Требования, предъявляемые к форме (построению, конструированию) санкций в законе состоят в установлении достаточно точной и полной, социально обусловленной и обоснованной с научных позиций системы санкций в уголовном законе, законодательно-технические требования соблюдения единства и взаимной согласованности санкций.
В соответствии с этими требованиями в законе закрепляется система разнообразных по своим карательным и воспитательно-превентивным возможностям мер уголовно-правового воздействия, устанавливается стройная, внутренне согласованная, научно обоснованной система санкций, вследствие чего суду предоставляются широкие возможности выбора в каждом конкретном случае справедливой и наиболее целесообразной меры уголовно-правового воздействия в отношении виновного.
Следует, по-видимому, также различать в содержании принципов уголовно-правового воздействия требования, предъявляемые к построению системы санкций, формулированию их в законе. Это конструктивные статические требования, обращенные к содержанию санкций или к их форме. Их можно еще назвать принципами обеспечения соответствующего уголовно-правового воздействия, призванными обеспечить оптимальное и наиболее эффективное осуществление целей уголовно-правового воздействия посредством построения оптимальной системы санкций в уголовном законе.
От них следует отличать динамические требования, предъявляемые к применению санкций на практике, обеспечивающие функционирование системы санкций. Это функциональные требования, которые также могут быть содержательными и формальными.
Одни принципы могут содержать одновременно и требования статические, и динамические, с преобладанием тех или других, но некоторые принципы могут содержать требования только статические или только динамические.
Рассмотрим перечисленные выше принципы уголовно–правового воздействия в их проявлении применительно к построению и применению уголовно-правовых санкций подробнее, имея в виду, что комплекс содержащихся в них требований может дать представление о некоей «идеальной модели» системы уголовно – правовых санкций.
1. Принцип целесообразности состоит в требовании соразмерять воплощение мер уголовно-правового воздействия в законе и применение их на практике с поставленными перед ними целями. Это предполагает, прежде всего, правильное определение целей уголовно-правового воздействия в уголовном законе, а также направленность на осуществление этих целей каждой из предусмотренных законом и назначаемой за конкретное преступление мер уголовно-правового воздействия. Каждая такая мера должна соответствовать указанным в законе целям уголовно-правового воздействия своим содержанием и возможностями, вносить в их осуществление максимально необходимый в каждом конкретном случае вклад.
Этот вклад должен быть, с одной стороны, достаточным для достижения целей уголовно-правового воздействия, с другой стороны, не обходиться обществу слишком дорогой ценой. В конечном итоге он должен способствовать тому, чтобы эффект от применения мер уголовно-правового воздействия был максимальным, а отрицательные последствия его сводились к минимуму.
Как указывал П.П. Осипов, система уголовной юстиции должна отчитываться перед обществом не только за результаты, достигнутые ею в охране от преступных посягательств правопорядка, но и учитывать общесоциальные ресурсы (экономические средства, людские резервы), которые могут быть выделены на борьбу с преступностью без существенного ущерба для решения других социальных задач, а также отрицательные экономические, политические и идеологические последствия применения уголовного законодательства. (102, с. 72-73).
Придя к заключению о наличии оснований для установления соответствующей меры уголовно-правового воздействия в санкции, законодатель должен взглянуть на этот вопрос и с указанных позиций - с точки зрения целесообразности ее применения в отношении данного вида преступлений. Соответственно, и суд с тех же позиций должен в каждом конкретном случае решать вопрос о назначении той или иной меры уголовно-правового воздействия. На практике иногда даже при наличии достаточных оснований в деле имеются какие-то обстоятельства, которые делают нецелесообразным назначение наказания или иной меры уголовно-правового воздействия в данном конкретном случае данному конкретному виновному.
Каждый раз, решая вопрос о применении меры уголовно-правового воздействия, суд должен учитывать не только все обстоятельства совершенного преступления и особенности личности виновного, но и те последствия, к которым может привести принимаемое им решение. Это важно в индивидуальном плане, но еще более - в широком социальном плане. Так, в литературе справедливо обращалось внимание на отрицательные последствия применения лишения свободы и некоторых других видов наказания. В частности, на то, что широкое применение наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью приводит к изъятию из народного хозяйства специалистов ряда остродефицитных профессий — продавцов, шоферов и т. д. Негативные последствия для семьи осужденного может иметь непродуманное применение штрафа, конфискации имущества, лишения свободы, иных мер уголовно-правового воздействия.
