- Степа, Степ, убил я того зайца? У меня энциклопедия была звездного неба. Ты знаешь, есть созвездие зайца. Но его вроде как только в южном полушарии видно. Побываем мы там когда-нибудь?
- Ага, на скале долетим.
Женя оперся на один локоть и еще раз посмотрел вслед кораблям. Вспомнились какие-то слова, что-то странное и дикое. Гор, вар, рог, рав. Откуда это? Как понять?
Степа и Женя шли по селу. Они попрощались около магазина. Степе было налево и до конца улицы, Женя пошел прямо. Он уже видел маму, которая стояла перед их домом. За ее спиной росла вишня, собранная на выданье, и мама, казалось, сама была в белом. Огород, освободившийся от посадок винограда, пустой и свободный, шел ей. Она открыла калитку, пропустила Женю и наклонилась над ним, быстро заглянула в глаза, а потом стала осматривать. Тронула холодные уши, чуть подержала в руках, потом повертела голову, поцеловала в макушку и взяла его руки в свои. Все это очень быстро. Она давно привыкла так его проверять. Уши, руки, голова - всё на месте.
- Ну, нашли клад?
- Там ничего не было, мама, - Жене захотелось все ей рассказать. Она-то точно должна знать, почему, когда очень хочется, а главное надо, - никакого подвига не получается. Почему, когда ты весь душа, - которая всё-таки что-то весит, но тяжесть эта приятная, подгоняющая, - без рук, ног и головы, эту душу берут, подбрасывают и закидывают обратно. И снова уши, руки, голова - всё на месте, а носить их не хочется.
- Я знаю, - так вовремя ответила мама. И Женя понял, что она тоже такое чувствовала. Но почему, не может объяснить. Тогда он прижался к ней, сначала как-то неловко, только лбом, а потом всем лицом, и решил ничего не рассказывать. Степа завернул в дом к деду. Тот еще, видимо, спал, пришлось долго стучать в деревянную дверь.
- Дед, в сундуках ничего нет.
- А где ты искал? Тьфу-ты! Где ты был? Тебя искали все! - вышел на крылечко дед. - Ну, дуй домой щас же. Одна нога здесь, другая там.
Степа улыбнулся деду и побежал. «Созвездие зайца, повиси еще немного на небе, мы до тебя доберемся. А если нет, всё равно себе виси», - подумалось Степе. Над спящими домами луна тихо уходила в небо. Многое, очень многое исчезает красиво. Так рассеивается день и так рассеивается ночь.