Материал: Долговая А.И. - Криминология

бин писали в связи с эффектом общественной паники, создавае­ мой преступностью: «Она настраивает общественное мнение в пользу «решительных» административных мер борьбы с этим тревожным явлением. Буржуазия охотно ориентирует обществен­ ное мнение в этом направлении. Здесь она находит по меньшей мере троякую выгоду. Это дает ей возможность отвлекать внима­ ние масс от действительных причин преступности в капитали­ стическом обществе. Буржуазия может искать популярности с помощью не столько эффективных, сколько эффектных мер, не тратя денег на проведение широких социальных реформ. Нако­ нец, она пытается использовать ситуацию, не контролируемую ею и, по сути дела, дискредитирующую капиталистический образ жизни, в своих политических интересах. Ее цель — избавиться от своей же собственной законности... В этом, и именно в этом от­ ношении конституционные гарантии правосудия становятся за­ граждениями, завалами на ее пути»1.

Чем более осознается необходимость учета интересов разных социальных групп и недопущения острых столкновений в обще­ стве, тем больше внимания уделяется оздоровлению социальных условий — общему предупреждению преступности.

Кроме того, важное предупредительное значение имеет такое положение, при котором закон предоставляет возможность выра­ жать различные политические интересы и взгляды, если они не носят криминального характера (подрывают мир и безопасность человечества, права и законные интересы граждан, националь­ ную безопасность и т. п.), вести политическую дискуссию легаль­ но, в рамках закона.

Важны также отношение к политической оппозиции и пове­ дение этой оппозиции, характер разрешения противоречий поли­ тических интересов разных социальных групп, политических партий и движений и то, происходит ли такое разрешение в рам­ ках закона или в противоправной форме. Все это влияет на пре­ ступления, связанные с проведением выборов, референдумов, а также на ряд иных, которые внешне выглядят как общеуголов­ ные, но совершаются по политическим мотивам (заказные убий­ ства, иные расправы с неугодными лицами, фальсификация уго­ ловных дел и иные преступления против правосудия).

Существенно и то, как строится система борьбы с преступно­ стью, система социального контроля в обществе, каковы содер­ жание и направленность законодательства.

Когда преступность в обществе достигает широких масштабов и отличается высокой организованностью, она определяет дея-

США: преступность и политика. М., 1972. С. 351—352.

тельность и определенных политических партий, движений, ста­ раясь держаться в тени. Тем самым пытается создать для себя наиболее выгодные условия широкого плана. Так возникают «те­ невая политика», «теневая юстиция».

Наиболее подробно проблемы влияния политического факто­ ра на преступность в отечественной криминологии рассмотрены

вработах И. И. Карпеца1, В. Н. Кудрявцева и В. В. Лунеева2 и

П.А. Кабанова3.

Духовная сфера общественной жизни — сложное и многопла­ новое явление. В литературе отмечается, что она включает «об­ щественное и индивидуальное сознание, сознание научное и обыденное, мировоззрение и мироощущение, научные знания и иллюзии, религиозные и эстетические взгляды, этические и юри­ дические нормы, а также духовную жизнь и сознание классов и социальных групп, самосознание классов и наций (народностей), идеологию и социальную психологию»4.

Подсистемами духовной сферы выступают наука, искусство, идеология, религия, образование и воспитание.

Обусловленные экономикой идеологические, социально-пси­ хологические явления оказывают обратное влияние на экономи­ ку, социальную жизнь общества, политику.

Сознание — это субъективный продукт, преобразованная форма общественных отношений, проявляющаяся через деятель­ ность людей5.

Изучение духовной сферы жизни общества позволяет понять: с какими взглядами, установками, ценностными ориентациями, традициями, элементами культуры взаимодействовали эле­

менты экономической, социальной и политической ситуации; объектом каких общественных влияний было ранее население

и в том числе лица, совершающие преступления. Эти влияния могли запечатлеваться в общественном сознании, передаваться

1 См.: Карпец И. И. Преступность: иллюзии и реальность. М., 1992. С. 215-233.

2 См. главу 12 «Политическая преступность» в учебнике «Кримино­ логия» (под ред. В. Н. Кудрявцева, В. Д. Эминова. М., 1999).

3 См.: Кабанов П. А. Политический терроризм: Криминологическая характеристика и меры сдерживания. Нижнекамск, 1998; Он же. Тотали­ тарная преступность должностных лиц советского государства. Нижне­ камск, 1999.

