Материалы по сети географических факультетов, университет ских и педагогических, я получил из Министерства просвещения и Министерства высшего образования, где я в то время прои звел работу по обследованию научно-исследовательской работы этих факультетов в качестве председателя соответствующей ко миссии.
Более подробные сведения о научно-исследовательской работе Географического факультета МГУ я имел как профессор этого факультета.
Материалы по сети филиалов и отделов Географического об щества я получил из центрального отделения Общества во время одной из своих поездок в Ленинград; более подробными сведения ми о работе Московского филиала общества я располагал в качестве члена Президиума филиала. Материалы по сети гео графических учреждений Академии наук СССР имел из Пре зидиума АН СССР, из бюро филиалов АН СССР, а также из Ин ститута географии АН СССР, где состоял членом Ученого Совета.
Кроме того, значительную информацию о деятельности гео графических учреждений нашей страны я получил в связи со своей работой в качестве председателя редакционной коллегии сборников «Вопросы географии», а также из общения и личной переписки с целым рядом своих знакомых и учеников.
Изменения, с того времени происшедшие, в общем сводятся
кследующему:
1)по сети географических факультетов произошло некоторое сокращение за счет числа геофаков педагогических институтов
иособенно естественно-географических отделений учительских институтов;
2)по сети Географического общества, наоборот, произошел некоторый рост и самой сети и числа членов;
3)что касается сети географических учреждений АН СССР, то здесь сколько-нибудь заметных изменений не произошло.
По теме настоящей своей статьи я сделал доклад на общем собрании Московского филиала 21 ноября 1950 г. еще до выхода
всвет сборника с этой статьей, и никаких возражений по сущест ву своих предложений не встретил.
Вдальнейшем в процессе подготовки ко второму съезду Гео графического общества я, исходя из многочисленных указаний со стороны руководящих органов о «необходимости учета мест ных условий, природных и экономических», сделал в начале 1954 г. еще один доклад на эту тему на Географическом факультете МГУ, надеясь получить от товарищей по работе указания, кото рые были бы полезны перед постановкой этого доклада на съезде Общества.
Вконце этого доклада я должен был не без горечи констати
ровать, что статья моя на эту тему осталась «гласом вопиющего в пустыне». Несколько утешил меня выступивший по докладу
.258
Е. Д. Прозоров, который сообщил, что в Министерстве высшего образования на мою статью внимание обратили и приняли реше ние пересмотреть всю сеть высших учебных заведений не только географических, но и прочих — с точки зрения соответствия спе циальным нуждам тех частей нашей территории, где они нахо дятся.
Осенью 1954 г. я был очень обрадован передовой статьей газеты «Правда» от 23 сентября 1954 г., где сообщалось, что ЦК КПСС в решении от 30 августа 1954 г. высказался против узкого профиля в подготовке университетских специалистов, за широкий профиль, за укрупнение кафедр, специализаций, спе циальностей и даже факультетов.
Подбодренный этим решением, а также продолжающимися настойчивыми указаниями на необходимость учета местных усло вий, природных и экономических, я сделал в Оргкомитете геогра фического съезда заявку не только на доклад «О популяризации географических знаний», но и на доклад «Географический прин цип в организации географического изучения территории». Тезисы моих докладов были представлены в надлежащий срок и напечатаны в материалах к съезду.
Однако в повестку дня был включен только доклад «О попу ляризации географических знаний», и на очередном заседании Оргкомитета мне было сообщено, что второй мой доклад — «Гео графический принцип в организации географического изучения территории» на предыдущем заседании решено было ввиду пере грузки повестки снять. Решено это было в мое отсутствие, при чем меня даже по телефону не спросили, какой из докладов я предпочту оставить.
На съезде было дано поручение Совету вопрос этот обсу дить; прошло уже больше года, а он так и не обсуждался.
Такова история этого дела.
И все же я должен с полной убежденностью заявить, что раз признается «необходимость учета местных условий, природных и экономических», то придется, признать в том или ином виде также и «географический принцип организации географического изучения территории»1. Ибо одно без другого неосуще ствимо.
Чтобы наладить уче т местных условий, необходимо их з н а ние , и прежде всего географическое. А географическое изуче ние территории должно быть организовано по географическому принципу; каждую часть территории надо изучать «по возможно сти во всех опосредствованиях».
За самые последние годы в связи с резким подъемом круп
ного |
хозяйственного строительства |
в Восточной Сибири |
состо |
1 |
На межфакультетских совещаниях |
в МГУ в конце мая |
1956 г. |
по вопросу о сельскохозяйственном районировании было признано необ ходимым работу эту поставить по отдельным, очень крупным частям СССР.
