Материал: История Кыргызстана

Обеспечение землей и перевод к оседлости в условиях Кыргызстана еще не означали создания достаточных условий для коренного изменения хозяйственного уклада с тем, чтобы созданная на его основе экономика стала материальной базой нового общественного строя. Нужны были новые формы хозяйственных связей, высокопроизводительная техника, орудия труда. Особенно необходима была широкомасштабная ирригационная работа. И она началась в республике, как и во всей Средней Азии, сразу же после установления советской власти. Однако успешно начатые ирригационные работы были прерваны началом гражданской войны. Ирригационные работы в Киргизии возобновились с окончанием гражданской войны и переходом на новую экономическую политику. Таким образом, в годы новой экономической политики в корне изменились социально-политический строй и хозяйственный уклад коренного населения Кыргызстана.

Земельно-водная реформа 20-х гг. в Кыргызстане

12 -- 18 сентября 1920 г. состоялся V съезд КПТ. В осуществление постановления ЦК РКП(б) съезд вынес решение о проведении земельной реформы в Семиречье, согласно которой у русских кулаков-переселенцев отбирались излишки земли сверх трудовой нормы и передавались безземельным и малоземельным дыйканам. Земельная реформа началась зимой 1920/21 г. с ликвидации выселок и водворения выселенцев на прежние места жительства. В начале 1921 г. в большинстве волостей Каракольского уезда уже производилась конфискация кулацкого имущества, часть которого раздавалась батракам. В апреле во всем уезде в основном завершилось выселение самовольцев. Из 13 поселков, возникших на захваченных у кыргызов землях, было переселено 963 хозяйства. На их место вселили 1578 кыргызских семей. В Нарынском уезде, где переселенцев было немного, их сселили в один поселок, в результате чего высвободилось около 15 тыс. дес. земельных угодий, предложенных под устройство кыргызов. В Пишпекском уезде за период с 15 марта по 20 апреля 1921 г. на изъятых у кулаков и самовольцев землях было устроено 4500 кыргызских семей. В Аулие-Атинском уезде, как отмечалось на заседании коллегии НКЗ Туркреспублики 9 апреля 1921 г., работа по проведению земельной реформы почти завершилась. В Южном Кыргызстане также шло выселение самовольцев в старожильческие села и наделение их землей по трудовой норме. Земельно-водная реформа проходила через преодоление яростного сопротивления кулачества. Уже в период подготовки реформы 5 ноября 1920 г. в Нарыне вспыхнул мятеж, во главе которого стояли кулаки и бывшие эсеры. Руководители Нарынской партийной организации и органов советской власти были арестованы, многие из них расстреляны, государственные склады разграблены. Советская власть в Нарыне была восстановлена 20 ноября с помощью войск. Кулаки саботировали осуществление реформы, отказывались от засева отведенных им земельных участков, подбивая к этому и среднее крестьянство, скрывали в горах скот, зарывали в землю зерно, а иногда даже сжигали все свое хозяйство. Кулаки буквально наводняли центральные и местные советские учреждения жалобами на реформу, используя ошибки и перегибы, допущенные при ее проведении. В Пишпекском и Пржевальском уездах появились бандитские шайки, чинившие физические расправы над активом кыргызской бедноты, по деревням распространялись прокламации и слухи антисоветского содержания. 31 августа 1922 г. с воззванием «Ко всему населению Семиреченской области» обратился М. И. Калинин. Он указывал, что земельная реформа проводилась с ведома и согласия ВЦИК в целях уравнения в правах на воду и землю местного и русского населения, поэтому то, что было проделано, не подлежит никакому изменению. Отдельные недостатки реформы, допущенные из-за ее «ударного характера», ВЦИК поручил соответствующим органам устранить в кратчайший срок. Реформа объявлялась в основном законченной. В дальнейшем землеустроительная работа проводилась планомерно. В результате земельно-водной реформы 1921 -- 1922 гг. поступило в фонд землеустройства более 198 тыс. лес. удобной земли. В этот же фонд было передано более 200 тыс. дес. свободных государственных пахотных земель, сенокосов и пастбищ. Землю и пастбища получили 5970 безземельных и бедняцких хозяйств, было землеустроено около 11 тыс. хозяйств кочевников и полукочевников. В 1923--1924 гг. в Северном Кыргызстане были землеустроены 22 наиболее густонаселенные волости. Образовано 294 земельных общества (надела). На площади 1,5 млн. дес. было землеустроено 59842 хозяйства (44437 -- коренного населения и 15405 -- русского). В 1925--1927 гг. были землеустроены еще 125688 хозяйств, получивших 3,5 млн. дес. земли. Значение земельно-водной реформы состояло не только в том, что кыргызам вернули незаконно отнятые у них земли, обеспечили наделом безземельных и малоземельных. Ее подготовка и проведение послужили поводом для дальнейшей консолидации кыргызского народа, хотя, к сожалению, не везде и не всегда на здоровой основе. Земельно-водная реформа, мероприятия советской власти, направленные на фактическое уравнение в правах народов, придали массовый характер возвращению кыргызов на родину. Важным этапом решения аграрного вопроса в Кыргызстане стала земельно-водная реформа 1927--1928 гг. на юге республики, проведение которой задержалось вследствие распространенного там басмачества, слабости советских органов и, наоборот, сильного влияния баев, манапов и мусульманского духовенства. Реформа, осуществляемая спустя 10 лет после Октябрьской революции, завершила фактическую национализацию земли в этом районе. В ходе реформы было экспроприировано 497 крупных хозяйств. Всего в распределительный фонд поступило 45777 га поливной и 22831 га богарной земли. Было землеустроено около 18600 хозяйств. Размер землепользования каждого из этих хозяйств увеличился в среднем в 5 раз. Дыйкане освободились от уплаты баям ренты в сумме примерно 1356 тыс. руб. в год.