Важным требованием принципа целесообразности является недопустимость применения мер уголовно-правового воздействия не в соответствии с их социальным назначением - для получения каких-либо выгод, не связанных непосредственно с осуществлением целей уголовно-правового воздействия. К примеру, применение наказаний имущественного характера только на том основании, что преступлением причинен имущественный ущерб, который предполагается возместить применением наказания имущественного характера. Хотя в приговорах мотивы принятия решений о применении той или иной меры уголовно-правового воздействия зачастую не указываются или указываются лишь в самом общем виде, упомянутая зависимость иногда прослеживается при анализе материалов уголовных дел.
К сожалению, в судебной практике не всегда уделяется достаточное внимание тому обстоятельству, что в каждом случае назначения меры уголовно-правового воздействия суд должен исходить не в последнюю очередь из целей такого воздействия. Во многих случаях судьи не очень задумываются над тем, во имя каких целей осужденному назначается именно данная мера, способна ли последняя ее реализовать и каким образом, какие у нее для этого имеются возможности и что получится в итоге ее применения.
В связи с этим большое значение имеют соответствующие законодательные предпосылки: четкость формулирования целей не только уголовного наказания, но и всего комплекса мер уголовно-правового воздействия, а также учет этих целей (прежде всего ресурсного их аспекта) при определении в законе порядка и условий назначения различных мер уголовно-правового воздействия и при установлении их в санкциях.
В этом плане как положительный момент следует отметить отнесение законодателем в новом Уголовном кодексе РФ к числу общих начал назначения наказания требования учитывать при назначении наказания «влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи» (ч. 3 ст. 60 УК РФ). Вместе с тем, такое решение представляется нам паллиативным, половинчатым, поскольку выделяет лишь одну из целей наказания, в то время как следовало бы указать на необходимость учитывать в соответствующих случаях и иные интегративные цели, стоящие перед наказанием и перед иными мерами уголовно-правового воздействия. Однако сам по себе факт специального указания в законе на необходимость учета целесообразности применяемых мер примечателен.
Представляется, что осознанный учет в каждом конкретном случае при применении мер уголовно-правового воздействия стоящих перед ними целей настолько важен, что соответствующее требование обоснованно должно быть возведено в ранг принципа уголовно-правового воздействия.
Этот принцип имеет весьма важное значение, ибо прежде всего и именно с его реализацией связана проблема обеспечения эффективности уголовно-правового воздействия. Не будет эффективным уголовное наказание или иная применяемая в отношении виновного мера уголовно-правового воздействия, если она не отвечает требованиям целесообразности.
П.П. Осипов, предпринявший попытку раскрыть уголовно-правовой механизм реализации целей частного и общего предупреждения преступлений, обоснованно отмечал, что «объектом институционального воздействия уголовно-правовых санкций являются субъективные причины преступного поведения, т. е. совокупность отрицательных (криминогенных) личностных свойств, способных самостоятельно или в сочетании с внешними криминогенными факторами детерминировать в будущем преступное поведение». При этом уголовно-правовая санкция, применяемая в целях предупреждения преступлений со стороны осужденного, «должна быть способна исключить, затруднить, уменьшить и т. д. вероятность совершения осужденным нового посягательства, сходного с прежним по своим криминологическим свойствам. Это обеспечивается тремя основными средствами, в полном объеме или частично, в большей или меньшей степени присущими всем мерам уголовно-правового воздействия: 1) устрашением осужденного карательными элементами наказания; 2) установлением за образом жизни и поведением осужденного специального контроля, призванного, в частности, создать у него представление о неотвратимости более суровой ответственности в случае нового вступления в конфликт с уголовным законом; 3) изменением социального статуса осужденного и на этой основе лишением или ограничением его объективной возможности совершить новое преступление, сходное с прежним по своей криминологической природе». (102, с. 69).
