вызванозначительнымувеличениемчислагородскогонаселениявсвязисусилившимся политическим значением города Эшнунны в это время.

Немалую роль в этом усилении сыграло местоположение города. Эшнунна была по существу главными северо-восточными «воротами» Южной Месопотамии. Здесь был перекресток важнейших торговых путей с севера на юг (Ашшур — Исин/Ларса) и с запада на восток (Вавилон — Элам). Город Эшнунна поддерживал связи и с крупнвми торговыми городами северо-запада, в частности с городом Мари, который располагался в нескольких сотнях милях по прямой на северо-запад от Эшнунны. Роль посредника в международной торговле приносила городу большие богатства, о чем свидетельствуют дворцы и храмы, выросшие здесь в начале II тыс. до н. э.

ДокументальныйматериализЭшнунны,относящийсякконцу21 —началу 20 в. до н. э., — письма из царского архива, документы хозяйственной отчетности, надписи на печатях — проливает свет на вопрос о том, какую роль в жизни города играли в это время отношения с амореями. Как показывают документы, правители Эшнунны уже в конце 21 — начале 20 в. до н. э. не только породнились с семьями аморейских вождей, но и позволили представителям этихсемейпоселитьсявгороде,образовавздесьнескольконовыхжилыхкварталов. Эти данные вполне согласуются со свидетельствами археологии о значительном расширении городских жилых районов в Эшнунне в начале II тыс. до н. э.

ПравителиЭшнунныконцаIII тыс.до н. э.ИменноЭшнуннабылаодним из самых первых городов Южной Месопотамии, которые, воспользовавшись ослаблениемгосударстваIII династииУра,отпалиотнего.Около2030 г.до н. э., когда в Уре еще правил Шу-Син, предпоследний представитель династии, к власти в Эшнунне пришла местная династия. О первых двух правителях этой

241

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

династии, Итурии и Шу-илие, почти ничего не известно. В одной из своих надписей Шу-илия назвал себя «царь сильный, царь страны Варум» (šarrum dannum šar māt Warim) (Whiting 1987: 24). Судя по титулатуре, он претендовал навластьнадсевернойчастьюЮжнойМесопотамии.Такиесерьезныеамбиции правителей Эшнунны объяснялись, вероятно, не только ослаблением государ­ стваУр III,ноизначительнойотдаленностьюЭшнунныотУра.Однако«окраинное»местоположениегородатаиловсебеибольшуюопасность,угрожавшую емусостороныторговыхконкурентов(городАшшурвСевернойМесопотамии былоднимизглавныхегосоперниковвторговле),атакжевоинственныхсоседей,такихкак хурритское государство Субарту игорные племена, населявшие соседние территории Загроса. Исключительно важной для Эшнунны была и проблема отношений с амореями.

Первым правителям Эшнунны приходилось прилагать немало усилий, чтобысохранитьсамостоятельностьсвоегогорода.Когдав2017 г.до н. э.вИсине основал свою династию Ишби-Эрра, отношения между двумя городами, располагавшимися на разных концах аллювия, были вполне дружественными. ПравителиИсинаиЭшнунныдажеобменивалисьдипломатическимидарами10. Однако постепенное усиление Исина представляло серьезную угрозу независимостиЭшнунны.Крометого,правителиновойдинастиистолкнулисьссерьез­ нымивнешнимиугрозами,справитьсяскоторымисамостоятельномогли,надо полагать, далеко не всегда.

В конце своего правления Шу-илия потерпел серьезное поражение от Зиннума, правителя Субарту, войско которого захватило значительную часть Се­ верной Вавилонии с городами Барсиппа, Киш и Эшнунна, изгнав из них мест­ ных правителей. На помощь свергнутым правителям пришел царь Исина Ишби-Эрра, который в это время контролировал значительную часть Южной Месопотамии, в том числе и район реки Диялы, где располагалась Эшнунна. Именно его войско, по-видимому, разгромило войско Субарту и при его поддержке на престол в Эшнунне взошел некий Нур-ахум (2010–2000). По-види- мому,оннаходилсявзависимостиотИшби-Эррыивсвоихнадписяхназывал себянецарем,аправителем(ensí).Такженазывалисебяиегопреемникивплоть до середины 19 в. до н. э., когда влияние Исина в Южной Месопотамии стало ослабевать.

Династия Нур-ахума. Отношения с амореями. Будучи ставленником Ишби-Эрры, Нур-ахум поддерживал самые дружественные отношения с той группойамореев,которыебылисоюзникамицаряИсина,стремясьнайтивних опорусвоемудостаточношаткомуположению.Вовсевременаоднимизсамых надежных способов укрепления межгосударственных союзов были династические браки. Таким путем пошел и Нур-ахум, выдав свою дочь замуж за некоего Ушашума, старшего сына Абда-эля, «главы амореев» (rabiān amurrim).

10 Одна хозяйственная запись времени Шу-илии упоминает сосуд с маслом/свиным жиром, присланный в качестве официального дара (шум. níg.šu.tag4.a, акк. šūbultum) Ишби-Эррой (Whiting 1987: 115).

