Материал: Иванова История россиыского предпринимателства 2015

кита Демидов поставлял в казну по низкой цене снаряды и ружья. От Петра I он получил разрешение на поиск руды на Урале. Обнаружив на Уральском хребте ряд месторождений железной руды и меди, он закрепил их за собой. В 1702 г. Н. Демидов получил из казны сначала Невьянский железоделательный завод на Урале, а затем и другие предприятия. К заводам были приписаны десятки сел и волостей, чтобы обеспечить их рабочей силой. В дальнейшем при непосредственной поддержке государства Н. Демидов и его старший сын приумножили свое достояние. Так, получив Верхотурские заводы, которые давали изначально 20 тыс. пудов железа в год, Демидовы стали производить на них по 400 тыс. пудов. Это

достигалось за счет привлечения все новой и новой рабочей силы − приписных крестьян, беглых, каторжных. Привлекались к работам и шведские пленные, знавшие толк в металлургии. Вопреки запретам переманивались лучшие работники с казенных заводов. Это позволяло Демидовым поставлять железо в казну дешевле других предпринимателей и получать при этом огромные прибыли. Расширяя свои заводы, Демидовы и подобные им заводчикипредприниматели опирались не только на поддержку власти, но и на собственные предпринимательские способности, капиталы и возможности. Умело используя экономические и социальные реалии той поры, они действовали жестко, не останавливались перед насилием, произволом и самоуправством. Так, крепостное право позволило приспособить капиталистическую мануфактуру к феодальному строю. Предприятия уральских предпринимателей и, прежде всего, демидовские заводы стали материальной базой стремительного рывка России в XVIII веке. Уже первые уральские домны, построенные на заводах Демидовых, оказались значительно крупнее, продуктивнее и экономичнее английских, которые в то время считались лучшими.

В целом деловая активность в стране выросла, однако поддержка «новых предпринимателей» имела для них неоднозначные последствия. Внедрявшийся монополизм и привилегии изначально сужали пространство для свободной конкуренции. А без конкуренции крупные промышленники сплошь и рядом обращали ее в источник огромных доходов, нисколько не заботясь о развитии производства и техники. Государственный монополизм, воровство фабрикантов и взяточничество чиновничества, тормозили развитие

81

производительных сил страны. Богатые купцы не стремились вкладывать средства в новое дело, так как крепостные мануфактуры являлись не собственностью купца, а лишь его условным владением. Тем не менее, производственные отношения в крепостной мануфактуре в основе своей были капиталистическими, хотя и были облечены в феодально-крепостническую форму. Капиталистическими были и купеческие мануфактуры с наемными рабочими.

Наиболее интенсивно при Петре I развивалась металлургическая и текстильная промышленность. Однако большинство потребительских товаров изготовлялось на уровне кустарно-ремесленного производства. Мелкие производители изготовляли и основную часть промышленных изделий. Они подчас добивались таких успехов, что становились конкурентом даже для городских мануфактур. Введение подушной подати втрое увеличило налоги крестьян и посадских людей. Это фактически затормозило развитие крестьянского предпринимательства. Защищая интересы городских мануфактур, царское правительство запрещало производство крестьянами некоторых видов изделий – сукна, амуниции, железа и т.п. Но оно было не в состоянии задержать развития крестьянских промыслов. Крестьянские промыслы послужили базой для возникновения и роста частной промышленности в будущем. Подобные процессы шли и в городском ремесле.

Предпринимателям в петровскую эпоху приходилось действовать в тяжелых условиях. Петр I и не надеялся без принуждения добиться успеха в развитии промышленности. В таких условиях предприниматели были бесправны, не имели достаточной экономической свободы для развития деловых отношений. К тому же казнокрадство и взяточничество достигли небывалых прежде размеров. Тем не менее, предпринимательство, деятельное начало которому положил Петр I, к концу XVIII в. укрепилось как важный фактор экономического развития страны и утвердилось в качестве ведущего направления торгово-промышленной политики государства .

Главное отличие предпринимателей петровской эпохи от их постсоветских коллег состоит в том, что «птенцы гнезда Петрова» сами создавали отечественную промышленность практически на пустом месте, в то время как многие нынешние олигархи получили то, что создавалось трудом миллионов их сограждан.

82

В целом реформы Петра I превратили российский строй из сословной монархии в дворянскую абсолютистскую монархию с развитым бюрократическим аппаратом, с мощным государственным хозяйством. Однако для ускорения развития производительных сил широко использовалась крепостническая система. В отличие от капиталистической промышленности в странах Западной Европы, основанной на свободном труде обученных рабочих, вышедших в основном из ремесленников, российские предприниматели использовали крепостной подневольный труд крестьян. К тому же многие из них сами оказались под жестким бюрократическим контролем. Все это предопределило более медленное развитие мануфактур и промышленности в целом. Форсированная европеизация России осуществлялась жестокими методами. Это привело к быстрому росту бюрократического аппарата. Себестоимость петровских преобразований огромна. Подати с населения утроились, а население России сократилось более чем на 15%. Однако прямому западному воздействию подверглись не более 0,5% населения. Таким образом, несмотря на все реформы Петра I, в петербургской империи господствовал социокультурный тип Московской Руси.