Возможности уголовно-правовых санкций по частному предупреждению преступлений определяются как их внутренним содержанием (набором и характером содержащихся в них средств частнопредупредительного воздействия на осужденного), так и состоянием объекта воздействия, т. е. личности виновного, положением осужденного в системе общественных отношений, на которые он посягал, объективными условиями, обеспечивающими институциональную эффективность мер уголовно-правового воздействия. «Иначе говоря, - делает вывод П.П. Осипов, - целесообразность применения той или иной санкции зависит не только от ее внутреннего содержания, но и от ряда обстоятельств внешнего порядка», которые необходимо учитывать. (Там же).
В этом плане важное значение имеет типологизация преступников по характеру и степени криминальной зараженности и вытекающей из нее общественной опасности личности. Изменение социального статуса последней является, по мысли автора, наиболее надежным средством уменьшения ее общественной опасности. (Там же, с. 70).
Уголовно-правовые санкции способны оказывать и общепредупредительное воздействие на лиц, склонных к совершению преступлений - т.н. «неустойчивых». Такое воздействие осуществляется путем устрашения указанных лиц угрозой применения к ним кары, а также (и прежде всего) – путем обеспечения неотвратимости уголовно-правового воздействия на виновных во всех случаях действительного совершения преступления. Автор справедливо соглашается с известной точкой зрения, что предупредительная сила наказания зависит не столько от его суровости, сколько от неотвратимости; общепредупредительные возможности уголовно-правового воздействия более высоки у более строгих мер воздействия, и наоборот, но переоценивать значение строгости уголовно-правовой репрессии в борьбе с преступлениями недопустимо.
«Повышение эффективности как частного, так и общего предупреждения преступлений может обеспечиваться по нескольким направлениям и не зависит только и исключительно от ужесточения уголовной репрессии. Так, частнопредупредительные потенции уголовно-правовых санкций, не связанных с лишением свободы, могут быть существенно повышены за счет усиления специального контроля за образом жизни и поведением осужденных. Для повышения эффективности общего предупреждения далеко не исчерпаны такие резервы, как обеспечение неотвратимости ответственности и улучшение информированности потенциальных правонарушителей о существующей карательной практике». (Там же, с. 70-71).
По мнению П.П. Осипова, институциональная целесообразность, понимаемая «как реальная возможность (способность) санкции обеспечить в конкретном случае (случаях) охрану общественных отношений посредством частного и общего предупреждения преступлений», может служить «достаточно надежным и наиболее обоснованным показателем» при оценке вклада судебной деятельности в обеспечение профессионально-целевой результативности уголовно-правовых санкций. (Там же, с. 71-72).
Целесообразными должны быть не только отдельные меры уголовно-правового воздействия, их отражение в конкретных санкциях, но и система таких мер, и система уголовно-правовых санкций, а также их применение на практике в конкретных случаях. С этих позиций, уголовно–правовые санкции должны содержать в своем составе разнообразные меры уголовно - правового воздействия, предоставлять суду достаточно широкие возможности выбора наиболее целесообразной в каждом конкретном случае меры воздействия на виновного.
Как отмечает Г.Л. Кригер: «...существенное значение имеет не только многообразие видов наказания, предусмотренных в Общей части уголовного законодательства, но и степень использования отдельных из них в санкциях статей Особенной части, а также соотношение в каждом из видов наказаний карательных и воспитательных элементов». (195, с.126).
Принцип целесообразности предполагает также определенные требования юридико-технического характера к характеру и содержанию мер уголовно-правового воздействия и их отражению в уголовном законодательстве. С точки зрения юридической техники, например:
представлялось бы целесообразным закрепить непосредственно в законе всю систему мер уголовно-правового воздействия и определить стоящие перед ними интегративные цели;
разнообразные виды наказаний должны разнообразно быть представлены в системе санкций, вряд ли оправданно явное преобладание одних их видов над другими;
должны использоваться наиболее рациональные приемы построения санкций как относительно-определенных и, как правило, альтернативных; в необходимых случаях должны использоваться санкции с дополнительными наказаниями - «кумулятивные»;
подход к определению пределов относительно-определенных санкций должен быть логически объясним - они не должны быть ни чрезмерно широкими, как, например, это имеет место в ст.ст. 205, ч. 3; 206, ч. 3; 356, ч. ч.1, 2 УК, ни чрезмерно узкими как, например, в ч. 2 ст. 127 УК; причем пределы санкций должны определяться в соответствии с некими закономерностями, определенной типологией, связанной, к примеру, с категориями преступлений (вряд ли правильно, когда за преступления одной категории, например, небольшой тяжести, существует множество вариантов санкций) и т.д.
