Материал: Аспекты изучения художественного текста и межкультурной коммуникации. Проскурин Д.К., Рудаков О.Б

Лингвистика и межкультурная коммуникация Выпуск №5(19), 2015

ний, в которых препозитивный причастный оборот (или препозитивное причастие) образует с подлежащим единый интонационный и семантический блок. Подобным образом проявляют себя прилагательные. Таким образом, основной тип отношений между предикативным центром предложения и препозитивной причастной конструкцией – это атрибутивные отношения, проявляющиеся в большей степени, по сравнению с постпозитивной причастной конструкцией.

Вряде случаев автор сознательно (или бессознательно) выстраивает между причастием и предикативным центром определённый тип отношений, не обязательно соответствующий пунктуационным правилам. Так, в некоторых предложениях возможно прочтение как с обособляющей интонацией (в этом случае мы имеем дело с обстоятельственными значениями, а следовательно, с обстоятельственными отношениями между предикативным центром и причастием), так и без неё (в этом случае происходит «сглаживание» автором обстоятельственных значений и выдвижение на первый план атрибутивных отношений): Отслужившая свой срок стойкости шинель имела наружность затрапезную, отчего и Алёша снова обрёл в ней затрапезный вид… (О. Павлов); Покрытые испариной лица как будто засветились… (М. Булгаков).

Вряде случаев контекста одного предложения явно недостаточно, чтобы понять, какие именно отношения между предикативным центром и полупредикативной конструкцией выстраивает автор (соответственно будут разниться его пунктуационные решения), а потому необходимо более широкое контекстное поле – на уровне целой си-

туации: Протрезвевший генеральский сын кричал на хмурую, кутающуюся в мохеровый платок Маришу: «Нечего нам выяснять!» (И. Муравьёва); Поражённая старуха проделывала весь тот же пантомимический ритуал… (М. Палей).

Как правило, необособленные препозитивные причастные конструкции в максимальной степени реализуют именно атрибутивные отношения, в то время как остальные типы значений либо отсутствуют, либо сильно сглажены. Так, в частности, практически нереализованными оказываются временные и таксисные отношения.

Семантико-синтаксические отношения сочинительного типа между необособленной препозитивной причастной конструкцией и предикативным центром сводятся к следующим:

1) сопоставительно-противительные отношения: Несколькими минутами раньше скучавшие мальчики на берегу океана тщательно обстреливали камнями медуз, всплывавших на поверхность воды (В. Губарев); Всегда выделявшийся среди множества народу на базаре могучим телосложением «американец» сник и потерялся в людской толпе (Ю. Петкевич);

2) градационно-сопоставительные отношения: Всегда бодрствующая в нём жизнь сразу прыгала до обычного уровня кипения (С.А. Семёнов);

3) отношения конкретизации: Искажённое хмелем и злобой морщинистое беззубое лицо старухи было страшным (Б. Екимов); …весёлый, притоптывающий, вихляющий задом бродяга шёл себе по улице (Д. Рубина); Пересказанный Петькой разговор насчёт травмы расставил точки над «i» (В. Белоусова);

4) отношения следствия, результата – не характерны для необособленного причастного оборота (и особенно для необособленного одиночного причастия). Отсутствие пунктуационно-графического выделения – свидетельство отсутствия сопоставления действий в пространственно-временном аспекте;

5) отношения соположения: Сосновый, пронизанный солнцем бор вызывал тихое умиление в душе уставшего фельдшера (В. Быков).

36

Научный вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета

Обособленные препозитивные причастия, в отличие от необособленных, вступают с предикативным центром не только в атрибутивные отношения. Так, характерны обстоятельственные отношения, как правило с причинным значением (что логично для препозиции): Ошеломлённые невиданным зрелищем, лётчики долго не могли отвести взгляд… (И. Ефремов); Ошеломлённые количеством потерь, разбойники замешкались, осадили лошадей и, не видя своего предводителя, начали в панике отступать (М. Са-

лимов).

