Материал: Vedernikov_N_T__Akhmedshin_R_L_Taktika_kommunikativnykh_sledstvennykh_deystviy_2014

16 

Для

адвоката

считается

этичным

, 

зная

о

виновности

своего

кли

-

ента

, 

вводить

в

заблуждение

участников

расследования

и

судебно

-

го

заседания

, 

оказывать

психологическое

воздействие

на

потер

-

певшего

. 

Действительно

, 

весьма

спорное

поведение

адвоката

объ

-

является

нередко

крайне

желательным

16

. 

Каково

восприятие

адво

-

ката

потерпевшим

? 

Потерпевший

видит

перед

собой

наемного

(

купленного

) 

представителя

виновной

стороны

, 

который

мало

то

-

го

, 

что

мешает

достижению

справедливости

в

общеэтическом

плане

, 

но

к

тому

же

пытается

продемонстрировать

вину

 (

фрагмен

-

тарную

или

полную

) 

самого

потерпевшего

. 

Потерпевший

точно

знает

, 

что

преступление

было

, 

что

преступник

перед

ним

, 

он

мнит

судебное

заседание

фарсом

. 

Потерпевший

видит

лжеца

, 

защища

-

ющего

негодяя

, 

и

не

способен

вписать

наблюдаемую

картину

в

этическую

систему

, 

свойственную

всем

людям

. 

Однако

действия

адвоката

этически

состоятельны

, 

так

как

в

рамках

профессиональной

этики

адвокатов

разграничиваются

по

-

нятия

честности

и

правдивости

. 

Как

указано

в

ч

. 2 

ст

. 6 

Кодекса

профессиональной

этики

адвоката

, «

соблюдение

профессиональ

-

ной

тайны

является

безусловным

приоритетом

деятельности

адво

-

ката

». 

С

точки

зрения

адвокатской

этики

адвокат

должен

быть

правдив

, 

если

это

не

противоречит

соблюдению

профессиональ

-

ной

тайны

. 

Если

называть

вещи

своими

именами

, 

то

получается

, 

с

точки

зрения

адвокатской

этики

, 

что

адвокат

должен

лгать

или

скрывать

правду

, 

за

исключением

случаев

, 

когда

это

не

имеет

зна

-

чения

для

клиента

. 

Этикой

непреступника

пожертвовано

в

угоду

этике

социума

. 

И

это

объективно

. 

Итак

, 

мы

имеем

три

формы

приоритета

профессиональной

эти

-

ки

над

этикой

общей

, 

выдающихся

в

возможности

пожертвовать

нормами

общей

этики

в

угоду

интересам

:  



конкретного

лица

; 



группы

лиц

; 



социума

. 

Понятно

, 

что

отклонение

профессиональных

норм

этики

от

норм

общеэтических

невысоко

в

первом

случае

, 

значительно

во

втором

и

                                                             

16

Князьков

А

.

С

.

Концептуальные

положения

тактического

приема

. 

Томск

 : 

Изд

-

во

Томского

ун

-

та

, 2012. 

С

. 175. 

17 

фактически

неограниченно

в

третьем

. 

Речь

не

идет

о

справедливо

-

сти

подобного

отклонения

, 

а

лишь

о

факте

его

наличия

. 

К

какой

же

группе

относятся

этические

нормы

, 

характерные

для

следственной

этики

? 

Ранее

мы

не

зря

приводили

в

пример

профес

-

сиональную

этику

адвокатов

. 

Действительно

, 

следователь

и

адвокат

– 

антагонисты

, 

устремления

которых

противодействовать

друг

дру

-

гу

проистекают

из

противоположности

стоящих

перед

ними

задач

. 

Должен

ли

адвокат

выполнять

обвинительную

функцию

наравне

с

функцией

защиты

? 

Конечно

же

, 

нет

. 

В

литературе

даже

подвергается

сомнению

правомерность

адвоката

защищать

инте

-

ресы

потерпевшего

, 

так

как

это

якобы

противоречит

задачам

, 

сто

-

ящим

перед

адвокатурой

17

. 