242

Глава X. Города Исин и Эшнунна на рубеже III и II тыс. до н. э.

СвоемузятюНур-ахумподарилпечатьснадписью,оттисккоторойсохранился на фрагменте глиняного конверта, найденном в царском дворце: «Нур-ахум, любимый богом Тишпаком, Ушашуму, своему зятю, сыну Абда-эля, главы амореев, подарил (эту печать)» (Whiting 1987: 26).

Судя по этой надписи, около 2010 г. до н. э. главой амореев, с которыми поддерживал тесные контакты правитель Эшнунны, был некий Абда-эль, сын которогоУшашумсталегозятем.Этиродственныесвязибылизакрепленыеще однимбраком:тотжеАбда-эльотдалсвоюдочьвженыплемянникуправителя Эшнунны и будущему правителю — Билаламе. Таким образом, оба семейства «обменялись дочерьми» и укрепили дружественные отношения (Whiting 1987: 27). Абда-эль и его сын Ушашум, ставшие родственниками правителя Эшнунны, это, несомненно, те самые лица, чьи имена фигурируют в хозяйственной записиизвышеупомянутогоархиваисинскойкожевенноймастерской(ab-de4- él. ú-ša-šum dumu.ni) (BIN 9 316, 13‒14). В документах и письмах из Эшнунны упоминаются имена и других амореев из числа тех, кто получал дары от царя Исина Ишби-Эрры и заказывал изделия в его кожевенной мастерской.

АморейскиекварталывгородеЭшнунна.Некоторыеизэтихименвстре-

чаются в административной записи из Эшнунны этого времени, опубликован-

ной И. Гельбом в его статье «An Old Babylonian List of Amorites» (Gelb 1968).

Поскольку этот важный текст был издан очень давно, имеет смысл, вероятно, воспроизвести эту публикацию (см. приложение)11.

Список перечисляет 29 амореев, поселившихся в городе Эшнунна, по-види- мому, в конце 21 в. до н. э. (точная дата не сохранилась). Только трое из них названы по именам, остальные названы «сын такого-то» или «брат такого-то»12. Все имена, перечисленные в списке, кроме имен контролеров этого процесса, назначавшихся, очевидно, из числа местной аккадской администрации, чисто аморейские,такжекакиименааморееввисинскихдокументах,т. е.люди,упомянутыевтексте,родилисьивыросливаморейскойсреде,ещенеподвергшейся влиянию аккадского этноса и языка. По крайней мере семь аморейских имен, упомянутых в списке (в переводе они отмечены звездочкой), встречаются в документах из кожевенной мастерской города Исина (Buccellati 1966, 101‒124).

26 человек из списка объединены в три группы (7, 9 и 10 человек). Каждая группа обозначена как квартал (bābtum), и перечень людей в каждой группе начинается с имени сына главы квартала. Главами bābtum в тексте названы Абда-эль, Икзу-эль и Милкила-эль, возможно, родственники, судя по общей структуре имени всех троих. Их имена неоднократно встречаются в документах из Исина и Эшнунны (Whiting 1987: 68). После перечня подводится итог: «26 амореевизверхнейстраны(elūtum,букв.“верхних”)».Вконцетекстаксписку

11В приложении приведена транслитерация текста, предложенная И. Гельбом, однако представленный перевод в деталях отличается от перевода, данного издателем. Несколько другим является

инаше понимание содержания текста.

12Надо отметить, что в текстах из Исина и Эшнунны, хотя речь идет об амореях, никогда не упоминаются племенные обозначения (ямутбал, нумха и т. п.).

243

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

добавлены еще три человека, один из квартала Башанума из Приморья, т. е. из «нижней страны», и два — из квартала Абда-эля.

Ключевым для понимания данного текста, как представляется, является толкование двух терминов: bābtum и elūtum. Чикагский словарь аккадского языкапереводитсловоbābtumкакquarterofacity(CADv. 2р. 9).Однакоиздатель текста И. Гельб перевел термин bābtum как «small encampment, section»,

считая,что«bābtumwasrestrictedtotheindividualsbelongtoacertaintribalgrouping» (Gelb 1968: 43). Его заключение представляется вполне резонным для данноготекста.Действительно,судяпо«спискуамореев»,можносделатьвывод, что амореи рассматривались как этническая группа, отличающаяся от коренного населения и, по-видимому, находились вне города. Кроме того, амореи были объединены в группы, называемые bābtum. Однако не следует, вероятно, упускать из виду и то обстоятельство, что в данном списке упоминаются не вообщеамореи,аамореи,поселившиесявгороде,т. е.включенныевгородскую структуру, важной частью которой в это время были городские кварталы

(bābtum).