Обособленность препозитивных причастий даёт возможность говорить и о временных и таксисных отношениях:

1)отношения одновременности: Зачарованная вспышками, овца прыгала на одном месте, будто дожидалась, когда же влепит прямо в неё (Ю. Коваль); Отощавшие

иобносившиеся, косари скитались по выжженной степи, плелись по бесконечным тропинкам вдоль полотна дороги (В. Вересаев);

2)отношения предшествования: Посаженные в честь рождения детей, деревья застилали заборы, зелёную водонапорную башню, телеграфные столбы и трансформатор… (А. Варламов); Испуганная его движением, птица взмыла в воздух… (М.

Горький);

3)отношения следования не характерны для препозитивного причастного оборота, так как это не согласуется с логической структурой подобных предложений.

Кроме того, в ряде предложений мы можем наблюдать временные отношения при отсутствии таксисных (в данном случае мы имеем дело с политемпоральной ситуаци-

ей): Выведенный однажды из жалкого своего равновесия кротким благодушием женщины, матрос начал исступленно кричать… (А. Грин).

Семантико-синтаксические отношения сочинительного типа при препозитивном причастном обороте также возможны:

1)сопоставительно-противительные отношения: Всегда крепкий, источающий бодрость и здоровье, с румянцем на лице, Рузаев осунулся, ссутулился, обрюзг (М.

Шишкин);

2)градационно-сопоставительные: Всегда безупречно одетая, в этот день она превзошла самоё себя (В. Синицына);

3)отношения конкретизации: Всегда одетая в чёрное, её фигура вызывала уныние

(М. Горький);

4)отношения следствия, результата – такой тип отношений не характерен для обособленной препозиции. Подобное расположение и пунктуационно-графическое оформление является выражением осмысления субъектом логической последовательности событий, что приводит к выстраиванию линейного отражения событий – последовательного либо обусловленного причинно-следственной связью: Смытый девятым валом, Эле-Фантик пристроился в кильватере шхуны (А. Дорофеев).

Следует отметить, что максимальная степень проявления предикативного признака в большей степени характерна для дистанцированных причастий, по сравнению с остальными способами расположения причастных конструкций в предложении. Отделение от субъекта даёт возможность акцентировать внимание на действии или процес-

се, выражаемых причастной формой: Она снимала себя сама, на седьмом месяце, скрытно потрясённая преображением (А. Иличевский); Рос он в полном забросе, унижаемый едва ли не самой жизнью (Ю. Буйда); Петькин отец застыл на месте, потрясённый услышанным (Е. Кирсанова); Я покорно натянул ветровку и спустился во двор, провожаемый Петькиным горящим взглядом (В. Белоусова). В предложениях с дис-

37

Лингвистика и межкультурная коммуникация Выпуск №5(19), 2015

танцированным причастием обстоятельственные отношения (в том числе временные) сочетаются с таксисными и отношениями характеризации.

На уровне предложения причастная конструкция реализует следующие типы отношений:

1)аппликативные отношения. В данном случае мы используем широкое толкование термина «аппликация», предполагающее возникновение в предложении пояснительных отношений, в том числе при помощи полупредикативных членов. В этом аспекте аппликативные отношения устанавливаются во всех предложениях с обособленными причастными конструкциями;

2)присоединительные отношения. Характерные для этого типа отношений особые слова-маркеры типа «причём», «да и», «да и притом», «тоже», «да ещё и» и т.п. используются для присоединения причастных конструкций с разной частотой. Так, наиболее употребительны причастные конструкции, вводимые в предложение словами «причём» и «притом», наиболее подходящими для атрибутивной и полупредикативной составляющей причастия, в то время как слова «да и», «да ещё и» и им подобные могут быть использованы для равноправных элементов предложения (например, однородных сказуемых), что не соответствует разноранговости причастия и основного предиката: …В нём слились и раскаяние за всё, что натворил в жизни, и истовая надежда на спасение своей жизни, причём сбывающаяся… (М. Тарковский); …а сверкнувшая молния, причём сверкнувшая совершенно без грома и в зимнем-то небе, и вовсе повергла присутствующих в состояние полного оторопения (Вл. Войнович); Но слово, притом скованное привычками языка, примитивно и бедно, оно передаёт лишь часть мысли… (Вл. Орлов);

