Материал: Проблемы социальных и гуманитарных наук. Радугин А.А., Перевозчикова Л.С

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

В самом конце XV столетия, в 1497 году на подписанных Иоанном III, Великим князем Московским, грамотах, появляется печать с изображением двуглавого орла византийской иконографической традиции [3]. Возможно, этот символ использовался московским самодержцем на документах и раньше, но до нашего времени дошла только эта грамота с красной восковой печатью, где на лицевой стороне изображен всадник на коне, колющий змея, а на оборотной двуглавый орел с двумя коронами на главах царственной птицы. Печать скрепила жалованную меновую и отводную грамоту государя своим племянникам – детям князя Бориса Волоцкого, с которыми он в 1497 года обменялся землями. В грамоте дважды в титуле Иоанн Васильевич назван господарем (государем) всея Русии [4]. В данном случае мы видим выражение на уровне официального титула государственной программы московских князей по объединению всех русских земель в едином государственном организме, а равно и определенную политическую претензию, которая в скором времени найдет себе новые формы в титуле Великого князя.

Появление рядом с главной эмблемой государя – всадником, который уже в XVI столетии будет официально именоваться - «царь на коне» [12], гербовой фигуры двуглавого орла конечно не случайно. Ученый спорят, что именно, какой идейный и политический посыл должен был отражать, по мнению государя Иоанна III, именно такой герб. Некоторые полагают, что двуглавый орел появился благодаря женитьбе Иоанна на Софье Палеолог [11]. Это уже устоявшееся, устойчивое мнение, многократно отраженное в исторической литературе. Историки XIXнач. XX столетия, ссылаясь на В.Н. Татищева, писали о том, что впереди царственной процессии по прибытию царевны Софьи на Русь несли изображение черного двуглавого орла в золотом поле и латинский крест. Считая, что именно такое цветовое решение фигуры орла и гербового поля бытовало в Византийской империи, В.Н. Татищев полагал, что, заимствуя у династии Палеологов символику, Иван III якобы хотел подчеркнуть, что через женитьбу на племяннице последнего византийского императора он приобретает наследственные права на «византийское наследие» [18.С.21]. Историческими источниками этот факт не подтверждается. Мы не знаем, из каких документов историк почерпнул информацию о золотом знамени с черным двуглавым орлом у посольства, с которым в Россию прибыла Софья Палеолог [21].

«В «Большой Хронике», которая приписывается другу и секретарю последнего византийского императора Константина XI Г. Сфрандзи, рассказывается, что, когда византийский император Иоанн VIII в 1439 году прибыл в Европу на церковный собор, обсуждавший принятие унии с Римским престолом православными греками, в Венеции его встречал «великолепный корабль, предназначенный для императора; гребцы были одеты в дорогие одежды с вышитыми золотыми листьями, а на шапочках у них был изображен вместе с гербом Палеологов св. Марк … Наконец, на корме видны были два золотых льва, а между ними двуглавый орел. Этому же событию – посещению византийским императором Рима в 1439 году, посвящен, сохранившийся до наших дней, барельеф на бронзовых вратах базилики святого Петра в Риме, изготовленный не позднее 1445 года. На нем изображена сцена отплытия Иоанна VIII из Царьграда в Феррару к папе Евгению IV на двухмачтовой галере. Император сидит в шатре, на пологе которого виден огромный двуглавый орел; на носу галеры укреплено треугольное знамя с тем же изображением» [1.С.425]. Наличие такого знамени у императора Ромеев в указанный период фиксируется и на средневековых европейских картах, на которых Константинополь и Трапезунд отмечались красными знаменами с фигурой желтого двуглавого орла на нем.

Общеизвестный исторический факт: 29 мая 1453 г. в день трагической гибели Константинополя под ударами турок тело последнего императора Второго Рима Константина Палеолога, обезглавленное, было опознано только по царским красным сапогам с золотыми двуглавыми орлами [11].

146

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

Уже современники увидели определенный трагический символизм в том, что православная Империя началась при императоре Константине, Константином же и закончилась. Этот мистичико-символический факт завершенного исторического цикла не остался без внимания на Руси и сыграл определенную роль в достаточно выборочном и крайне осторожном принятии «византийского наследства».

Согласно средневековому преданию святой император Константин стоял у преобразования ветхого имперского организма в христианскую Римскую империю, в которой царская и светская власть соединены были в священной симфонии политического единства. Эту симфоническую идею средневековое сознание и видело тем ключом, который способствует правильному «прочтению» гербовой фигуры двуглавого орла [13].

