Материал: Проблемы социальных и гуманитарных наук. Радугин А.А., Перевозчикова Л.С

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

После отмены откупов в 1681 г. доход воронежской таможни и кружечного двора снова несколько снизился. Летом 1681 г. воронежский воевода М. Вырубов по грамоте из приказа Большие казны за приписью дьяка Д. Стефанова выслал в Москву для отчета верного таможенного и кабацкого голову Е. Климова. На тот момент собранная им сумма насчитывала 1122 рубля 7 алтын.

С целью недопущения злоупотреблений таможенных и кабацких голов и целовальников своим положением, все факты выдачи денег и вина в начале XVII столетия производились, как видно по документам, по наказным памятям воевод. Откупщики и выборные головы южнорусских таможен и кабаков были обязаны вести строгую письменную отчетность о собранных пошлинах. День за днем данные о сборе пошлин заносились в так называемые черновые таможенные и кабацкие книги. Для отчета в деятельности кабака, позднее кружечного двора, составлялись кабацкие книги, скорее всего, хранившиеся вместе с таможенными книгами у головы в одном ларце.

Проанализировав документацию Воронежской таможенной избы и кабака (кружечного двора) на протяжении XVII столетия можно выделить три основные ее составляющие. Во-первых, это документы, связанные с делопроизводством кабака (кружечного двора): записи изготовления вина и меда и их продажи. Во-вторых, документы сбора таможенных пошлин. И, в-третьих, сведения о затратах таможенных и кабацких голов, записанные в так называемые расходные книги.

Вконце срока службы очередного головы текущие записи систематизировались, обрабатывались и переписывались набело. Так создавались беловые таможенные и кабацкие книги, которые вместе с собранными денежными суммами головы должны были представить для отчета. После образования Белгородского разряда в 1658 г. ситуация несколько изменилась. Таможенные и кабацкие головы теперь отчитывались в своей деятельности за год дважды, как правило, в марте и сентябре. Постепенно сложилась практика отчета голов городов Белгородского разрядного полка за мартовскую половину перед канцелярией разрядного воеводы в Белгороде. Отчет же за сентябрьскую половину и за весь год головы и целовальники производили с книгами и деньгами в Москве в Разрядном приказе перед дьяками приказа. Такое разделение, судя по всему, объяснялось необходимостью выплаты жалования из собранных средств местным служилым людям, что как факт отмечается в наказах воеводам. В Разрядном приказе сведения из таможенных и кабацких книг заносились

вприходо-расходные книги по годам, вместе с записями из оброчных и др. книг. Самый ранний известный нам документ такого типа, содержащий сведения по г. Воронежу, датируется 1619-1620 гг. [9].

Помимо затрат на заготовку сырья для винного производства, ремонтных работ и оплаты труда наемных рабочих, в расходных книгах нашли отражение затраты, не связанные прямо с деятельностью таможенных и кабацких служителей. Прежде всего, большой пласт таких записей касается отправки денег и вина на Дон на самые разнообразные нужды [8]. Так, например, 10 марта 1619 г. из доходов воронежской таможни и кабака было выделено «государево жалованье детям боярским, елчанам да воронежцам, поместным атоманам, которым быть на государевой службе в донской посылке» [9.С.560]. По записям жалование получили 20 человек, по 4 рубля человеку. То есть всего было выделено 80 рублей.

В1637 г. кабацкий и таможенный голова А.Г. Шиловский выделил 150 ведер вина донскому войсковому атаману М. Тотаринову [10]. Спустя еще десять лет, в августе 1648 года по памяти воронежскому голове Науму Плеханову из кабацких и таможенных доходов выдали для донской посылки Андрею Лазареву 20 ведер вина [11].

В1675 году в Воронеж была прислана царская грамота воронежскому воеводе Б.Г. Бухвостову о сборе стрелецкого и четверикового хлеба и подготовке к донскому отпуску

1675 года. – «а денег велел давать ис таможенных и ис кабацких доходов однолично тебе о струговом деле промышлять с великим поспешением» [12] .

41

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

Таможенный и кабацкий голова должен был по наказным грамотам выдавать не только деньги, но и вино, которое специально для этих целей производилось в больших количествах. Так, в 1681 г. в Воронеж была прислана память воронежскому таможенного и кружечного двора верному выборному голове С.Е. Климову о выдаче в донской отпуск 400 ведер вина [13].

