Материал: Червонюк В.И. Конституционное право зарубежных стран. Вып. 3. Ч. 1

11

роль каждого института в управлении государством, их взаимоотношения друг с другом и с населением»1. Нетрудно заметить, что каждый из этих институтов – составляющая исключительно конституци- онно-правового регулирования.

Не согласуется с теорией и практикой конституционализма вывод автора еще одной диссертации, выполненной по данной научной специальности, о том, что «полупрезидентские республики – это такие республики, в которых обеспечивается примерно равное положение президента и парламента в сфере формирования правительства и контроля над его деятельностью и примерно равное положение президента и правительства в сфере осуществления исполнительной власти»2. Так, согласно ст.8 Конституции Французской Республики от 4 октября 1958 г. «Президент Республики назначает Премьер-министра. Он прекращает функции Премьер-министра по его представлению об отставке Правительства»3. Согласно положениям ст.49 Конституции (в ред. Конституционного закона от 4 августа 1995 г. №880 и от 23 июля 2008 г. №724) Правительство несет коллективную ответственность исключительно перед Парламентом4. Точно так же анализ и сопоставление ст.ст.11–19 гл. II и ст.ст. 20–23 гл. III позволяют усомниться относительно «равного положения президента и правительства в сфере осуществления исполнительной власти»5.

Строго говоря, форма правления, равно как и форма государственнотерриториального устройства, не являются категориями общей теории государства и права, имея специфический отраслевой – государствоведческий статус. С этой точки зрения принадлежностью предмета теории государства и права является не форма государственного правления и территориальная организация государства, а форма государства; равным образом и территориальная организация конкретно взятой страны не может квалифицироваться как общетеоретическая проблема.

С позиций строгих методологических требований применение общетеоретического анализа к указанным проблемам не позволяет осмыслить их действительную природу, определить конструктивные особенности, специфику конституционно-правового регулирования.

1Грузинов В. А. Формы правления современного Российского государства. С.5.

2Калинович А. Э. Формы правления в правовом государстве: теоретико-право- вой аспект : автореф. дис. …. канд. юрид. наук. СПб., 2008. С. 8.

3Избранные конституции зарубежных стран : учебное пособие для бакалавров / отв. ред. Б. А. Страшун. М. : Юрайт: ИД Юрайт, 2012. С. 164.

4Там же. С. 179.

5Там же. С. 165–169.

12

Так, несмотря на общепризнанное понимание формы государственного правления как юридического феномена, в подобных исследованиях (диссертационных работах, выполненных в рамках научной специальности «12.00.01») отсутствует глубокий нормативный (кон- ституционно-правовой) анализ проблемы; как правило, не выясняется соотношение с близкими ей (форме правления) по природе категориями государствоведения – разделением властей, государственным режимом, государственным строем и пр.; систематика форм правления напоминает хождение по кругу. Если в зарубежной конституци- онно-правовой теории (отчасти и в современном отечественном государствоведении) типовые модели организации верховной публичной власти выстраиваются в зависимости от конституционно признанных взаимоотношений между законодательной и исполнительной властью, способами формирования и ответственности последней, то в теории государства и права по-прежнему господствуют традиционные воззрения на проблему: критерием выделения той или иной формы правления является порядок замещения поста главы государства.

Так, в одном из наиболее авторитетных изданий утверждается, что формы правления в значительной мере различаются в зависимости от того, осуществляется власть одним лицом или же она принадлежит коллективному выборному органу. В первом случае это монархическая форма правления, во втором – республиканская1. Выделяя «на современном этапе развития общества, в частности, в условиях капитализма» конституционную монархию и буржуазную республику, отмечается, что различие между этими формами определяется в конечном счете тем, каковоположениеглавы государства –монарха и президента2.

Авторы другого достаточно авторитетного учебника исходят из того, что основными формами правления являются монархия и республика. Они четко различаются по тому принципу, кто и как правит в государстве, т.е. кто осуществляет в нем верховную власть3. Аналогичной позиции и аргументации придерживаются авторы иных общетеоретических работ.

Подмена теоретического уровня осмысления проблемы ведет к чрезмерной политизации предмета анализа, сформулированные при этом

1Общая теория государства и права. Академический курс. В 3 т. Т. 1. Государство / отв. ред. М. Н. Марченко. 4-е изд., перераб. и доп. М. : Норма : ИНФРА-М, 2013. С. 328–329.

2Там же. С. 336–337.

3Теория государства и права: учебник для вузов / под общ. ред. О.В. Мартышина.М. : Юрлитинформ, 2012. С. 132.

13

выводы и обобщения не получают прикладного характера, в силу чего конституционная практика остается вне достаточного научного обеспечения. Безусловно и то, что в данном случае намеренно снижается уровень общей теории государства и права: в орбиту исследования вовлекаются не свойственные ее инструментарию объекты познания. Не случайно, что общетеоретический анализ собственно категории государства и права – формы государства – практически отсутствует и заменен ее составляющими. Осмыслению сложнейшей в общетеоретическом правоведении категории формы государства авторы проанализированных нами работ уделяют мало места1. Часть не может представить целого; дробление единого объекта неизбежно порождает «мелкотемье», общие тенденции и закономерности в этом случае подменяются частностями. Вследствие этого фундаментальный характер теории государства и права используется явнонепоназначению.

