Материал: Kozyreva_N_V_Ocherki_po_istorii_Yuzhnoy_Mesopotamii

Гл а в а XVI

«Богатые и великие». Семьи городской элиты Ларсы в 19–18 вв. до н. э.

Семья Санума. Семья Бальмунамхе

Составгородскойэлиты.СемействоСанума:деятельностьи имущество.СемьяБальмунамхе:деятельностьиимущество.Частноправовая деятельность городской элиты.

Приложение: договор о покупке сына у родителей от 6/III 1819 г. до н. э. (YOS 5 141); гарантийное соглашение от 10/V 1819 г. до н. э., содержащее обязательство родителей выплатить покупателю [х] мины серебра в случае бегства сына (YOS 8 23); гарантийное соглашение от VI 1804 г. до н. э., содержащее обязательство родителей отдать покупателю дом и сад в случае бегства сына

(YOS 8 35).

Состав городской элиты. Вопрос о том, какой была структура городского общества в Южной Месопотамии начала II тыс. до н. э., ставился исследователями неоднократно, но до сих пор он далек от разрешения . С достаточной очевидностью можно говорить о том, что в городах Южной Месопотамии

Трудности исследования социальной структуры общества древней Месопотамии во многом связанысхарактероминформации,которуюсодержатклинописныеисточники.Выдающийсяассириолог Л. Оппенхеймсравнивалэтуинформациюслучомсвета,произвольноосвещающимтоодин,тодругой предмет в бесконечном мраке тысячелетий (Оппенхейм 1980). Узкая направленность свойственна, по-видимому, не только клинописной, но и другим видам письменной информации. Это связано, с одной стороны, с тем, что далеко не все стороны жизни древнего общества требовали письменной фиксации, а с другой — что круг грамотных людей был достаточно ограничен и их традиционный, выработанный многими поколениями взгляд на мир, несомненно, влиял на характер и широту письменной информации (Adams 1981: 81). В такой ситуации для исследователя особую важность представляет анализ косвенной информации, которая носит отрывочный характер, будучи рассеяна буквально по крупицам в разных источниках.

391

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

­существовали привилегированные социальные rpyппы, однако о конкретном социальном статусе и имущественном положении лиц, входивших в их состав, известнооченьмало.Некоторыесведениянаэтотсчетсодержатсявписьменном материале из города Ларса (Козырева 2014).

Водномписьме,сохранившемся,ксожалению,толькофрагментарно,некто пишет о необходимости рассмотреть дело об убытках, которые понес главный садовник (AbB 10 161). Для этого надо, чтобы «судьи Ларсы и главные люди города (di.kud.meš ša UD.UNU.ki ù lú qaqqadat uru.ki) вошли в храм и решили дело в соответствии с (царским) указом». Аккадское слово qaqqadum (букв. «голова») не было официальным титулом или обозначением должности (Stol 1976: 77‒78). Оно служило для обозначения человека высокого статуса, стоящего во главе какой-либо важной городской структуры. Так могли назвать, например, главу городской торговой организации, чья должность формально называлась «начальник тамкаров (ugula dam.gàr). Важное дело, о котором говоритсявписьме,вданномслучаедолжнырешитьгородскиесудьии«главные люди города».

В1767 г.до н. э.(55-й годправленияцаряРим-Сина)«судьигородаЛарсы» (di.kud.meš ša UD.UNU.ki) рассмотрели имущественный спор, который возник в одной из богатых семей города (VS 18 1; Козырева 1982). Слушание дела и принятие решения происходило в присутствии «карума Ура и Ларсы, квартала и начальника квартала», вероятно, как представителей истца . В тексте «судьи города Ларсы», участвовавшие в этом процессе, — их было шестеро — перечислены поименно. После имени каждого судьи указан его служебный статус или родственные связи:

(6‒11) Или-иппалсам, судья, служитель санга бога Нергала, Иддин-Амурру, судья, сын Санума, Иддин-Нергал, судья, начальник пятерки (тамкаров), Хумбайа, судья, сын Лу-Нинсианны,

Хабил-кинум, судья, брат Ирибам-Сина, начальника тамкаров, Син-ериш, судья, сын Или-икишама, шакканаккума.