Еще раз подчеркнем важный факт. На Руси двуглавый орел в качестве имперского символа был известен задолго до 1497 г. В восемнадцатом веке была частично утрачена фреска Киевского Софийского собора, изображавшая князя Владимира Святославича или, может быть, Ярослава Мудрого с семьей. Об этой фреске следует помнить, несмотря на ее утрату. Необходимо подчеркнуть ее уникальное значение в силу того, что по времени она предшествует самим византийским памятникам того же плана, на которых на церемониальных одеждах мы видим эмблему двуглавого орла. По рисунку семнадцатого века ученые реконструировали облик и, главное, одеяние князя Владимира или, как вариант, его сына - Ярослава Владимировича. Спор о том, кто был изображен на утраченной фреске, продолжается и поныне. Для нашего исследования важно иное. На красном плаще, на плече, у князя видна птица желтого цвета в красном картуше. За счет изгиба плаща у птицы видна только одна голова. Но положение головы геральдической фигуры позволяет сделать вывод о том, что изображен именно двуглавый орел. Этот рисунок дает нам возможность сделать вывод и о том, что перед нами древнейшее, в цвете, изображение эмблемы двуглавого орла на Руси. Похожая фигура, но уже доподлинно одноглавой хищной птицы известна на утраченной фреске, изображающей ктитора - князя Ярослава Владимировича в храме Спаса на Нередице в Новгороде Великом. И если фреска с Софийского собора датируется одиннадцатым веком, то новгородская – концом двенадцатого. Здесь перед нами все та же традиционная цветовая раскладка гербовой фигуры и поля – желтый орел на красном поле. Здесь же уместно вспомнить о фресках Успенского собора во Владимире, ныне утраченных, где также можно было видеть изображение желтого двуглавого орла в красном поле, что, конечно, ярко свидетельствует о том, что владимирские князья Андрей Боголюбский и Всеволод Большое Гнездо претендуют на императорские регалии.

До времен Царя Алексея Михайловича, когда золотого двуглавого орла стали изображать на знаменах на белом фоне, орел всегда изображался на красном, за редким исключением.

При Царях Федоровиче и Алексее Михайловиче Романовых предметы царского обихода, такие как парадный саадак и ряд других, всегда были выполнены с использованием дорогой красной материи и вышиты золотыми двуглавыми орлами. Известна парадная завеса семнадцатого столетия в Оружейной палате Московского кремля, к трону Московских царей, на которой золотой орел вышит на белом бархатном квадрате и обрамлен красным бархатом, на котором уже, в свою очередь, изображены гербы русских земель.

При первых царях Романовых, как и при их царственных предшественниках на Руси прекрасно знали, что именно такая цветовая гамма гербовой фигуры и щита, золото на красном, отображает древнюю византийскую традицию. Доказательством тому является замечательная икона, написанная московскими мастерами, «Чудо в Хонях с деяниями св. Архангела Михаила» начала семнадцатого столетия, и находящаяся в Московском кремле, в Успенском соборе. Не лишним будет напомнить, что это главный храм Русского государства и иконы в нем должны рассматриваться как целостный ансамбль, выражавший через

147

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

православную символику идею воплощенного в Русской государственности Православного Царства как земной иконы Царствия Небесного.

Так вот, в восемнадцатом клейме этой иконы изображен Архангел Михаил с миндалевидным щитом красного цвета с желтой каймой. В середине щита изображен желтый же двуглавый орел с опущенными вниз, по византийской традиции, крыльями. Рядом с Архангелом коленопреклоненный византийский император с красным же щитом, на котором изображена желтая голова, увенчанная рогами. Этот символ мы не будем здесь комментировать. В иных клеймах данной же иконы мы можем видеть и красные императорские стяги и условное, графическое изображение двуглавого орла на щитах воинов.

Все эти факты говорят об особом символическом значении красного и золотого цветов не только для Византии, но и для Русского Царствия. Уместно вспомнить, что ополчение Великого Устюга в 1612 году шло на освобождение Москвы от поляков под зеленым знаменем с золотым же двуглавым орлом, прямо повторяя цветовую раскладку этого символа с плаща царицы Елены древних византийских икон, и с плаща св. Глеба, фрески храма Спаса на Ковалеве в Новгороде [11]. Подобную же цветовую раскладку золотой гербовой фигуры орла и зеленого поля можно видеть на трофейном русском знамени, которое храниться в Стокгольме в музее военной истории.

Говоря об устюжском знамени, мы можем предположить, что ополченцы считали себя не вправе использовать исключительно царскую прерогативу – золото-красные цвета, каковой они, в действительности, и были, что так наглядно показывают нам цвета шнуров царских печатей на древних актах. Впрочем, цветовая символика шнуров царских печатей требует отдельного дополнительного исследования.