Культурное строительство в Кыргызстане в 20-е гг. XX в.

После установления в Кыргызстане советской власти наряду с другими преобразованиями началось и культурное строительство. Самым тяжелым наследием царизма была поголовная неграмотность кыргызского народа. Без ее ликвидации невозможно было поднять образовательный и культурный уровень коренного населения. Так, в 1921 г. в Каракольском уезде открылось 20 школ грамоты, в которых обучалось 1100 человек, а в Пишпекском -- 59 школ и курсов ликбеза и число обучающихся в них постепенно увеличивалось. Образование Киргизской автономной области, а затем -- автономной республики, разработка национальной письменности, выход на кыргызском языке газеты «Эркин Тоо», ставшей своеобразной «азбукой», составление первого букваря для взрослых, организация добровольного общества «Долой неграмотность» -- все это послужило благоприятными условиями для развертывания ликвидации неграмотности. В результате всенародной борьбы за грамотность в 1934--1937 гг. в республике было охвачено обучением более 400 тыс. неграмотных и малограмотных. К концу 1938 г. общая грамотность в Кыргызстане составляла уже 70%, а среди населения в возрасте от 9 до 49 лет -- 80%, в том числе среди мужчин -- 89,4%, среди женщин -- 74,4%. Образование кыргызской государственности, создание национальной письменности и другие факторы подготовили благоприятные условия для дальнейшего развития школьного образования. Особенно бурное развитие народное образование в республике получило в 30-е годы. Этому во многом способствовал рост ассигнований на эти цели. В 1930/31 уч. г. было введено всеобщее обязательное начальное обучение, что ознаменовало новый этап в развитии школьного образования, но и потребовало больших усилий. К концу второй пятилетки здесь в основном завершилось всеобщее обязательное обучение: в эти и последующие годы наряду с всеобщим обучением большое внимание уделялось расширению сети неполных и средних школ. В середине 20-х годов в республике открываются первые средние специальные учебные заведения. В 1925 г. организуются столь необходимые Кыргызстану 2 сельскохозяйственных и 2 педагогических техникума. В последующие годы открывались все новые и новые средние специальные учебные заведения. К концу 1940 г. в Кыргызстане насчитывалось уже 33 техникума, в том числе 11 сельскохозяйственных, 8 медицинских, 6 педагогических, 3 -- готовящих специалистов промышленности, строительства и транспорта, 3 -- выпускающих работников экономики и права, 2 -- работников искусства. В октябре 1932 г. в столице республики открылся Кыргызский педагогический институт, положивший начало развитию высшего образования. С каждым годом в республике крепла и расширялась сеть высших учебных заведений, росли число студентов и профессорско-преподавательский состав. Появляются первые газеты в Кыргызстане -- «Пишпекский листок», «Голос пролетариата», «Токмакский вестник». На страницах уездных газет печатались декреты Советского государства, решения и распоряжения центральных и местных властей, хроника местной жизни. В 1924 г. была разработана кыргызская письменность на основе арабской графики, 7 ноября этого же года вышла первая в истории народа газета на кыргызском языке «Эр-кин Тоо» («Свободные горы»), положившая начало развитию национальной печати, книгоиздательского дела и профессиональной литературы. Наряду с периодической печатью в эти годы в республике налаживается книгоиздательское дело, чему способствовало организованное в 1926 г. Кыргызское государственное издательство. Постепенно увеличиваются количество издаваемых книг, их объем и тираж. Всего в 1928--1940 гг. выпущено около 2600 названий книг. Большую помощь республике оказывали издательства Москвы и Казани.