Таким образом, среди городских судей Ларсы были люди самого высокого служебного статуса или представители их семей. В 1767 г. до н. э. в этот круг входилипредставителигородскойторговойорганизации(карума),одинизслу­ жителейкультаНергала,личногобогаправящейсемьи,чиновник-шакканаккум, управлявший городскими трудовыми и воинскими ресурсами. В письмах и документах того времени высшие слои городского общества обозначались как «богатыеивеликие»(kabtuùrabū,букв.«тяжелые/мощныеибольшие/великие»). Эти термины употреблялись как устойчивое словосочетание и не требовали никаких дополнительных разъяснений.

О высоком положении участников судебного дела говорит и факт участия в нем родственника царя. Поскольку дело оказалось сложным и в качестве свидетелей пришлось опрашивать жителей поселения Ишкун-Нингирсу, на которых юрисдикция судей города Ларсы, вероятно, не распростра- нялась,крассмотрениюделаподключилсясынцаряРим-СинаНергал-рим-или,которыйиопрашивал этих свидетелей; подробнее об этом тексте см. гл. XIV.

392

Глава XVI. «Богатые и великие». Семьи городской элиты Ларсы в 19–18 вв. до н. э.

Некоторое представление о возможностях, которыми располагали те, кто входилвэтивысшиегородскиегруппы,даютгарантийныедокументы,составлявшиеся при временной передаче рабов от одного лица другому. В тексте гарантии предусматривались штрафные санкции на случай бегства переданногорабаиуказывалось(вразнойстепенидетализованности),гдетемоглинайти безопасное убежище в случае бегства. В этой связи в ряде текстов из Ларсы упоминаются следующие лица и структуры: Большой дом/дворец (é.gal), знатный человек (kabtu), высокопоставленный чиновник (rabū/rābiṣum) или «дом женщин» (é.mí). Беглого раба, попавшего к этим людям или в эти структуры, вернуть, по-видимому, было невозможно. Поэтому поручители в случае возникновения такой ситуации были обязаны выплатить очень большой штраф, размеркоторогосоответствовалполнойценевзрослогорабаилидажепревышал ее. Штраф мог составлять от 20 до 60 сиклей (160‒480 г) серебра. Месопотамское законодательство наказывало за укрывательство беглых рабов штрафом в 15 сиклейсеребра(ЗЛИ§12)идажесмертнойказнью(ЗХ§19).Судяпогарантийным документам, на лиц, входивших в группу «богатых и великих», это законодательство не распространялось. Возможно, именно к этому кругу принадлежали две городские семьи, с деятельностью которых связано особенно большое количество документов из Ларсы.

СемействоСанума.ЗначительнаягруппадокументовизЛарсы(около100) зафиксировала деятельность нескольких поколений одной городской семьи, которую можно условно обозначить как семья Санума, по имени старейшего еепредставителя ,которыйупоминаетсявдокументахархива(Козырева1988: 86–94).Документыохватываютпериодоколосталет,примернос1840по1744 г. до н. э., но распределены по этому периоду очень неравномерно. Большая их часть представляет собой записи о разделе имущества, договоры купли недвижимости (домов, городских участков и садов) и судебные споры по поводу унаследованного и купленного имущества .

Большая часть документов архива касается деятельности старших представителей трех поколений этой семьи: сына Санума Иштар-или, старшего внука СанумаИддин-Амурру,сынаИштар-или,иегостаршегоправнукаИбни-Амур- ру,сынаИддин-Амурру.СтаршийсынполучалвЛарсеобычнодвойнуюдолю наследства. Вероятно, он часто наследовал и служебное положение отца. Это

Эти документы были в свое время довольно подробно исследованы В. Леемансом, который сделалобзортого,вкакихтекстахупоминаютсячленыэтогосемействаивкакомокружениионидействуют (Leemans 1950). Л. Матоуш, исследуя формуляры документов раздела имущества в Ларсе, привел в одной из своих статей транскрипцию и перевод ряда подобных документов из архива Санума (Matouš 1949; см. также Charpin 2003).