Символика цветового решения геральдической фигуры двуглавого орла и щита связана с древней и устойчивой идеологической программой.

Для нас крайне важным являются строки итальянского автора XIV столетия Джовани Виллани, посвященные истории использования двуглавого орла в качестве имперского символа. Несомненно, итальянец отразил общеизвестные, для своего времени, факты, которые были предметом пристального внимания европейских властительных особ, щепетильно относящихся к вопросам геральдической символики, которая сигнализировала и о социальном статусе владельца, и отражала историю рода, а равно и его политические претензии.

Так вот, Джованни Виллани в «истории Флоренции» в главе «О происхождении римских императорских знамен» доносит до нас бесценную информацию о цветовой символике эмблемы двуглавого орла.

«У великого Помпея была хоругвь с серебряным орлом на голубом поле, а у Юлия Цезаря – с золотым орлом на краном поле. И Октавиан Август племянник и наследник Цезаря, изменил этот герб и принял золотой цвет поля и природный черный цвет орла, символизировавшего власть императора, ибо орел превыше всех птиц, видит лучше любого животного, и взлетает да небесного огненного полушария подобно тому, как император выше любого светского государя. После Октавиана все римские императоры сохраняли тот же герб, а Константин и за ним другие греческие императоры вернулись к гербу Юлия Цезаря, т.е. золотому орлу на алом поле, но двуглавому» [2.С.29-37].

Говоря о гербе Палеологов, ставшим в действительности и гербом империи Ромеев современная исследовательница Л. Гордеева справедливо подчеркивает: «Нет сомнений, что историк не мог бы придумать несуществующего герба великому императору и государству, которое хорошо знали в то время в Европе, связи с которым были самыми тесными во все времена средневековья вплоть до падения Константинополя в 1453 году» [5.С.430].

148

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

То, что императорские гербовые цвета Византии ее последнего «палеологовского» периода были золото-красными, мы уже убедились на множестве, ранее приведенных, примеров. Для полноты картины можно привести еще ряд важных свидетельств.

Вкафедральном храме в честь Апостола Андрея в городе Патры, в Греции, рядом с ковчегом с его святой главой, стоит хоругвь, повторяющая, как это водиться, более древние образцы, вероятнее всего, образцы еще византийского времени. На темно красном бархате изображен золотом косой «Андреевский крест». Верхнюю часть хоругви украшает золотой двуглавый орел с одной короной. Сама хоругвь и цветом и строением очень напоминает Орифламму – святое знамя французских королей, хранящуюся в соборе Сан-Дени, в Париже.

Собственно византийские знамена, каковыми они были в действительности, можно видеть на некоторых общедоступных документах. Например, на цветной средневековой карте Габриэля Вальсека многие земли помечены геральдическими символами той эпохи. Земли Византийской Империи помечены красными флагами с золотым двуглавым орлом! Мы об этом факте упоминали выше.

Взападноевропейской геральдической традиции известен еще один флаг, который считался военным флагом Византийской империи. Знания об этом флаге в Европу принесли крестоносцы. С тех пор он публиковался во многих европейских геральдических атласах. Флаг этот, представлял собой полотнище, разделенной на четыре части. В первой и четвертой четвертях на белом поле изображен прямой красный крест св. Георгия. Этот символ, весьма вероятно, был усвоен, позднее, английской геральдической традицией. Вторая и третья часть военного флага была украшена прямым золотым крестом в красном поле. В четвертях образованных крестом изображалась схематично греческая буква «В», что значило – Базилевс. Этот символ был заимствован сербской геральдикой. Таким образом, мы видим, что красно-золотые цвета были исконной византийской цветовой гаммой, символизировавшей императорскую власть. Наряду с этим использовался для царских парадных одеяний пурпурный цвет – смесь синего и темно красного. Однако обувь Царя неизменно была красного цвета, что было его особой привилегией. И комната дворца Императоров в Константинополе, где появлялись на свет наследники престола, была убрана красными тканями. Родившийся в такой комнате отпрыск царского рода назывался «порфирогенет» («краснорожденный») [15]. Это значило, что ребенок рожден в законном браке, его отец - царствующий Император, а он – законный наследник престола. Таким образом, издревле, красно-золотые цвета обозначали высшую монархическую власть во всей Европе.