Мощным средством массовой информации является радио. В 1926 г. во Фрунзе был построен первый радиоузел на 80 радиоточек. А в 1930 г. в Кыргызстане, в городах и в сельских районах, насчитывалось их уже 29. Работа тогда сводилась главным образом к ретрансляции передач иногородних станций, редко это были передачи из радиостудии и чтение материалов из республиканских газет и журналов. В 20-х годах начинаются отдельные археологические обследования исторических памятников, сбор этнографических материалов и кыргызского фольклора, в том числе запись героического эпоса «Манас» из уст выдающегося манасчи С. Орозбакова.

В апреле 1924 г. при Наркомпросе Туркестанской АССР была создана Кыргызская научная комиссия, которая проделала значительную работу по созданию национальной письменности, подготовке к изданию лучших образцов устного народного творчества. Летом 1926 г. во Фрунзе открывается Центральный музей (ныне Исторический музей) Кыргызстана. Он был первым научно-просветительским учреждением и являлся опорной базой для краеведческих работ. Национальная профессиональная литература начинается с создания письменности на кыргызском языке и печати. Процесс ее становления и дальнейшего развития связан с именами К. Тыныстанова, С. Карачева, А. Токомбаева, К. Баялинова, М. Токобаева и других кыргызских писателей. Основными темами были Октябрьская революция, советская власть, В. И. Ленин, происходящие в кыргызском обществе преобразования, национальное возрождение, социальное освобождение, раскрепощение женщин, борьба с пережитками прошлого и т. д. Профессиональное кыргызское искусство -- театральное, музыкальное, изобразительное и киноискусство -- появилось только в годы советской власти. В 1926 г. была организована Кыргызская музыкально-драматическая студия, которая одновременно была и учебным заведением, и творческим коллективом. Через четыре года она преобразуется в государственный театр. В 1936 г. на базе этого театра организуются Кыргызский музыкально-драматический театр и Кыргызская государственная филармония. В тесной связи с театральным искусством зародилась и окрепла кыргызская профессиональная музыка -- начиная с песни и романсов до симфонических произведений, оперы и балета. Ее развитие связано с именами таких талантливых композиторов, как А. Малдыбаев, М. Абдраев, А. Тулеев, А. Аманбаев, К. Молдобасанов, Н. Давлесов, Т. Эрматов, С. Медетов, В. Власов, В. Фере, П. Шубин, М. Раухвергср и многие другие.