4 Овчинников В. С. Мировоззрение как явление духовной жизни об­ щества. Л., 1978. С. 77. См. также: Уледов А. К. Духовная жизнь общест­ ва. М., 1980.

5 См.: Леонтьев А. Н. Деятельность, сознание, личность. М, 1975. С. 12.

денное правосознание. Последнее формируется под влиянием и теоретических элементов сознания, и реальной общественной практики людей, а также передаваемых от поколения к поколе­ нию и поддерживаемых определенными социальными группами обычаев, традиций.

Криминологу важно понять, каковы истоки отрицательного отношения к уголовному запрету, его нарушения: следование ли это традиции (кровной мести, например) или распространенному в обыденном сознании ряда групп убеждению, что в отношении обидчика допустимо применение физического насилия, а в «суде правды не найдешь», либо просто элементарное незнание нару­ шенной нормы закона.

В дореволюционной России существовала Комиссия собира­ ния народных юридических обычаев при Отделении этнографии Императорского Русского географического общества. В разрабо­ танной Комиссией программе, например, содержались такие во­ просы: «Признает ли народ одинаково важным убийство всякого человека? Не имеют ли разноверие и разноплеменность влияния на оценку убийства?», «Как относится народ к кражам, какое при оценке их придает значение нужде и не делает ли различия меж­ ду случайными ворами и ворами по ремеслу? Какие наказания назначаются за кражи?»1.

При изучении правосознания выделяются пять элементов:

знание права; представления о праве (неточные знания, формируемые в ре­

зультате знания норм морали и других норм либо личного опыта и наблюдений);

отношение к нормам права; требования к праву (при отрицательном отношении к норме

права одни могут требовать ее ужесточения, другие — смягче­ ния);

отношение к исполнению правовых предписаний. Последний элемент отличается от отношения к праву: встре­

чается убеждение в необходимости исполнять даже плохой закон, пока он — закон, и убеждение, что даже необходимое правовое предписание можно нарушить в удобной для правонарушителя ситуации. Именно последний элемент чаще всего дефектен у лиц, совершающих преступления, и отличает их правосознание от правосознания контрольной группы лиц.

Кроме того, у преступников даже верные правовые взгляды не бывают сформированы на уровне убеждений и установок.

1 См.: Программа для собирания народных юридических обычаев. СПб., 1889.

В социально-правовой установке выделяются:

воззренческий уровень, когда соответствующие взгляды вы­ сказываются в результате ознакомления с соответствующей нор­ мой права или логического умозаключения;

эмоциональный уровень, когда взгляды становятся убежде­ ниями, бывают эмоционально окрашены;

поведенческий уровень, когда налицо готовность к поведению в соответствии с данными взглядами.

Реальное поведение, как уже отмечалось, может отличаться от этой готовности в результате сильного влияния ситуации. Но данная социально-правовая установка способна оказать влияние на содержание актуальной установки, столь значимой в механизме преступного поведения1.

Анализируется взаимодействие социально-правовых, нравст­ венных, религиозных и других установок, включающих три ука­ занных уровня, а также системы ценностных ориентации — уста­ новок на базовые ценности2.

Важна иерархия ценностных ориентации. Если в ней верхние позиции занимает верность друзьям, то ради них несовершенно­ летние преступники способны совершить самые тяжкие преступ­ ления, осознавая их уголовно-правовой характер и коря себя за нарушение закона. Если высшей ценностью для личности служит материальная выгода, то во имя нее могут быть в конкретных си­ туациях принесены в жертву многие нравственные, религиозные и правовые ценности.

Криминологу приходится анализировать характер функцио­ нирования таких учреждений, как школы, иные воспитатель­ ные и образовательные институты, средства массовой инфор­ мации.

При росте организованной преступности и использовании ею официальных структур, институтов общества отмечается прямое их применение для пропаганды либо оправдания преступной идеологии и психологии, распространения информации о фор­ мах криминального поведения, даже для его рекламы. Например, когда стала издаваться «Еженедельная деловая газета для всех — Миллионер», в № 2 за 1992 г. была опубликована статья: «Чита­ тели «Миллионера» не платят налогов» с подзаголовком «Один из универсальных способов избежать налогов на предпринима-

1 См.: Криминологические проблемы правосознания и общественно­ го мнения о преступности. М.; Прага, 1986.

2 См.: Водзинская В. В. Понятия, установки, отношения и ценност­ ные ориентации в социологическом исследовании // Философские нау­ ки. 1968. № 2; Личность и ее ценностные ориентации. Вып. 1. М., 1969.