Материал: Долговая А.И. - Криминология

тельного расследования — ст. 294 УК РФ, посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование, — ст. 295 УК РФ, угроза или насильственные дей­ ствия в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования — ст. 296 УК РФ, неуважение к суду — ст. 297 УК РФ), а также посягательство на жизнь сотруд­ ника правоохранительного органа — ст. 317 УК РФ, применение насилия в отношении представителя власти — ст. 318 УК РФ, ос­ корбление представителя власти — ст. 319 УК РФ, незаконное пе­ ресечение Государственной границы РФ — ст. 322 УК РФ, проти­ воправное изменение Государственной границы РФ — ст. 323 УК РФ, уклонение от прохождения военной и альтернативной гражданской службы — ст. 328 УК РФ, надругательство над Госу­ дарственным гербом Российской Федерации или Государствен­ ным флагом Российской Федерации — ст. 329 УК РФ, а также са­ моуправство — ст. 330 УК РФ, некоторые преступления против мира и безопасности человечества, массовые беспорядки. Разуме­ ется, в последнем случае речь идет не о «голодных бунтах», а тех «беспорядках», в основе которых лежат целенаправленные акции сепаратизма, расчленения государства и т. п., другие политиче­ ские мотивы, связанные с властью в государстве.

Вообще же при анализе мотивации преступлений, которые называют порой «государственными», и тех явлений, которые данную мотивацию сформировали, нередко выявляются не толь­ ко политические, идеологические соображения, но также коры­ стные или связанные с уходом от ответственности за иные пре­ ступления, неблаговидные поступки, а также с личной обидой на конкретных представителей государства, служащих. Часто на­ блюдается полимотивация — одновременное присутствие не­ скольких мотивов. Чаще всего встречается совокупность эконо­ мической и политической мотивации.

Все это заставляло криминологов, законодателя и практикую­ щих юристов отходить от использования только уголовно-правовых признаков и формулировать содержательные криминологические.

Германские авторы, например, отмечают, что понятие «поли­ тическая преступность» используется в Законе о международной правовой помощи по уголовным делам и в судебной практике ФРГ при решении вопросов, связанных с выдачей преступников. Причем практика Германии идет по линии признания политиче­ скими тех преступлений, которые непосредственно направлены на подрыв основ государственного устройства или конституцион­ ных органов, добрых отношений с иностранными государствами или связаны с воспрепятствованием осуществлению избиратель­ ного права граждан, выборами в органы государственной власти.

§ 4. Выделение иных видов преступности

На примерах «экономической преступности», «политической преступности» видно, насколько сложно производить выделение вида преступности по одному критерию и вообще расчленять на виды столь целостное явление, как преступность. Это касается и таких, на первый взгляд, «простых» случаев, как выделение видов преступности на основе отдельных характеристик субъекта пре­ ступления. Такими характеристиками могут быть: пол (мужская и женская преступность); возраст (преступность несовершеннолет­ них, молодежи, лиц зрелого возраста); социальное положение (преступность служащих, предпринимателей, учащихся, военно­ служащих и т. п.); специфические социальные характеристики и позиции (преступность рецидивистов; преступность лиц, отбы­ вающих лишение свободы, — пенитенциарная) и т. п.

Можно ли в чистом виде выделить преступность несовершен­ нолетних? Если иметь в виду только лиц, которым к моменту со­ вершения преступления не исполнилось 18 лет, но они достигли возраста уголовной ответственности, то можно, но с определен­ ными оговорками (иные лица совершают преступления на рубе­ же совершеннолетия: и до, и сразу после исполнения 18 лет). Ес­ ли же иметь в виду совершаемые ими преступления, то нельзя. Хотя бы потому, что немалая их часть совершается в группе со­ вместно со взрослыми лицами. В этих случаях преступность не­ совершеннолетних бывает результатом или собственных дейст­ вий самих несовершеннолетних, или влияния на них взрослых, или взаимодействия тех и других. Несовершеннолетние могут быть слепым орудием в руках взрослых лиц, и тогда их преступ­ ления фактически имеют черты преступлений не подростков, а взрослых лиц, возможно, характеризующихся криминальным профессионализмом. Уголовная ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления предусмотрена в УК РФ (ст. 150).