Обвинительность

деятельности

следователя

вытекает

из

идеи

со

-

стязательности

уголовного

процесса

, 

в

соответствии

с

которой

за

-

щита

и

обвинение

выступают

как

противоборствующие

стороны

, 

желательно

наделенные

примерно

равным

количеством

прав

и

обя

-

занностей

. 

Не

может

быть

никакой

состязательности

, 

если

в

суде

прокурор

, 

выполняя

функцию

обвинения

, 

опирается

на

материалы

предварительного

расследования

, 

которые

следователь

собирал

, 

руководствуясь

необходимостью

реализации

функции

защиты

. 

Это

нелогично

. 

Мы

не

говорим

уже

о

том

, 

что

в

процессе

расследования

следователь

психологически

воспринимает

подозреваемого

и

обви

-

няемого

как

своего

антагониста

, 

и

рассчитывать

на

системный

, 

пол

-

ноценный

сбор

оправдывающих

антагониста

обстоятельств

с

его

стороны

неразумно

. 

Это

противоестественно

. 

Ни

фактически

, 

ни

психологически

обвинение

не

заинтересовано

в

сборе

доказа

-

тельств

, 

усиливающих

позицию

защиты

. 

Фактически

, 

процедура

расследования

имеет

ярко

выраженный

обвинительный

уклон

. 

Если

по

направленности

векторов

следователь

и

адвокат

вы

-

ступают

в

качестве

антагонистов

, 

а

постулируемая

идея

состяза

-

тельности

предполагает

равенство

в

правах

участников

, 

то

степень

отклонения

норм

профессиональной

этики

следователя

не

должна

                                                             

17

Фликер

С

.

Вправе

ли

адвокат

быть

представителем

потерпевшего

 // 

Соц

. 

закон

-

ность

. 1960. 

№

 10. 

С

. 64–65. 

См

. 

также

: 

Воронов

А

.

А

.

Этические

проблемы

про

-

цессуального

поведения

адвоката

 – 

представителя

потерпевшего

в

уголовном

процессе

 // 

Воронежский

адвокат

. 2006. 

№

 11. 

С

. 10. 

18 

отличаться

от

такого

же

отклонения

норм

этики

адвокатской

от

норм

общей

этики

. 

Соответственно

, 

норма

о

том

, 

что

непротиво

-

речивое

закону

  «

соблюдение

профессиональной

тайны

является

безусловным

приоритетом

деятельности

адвоката

», 

должна

кор

-

реллировать

с

нормой

о

том

, 

что

непротиворечивое

закону

«

стремление

следователя

выявить

обстоятельства

уголовного

дела

является

безусловным

приоритетом

деятельности

следователя

». 

Заявленная

идея

соответствует

духу

прагматизма

, 

и

непротиворе

-

чивость

здесь

ориентирована

на

закон

, 

что

в

значительной

степени

ограничивает

потенциал

излишней

морализации

, 

так

свойственной

российской

ментальности

, 

в

том

числе

и

научной

. 

Особенности

следственной

этики

, 

реализуемые

на

допросе

, 

нам

видятся

в

следующем

: 

1)

«

в

уважении

к

убеждениям

и

верованиям

противника

, 

если

мы

видим

, 

что

они

искренни

»

18

; 

2)

в

оказании

допустимого

психологического

воздействия

на

допрашиваемого

; 

3)

в

контроле

за

развитием

конфликтной

ситуации

. 

Стремление

же

к

справедливости

, 

правдивости

и

сопережива

-

нию

относится

к

нормам

общей

этики

и

принципиального

отличия

в

профессиональной

деятельности

следователя

нести

не

может

. 

Именно

поэтому

положение

о

том

, 

что

тактический

прием

не

дол

-

жен

унижать

честь

и

достоинство

участников

процесса

расследо

-

вания

, 

относится

к

императивам

общей

, 

а

не

следственной

этики

. 

Попытки

подмены

общих

этических

норм

профессиональными

имеют

очень

давнюю

историю

. 

