Глава 13. Договор хранения
670
При первом варианте хранение обслуживает основное обязательство стороны в договоре. Как отмечал КА. Граве, в подобных случаях обязанность одной стороны хранить имущество другой стороны возникает не как основная обязанность, составляющая цель самого договора,
а лишь как сопутствующая, дополнительная обязанность. Так, в частности, в договор транспортной экспедиции может быть включено условие, предусматривающее в качестве одной из дополнительных услуг хранение груза (п. 1 ст. 801 ГК). Аналогичная ситуация может сложиться и применительно к таким, например, договорам, как поручение, комиссия, купля-продажа, подряд (имеется ввиду в последнем случае хранение подрядчиком в период выполнения работ материалов и(или)
оборудования, принадлежащих заказчику) и др.
Возможна и прямо противоположная ситуация, при которой хранитель как сторона в одноименном договоре, помимо собственно хранения ив непосредственной связи с ним, принимает на себя обязанность совершать действия, которые составляют предмет других договоров.
Имеются ввиду оказание хранителем экспедиционных услуг, выполнение по поручению поклажедателя функций подрядчика при осуществлении работ, необходимых для обеспечения сохранности принятого на хранение имущества, осуществление доставки поклажедателю хранимых вещей по окончании договора и т.п. Иллюстрацией может служить Положение о таможенных складах (утверждено 10 августа 1993 г. Оно допускает принятие на себя таможенным складом на основе договора складского хранения исполнение до 9 операций по обеспечению сохранности переданных товаров и до 13 – по подготовке таких товаров для продажи и по их транспортировке.
В отличие от сложного договора, при котором хранение, сливаясь с другими элементами договора, подчиняется единому, установленному для него правовому режиму (в данном случае – правовому режиму,
предусмотренному гл. 47 ГК), при смешанном договоре вступает в силу ст. 421 (п. 3) ГК. Из нее следует непосредственное действие в соответствующей части смешанного договора норм о договоре хранения (если иное, как указано в приведенной статье ГК, не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора).
При смешанном договоре, в котором хранение обслуживает основную функцию контрагента, не выходя за рамки, предусмотренные ст. 421 1
Отдельные виды обязательств. М Госюриздат, 1954. С. 323. См. об этом также Коммерческое право Учебник / Под ред. В.Ф. Попондопуло и В.Ф. Яковлевой. Ч. II. СПб., С. 359.
2
См Комментарий к Таможенному кодексу Российской Федерации. М Юрид. лит, С. 137–155.
I. Общие положения о договоре хранения. Понятие договора хранения
671
(п. 3) ГК, следует признать, что в случаях, когда нормы охранении включаются в состав посвященного ему института основного договора, эти нормы пользуются приоритетом по отношению к тем, которые составляют содержание гл. 47 ГК (Хранение. Примерами могут служить ст. и 514 ГК. Из них первая регулирует отношения, возникающие при залоге,
между стороной, у которой находится заложенное имущество, и другой стороной, а вторая – отношения по ответственному хранению товара, не принятого покупателем. И таи другая статьи содержат существенные отличия от норм гл. 47 ГК главным образом в отношении прав, обязанностей, ответственности хранителя – залогодержателя или залогодателя в первом случае и соответственно покупателя (получателя) или поставщика во втором
1