17* 259
ялся ряд весьма крупных мероприятий по подъему там и на учно-исследовательской работы; здесь надо отметить органи зацию Сибирского отделения Академии наук СССР,- проведе ние ряда научных конференций в 1957 г., научного совещания географов Сибири и Дальнего Востока в сентябре 1959 г., создание Института географии Сибири и Дальнего Востока, организацию Сибирского бюро ВГО.
< э £ |
=ft> |
БОЛЬШЕ ЗАБОТЫ ОБ ИСКУССТВЕ ГЕОГРАФИЧЕСКОГО
ОПИСАНИЯ1
С тех пор когда география была чисто описательной наукой, полностью оправдывавшей свое название «землеописания», про шло немало времени, и за это время она сильнейшим образом изменила все свое содержание.
За последние 150 лет география от простого «бесхитростного» землеописания перешла к подлинно научному анализу и обоб щению, расширив и осложнив свои задачи во многих и весьма различных направлениях. Здесь можно отметить и расширение охвата наблюдаемых и изучаемых явлений в сторону «дел чело веческих», и прежде всего экономики и политики (с последующим выделением географии экономической и политической), затем развитие частных физико-географических дисциплин в связи с успехами естествознания, затем стремление к комплексу (ком плексное ландшафтоведение) и познанию закономерностей ■раз вития, и, наконец, уже в самое последнее время весьма настой чиво стало заявлять о себе стремление к внедрению — по край ней мере в некоторых физико-географических дисциплинах — эксперимента со специальными лабораториями и соответствую щим техническим оборудованием2.
Все эти стремления и направления через своих представителей проникают и в область преподавания, на географические факуль теты университетов и педагогических институтов, так или иначе влияют на содержание и направление отдельных дисциплин, а зачастую также и на структуру самого учебного плана.
Стремление к познанию закономерностей — явление как нель зя более естественное в развитии современной науки. В общем
и целом этот |
процесс, |
несомненно, является прогрессивным, |
1 «Вопросы |
географии», |
сб. 18, 1950. |
а Весьма энергичным и талантливым защитником этого бесспорно передового стремления выступает Д. Л. Арманд (см. его статью в «Вопро сах географии», сб. 18).
261
тем более у нас, где он контролируется и направляется наиболее передовой философией марксизма-ленинизма.
Другим корректирующим моментом, гармонически сочетаю щимся с первым, является проверка опытом. Те направления и устремления, которые не выдерживают этой проверки и ока зываются «стерильными», бесполезными для социалистического строительства в самом широком смысле этого слова, неизбежно отметаются в процессе развития.
В процессе зарождения и развития прогрессивных элементов нового неизбежно устраняются уже отжившие элементы ста рого.
Теоретически возможно — и так бывает нередко в действи тельности,—что в процессе перестройки вместе с действительно отжившими элементами старого, мешающими продвижению впе ред, временно терпят ущерб также и такие его элементы, которые не только не мешают продвижению вперед, но продолжают оставаться полезными и в новых условиях.
Совершенно ясно, что такие элементы в процессе перестройки не только не должны быть устранены, но, наоборот, должны заботливо предохраняться от всякого ущерба и даже тщательно культивироваться.
Вданном случае мы имеем в виду искусство географического описания в самом широком смысле этого понятия (включая и комплексные страноведческие характеристики), то искусство, которым в свое время блистала и стяжала себе мировую славу наша отечественная география в лице таких классических ее представителей, как К. И. Арсеньев, Н. М. Пржевальский, Н. Н. Миклухо-Маклай, П. П. и В. П. Семеновы-Тяц-Шанские, А. И. Воейков, В. В. Докучаев, Д. Н. Анучин и многие другие. Некоторые из них, как, например, Арсеньев, П. П. Семенов- Тян-Шанский, Воейков, Докучаев, Анучин, прекрасно совме щали в себе мастерство комплексного описания со способностями глубокого анализа и широких научных обобщений. Сюда же нужно причислить и академика В. А. Обручева.
Всовременной географической литературе мы такие образцо вые географические описания и характеристики встречаем очень редко.
Можно отметить, что и $ти, ставшие редкостью, образцовые описания встречаются, в виде общего правила, не у ведущих географов нашего времени.
Сильное уменьшение числа ярких образных описаний в гео графической литературе является, надо думать, результатом двух процессов.
С одной стороны, мы имеем здесь дело с переходом от конста тации того, что являет географическая среда невооруженному глазу наблюдателя (в виде общего правила,—путешественника), к научному рассмотрению — вообще говоря, от описания в самом широком смысле этого слова к рассуждению, т. е. к анализу,
262