Вопрос о содержании и соотношении объекта и предмета прокурорского надзора является одним из наиболее сложных.
Достаточно часто под объектом понимают деятельность поднадзорных органов и лиц, законность поднадзорной деятельности, правовое поведение поднадзорных субъектов, сами поднадзорные органы и лица.
В свою очередь, предмет отождествляют с объектом, деятельностью поднадзорных органов и лиц, исполнением, соблюдением и соответствием законам или ограничивают содержание этого понятия актами и действиями органов и лиц, входящих в предмет надзора.
Наиболее аргументированной является позиция о том, что объект - это деятельность поднадзорных органов и лиц.
В Законе о прокуратуре он определяется перечневым методом путем указания на конкретные органы, учреждения и должностные лица, охватываемые прокурорским надзором в рамках той или иной отрасли.
В этой связи спор о том, что входит в объект надзора - деятельность или ее субъекты, не имеет принципиального значения и практически может быть сведен в юридико-лингвистическую плоскость.
Поскольку категория «предмет» по сравнению с объектом носит более конкретный характер, представляется возможным разделить мнение об ограничении ее содержания актами и действиями (поведением) поднадзорных органов и лиц как фактическими формами выражения их деятельности.
Надзор за исполнением законов при содержании подозреваемых и обвиняемых в изоляторах временного содержания является комплексным направлением прокурорской деятельности. Эта деятельность прокурора осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 08.08.2011 № 237 «Об организации прокурорского надзора за соблюдением законодательства при содержании подозреваемых и обвиняемых в изоляторах временного содержания органов внутренних дел, пограничных органов ФСБ России, на гауптвахтах, в конвойных помещениях судов (военных судов)». Вопросы осуществления прокурорского надзора за исполнением законов при содержании подозреваемых и обвиняемых в изоляторах временного содержания не были предметом научных исследований.
Проводимые ранее исследования касались только прокурорского надзора за исполнением законов в исправительных учреждениях либо в следственных изоляторах.
Вместе с тем практика прокурорского надзора показывает, что необходима разработка целого ряда вопросов как теоретического, так и организационно-методического характера.
Ст.32 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» (далее - Закон о прокуратуре) определяет предмет прокурорского надзора за исполнением законов администрациями мест содержания задержанных (в том числе изоляторов временного содержания) как законность содержания лиц в местах содержания задержанных; соблюдение установленных законодательством Российской Федерации прав и обязанностей задержанных, порядка и условий их содержания.
По нашему мнению, предмет прокурорского надзора, по своей сути, гораздо шире, т.к, во-первых, его основу составляют надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия (процессуальный аспект), а во-вторых, надзор за исполнением законов администрациями мест содержания задержанных (в том числе изоляторов временного содержания).
Прокурорский надзор за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия представляет собой деятельность по предупреждению, выявлению, устранению нарушений закона при осуществлении предварительного расследования в досудебных стадиях уголовного судопроизводства, а также по выявлению и устранению причин и условий этих нарушений. Данный надзор осуществляется прокурорами в пределах их компетенции в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина.
Данная отрасль прокурорского надзора регулируется: статьями 29 и 30 ФЗ «О прокуратуре РФ», статьями 37-41 и некоторыми другими статьями УПК РФ и приказом Генерального прокурора РФ от 28 декабря 2016 года № 826 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия».
Прокурорский надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия и дознания обеспечивает защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а равно защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения.
Прокурор в соответствии с предоставленными законом ему полномочиями, выявляет, устраняет и предупреждает содержащие признаки преступлений нарушения Конституции РФ и других законов, нарушения законов, охраняющих права, свободы и законные интересы участников уголовного судопроизводства, а также другие нарушения, которые могут быть допущены со стороны органов предварительного следствия и дознания при расследовании уголовных дел. В этом заключается сущность надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия и дознания.
В соответствии со статьей 29 ФЗ «О прокуратуре РФ» «предметом надзора является соблюдение прав и свобод человека и гражданина, установленного порядка разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях, ... и проведения расследования, а также законность решений, принимаемых органами предварительного следствия и дознания».
Таким образом, предметом прокурорского надзора на досудебных стадиях уголовного судопроизводства является надзор за исполнением законов как непосредственно администрациями ИВС, так и органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие. В соответствии со ст. 150 УПК предварительное расследование осуществляется либо в форме предварительного следствия, либо в форме дознания. Предварительное следствие производится следователями Следственного комитета при прокуратуре РФ, Следственного комитета при МВД России, Федеральной службы безопасности. Другим объектом, на деятельность которого распространяются надзорные полномочия прокурора, является орган дознания. В соответствии со ст. 40 УПК к органам дознания относятся:
органы Министерства внутренних дел РФ, а также иные органы исполнительной власти, наделенные в соответствии с федеральным законодательством полномочиями по осуществлению ОРД;
Главный судебный пристав РФ, Главный военный судебный пристав, Главный судебный пристав субъекта РФ, их заместители, старший судебный пристав, старший военный судебный пристав, а также старшие судебные приставы Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ;
командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений или гарнизонов;
органы Государственного пожарного надзора федеральной противопожарной службы.