Система санкций, отвечающая указанным требованиям, должна быть способна предоставить необходимые возможности суду, стремящемуся назначить оптимальное наказание виновному - и справедливое, и целесообразное, и эффективное.
При этом следует определиться и с теми требованиями, которым с позиций целесообразности должны отвечать конкретные разновидности санкций. Как отмечалось выше, применительно к относительно-определенным санкциям существует проблема оптимизации их нижних и верхних пределов и установления оптимального разрыва между ними, с тем чтобы они правильно, адекватно отражали характер и степень общественной опасности данного вида преступлений, их социальную и правовую оценку. Установление оптимальных пределов санкции должно ориентировать суд на назначение во всех случаях за данного вида преступления справедливой и наиболее целесообразной меры уголовно-правового воздействия виновному, с одной стороны, предоставлением достаточного простора для свободы судейского усмотрения, с другой стороны, установлением разумных и обоснованных - оптимальных пределов такому усмотрению, исключающих или сводящих к минимуму возможность судейского произвола.
Альтернативные санкции должны содержать такое количество и таких видов уголовного наказания, причем в таком соотношении, которые предоставляли бы суду все возможности для избрания индивидуальной, справедливой и наиболее целесообразной меры наказания каждому виновному в совершении преступления данного вида.
Кумулятивные санкции должны включать такие сочетания основных и дополнительных видов наказания, которые в наибольшей мере способствовали бы оптимальной реализации целей наказания при соблюдении требований, предъявляемых к сочетаемости дополнительных наказаний с основными - чтобы дополнительное наказание было менее строгим, чем основное, и иного вида, нежели основное.
Целесообразность уголовно-правового воздействия предполагает в качестве обязательного условия требование применения мер уголовно-правового воздействия с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, и особенностей личности виновного.
В качестве принципа применения мер уголовно-правового воздействия идея индивидуализации заключается в требовании учитывать при решении вопроса об установлении указанных мер в санкциях и избрании конкретной меры воздействия в отношении конкретного осужденного личностные особенности виновного. В отношении лиц, представляющих повышенную опасность для общества, упорно не желающих становиться на путь исправления, мера уголовно-правового воздействия должна быть более строгой. В отношении же тех, кто совершил преступление впервые и способен исправиться без изоляции от общества, нет необходимости (нецелесообразно и несправедливо) назначать строгую меру уголовно-правового воздействия. Это индивидуализация, так сказать, с количественной стороны. Но для успешного осуществления целей уголовно-правового воздействия важно, чтобы мера уголовно-правового воздействия соответствовала особенностям личности виновного не только по размеру, но и по характеру. Например, в отношении лица, виновного в совершении корыстного преступления, может быть целесообразным применение имущественного наказания (конфискации имущества, штрафа), в отношении лиц, опасных по своей связи с преступной средой данного региона, - мер уголовно-правового воздействия, которые прерывали бы такие связи (лишение свободы, либо отмененные ныне, но весьма полезные в некоторых случаях при надлежащем их исполнении ссылка и высылка) и т. д.