Вместе стем принцип субсидиарного применения гл. 47 ГК в указанной ситуации означает, что нормы, относящиеся к основному договору, могут применяться только в случаях, если в них идет речь именно охранении как таковом. Примером может служить одно из рассмотренных Высшим Арбитражным Судом РФ дел. Подрядчик потребовал от заказчика уплаты стоимости материала, который он должен был передать подрядчику в соответствии с договором. При этом выяснилось, что заказчик в действительности материалы передал подрядчику, ново время нахождения их у последнего они погибли при пожаре. Арбитражный суд первой инстанции, применив ст. 705 ГК, счел, что риск случайной гибели материалов лежит на подрядчике. Иную позицию заняла кассационная инстанция. Она признала, что правила о риске Так, в силу ст. 343 ГК на залогодателя либо залогодержателя (в зависимости оттого, у кого из них будет находиться заложенное имущество) возлагается обязанность принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности соответствующего имущества, в том числе для защиты от посягательств и требований со стороны третьих лиц, страховать за счет залогодателя заложенное имущество от рисков утраты и повреждения (а если полная стоимость имущества превышает размер обеспеченного залогом требования – на сумму не ниже размера требования, немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества. Кроме того, за залогодателем или соответственно залогодержателем закреплено право проверять по документами фактически наличие, количество, состояние и условия хранения заложенного имущества, которое находится у другой стороны. Статья 514 ГК предусматривает обязанность покупателя (при транзитной поставке – получателя, отказавшегося в случаях,
предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором, от переданного поставщиком товара, обеспечить его сохранность и незамедлительно уведомить поставщика. Возможны ситуации, при которых обязанности по хранению возлагаются и на продавца. Так, Временное положение о порядке отпуска ценностей из Государственного фонда драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации (Собрание законодательства РФ. 1998. № 4. Ст. 476) содержит указание на то, что оплаченные, ноне полученные ценности принимаются на ответственное хранение
Глава 13. Договор хранения
672
случайной гибели пост и 714 ГК не имеют отношения к данному спору, поскольку по поводу переданных для переработки подрядчику материалов у подрядчика и заказчика возникли обязательства, связанные с хранением, которые регулируются нормами, содержащимися в гл. 47 ГК». Имелось при этом ввиду, что в отличие от подрядчика хранитель не принимает на себя риска случайной гибели предмета договора. Точку зрения кассационной инстанции поддержали Президиум
Высшего Арбитражного Суда РФ
1
Наконец, для последнего варианта, при котором хранение составляет основу смешанного договора, решение должно быть прямо противоположным субсидиарное применение норм других глав ГК.
Обязательство хранения порождает по общему правилу договор,
свободно, без принуждения заключенный. Однако законом могут быть предусмотрены и исключения из этого правила. Примером служит п. ст. 44 ФЗ РФ О несостоятельности (банкротстве. Соответствующая норма предусматривает в качестве одной из мер по обеспечению требований кредиторов, применяемых в связи с рассмотрением дела о банкротстве, вынесение арбитражным судом решения, которым должник обязывается передать на хранение третьим лицам ценные бумаги, валютные ценности и иное имущество. Хотя в данном Законе и отсутствует на этот счет прямое указание, но есть основания полагать, что подобное решение должно предусматривать, на какой круг имущества должника хранение, о котором идет речь, распространяется, и тем самым определить в значительной мере предмет договора, который предстоит заключить. Вопрос о совершении указанных сделок может возникнуть на стадии наблюдения процесса о несостоятельности. Они не входят в перечень сделок, которые органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего (п. ст. 58 ФЗ О несостоятельности (банкротстве. Однако временному управляющему предоставлено право обратиться в арбитражный суд с ходатайством о принятии дополнительных мер по обеспечению сохранности имущества должника. В число этих мер входит запрещение органу управления должника совершать без согласия временного управляющего сделки о передаче ценных бумаг, валютных ценностей и иного имущества на хранение третьим лицам (п. 1 ст. 60 Закона О несостоятельности (банкротстве 1
Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1998. № 11. С. 152.