Примерное время деятельности пяти поколений этой семьи по документам архива:

(i)Санум (до 1840 г. до н. э.);

(ii)Иштар-или — Син-шеми (1840‒1815 гг.);

(iii)Иддин-Амуррум / Иблутам — Или-(и)турам / Иддин-Нанайа (1815‒1804 гг.);

(iv)Ибни-Амуррум-Санум-Мар-Амурру-Липит-Иштар-Син-магир

(время Хаммурапи-Самсуилуны); (v?) Иддин-Амурру, сын Санума.

393

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

позволяло ему paзвернуть более активную административную и частную дея­ тельность, чем его братьям, что нашло яркое отражение и на примере архива семьи Санума, большинство документов которого касается деятельности в каждомпоколенииименностаршихбратьев.Документамиосвещенавосновном только их частная деятельность, о профессиональной можно судить главным образом по косвенным данным .

Санум (i). Старший представитель семьи — Санум — известен только по имени, упоминаемому в текстах как отчество его сына.

Иштар-или, сын Санума (ii). Годы деятельности по сохранившимся документам —1829‒1814.ВремяактивнойдеятельностиИштар-илипришлось на период политического и экономического возвышения Ларсы в правление Варад-Сина и первые годы правления его брата Рим-Сина. Самый ранний сохранившийся документ, в котором упоминается имя Иштар-или, относится к 1829 г.до н. э.Иштар-или,сынСанума,напочетномпервомместеупоминается вспискесвидетелейдоговораопродажедомаоднимизегососедей(ТСL10 14). ЧемименнозанималсяИштар-или,неизвестно,но,судяпокосвеннымданным, он, скорее всего, состоял в торговой организации Ларсы, каруме, и масштабы его профессиональной деятельности были очень значительными. В IX месяце 1827 г. до н. э. в храме Шамаша в присутствии священных символов этого божества, в том числе «весовой (эталонной) меры» Шамаша, и почти 30 свидетелейбылпроизведен«великийрасчетбогаШамаша»(ТСL104).В соответствии сэтимрасчетомИштар-илиотдал10 минсеребрародственникамнекоегоШешпатук, вероятно своего партнера по торговой деятельности, и был признан свободным от обязательств .

Именно с этого времени, т. е. после проведения расчета и освобождения от каких-то обязательств, Иштар-или начал активную частную деятельность (Charpin2003).Насколькобылисвязаныэтидвасобытия,можнотолькопредполагать. В клинописных документах того времени неоднократно встречаются примеры того, как в конце (или по окончании) своей профессиональной деятельности чиновники или торговые агенты-тамкары покупают дом или раба/рабыню. С XI месяца 1827 по 1819 г., т. е. примерно за 8 лет, по сохранившимся данным, Иштар-или совершил не менее 10 сделок , в результате которых он скупил более 270 кв. м городской недвижимости (7 5/6 сар), в том

По мнению В. Лееманса, участие карума, начальника тамкаров и тамкаров как постоянных свидетелей договоров этой семьи, тесная связь представителей всех поколений семьи с храмом Шамаша и, в некоторых случаях, прямые упоминания статуса тамкара при именах отдельных представителей семьи —всеэтосвидетельствуетотом,чтоонавходилавгруппуторговыхагентов-тамкаров(Leemans 1950: 53 ff.).

ТСL 10 4 А, 28‒37: «…в присутствии этих свидетелей (для) Иштар-или в храме Шамаша (священный) двойной медный топорик, весовая мера Шамаша, и расчет его (т. е. Шамаша) великий были установлены, и 10 мин серебра, причитающиеся Шеш-патук, Ку-Нинсианне, брату его, и сыну Шеш-патук, он отдал. В том, что ничего, принадлежавшего Шеш-патук, у Иштар-или не имеется (он поклялся)».