Утверждая

, 

что

в

расследовании

«

должно

пойти

развитие

истинного

человеколюбия

»

19

, 

сторонники

этой

позиции

надеются

на

оправдательную

направленность

судо

-

производства

. 

Неудивительно

, 

что

к

подобной

морализации

очень

склонны

были

либеральные

адвокаты

развитых

стран

начала

 XX 

в

. 

Эта

же

излишняя

морализация

требует

от

следователя

соблюде

-

ния

цельноэтичного

образа

и

в

непрофессиональной

сфере

. 

Сам

по

                                                             

18

Поварнин

С

.

И

.

Искусство

спора

.

О

теории

и

практике

спора

. 

Петроград

 : 

Начатки

знаний

, 1923. 

С

. 39. 

19

Кони

А

.

Ф

.

Нравственные

начала

в

уголовном

процессе

 (

Общие

черты

судебной

этики

) // 

Избранные

труды

и

речи

. 

Тула

 : 

Автограф

, 2000. 

С

. 79. 

19 

себе

образ

следователя

 – 

идеального

гражданина

, 

без

сомнения

, 

по

-

ложителен

, 

однако

он

более

подходит

для

философа

-

утописта

или

для

героя

революционного

периода

, 

нежели

для

реального

человека

в

условиях

рыночной

экономики

. 

Хотя

, 

как

некое

моральное

знамя

(

или

повод

для

возможного

увольнения

работника

), 

нормы

, 

обязы

-

вающие

государственных

служащих

соответствовать

завышенным

моральным

требованиям

, 

имеют

право

на

существование

. 

Отметим

отдельно

, 

что

плохо

формализуемая

тактическая

состав

-

ная

часть

деятельности

следователя

, 

на

наш

взгляд

, 

делает

невозмож

-

ным

создание

полноценного

профессионального

кодекса

следовате

-

ля

, 

о

необходимости

которого

говорит

ряд

авторов

20

. 

Напомним

, 

что

расхождение

норм

профессиональной

и

общей

этики

является

исходной

точкой

профессиональной

деформации

, 

поэтому

ряд

действий

, 

нарушающих

общеморальные

запреты

, 

позволительных

адвокату

, 

не

позволительны

следователю

. 

Эта

не

-

допустимость

вытекает

как

из

необходимости

блюсти

статус

ра

-

ботника

правоохранительных

органов

, 

так

и

из

необходимости

хранить

свою

моральную

целостность

. 

Отметим

, 

однако

, 

вероят

-

ность

и

нормативного

закрепления

запрета

лжи

для

следователя

. 

Так

, 

в

УПК

ФРГ

в

 1950 

г

. 

был

введён

 § 136-

а

 «

Недопустимые

ме

-

тоды

допроса

», 

запрещающий

такие

методы

, 

как

дурное

обраще

-

ние

, 

физическое

воздействие

, 

обман

. 

Совершенно

верно

отмечено

, 

что

  «

любой

тактический

прием

допроса

не

должен

содержать

со

-

общение

допрашиваемому

ложной

информации

. 

Следователь

так

-

же

не

вправе

склонять

допрашиваемого

к

подтверждению

опреде

-

ленного

факта

обещанием

каких

-

либо

благ

и

послаблений

»

21

. 

Напрямую

обманывать

следователю

нельзя

не

столько

потому

, 

что

это

 «

некрасиво

», 

сколько

потому

, 

что

это

чревато

его

личностной

деформацией

. 

Завершая

разговор

об

особенностях

общих

этиче

-

ских

норм

в

деятельности

следователя

, 

необходимо

вспомнить

                                                             

20

Антонов

И

.

А

.

Нравственно

-

правовые

начала

уголовно

-

процессуальной

дея

-

тельности

  (

теоретические

идеи

и

правоприменительная

практика

) : 

дис

. … 

д

-

ра

юрид

. 

наук

. 

СПб

., 2005. 

С

. 250; 

Субботина

И

.

Г

.