Общий взгляд на утвердившиеся в теории государства и права и гораздо в меньшей степени в политологии подходы к пониманию формы правления обнаруживает два изъяна, связанных, во-первых, с отсутствием определенности в оценке проблемы, во-вторых, со слабо прослеживающейся связью формы организации верховной власти с конституцией страны и ее конституционным законодательством. Отсутствие конкретности (точности) в оценке формы правления и соотнесение ее с формальной или материальной конституцией не позволяют правильно понятьконституционную природуданного феномена.

Так, в одной из работ утверждается, что «наиболее характерной чертой полупрезидентской республики является установление ответственности перед парламентом отдельных министров, но не главы правительства, которым фактически, а часто и юридически остается президент. Эта тенденция нашла выражение в конституционном праве ряда стран Латинской Америки – Венесуэле, Колумбии, Перу, Уругвае и др.»2. На самом деле в конституционном праве отмеченных стран наблюдаются принципиально иные процессы. Если обратиться к анализу Конституции Федеративной Республики Бразилии от 5 октября 1998 г.,

1Форма государства / Теория государства и права: учебник для вузов / под общ. ред. О. В. Мартышина. М., 2012. С. 132; Форма государства / Теория государства и права : учебник для бакалавров / под ред. В. К. Бабаева. 3-е изд., перераб. и доп. М. : Юрайт, 2013. С. 109–110; Форма государства / Общая теория государства и права. Академический курс. В 3 т. Т. 1. Государство / отв. ред. М. Н. Марченко. 4-е изд.

С. 327.

2Теория государства и права: учебник для бакалавров / под ред. В. К. Бабаева.

С. 116.

14

то вывод авторов о «полупрезидентской республике» в этой стране, основанный на положениях глав II и I Конституции, не выдерживает никакой критики. Для полупрезидентской республики характерно наличие двух центров исполнительной власти, что полностью отсутствует в рассматриваемом случае. Согласно ст. 76 Конституции «исполнительная власть осуществляется Президентом Республики, которому помогают государственные министры»1; не соответствует Конституции сделанный авторами вывод об ответственности министров» (правильно – государственных министров) перед парламентом. Однако Конституция страны такого рода взаимоотношений между законодательной и исполнительной властью не устанавливает. Согласно ст. 50 (в ред. Конституционного закона от 7 июня 1994 г. № 2) Палата депутатов и Федеральный сенат, а равно любая из их комиссий, могут только вызвать государственного министра «для личного предоставления информации по предварительно определенным вопросам»2. Конституционная же ответственность государственных министров возможна только перед Президентом, в исключительную компетенцию которого входит «назначение и смещение государственных министров» (п. I ст. 84)3. Подобными недостатками страдает вывод авторов данной работы о том, что «парламентской республике имманентно присуща нестабильность правительства, частые правительственные кризисы и отставки (в ФРГ она вообще невозможна)»4.

Абстрактность в оценке формы правления лишает ее тех конституционных характеристик, вне анализа которых понимание данного феномена выглядит схематичным и не раскрывает всего богатства присущих ему свойств и характеристик. Конкретность в оценке понятия формы правления необходима по соображениям его применимости в реальной конституционной практике. В отличие от категории «форма государства», которая имеет сугубо доктринальное значение, понятие формы государственного правления есть часть государст- венно-правовых реалий, и описание ее сущностных характеристик важно для составления основополагающих учредительных актов, среди которых на первом месте стоит национальная конституция. Поэтому для многих стран данное понятие, будучи закрепленным в на-

2Там же. С. 475.

3Там же. С. 494.

4Теория государства и права: учебник для бакалавров / под ред. В. К. Бабаева.

С. 116.

15

циональной конституции или в иных конституционных актах, получает легальное звучание.

В отличие от теории государства и права государствоведческий подход к осмыслению формы государственного правления заключает в себе значительно больший потенциал; именно с этих позиций становится возможным познание природы верховной власти современного государства, тенденций и закономерностей ее функционирования, эволюционную суть преобразований, происходящих в организации власти.

Такой подход действительно отвечает истинному предназначению конституционного права в структуре национального права. Именно конституционное право представляет собой ту часть национального права, нормы которой закрепляют основные устои социальноэкономической и политической организации общества, а также его духовно-культурную составляющую; в сущностном (концептуальном) значении в составе конституционного права выделяются два главных объекта конституционного регулирования: 1) гражданские права и свободы и 2) публичная власть (ее организация, структура, порядок формирования, компетенция)1. При обобщенном подходе к оценке предмета конституционного права можно заключить, что именно форма правления выступает одной из наиболее важных его составляющих. По этой причине форма правления выступает одним из главных объектов конституционного регулирования. Достаточно сказать, что конституции некоторых стран посвящены исключительно нормативному оформлению организации верховной власти страны (Конституция США, Франции 1958 г.), собственной Конституцией Швеции признается «Форма правления» – один из четырех основных законов).

Теория государства и права имеет предмет, существенно отличающийся от государствоведческой проблематики. Соответственно при анализе действительных объектов общей юриспруденции эта

1 Червонюк В. И. Конституционное право зарубежных стран : курс лекций: в 10 выпусках. Вып. 1. Введение в конституционное право. Ч.II. М. : Московский университет МВД России, 2009; Червонюк В. И. Конституционное право зарубежных стран : учебно-методический комплекс: Примерная основная образовательная программа; учебник; пособие для семинарских занятий; практикум. 2-е изд., обновл. и доп / под общ. ред. В. И. Червонюка. М. : ООО «Миттель Пресс», 2011. Ч. II. Тема 1; Червонюк В. И. Конституционное право в структуре российского права: аргументы доктрины и потребности практики / Юридическая техника // Ежегодник. Специальный выпуск. Н. Новгород. – 2012. – № 3. – С. 761–773.