Можно ли полагать, что вклад женщин в преступность опре­ деляется состоянием так называемой женской преступности, включающей совокупность преступлений, совершаемых женщи­ нами? Удельный вес женщин среди выявленных лиц, совершив­ ших преступления, всегда был небольшим (как правило, 10— 16%), во всяком случае, значительно меньшим, нежели удельный вес женщин в населении (более половины). Границы данной преступности размыты, поскольку, во-первых, часть преступле­ ний женщины совершают в соучастии с мужчинами, во-вторых, за немалым числом преступлений мужчин стоят женщины: или как подстрекатели, или как пособники, которых, как правило, не

498 Раздел V. Отдельные виды преступности

изобличают и не привлекают к уголовной ответственности. Либо женщины играют ту роль, которая уголовным законом не оцени­ вается как преступная: потребители добытого преступным путем, провокаторы развития определенных потребностей, интересов как основы мотивации криминального поведения. Например, по данным Т. А. Сидоренковой, среди мотивов преступного насилия мужчин в отношении женщин в семье в 60% исследованных ав­ тором случаев были обида и последующее желание мести, в 11% — ревность и только в 4% — корысть, в 0,5% — сексуальный мотив. В 20% случаев истинный мотив установить не удалось. Непосредственные ситуации криминального насилия были ре­ зультатом продолжительных конфликтов в семье и развившихся в их результате неприязненных отношений1.

По данным Е. Г. Горбатовской2, в общем массиве потерпев­ ших женщин по рассмотренным судами делам об умышленных убийствах 85% были убиты своими мужьями, сожителями, родст­ венниками. Причем примерно каждая пятая из них ранее уже подвергалась насилию, побоям, истязаниям со стороны будущего убийцы, о чем сообщалось правоохранительным органам. Но при этом криминологу важно, что было с остальными четырьмя: сколько из них стали жертвами собственного виктимного поведе­ ния, в том числе психического насилия над мужчинами. Еще Ч. Ломброзо и Э. Ферреро обращали внимание на многообраз­ ные варианты причастности женщин к преступности, в том чис­ ле и через проституцию3.

Соответственно, не удается выделить «мужскую» преступность в чистом виде. Известно немалое число фактов, например, убийств женщинами мужей, которые длительное время соверша­ ли преступления, терроризировали свою семью, создавали невы­ носимые условия для ее существования. Также нуждается в спе­ циальном системном исследовании проблема преступности муж­ чин и женщин, их взаимодействия.

Наряду с социально-демографическими группами выделяются также группы по социально-экономическим, иным критериям. В их числе: рабочие, служащие, лица, занятые в сельском хозяй­ стве на разных основах, предприниматели, лица без постоянных

1 См.: Сидоренкова Т. А. Криминологические проблемы предупреж­ дения насилия против женщин в семье: Дис. ... канд. юрид. паук. М., 1999. С. 43-45.

2См.: Горбатовская Е. Г. Характеристика потерпевших от убийств (опыт конкретного криминологического исследования) // Криминоло­ гическая характеристика убийств. М., 1997. С. 39—52.

3См.: Ломброзо Ч., Ферреро Э. Женщины-преступницы и проститут­ ки. Киев, 1902.

источников дохода, в том числе безработные, зарегистрирован­ ные в установленном порядке, а также лица без определенного места жительства и занятий.

Как уже отмечалось, различными отечественными и зарубеж­ ными авторами выделяются «общеуголовная преступность», «рес­ пектабельная преступность», «властно-элитная преступность», «цивилизованная преступность»: «...развитие современной циви­ лизации активно вызывает к жизни необычные криминогенные начала в человекочуждой практике. Происходит метаморфоза пре­ ступности, или видоизменение, переход в другие формы развития, в которых и приобретаются внешние виды или деяния (например, киберпреступность, ядерная мафия) и функции (например, обес­ печение криминального контроля существующей системы прива­ тизации, физическое устранение конкурентов, несговорчивых партнеров, обеспечение политических целей и т. д.»1.