ВЗападной Европе у Карла Великого, увенчанного в Риме в 800 год императорской короной, использовались, по свидетельству хронистов, «римские знамена» - полотнища красного цвета с золотыми одноглавыми орлами [16]. В дальнейшем, как мы знаем, Императоры Священной Римской Империи также изображали своего, уже черного, одноглавого орла, не только на желтых и белых, но и на красных знаменах, о чем свидетельствуют многочисленные миниатюры и сохранившиеся изображения на предметах, связанных с государственными инсигниями. Примером тому могут служить императорские регалии в Хофбурге, в Вене. Красный императорский цвет сохранялся на Западе и на знаменах не несущих непосредственно изображения гербовой фигуры двуглавого орла. Например, французская Орифламма – красная королевская хоругвь с языками золотого пламени. Ее копию и сейчас можно видеть в соборе Сан-Дени в пригороде Парижа. Оригинал был уничтожен во времена Французской революции.

Итак, во времена Палеологов двуглавый орел не только был фамильным символом династии, но и совершенно определенно воспринимался, по крайней мере, на Западе, в качестве императорского герба – символа Римской империи [19.С.6]. У нас нет оснований не считать, что и на Руси к этому символу относились таким же образом. Причем, как мы выше

149

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

и увидим ниже, сохранившиеся памятники древнерусского времени свидетельствуют о близком знакомстве русских изографов с византийской геральдической традиции [17.С.4].

Необходимо отметить, что не прибытие царевны Софьи заставило Иоанна Васильевича принять двуглавого орла в качестве дополнительной гербовой фигуры русской государственной печати. Софья пребывает на Русь в 1472 г. А печать, о которой мы говорили выше, датируется 1497 г. Женитьба на племяннице последнего императора Византии стало лишь дополнительным фактором, повлиявшим на выбор символа единодержавного Русского государства [15, c.13]. Главная же причина принятия имперской символики русским государем кроется в его взаимоотношениях со Священной Римской империей. В 1488 г. в Москву впервые пребывает посол с грамотами от «Римского Цесаря» Фридриха и его сына Максимиллиана. Гербом Священной Римской империи являлся черный двуглавый орел в золотом поле. Как видим, данная расцветка герба действительно соответствует традиции, берущей свое начало от «Августа Кесаря». Этот факт весьма значительный для нашего исследования. Для нас также важно помнить, что и император Фридрих и его приемник Максимиллиан признавали за государем Иоанном Васильевичем III императорское достоинство именно так и титулуя его в официальных документах! Безусловно, именно этот факт и отразился на государственной символике молодого единодержавного русского государства. Прекрасно зная, что символы Священной Римской империи указывают на претензию немцев на все «Римское наследие», Иоанн III в качестве государя с императорским достоинством также заявляет свои претензии на наследие Второго Рима. Это наследие воспринималось несколько нелинейно. Наши предки не мыслили себя продолжателями Византии, но считали вполне легитимными права на императорское достоинство своих государей в силу того, что они, оставались последними православными самодержцами во всей вселенной. Иван III, безусловно, знал о гербе Византии времен Палеологов.

Характерной особенностью изображение двуглавого орла на печати 1497 г. является то, что орел представлен именно в византийской иконографии, а не в западной [8.С.4]. Важно также отметить, что утверждая свое царское достоинство, Иоанн III не ссылается на родство с вымышленными предками императорского рода, но гордится своим происхождением от законных русских государей. Что касается цветового решения гербовой фигуры двуглавого орла и щита, на котором он изображался, то тут мы можем обратиться к еще одному уникальному документу. Образцом для русской печати 1497 года могла послужить одна из византийских рукописей. Л. Гордеева, в своем труде об Иване Третьем, считает, что миниатюра из Евангелия морейского деспота Дмитрия Палеолога, брата и соправителя отца Софьи Фомы Палеолога могла послужить подобным праобразом [5]. Эта рукопись находится ныне в Государственной публичной библиотеке Санкт-Петербурга. Видимо, по приказу ее бывшего хозяина Дмитрия Палеолога, на ее свободных листах были дорисованы пять крупных миниатюр, явно демонстрирующих преемственность императорской власти и ее символа – двуглавого орла. На первой миниатюре изображены император Константин I Великий (306-337) и его мать Елена. Затем – держава увенчанная крестом, стоящая на горе. На третьем пергаментном листе – желтого цвета двуглавый орел с императорской короной. На груди орла – медальон с монограммой «Палелог». Далее – основатель династии Палеологов Михаил VIII (1259-1282) [5].

Итак, «палеологовский» орел в Евангелии изображен золотым в красном поле! Более чем вероятно, что именно это цветовое решение герба и было принято при Иоанне III, тем более что именно такие цвета для гербовой фигуры и щита известны на Руси с XI столетия.

Очень важно, и этот факт никак не отразился в отечественной историографии, что в тот момент, когда при Иоанне Грозным официальной «легендой» происхождения царской власти и законных государей на Руси станет «Августианская легенда», в соответствии с которой род Рюриковичей, якобы, ведет свое происхождение от мифического Пруса, брата

150