Нравственные

начала

предвари

-

тельного

расследования

. 

М

., 2002. 

С

. 98–100. 

21

Шейфер

С

.

А

.

Следственные

действия

. 

Основания

, 

процессуальный

порядок

и

доказательственное

значение

. 

Самара

 : 

Самарский

университет

, 2004. 

С

. 115. 

20 

наказ

Р

. 

Декарта

: «

Учитесь

логически

мыслить

, 

вот

основной

принцип

морали

»

22

. 

Несколько

сложнее

решается

вопрос

с

этичностью

так

называ

-

емых

 «

следственных

хитростей

». 

Здесь

речь

уже

напрямую

затра

-

гивает

вопросы

профессиональной

этики

. 

Уже

в

 1964 

г

., 

во

время

дискуссии

по

некоторым

проблемам

криминалистической

тактики

, 

И

.

Д

. 

Перлов

возражал

против

тер

-

мина

 «

следственная

хитрость

», 

утверждая

, 

что

допрос

нужно

вести

«

умно

, 

а

не

хитро

», 

что

недопустима

дезориентация

обвиняемого

.  

Свою

точку

зрения

сторонники

использования

подобных

прие

-

мов

аргументируют

так

: «

Иногда

тактические

приемы

определяют

как

следственные

хитрости

или

психологические

ловушки

. 

По

-

следние

нередко

толкуют

почему

-

то

как

обман

, 

хотя

это

неверно

. 

В

их

основе

лежит

не

обман

допрашиваемого

, 

а

расчет

на

такую

оценку

им

ситуации

, 

которая

приведет

допрашиваемого

к

необхо

-

димости

самостоятельно

принять

правильное

решение

»

23

. 

«

Следственная

хитрость

» – 

это

маневрирование

достоверной

информацией

, 

создание

на

допросе

такой

ситуации

, 

при

которой

допрашиваемый

дезориентируется

о

степени

осведомленности

сле

-

дователя

об

обстоятельствах

дела

, 

о

наличии

у

него

определенных

доказательств

. 

Какое

влияние

окажет

на

допрашиваемого

такой

так

-

тический

прием

, 

зависит

прежде

всего

от

его

отношения

к

преступ

-

лению

. 

Если

причастность

налицо

, 

то

, 

оценив

достоверную

инфор

-

мацию

как

относящуюся

к

делу

, 

он

будет

свободно

выбирать

линию

поведения

, 

какую

сочтет

для

себя

наиболее

подходящей

24

. 

Противники

идеи

правомерности

  «

следственных

хитростей

» 

полагают

, 

что

данные

приемы

направлены

на

то

, 

чтобы

  «

сбить

с

                                                             

22

Слово

о

науке

. 

Книга

вторая

 / 

сост

. 

Е

.

С

. 

Лихтенштейн

. 

М

. : 

Знание

, 1981. 

С

. 79. 

23

Болтнев

В

.

Н

., 

Лавров

Ю

.

И

.

О

  «

психологических

хитростях

» 

в

следственной

тактике

 // 

Следственная

тактика

. 1966. 

№

 71. 

С

. 63–72. 

24

Красуский

В

.

Г

.

О

некоторых

психологических

приемах

 // 

Следственная

практи

-

ка

. 1964. 

№

 65. 

С

. 105; 

Ратинов

А

.

Р

. 

О

допустимости

и

правомерности

некоторых

тактических

приемов

 // 

Следственная

практика

. 1964. 

№

 65. 

С

. 106; 

Розов

-

ский

Б

.

Г

. 

Некоторые

вопросы

применения

психологических

приемов

в

допросе

обвиняемых

 // 

Криминалистика

и

судебная

экспертиза

. 

Киев

, 1965. 

Вып

. 2. 

С

. 14; 

Болтнев

В

.

Н

., 

Лавров

Ю

.

И

.

О

 «

психологических

хитростях

» 

в

следственной

так

-

тике

 // 

Следственная

практика

. 1966. 

№

 71. 

С

. 88.