По нашему мнению, в предмет прокурорского надзора за исполнением законов в ИВС входят, во-первых, исполнение требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) о порядке и сроках задержания подозреваемых в совершении преступления; о порядке избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу, о сроках содержания под стражей и порядке их продления, как в досудебном, так и в судебном производстве.
Это наиболее часто проверяется путем изучения документов, на основании которых подозреваемые и обвиняемые (в том числе и подсудимые) находятся в ИВС, а также путем опроса содержащихся в ИВС лиц. Проверяя исполнение в отношении лиц, содержащихся в ИВС, требований УПК РФ, необходимо также выяснять, возбуждено ли уголовное дело, составлен ли протокол задержания, вынесено ли постановление о привлечении в качестве обвиняемого, допрошены ли лица, содержащиеся в ИВС, в качестве подозреваемых и обвиняемых, обеспечено ли соблюдение их права на защиту, в том числе была ли обеспечена возможность свиданий с защитником, в том числе до начала первого допроса.
Объектами прокурорского надзора являются (ст. 7 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ):
следственные изоляторы Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН России) Министерства юстиции Российской Федерации;
изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных органов ФСБ России;
изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел;
гауптвахты Министерства обороны Российской Федерации.
Таким образом, подводя итог всему вышеизложенному, мы можем сделать однозначный вывод.
Поскольку в магистерской работе, автором предмет прокурорского надзора рассматривается в нескольких аспектах, то предлагается в ст. 32 Закона о прокуратуре сформулировать его следующим образом:
Предмет прокурорского надзора составляет надзор за исполнением законов как непосредственно администрациями ИВС, так и органами, осуществляющими ОРД, дознание и предварительное следствие, а также органами и учреждениями, исполняющими наказание, и следственными изоляторами.
Исходя из дальнейшего анализа действующего законодательства, полагаем в той же ст. 32 Закона о прокуратуре указать объект прокурорского надзора:
Объектами прокурорского надзора выступают органы содержания задержанных, предварительного заключения, исполнения наказаний, то есть следственные изоляторы Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН России) Министерства юстиции Российской Федерации; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных органов ФСБ России; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; гауптвахты Министерства обороны Российской Федерации.
.2 Цели и задачи прокурорского надзора
Функции государства и его органов производны от политического режима и государственного устройства, а государственные органы объединены в единую систему, где органы прокуратуры составляют особую группу, имеющую особые функции.
Конституция <consultantplus://offline/ref=8A1EF998604F6FE1655A8510390543675188C8068E6B7D450C934ApCTFU> РФ не содержит полного перечисления функций прокуратуры. При этом путем реализации функций выполняются задачи и достигаются цели, стоящие перед главным надзорным органом.
Цели и задачи прокурорского надзора, как обоснованно отмечает О.И. Куленко, - две категории, тесно связанные между собой, но и отличные друг от друга.
Так, цели - это результат, на достижение которого направлена деятельность прокуратуры, включая и прокурорский надзор, в свою очередь, цели которого определяются статусом прокуратуры, ее местом и ролью в правовой системе и государстве.
Формализация целей содержится в Конституции <consultantplus://offline/ref=8A1EF998604F6FE1655A8510390543675188C8068E6B7D450C934ApCTFU> России и Федеральном законе <consultantplus://offline/ref=8A1EF998604F6FE1655A8510390543675288C605873E2A475DC644CAB0p5T6U> от 17 января 1992 г. N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», а также в отраслевом законодательстве и подзаконных актах.
Целями прокурорской деятельности, в том числе и в уголовном судопроизводстве, являются:
) обеспечение верховенства закона;
) обеспечение единства и укрепления законности;
) защита прав и свобод человека и гражданина;
) защита охраняемых законом интересов общества и государства (ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации»).
Поэтому, исходя из общих целей прокурорской деятельности и с учетом специфики уголовного судопроизводства, перед прокурором в этой области деятельности законодателем поставлены соответствующие задачи.
На него как на должностное лицо в пределах его компетенции, установленной уголовно-процессуальным законодательством, возлагается осуществление от имени государства уголовного преследования и надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия (ч. 1 ст. 37 УПК РФ).
«По-прежнему значительное количество уголовных дел возвращается прокурорами для дополнительного расследования. Повсеместно следственными органами нарушаются конституционные права граждан. Среди очень часто выявляемых прокурорами нарушений - незаконное возбуждение уголовных дел, необоснованное привлечение к уголовной ответственности, нарушение прав участников уголовного судопроизводства».
«Кроме того, во всех правоохранительных органах не искоренены случаи укрытия преступлений от регистрации и учета. В течение 2015 года прокурорами восстановлено на учет более 10 тыс.преступлений, в связи с чем почти 52 тыс. должностных лиц привлечены к дисциплинарной и 105 - к уголовной ответственности.
Растет общее число нарушений закона, выявленных прокурорами в уголовно-правовой сфере, увеличивается количество обоснованных жалоб на действия и решения следователей, дознавателей, органов дознания».
Можно предположить, что наиболее правильным является подход к определению целей и задач, стоящих перед органами дознания и предварительного следствия, посредством анализа назначения уголовного судопроизводства, поскольку их деятельность осуществляется строго на основании уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего порядок осуществления уголовного судопроизводства, частью которого являются досудебные стадии, в рамках которых и действуют органы дознания и органы предварительного следствия.