2
См Федеральный закон О несостоятельности (банкротстве. Постатейный комментарий Под общ. ред. В.В. Витрянского. М Статут, 1998. Си. Общие положения о договоре хранения. Понятие договора хранения
673
Обязательство хранения может возникнуть не только из договора, но и из закона, притом непосредственно. Последнее обстоятельство позволяет отграничить обязательство из закона от такого, которое возникает в силу закона. Непременным элементом этого последнего служит соответствующий договор. Так, например, ст. 21 ФЗ РФ О почтовой связи»
отнесла к числу особых условий оказания услуг почтовой связи то, что непредоставленное (неврученное) почтовое отправление (в связи сот- сутствием адресных данных получателя) передается на временное хранение. Аналогичный характер носит предусмотренная ст. 714 ГК ответственность за несохранность предоставленных заказчиком материалов,
оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного имущества, которое оказалось у подрядчика в связи с исполнением им договора подряда. Важно подчеркнуть, что такого рода обязанности по хранению и ответственность за их нарушение возникают только между сторонами основного договора оказание почтовых услуг – в первом и втором случаях, а также подряда – в третьем.
Иное дело – обязательство из закона, которое предполагает указание в нем самодостаточного юридического факта, при наличии которого возникает обязательство принимать на хранение, хранить, а впоследствии выдать поклажедателю переданные на хранение вещи. Непосредственно из закона возникает, в частности, обязательство хранения находки. Так, в силу п. 3 ст. 227 ГК нашедший вещь вправе либо хранить ее у себя, либо сдать на хранение в милицию, органу местного самоуправления или указанному ими лицу. В данном случае основанием возникновения обязательства служит такой юридический факт, как нахождение найденной чужой вещи.
Статьей 42 Транспортного устава железных дорог РФ предусмотрена обязанность получателя принять на ответственное хранение»
прибывший в его адрес груз в случаях, когда поставка не была предусмотрена договором между отправителем и получателем либо наименование груза не соответствует тому, которое указано в транспортной железнодорожной накладной. Статья 71 ГПК РСФСР возлагает на общие суды обязанность хранить вещественные доказательства в деле или по особой описи сдавать их в камеру хранения вещественных доказательств в суде при этом вещи, которые не могут быть доставлены в суд,
должны храниться вместе их нахождения (в указанных случаях их следует подробно описать, а если необходимо, то сфотографировать и опечатать. Суд должен при этом принимать меры к сохранению вещественных доказательств в неизменном состоянии 1
См Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу РФ. МС Глава 13. Договор хранения
674
Аналогичные нормы включены в ст. 64 АПК РФ при этом ими особо оговорена необходимость принимать меры к сохранению вещественных доказательств, наряду с судом, также и хранителем. Регулирование вопросов, возникающих при хранении ведомственных документов по уголовному делу, содержится в ст. 82 Уголовно-процессуального кодекса РФ и принятыми в ее развитие актами Правительства РФ.
История развития института. Хранение как особый вид услуг, нуждающихся в самостоятельной правовой защите, имеет большую историю.
Хранение относится к договорам, которые призваны были заменить собой в определенной части обычный деликт. Эти договоры позволяли определить, помимо прочего, кто, перед кем и какую должен нести ответственность в случаях, конкурирующих с соответствующими видами деликтов.
В основе хранения лежит элементарная модель, при которой одно лицо в силу различных причин обращается к другому за оказанием определенной услуги принять переданное на время имущество, сберечь его, а впоследствии возвратить в целости и сохранности.
М.В. Зимелева, имея ввиду прежде всего исследуемую ею разновидность хранения – складское, подчеркивала Идея сдачи вещей на хранение, те. временного перерыва пользования вещью или намеренного выведения ее на время из хозяйственного оборота, с отдачей ее третьим лицам, начала применяться со времен Вавилона и Египта и связана, в частности, с именами Хаммураби»
2
Самой элементарной, сложившейся исторически первой, была конструкция личной бытовой услуги по хранению. Она оказывалась в качестве того, что на правовом языке именуется услугой в виде любезности. По этой причине, в частности, подобные отношения всегда или,
по крайней мере, главным образом выражали интерес одной стороны той, которая обратилась за соответствующей услугой. С этим, в свою очередь, было связано то, что в Риме при регулировании указанных отношений, наряду с исполнением норм юридических, большую роль играло соблюдение требований морали. Предполагалось, что эти требования должны определять поведение хранителя прежде всего в момент,
когда он решил возложить на себя заботу о чужой вещи, не получая от этого никакой выгоды. Эти же требования должен был учесть претор,
определяя масштабы проявленной хранителем заботы по отношению к принятой на хранение вещи, при решении вопроса о том, как ив каком виде ее следует возвратить См Комментарий к ГПК РСФСР / Под ред. РФ. Каллистратовой, Л.Ф. Лесницкой и
В.К. Пучинского. МС Зимелева МВ. Поклажа в товарных складах. М Финиздат, 1927. С. 3.