Попытка создания Кыргызской Горной области в 20-х гг. в Кыргызстане

Впервые вопрос об образовании самостоятельной административной кыргызской области в составе Туркестанской АССР поднимался в 1921 г. Необходимость образования области мотивировалась тем, что, во-первых, разрозненность кыргызского населения по отдельным областям, уездам и даже участкам Туркестанской республики мешала социально-экономическому и культурному развитию народа. Во-вторых, это положило бы конец обостряющейся борьбе между отдельными группами казахских и кыргызских работников Джетысуйской областной структуры управления. В-третьих, самостоятельное государственное образование кыргызов должно было способствовать ускорению ликвидации басмачества в южной части Кыргызстана. Была и другая причина. В 1921 г. ЦИК Киргизской (Казахской) АССР ходатайствует перед Президиумом ВЦИК о включении Сырдарьинской и Джетысуйской областей в состав образованной в 1920 г. автономии казахов. Предложение находит поддержку в Наркомате национальностей и вопрос в принципе решается положительно. Устраивалась судьба казахского населения Сырдарьинской и Джетысуйской областей, но усложнялась проблема национального суверенитета кыргызского народа. Создавалась реальная опасность для его консолидации. В этой обстановке народ (особенно его образованная часть) не мог оставаться безучастным. В марте 1922 г. по инициативе Ю. Абдрахманова, И. Арабаева, А. Сыдыкова вновь поднимается вопрос о выделении кыргызских уездов в отдельную Горную область. Таким образом, на этом этапе борьбы за обретение кыргызами государственности одни, поддержав сверху спущенную идею, добивались государственности конституционно-правовым путем, другие -- путем вооруженной борьбы -- в рядах басмачества. 25 марта 1922 г. секретариат ЦК КП(б) Туркестана принимает постановление о районировании Джетысуйской области. Чем поручается Президиуму ТуркЦИКа опубликовать декрет об организации Горной области в составе Туркестанской республики, которая образуется из Пишпекского, Пржевальского, Нарынского уездов и горного участка Аулие-Атинского уезда. Вопрос о горной части Ферганы, населенной кыргызами, был оставлен открытым до перехода Ферганы на мирное положение. Однако принципиально решенный вопрос об образовании Горной области вызывает сопротивление со стороны части кыргызских работников во главе с Р. Худайкуловым. Они начинают вести работу против созыва съезда. Их поддерживает и часть казахских руководителей как в Ташкенте, так и в Алма-Ате, рассматривающих кыргызов как часть казахов и считающих, что не может быть и разговора о различии между кыргызами и казахами. Исполбюро Джетысуйского обкома и президиум Облисполкома ровно через два месяца после принятия ими решения об образовании Горной области резко меняют свои позиции и выдвигают такие предварительные условия, часть которых остается неразрешимой даже через десятилетия. В этом сказалось и то, что на позицию руководителей Джетысуйской области решительно перешли многие руководители Туркестана -- Ходжанов, Асфендияров, Тюракулов и другие, игравшие в то время значительную роль в политической жизни края, зная, что большинство кыргызских работников поддерживают их политического соперника Рыскулова. В случае выделения области на ключевых постах окажутся они, а не сторонники Худайкулова -- «окыргызившегося» казаха. Все это привело к тому, что съезд, созванный 4 июня 1922 г., с санкции туркестанских и джетысуйских властей был распущен. Очень существенную роль в этом сыграла и доходившая до кулачной драки групповая борьба делегатов, разделенных по родоплеменным признакам. Таким образом на неопределенное время было отложено исполнение естественного стремления кыргызского народа на самостоятельное государственное образование (даже с ограниченной автономией). В неудаче первой попытки создания кыргызской Горной области в 1922 г. сказалось совокупное влияние сил и факторов, как противоборствовавших, так и способствовавших естественно-исторической мечте кыргызского народа. К числу первых относились: великодержавная и унитаристская позиция части советских политических и государственных деятелей центра, прикрытая псевдореволюционной фразеологией; действия шовинистически настроенной части общетуркестанских руководителей, не признававших самостоятельности отдельных малочисленных народов, в том числе и кыргызов; рецидивы трайбализма, происки части участников групповой борьбы за власть среди кыргызских работников, опасавшихся за вероятное ослабление своих позиций в случае создания самостоятельной государственности.