3)тяготение. Одиночные причастия выстраивают с предикативным центром этот тип отношений гораздо чаще, чем причастные обороты: Оттуда вышла разрумянив-

шаяся, раскованная, как будто сняла себя с тормоза (В. Токарева); Анна сидела парализованная открытием. Её (Анну) не любят (В. Токарева); Он живо обернулся, а она сидела испуганная (Г. Бакланов); В это время лагерь стоял ободранный, голый, страшный (Ю. Домбровский); Я стоял оглушённый, а он умчался дальше – спасать кого-то другого (Б. Окуджава); Он пошёл опечаленный прочь с лужайки, когда узнал, что это вообще не пьеса… (Б. Пастернак). Однако некоторые предложения допускают двойное толкование: Он молчал, ошеломлённый (Ю. Трифонов); Мы стояли, окружённые пышной тропической растительностью (В. Губарев); Потом <…> я стал редкими швами зашивать кожу… но остановился, осенённый, сообразил… (М. Булгаков); Меж тем, сидевшие в лодке встали, вооружённые с головы до ног, вышли гуськом (А. Грин); Все молчали, заинтригованные (В. Белоусова); Она выбралась из кабины и встала, ошелом-

лённая (Б. Екимов). В приведённых предложениях возможно двойное интонационное прочтение – с паузой перед причастием и без неё. Графическая репрезентация причастий (и причастных конструкций в целом) в данном случае обусловлена интенциональной природой пунктуации и прагматическим аспектом предложения, что находит выражение в выстраивании той или иной иерархии между частями единого высказывания.

Для углубления представлений о семантико-синтаксических отношениях между причастием и предикативным центром предложения стоит обратиться к особенностям синтаксических типов употребления причастия. Так, ссылаясь на работу [van der Auwera J., Malchukov A. A semantic map for depictive adjectivals, 2005], С.С. Сай указывает пять типов употреблений, организованных в упорядоченную семантическую карту. Эти типы располагаются в порядке возрастающей предикативности: 1) приименные рестриктивные употребления; 2) приименные нерестриктивные употребления; 3) депиктив-

38

Научный вестник Воронежского государственного архитектурно-строительного университета

ные употребления; 4) комплементативные употребления; 5) собственно предикативные употребления [4; § 6.3].

Полное причастие в роли второго сказуемого может занимать лишь некоторые из указанных позиций, а именно: приименные рестриктивные, приименные неристриктивные, депиктивные и некоторые типы собственно предикативных употреблений. Каждый тип синтаксического употребления характеризуется определённой коммуника- тивно-синтаксической функцией. Так, приименные рестриктивные употребления характеризуются определительно-выделительной функцией, то есть они выделяют пред- мет-подлежащее среди подобных, сужают и уточняют референцию тех или иных объектов. Наиболее сильно в таких случаях проявляет себя атрибутивная функция причастия, способствующая формированию именной группы. Приименные нерестриктивные употребления реализуют определительно-качественную и определительноприсоединительную функции. Чаще всего именно нерестриктивное употребление причастного оборота сопровождается дополнительными смысловыми значениями, возникающими между матричным предложением и причастным оборотом. Это, в свою очередь, даёт возможность обособления препозитивных одиночных причастий и причастных оборотов и дистанцированности причастного оборота в предложении. Депиктивные употребления проявляются в двойных сказуемых: …и все мы мгновенно закрыли глаза и притворились спящими (В. Пелевин); Вы рискуете быть сбитыми с ног толпа-

ми людей (М. Палей). Собственно предикативная функция в большей степени характерна для кратких страдательных причастий, нежели для полных форм. В подавляющем большинстве случаев полные причастные формы (как действительные, так и страдательные) выступают в роли именной части составного именного сказуемого при гла- голе-связке быть. При полусвязочных глаголах типа казаться, оказаться, стать можно говорить о двойном сказуемом: …казалась стоящей на задних ножках (Ю.О. Дом-

бровский); …а он не прошёл проверку, не показался внушающим доверие (Ю.О. Дом-

бровский). Страдательные причастия употребляются собственно предикативно чаще действительных причастий. Последние в собственно предикативном употреблении часто подвергаются процессу адъективации.