Петровские эксперименты с религией ослабляли основы духовной жизни и общности русского народа. Церковь стала получать от государства право на существование. При Петре I и его преемниках продолжается секуляризация церковных земель. Христианство превращалось в идеологический инструмент монархии. Руководство церковными делами стал осуществлять Святейший Синод из церковных иерархов, возглавляемый светским чиновником – оберпрокурором. Петр I сам назвал себя «крайним судией духовной сей коллегии». Правда, в стране развивалась практика этнической и религиозной терпимости.

Чтобы подчеркнуть историческую преемственность, Петр I приказал увековечить заслуги Александра Невского. Петр I принимает решение перенести прах великого русского полководца из Владимира в Санкт-Петербург, в Александро-Невский монастырь. Раку с останками Александра Невского несли на руках до Новгорода, затем на яхте по Волхову и Ладожскому озеру доставили в Шлиссельбург, после чего царь на галере довез прах до монастыря. На церемонию встречи 30 августа 1724 г. прибыл Невский флот. Петр I вместе с виднейшими сановниками перенес раку в церковь

83

Благовещения. Возвращался Петр I на ботике. Как только процессия появилась у Петропавловской крепости, началась «пальба из пушек парусных судов», а крепость «отдала ботику честь» выстрелами из 21 пушки. На Невской пристани ботик был вновь сдан на хранение в Петропавловскую крепость.

Преобразования Петра I в сфере деловой жизни не вывели ее на качественно новый рубеж развития. Достигнутый на крепостнической основе промышленный подъем лишь укрепил традиционное российское общество с его командно-регулируемой экономикой и подчинением предпринимателя государству. Попавшие в полную экономическую зависимость от государства предприниматели России не могли действовать свободно, творчески, как действовали предприниматели Запада, находившиеся в условиях свободной рыночной экономики. Совершенно иной была и их психология. Запад, воспитанный на идеях протестантизма, стремился не только к личному обогащению, но и к приумножению капитала, расширению своего дела. Российские предприниматели, «вмонтированные» в государственную жизнь, привыкшие служить, разделяющие ценности традиционного общества, мечтали не столько о развитии собственного дела, сколько о престижной и высокооплачиваемой, а в известной мере, и доходной государевой службе.

Значение правления Петра I состояло в том, что, признавая превосходство Запада, он имел достаточно здравого смысла, чтобы придать вестернизации дух национального сопротивления отсталости, принятия западного опыта не как национальной капитуляции, а как национального подъема. Петр I хотел воплотить идею новой России, остающейся собой и развивающей свой потенциал на основе подключения к западному опыту. Вся разница между Петром I и другими российскими правителями заключалась в том, что он стремился создать такую нравственную обстановку в стране, при которой царь становился слугой своего Отечества в противовес русской традиции «служения правителю». В петровское время представление о пользе ассоциировалось с поддержкой государства. Его служение Отечеству модернизировало страну больше, чем даже заимствование западного опыта. Он постоянно разъяснял своим соотечественникам цель, которой надо добиться, показывая при этом пример государственной ответственности, создавая общественный пафос. Именно служение Отечеству, а не царю становит-

84

ся альфой и омегой национальной идентичности страны, главной во всей идеологии петровского и после петровского времени и в разных модификациях просуществовавшей почти до крушения

СССР.

Однако ценой петровской модернизации стал фактически цивилизационный раскол в стране. Отныне появляются две разные России, два разных образа жизни. Дворянское сословие заняло господствующее положение, стало перенимать европейские культурные образцы. В стране был дан импульс развитию просвещения, образования, науки и культуры, принимавших все более светский характер. Государственные методы реформирования распространялись и на область культуры.

К европеизированной культуре приобщилась и культурно доминировала правящая элита и аристократия, в то время как народ исповедовал ценности традиционной русской культуры. Если русский религиозный раскол середины XVII в. расчленил национальное сознание и поляризовал русскую культуру по религиозному принципу, то петровские преобразования сделали социокультурный раскол еще более многомерным. Как точно подметил Н.М. Карамзин, Петр I не хотел вникнуть в истину, что «дух народный составляет нравственное могущество государств, подобно физическому, нужное для их твердости». Этот народный дух, мировосприятие и повседневный уклад жизни русского народа вплоть до конца XVII в. формировались православной церковью. Под грохот петровских орудий родилась российская светская культура. Таким образом, в России произошла не модернизация традиционной культуры, как это происходило на Западе, а ее консервация и возникновение светской культуры. Она почти не проникала в традиционную культуру народа. С петровского времени своевременная модернизация промышленного производства России станет альфой и омегой ее существования. Приходится сожалеть, что это забыли наши «младореформаторы», пришедшие к власти в постсоветской России в 90-х гг. XX в.

85