Принцип целесообразности обеспечивается дифференциацией мер уголовно-правового воздействия и их применением в соответствии с индивидуальными особенностями виновных. В этих целях в законодательстве:
1) устанавливается система разнообразных мер уголовно-правового воздействия;
2) предусматривается возможность использования мер уголовно-правового воздействия к различным по социально-нравственной запущенности типам преступников;
3) ограничивается возможность применения отдельных мер уголовно-правового воздействия в отношении некоторых категорий преступников - несовершеннолетних, женщин, нетрудоспособных и др.;
4) устанавливаются широкие пределы относительно-определенных санкций, санкции с дополнительными наказаниями (кумулятивные), предполагается возможность (и даже отдается предпочтение – в оответствии с принципом экономии репрессии) применения в каждом случае иных мер уголовно-правового воздействия, не связанных с наказанием;
5) при построении санкций, определении их содержания, характера и пределов учитываются особенности типов личности преступников, совершающих соответствующие виды преступлений;
6) путем установления факультативных кумулятивных санкций судам предоставляются возможности, как правило, самим решать вопрос о целесообразности применения той или иной меры дополнительного наказания в зависимости от конкретных особенностей преступления и личности виновного;
7) в отношении некоторых видов дополнительных наказаний предусматривается право суда назначать их по своему усмотрению—когда такая мера не указана в санкции закона либо названа в ней как одна из основных мер наказания, но не избрана подсудимому в этом качестве;
8) не исключается возможность применения в определенных случаях не одного, а одновременно нескольких дополнительных видов наказаний;
9) закрепляется требование о необходимости учитывать при назначении наказания личность виновного, а также обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие наказание (ст. 60 УК); и т. д.
Целесообразность уголовно-правового воздействия предполагает также соблюдение требований оптимального сочетания основных и дополнительных наказаний. От оптимальности сочетания указанных видов наказаний в значительной мере зависит эффективность уголовно-правовых санкций и уголовно-правового воздействия в целом. Оптимальными следует признать такие сочетания основных и дополнительных наказаний в законодательстве и в судебной практике, которые отвечают следующим основным требованиям:
1) дополнительное наказание не должно быть однородным с наказанием основным, чтобы его содержание не было простым продолжением содержания основного наказания, а придавало бы общей мере наказания специфическую направленность на устранение известных антисоциальных свойств личности осужденного, способствовало его исправлению и предупреждению новых преступлений;
2) мера дополнительного наказания при установлении в санкции и при назначении осужденному не должна быть более строгой, чем мера наказания основного, поскольку «именно основное наказание призвано прежде всего и главным образом выступать адекватной карой за содеянное и основным инструментом исправления и перевоспитания виновного. Если же достижение указанных задач переносится на дополнительное наказание, то, во-первых, нарушается идея закона о делении наказаний на основные и дополнительные; во-вторых, становится неясной функция каждого из наказаний». (57, с. 11). Необходимость соблюдения данного требования признается в уголовно-правовой теории (216, с. 26; 240, с. 14; 57, с. 11; и др.) и на практике. Соответствующее правило содержалось в ст. 50 УК РСФСР 1922 г., где прямо указывалось, что к основному наказанию присоединяется менее тяжкое дополнительное наказание.
Эти требования вытекают из юридической природы основных и дополнительных видов наказаний, из логики соотношения их ролей в осуществлении целей наказания. Значение деления уголовных наказаний на основные и дополнительные заключается, в частности, в том, чтобы при их совместном применении они были направлены на ограничение различных по характеру и значимости интересов виновного или затрагивали одни и те же его интересы, но в разной, степени, в связи с чем эти наказания должны быть различными по характеру и объему.
2. Принцип обоснованности состоит в требовании наличия достаточных фактических и юридических оснований для принятия решения относительно установления в законе и применения на практике уголовно-правовой санкции того или иного вида, характера и содержания. Обоснованный - значит «подтвержденный фактами, серьезными доводами, убедительный». (160, с. 371).
Каждая уголовно - правовая санкция и предусмотренная уголовным законом система санкций в целом, как и составляющие их содержание все меры уголовно - правового воздействия, должны быть социально обоснованными. То есть должна существовать необходимость, социальная потребность в соответствующих санкциях, и именно в такой их системе, которая адекватно отражала бы характер и степень общественной опасности преступлений, за совершение которых они предусматриваются. Также и применение на практике соответствующих санкций и содержащихся в них мер уголовно-правового воздействия должно вызываться необходимостью применения именно этих санкций и именно данных уголовно-правовых мер.