Комплементативные употребления также возможны: Она придёт в сознание, увидит себя связанной (А. Слаповский); однако в большей степени этот тип употреблений характерен для полных причастий в роли второстепенного сказуемого.

Подытожим сказанное:

1)При причастии в роли второго сказуемого реализуются не все типы отношений. Так, невозможны объектные и субъектные отношения. Комплетивные отношения возникают лишь в ряде случаев. Обстоятельственные отношения совмещаются с отношениями характеризации.

2)Таксисные отношения при постпозитивных причастиях чаще реализуются в отношениях одновременности либо предшествования. В предложениях с обособленными постпозитивными одиночными причастиями последние, как правило, выражают не столько таксисные и темпоральные, сколько обстоятельственные или атрибутивные значения.

3)В большинстве случаев семантико-синтаксические отношения между причастной и основной пропозициями сопоставимы с подчинительными. Однако возможны и отношения сочинительного типа: сопоставительно-противительные, градационносопоставительные, отношения конкретизации и отношения следствия, результата. Кроме того, нами был выделен ещё один тип сочинительных отношений – отношения соположения, содействия.

39

Лингвистика и межкультурная коммуникация Выпуск №5(19), 2015

4)Как правило, необособленные препозитивные причастные конструкции в максимальной степени реализуют именно атрибутивные отношения, в то время как остальные типы значений либо отсутствуют, либо сильно сглажены. Так, в частности, практически нереализованными оказываются временные и таксисные отношения.

5)Обособленные препозитивные причастные конструкции способны выражать и разного рода обстоятельственные отношения (в том числе временные), и таксисные, и отношения характеризации.

6)Для дистанцированных причастий, по сравнению с остальными способами расположения причастных конструкций в предложении, характерна максимальная степень проявления предикативного признака.

7)На уровне предложения причастия способны реализовывать следующие типы отношений: аппликативные (в широком понимании этого термина), присоединительные и тяготение.

8)Полное причастие в роли второго сказуемого может занимать лишь некоторые из синтаксических позиций, а именно: приименные рестриктивные, приименные неристриктивные, депиктивные и некоторые типы собственно предикативных употреблений.

Библиографический список

1.Арутюнова Н.Д. О номинативном аспекте предложения / Н.Д. Арутюнова // Вопросы языкознания, №6, 1971. – М.: Изд-во «Наука». – С. 63-73.

2.Ломов А.М. Русский синтаксис в алфавитном порядке: Понятийный словарьсправочник / А.М. Ломов. – Воронеж: Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2004. – 400 с.

3.Прияткина А.Ф. Синтаксис осложнённого предложения. – М.: Высшая школа, 1990. –

176c.

4.Сай С.С. Причастие. Материалы для проекта корпусного описания русской грамма-

тики (http://rusgram.ru). На правах рукописи. – М., 2011.

5.Семёнова Н.В. Таксис: история изучения и современное понимание / Н.В. Семёнова // Русский язык в научном освещении, № 1 (7), 2004. – С. 249-272.

6.Храковский В.С. Таксис: семантика, синтаксис, типология / В.С. Храковский // Типология таксисных конструкций. – М., 2009. – С. 11-113.

References

1.Arutyunova N. D. About nominative aspect of the sentence // Problems of Linguistics, №6, 1971. – M.: Nauka. – p. 63-73.

2.Lomov A. M. Russian syntax in the alphabetical order. – Voronezh, 2004. – 400 p.

3.Priyatkina A. F. Syntax of the complicated sentence. – M., 1990. – 176 p.

4.Sai S.S. Participle. Materials for the project of Russian grammar description. (http://rusgram.ru). As manuscript. – M., 2011.

5.Semonova N. V. Taxis: history of research and current understanding // Russian language in the scientific coverage, № 1 (7), 2004. – p. 249-272.

6.Khrakovskiy V. S. Taxis: semantic, syntax, typology // Typology of the taxis constructions.

– M., 2009. – p. 11-113.

40