TCL 10 6–9, 11, 18, 22, 23, 129, 130 — два последних раза вместе с Или-турам, своим племянником.

394

Глава XVI. «Богатые и великие». Семьи городской элиты Ларсы в 19–18 вв. до н. э.

числе 155 кв. м жилых строений (4 1/3 сар) и 115 кв. м незастроенных городских участков (3 1/3 сар 35 ше).

Судяпопериодическиповторяющимсявразныхдоговорахименамотдельных продавцовисвидетелей,Иштар-иличащевсегопокупалнедвижимостьусвоих ближайших соседей, вероятно расширяя таким образом свои городские владения.Заэтунедвижимость,посохранившимсядоговорам,онуплатилпродавцам более2,5 кгсеребра(5 мин8 1/3 сикля).Каковыбылиисточникибогатстваэтой семьи, которое позволяло Иштар-или израсходовать такую огромную по тем временам сумму серебра на приобретение городской недвижимости? Скорее всего,этобылаегодеятельностькакчленаторговойорганизациигородаЛарсы, которая существовала при храме Шамаша.

В IV месяце 1814 г. до н. э. Иштар-или и его брат Син-шеме поделили между собой часть семейного имущества, около 2 га финиковых садов на берегу канала(TCL1031).Первымвспискесвидетелейэтогодоговорауказанначальник торговых агентов-тамкаров (имя не сохранилось), за ним в списке стоят еще два тамкара . Очевидно, вскоре после этого Иштар-или умер. Он оставил двухсыновей,Иддин-АмурруиИблутама,носохранившиесядокументыкаса- ютсядеятельностистаршегосына,младшийупоминаетсятольковдокументах раздела.

Иддин-Амурру, сын Иштар-или (iii). Годы деятельности по сохранив-

шимся документам — 1814‒1763. В X месяце 1814 г. была сделана запись, зафиксировавшая площадь и местоположение садов, входивших в наслед­ ственную долю Иддин-Амурру (TCL 10 30). Их общая площадь составляла около9 га,ионибылирасположенывчетырехилипяти(документповрежден) разных поселениях. В том же 1814 г. (месяц неизвестен) между представителями третьего поколения семьи Санума — Иддин-Амурру, сыном Иштар-или, иегодвоюроднымбратомИддин-Нанайей,сыномСин-шеме,возникспориз-за имущества (ТСL 10 34). После смерти отца во владение Иддин-Амурру, повидимому, перешла наследственная доля имущества его двоюродного брата Или-турама,сынаСин-шеме.Возможно,потому,чтоИли-турамбылкомпаньо­ ном в некоторых сделках Иштар-или, отца Иддин-Амурру (ТСL 10 129, 130). ЭтовызвалоисксостороныродногобратаИли-турама,Иддин-Нанайи.Вопрос былподнятнасамомвысокомуровне,идляегорешенияцарь(Рим-Син)напра­ вил братьев в храм Шамаша. Торговая организация Ларсы, карум, собралась дляразбораспорабратьеввхрамеШамаша,рассмотреладелоипривелаИддинАмурру к клятве. В присутствии символов Шамаша (как и в деле его отца Иштар-или) было установлено, что ничего принадлежащего Иддин-Нанайа у Иддин-Амурру не имеется и «…к дому, саду, рабыням (и) рабам, пустошам

Среди свидетелей раздела в тексте упоминается некий Бур-Син, сын Нанна-манси, который приложил к документу свою печать с надписью «Бур-Син // сын Нанна-манси // раб богини Нинсианны». ОнжевыступилсвидетелемиприложилсвоюпечатькдокументуразделаимуществасыновейИштарили,которыйсостоялсячерез13 лет,в1801 г.(TCL1055).ЗаэтовремяБур-Синсделалкарьеруистал важным дворцовым чиновником, что видно из надписи на его новой печати, приложенной к документу: «Бур-Син // сын Нанна-манси // начальник „слуг”» (ugula sagi).

395