I. Общие положения о договоре хранения. Понятие договора хранения
675
Моральные принципы оказали особое влияние применительно код- ному из видов хранения – depositum miserabile. Имелись ввиду случаи,
когда сама потребность в хранении была порождена определенными,
отличавшимися своей неодолимостью и внезапностью обстоятельствами.
Речь идет о пожарах, военных действиях, народных волнениях и др.
При depositum miserabile особой гарантией соблюдения хранителями соответствующих обязанностей служила угроза быть обвиненным в бес- честии (infamia). К этому добавлялись особые санкции материального характера, более жесткие по сравнению с теми, которые использовались в аналогичных ситуациях применительно к остальным видам хранения.
Речь шла о предусмотренном еще в Законах XII таблиц положении За вещь, сданную на хранение, дается иск в двойном размере стоимости вещи. Такие штрафные иски широко использовались применительно к хранению в преторской практике. Имелись ввиду прежде всего случаи,
когда хранитель ссылался при этом виде хранения на то, что вообще не брал ни от кого никакой вещи. Мотивы введения приведенной меры сводились к тому, что она действовала против того, кто бесчестно отрицал получение вещи от лица, обратившегося к нему за помощью и оказавшегося в ситуации, при которой, помимо прочего, был лишен – и этому придавалось особое значение – возможности выбирать контрагента. Подобное поведение хранителя рассматривалось как вероломное, противоречащее общественным нравам. Так появились соображения, характерные для санкций карательного характера Когда кто-либо выбирает честность и не получает обратно внесенного на хранение, то он должен удовлетвориться однократным размером (стоимости внесенного на хранение если же он вносит на хранение в силу возникшей необходимости, то возрастает преступление вероломства и общественное значение (этих действий),
являются делом государства наказание и отмщение вероломства, ибо в таких делах вредно нарушение честности…»
2
В римском праве договор хранения нашел себе место в малочисленной, но все же весьма характерной для этой правовой системы группе реальных договоров – contractus rei. Имелись ввиду договоры, для заключения которых голое согласие (nudus consensus) оказалось само по себе недостаточным, чтобы породить соответствующие права и обязанности между сторонами. Необходима была основанная на соглашении передача одной из сторон контрагенту принадлежащей ей вещи 1
Памятники римского гражданского права. Законы XII таблиц. Институции Гая. Дигесты
Юстиниана. М Зеркало, 1997. С. 12.
2
Там же. С. 411.
3
См Покровский И.А. История римского права. СПб., 1918. С. 320.
Глава 13. Договор хранения
676
Помимо отмеченного конструктивного признака формирования реального договора как такового, на основе непосредственного сочетания двух актов (действий) – достижения соглашения и передачи вещи – имел значение по крайней мере и еще один общий признак.
Все эти договоры были направлены на передачу вещи без утраты права собственности на нее.
Хронологически первым в числе таких реальных договоров был mutuum – бытовой заем (передача заменимых вещей, прежде всего денег, с обязательством вернуть определенное, обычно тоже, количество таких же вещей. Другая модель – commodatum (ссуда) – передача вещи в безвозмездное пользование. Третья – depositum (хранение. А четвертая, представлявшая собой залог с передачей заложенной вещи залогодержателю.