Взаконах из Эшнунны (ЗЭ), составленных, по-видимому, в правление Билаламы (1990‒1980), т. е. примерно в то же время, что и «список амореев», термин bābtum упоминается трижды. В каждом случае квартал как институт выполняетконтролирующуюипредупредительнуюфункцию,охраняябезопас­ ность жителей квартала. В одном случае квартал объявляет хозяину быка, что егобыкбодлив(ЗЭ§ 54),вдругом —владельцузлойсобаки,чтотаможетбыть опасна (ЗЭ § 56), в третьем — владельцу дома, что стена в его доме может обвалиться (ЗЭ § 58). Причем в первых двух случаях указана и сумма штрафа, который придется заплатить владельцу опасных животных, если из-за них погибнетчеловек(40 сиклейсеребразасвободногои15 сиклейзараба).Вслучае гибели человека из-за обрушения стены размер штрафа не приведен, приговор по этому делу должен выносить царь.

Такого рода предупреждения помогали кварталу не только предотвратить возможные несчастья, но и избежать коллективной ответственности (прежде всегоматериальной)загибельлюдейнатерриториисамогоквартала,переложив этуответственностьнавладельцаопасныхживотныхилиразрушающегосядома. Дажетескудныеданныеоквартале,которыесодержатсявЗЭ,свидетельствуют

отом,чтогородскойкварталвЭшнуннебылопределенным образом организован и его члены несли, судя по всему, коллективную ответственность за преступления, совершенные отдельными его представителями.

Вданном случае напрашивается сравнение с § 22‒24 Законов Хаммурапи (ЗХ). Они рассматривают случаи ограбления и ограбления и убийства, правда не на территории квартала, а на территории города (ālum). Если преступника поймать не удавалось, то возместить пострадавшему убытки должны были «город и градоначальник» (ālum ù rabiānum), они же должны были выплатить

1 мину серебра родственникам потерпевшего в случае убийства. Собственноквартал(bābtum)вЗХупоминаетсявдвухслучаях.В§ 142‒143

ЗХ квартал выступает как главный арбитр при рассмотрении дела о разводе.

244

Глава X. Города Исин и Эшнунна на рубеже III и II тыс. до н. э.

В § 126 рассматривается случай, когда один из жителей заявляет о пропаже своегоимущества,обвиняявэтомименноквартал.Уличенныйвтом,чтоунего ничего не пропало, обманщик должен выплатить двойную сумму стоимости своей пропажи огульно обвиненному кварталу. Совершенно очевидно, что bābtum в данном случае не просто территориальное соседство, но и некая единая экономическая структура, распоряжающаяся общими средствами.

Структуры типа bābtum упоминаются в текстах из разных городов Южной Месопотамии первой половины II тыс. до н. э., встречается и должность «начальникаквартала»(шум.uguladag.gi4.a,акк.wakilbābtim).Приэтомхарактер информации об этом институте не только весьма скудный, но и очень разнородный,таккакдокументы,происходящиеизразныхгородов,освещаютразные стороныфункционированияэтогоинститута,поэтомуисследователи,дискутирующие по этому вопросу, могут быть правы, выдвигая разные точки зрения, поскольку рассматривают разные стороны одного феномена. Вероятно, в тех случаях, когда поселение было небольшим, оно, естественно, не делилось на отдельные структуры, кварталы, а представляло собой единый «коллектив соседей». В крупных городах, занимавших большую территорию и многонаселенных, для контроля и управления необходимо было внутреннее деление города на отдельные структуры.

ВпервыеэтоттерминупоминаетсявисточникахконцаIII тыс.до н. э.,в документах начала II тыс. до н. э. количество таких упоминаний увеличивается. Вопределеннойстепениэтоможносвязатьсрасширениемгородовигородской застройки, которое, по данным археологии, особенно активно происходило в городахЮжнойМесопотамиив19‒18 вв.до н. э.,и увеличениемчисланового городского населения, формировавшего городские кварталы.

В приведенном выше «списке амореев» аккадский термин bābtum был, ­вероятно, использован аккадскими писцами для передачи какого-то аморей­ ского термина, имевшего сходную смысловую нагрузку. Возможно, как указывал и издатель текста, имелась в виду самая мелкая часть племенной структуры,т. е.совместнопроживающаяродственнаягруппа,возглавляемаястаршим родственником. У такой группы наверняка было какое-то свое аморейское название, но аккадские чиновники, составлявшие документ, использовали наиболее подходящий по смыслу аккадский эквивалент, обозначающий от­ дельную группу городского населения, связанную соседскими, хозяйственными и родственными отношениями и обладающую некоторым самоуправлением и юрисдикцией.

Вторымважнымтермином,упоминающимсявданномтексте,являетсяслово e-lu-tum, которое И. Гельб транскрибирует как ellūtum. И. Гельб отвергает общепринятыйпереводэтоготермина,приведенныйвCAD,«чистый,священный, благородный, знатный» (CAD v. Е 106), считая, что это аккадское слово, претерпевопределеннуюэволюцию,приобрелозначение«чистый,доверенный, избранный».

И. Гельб выводит слово ellutum от ellum, «чистый», откуда формируется значение«доверенный,избранный».ПоэтомуИ. Гельбпереводитсловоellūtum

245