Выделение «цивилизованной преступности», как, впрочем, и преступности в экстремальных ситуациях, в условиях военного времени, — это выделение видов не преступности, а ее специфи­ ческих состояний — качественных и количественных характери­ стик преступности в определенных социальных условиях.

При выделении разнообразных видов преступности можно находить все новые и новые критерии. Но всегда нужно при этом задавать себе вопросы: что дает выделение новых видов, как они взаимосвязаны между собой и как данные взаимосвязи влияют на преступность и ее изменения, связаны ли они с закономерно­ стями преступности и могут ли помочь в борьбе с ней? Здесь ис­ следователь неизбежно встает перед необходимостью соотнести между собой выделенные виды, а также понять их место в общей структуре преступности, этого крайне сложного явления.

Важно не забывать о сложных взаимодействиях различных пре­ ступлений и субъектов их совершения. Для организованной преступ­ ности характерно соединение, «сплавление» преступлений разных видов в единую организованную преступную деятельность.

§ 5. Виды преступности или виды криминологии?

Некоторые авторы, углубленно исследующие отдельные виды преступности, обосновывают и демонстрируют подход, в соот­ ветствии с которым выделяются, например, «социально-демогра­ фическая криминология», «семейная криминология», «политиче­ ская криминология» и т. п. Д. А. Шестаков пишет: «Сегодня се-

1 Горшенков А. Г., Горшенков Г. Г., Горшенков Г. Н. Преступность как объект управленческого воздействия. Сыктывкар, 1999. С. 29.

мейная криминология представляет собой сформировавшуюся научную дисциплину, входящую, как часть в целое, в общую криминологию»1. Новой учебной дисциплиной называет «поли­ тическую криминологию» П. А. Кабанов2.

Очевидно, что криминологическое изучение преступности в сфере семейных отношений предполагает анализ и самой преступ­ ности, и ее детерминации с вычленением причинности, и особенно­ стей борьбы с ней, а также методик ее изучения. Но можно ли в этом случае говорить о новой науке — семейной криминологии? Думает­ ся, что нет, так как закономерности преступности в сфере семейных отношений нельзя изучать без знания закономерностей преступно­ сти в целом, следует учитывать закономерную взаимосвязь преступ­ ности в семье с так называемой алкогольной преступностью, реци­ дивной преступностью, другими ее видами. Методология и методи­ ка криминологии весьма значимы также для изучения конкретного вида преступности. Сохраняют для них свое значение и общая тео­ рия преступности, ее детерминации, причинности, и теоретические учения о преступнике, борьбе с преступностью.

В программе курса «Политическая криминология» есть разде­ лы «Понятие, предмет и система курса политической кримино­ логии», «Методика и методология политической криминологии», где, например, предусматриваются такие вопросы: «Место поли­ тической криминологии в системе юридических наук», «Проб­ лемы организации криминологических исследований». То есть, во-первых, происходит частичное дублирование общих вопросов криминологии, во-вторых, отчетливо просматривается, что речь идет о выделении не просто учебного курса. В конечном итоге, спецкурсы по политической или семейной преступности для краткости можно было бы обозначить как «политическую крими­ нологию» и «семейную криминологию». Но из программ стано­ вится ясно, что вычленяется «наука», а это чревато опасностью недиалектического рассмотрения разных проявлений преступно­ сти как сложного, системно-структурного и целостного явления.

Г. Н. Горшенков в книге «Криминология массовых коммуни­ каций» пишет о такой криминологии как о частной криминоло­ гической теории3. Такой подход представляется более обоснован­ ным.

1 Шестаков Д. А. Семейная криминология. СПб., 1996. С. 3; Он же. Семейная криминология. Программа специального курса. СПб., 1999.

2 См.: Кабанов П. А. Политическая криминология. Программа курса. Нижнекамск, 1998.

3 См.: Горшенков Г. Н. Криминология массовых коммуникаций. Н. Новгород, 2003. С. 11.