Прообразом перечисленных моделей реальных договоров служила fiducia – неформальный контракт, не имевший соответственно достаточной юридической силы. Суть его состояла в передаче вещи во временное пользование для определенной цели с последующим возвратом по ненадобности. Таким образом, определяющий признак хранения как реального договора состоял в следующем нет передачи вещи хранителю нет и самого договора».
Следует отметить, что даже в специальной сфере, в которой применялось хранение в Риме, порой ощущалась потребность в том, чтобы между будущим хранителем и тем, кому предстоит передать заранее вещь, складывалась определенная связь, в конечном счете направленная на то, чтобы существовала обязанность принять на хранение соответствующую вещь. Для этого была использована известная модель pactum конструкция, постепенно сближавшаяся с другой, – контрактом. В данном случае речь шла о выборе одной из разновидностей pactum de con- trahendo, а именно – pactum de deponendo. Имелись ввиду предварительные соглашения, направленные на принятие поклажи»
1
Речь шла о том, чтобы поклажедатель на случай уклонения хранителя от принятия вещи мог бы потребовать если и не заключить с ним договор, то хотя бы только возместить его интерес, нарушенный неза- ключением договора.
Предметом хранения в Древнем Риме служила движимость. И лишь как исключение применительно к одному из специальных видов хранения секвестру (секвестрации) допускалась передача на хранение и недвижимости Дернбург Г. Панденты. Обязательственное право. МС. Общие положения о договоре хранения. Понятие договора хранения
677
К поклажедателю не предъявлялось никаких особых требований,
связанных с наличием титула по отношению к передаваемой на хранение вещи. Соответственно в такой роли мог выступать и вор – тот, кто украл вещь. Едва лине единственным препятствием к возникновению данного договора служило общее правило, по которому хранитель не мог принимать на хранение свои собственные вещи. Ю. Барон связывал это стем, что собственник заинтересован и без того в сбережении своей вещи. Но, очевидно, принималось во внимание и иное поскольку хранитель заведомо не признавался собственником хранимой вещи, к нему нельзя было предъявлять поэтому вопросу и обязательственные требования третьими лицами. Таким образом, у хранителя мог бы возникнуть соблазн включить свое имущество в чужое («хранимое»),
исключив принадлежащее ему имущество из конкурсной массы
2
Подобная ситуация оказывала, в свою очередь, влияние на определение границ упречности поведения хранителя, а значит, и принципов его ответственности за утрату и повреждение вещи. В виде общего правила хранитель нес ответственность лишь при установлении в его действиях или culpa lata, те. умысла или грубой небрежности.
И только в случаях, когда хранение оплачивалось, ответственность могла переступить через эти пределы. Подтверждением мог служить такой пример, приведенный в книге шестнадцатой Дигест Юстиниана: банщик, потеряв переданную ему на хранение одежду, отказался возместить ее стоимость. Поэтому поводу Ульпиан полагал если банщик не получал никакой платы за хранение, он должен отвечать только за умысел, а если получал, то ответственность должна наступить в соответствии с контрактом
4
Наряду с возмездностью существовали и некоторые другие основания для усиленной ответственности хранителя. Речь шла главным образом о случаях, при которых в силу различных обстоятельств появлялся личный интерес к принятию вещи на хранение и у самого хранителя. Тогда ответственность простиралась вплоть до culpa lata (легкой Барон Ю. Система римского гражданского права. Вып. 3. Кн. IV // Обязательственное право. СПб., 1910. СВ римском праве одним из непременных последствий конкурса служило missio in bona ввод во владение всем состоянием должника. При этом fraudationis causa latitatio – бегство должника, имеющее целью уклонение от иска, – само по себе служило достаточным основанием для конкурса Ю. Барон решительно возражал против признания безвозмездности конститутивным признаком хранения, соглашаясь лишь на то, что на практике в то время просто чаще других встречалось именно безвозмездное хранение (Барон Ю. Указ. соч. С. 169).
4
См Памятники римского гражданского права. Законы XII таблиц. Институции Гая.
Дигесты Юстиниана. С. 412.