Большое беспокойство южнорусских воевод и дополнительные хлопоты вызывали визиты турецких или калмыцких послов. Послов и их многочисленную свиту повсеместно нужно было кормить и угощать вином, выделять для их проезда и безопасности провожатых. Средства на это опять давала местная таможня и кабак (кружечный двор).

В1635 году из Москвы был отпущен турецкий посол Муслы Агу со всеми своими людьми. Их провожали приставы до г. Воронежа по дороге к Дону. В направляемых на места грамотах указывалось выделить из местных кабаков «питье для всех имати до Воронежа в городех кабаке безденежно по росписи, какова дана приставу» (14). В Воронеже турецкий посол со своей свитой имел право пить на кабаке бесплатно, и взять «питье» в дорогу, заплатив только «за корм». Такая же грамота была направлена в Белгород [15].

Помимо затрат, связанных с отправкой денежных средств и припасов на Дон, в южнорусских расходных книгах таможни и кабака (кружечного двора) нашли отражения свидетельства о выдаче жалований самым разным слоям населения. Речь, прежде всего, идет

ожаловании служилым людям за их службу. По приходо-расходным книгам Разрядного приказа 1619-1620 гг. можно проследить факты выдачи жалования. В марте 1619 г. по государственной грамоте жалование было выдано воронежскому казачьему голове Ивану Ларионову в размере 20 рублей [16.С.168].

Подобные примеры – обычное явление в практике южнорусских городов. Выплаты жалования из доходов местной таможенной избы и кабака проводились в Ливнах, Осколе, Белгороде и в других городах. Так, например, в 1634 году по государеву цареву указу и указу стольника и воеводы А.В. Бутурлина у кабацкого головы И. Сорокина из ливенских доходов были взяты 5 рублей 20 алтын на уплату жалования ливенским пушкарям 8 человек. К отписке прилагалась воеводская печать [17]. В июле того же года из кабацких доходов было выплачено жалование детям боярским в размере 32 рублей [18].

В1635 году по повторной грамоте из Разряда государево жалование воронежским пушкарям и затинщикам, воротникам, казенным кузнецам и сторожам, всего 59 человек, было дано сразу за два года по окладу 280 рублей из кабацких доходов. Первая грамота, как сказано в челобитной воронежских пушкарей, затерялась и не дошла до Воронежа [19].

Отдельно в расходных книгах записывались выдачи государева жалования из доходов южнорусских таможен и кабаков (кружечных дворов) нерусскому населению, прежде всего черкассам. Им могли выплачивать разного размера денежные суммы для обустройства на новом месте.

В1637 году по царской грамоте на Оскол воеводе Пущину было велено выдать из кабацких доходов жалование иноземцам, «которые устроены на Осколе … для дворового строения» [20]. Воевода должен был следить, чтобы выданное жалование иноземцы не пропивали и в зернь не проиграли [21].

Доходами воронежского кабака и таможни пользовались не только собственно жители уезда. Зачастую по грамотам, присылаемым из Москвы, денежные суммы, собранные с местных жителей, отправлялись на разные нужды в другие южнорусские города.

В1648 году из воронежских таможенных и кабацких доходов 34 рубля были посланы в Усмань к воеводе к Мирону Вельяминову «усмонским всяких чинов людей на судовое дело

на смолу и на конопать да усмонским же служилым людям за донскую посылку которым

велено быть в гребцах на жалованье 8 человек по 3 рубли человеку» [22].

Пользовалась доходами таможни и кабака (кружечного двора) церковь. Церковные служители, подав челобитную в съезжую избу, могли получать небольшие денежные суммы

42

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

и воск для своих нужд. Особенно это было им необходимо в годы финансового кризиса в послесмутный период. Так, например в 1619 г. воронежские соборные попы получили из воронежской таможни и кабака полпуда воску по обычной местной цене - один рубль 25 алтын [23.С.168].

Целый ряд записей воронежских расходных книг содержат указания на использование воронежским воеводой не только таможенных и кабацких денег, но и готового вина во время проведения ремонтных работ в городе и уезде. Так, в период с 18 мая по 1 сентября 1621 г. по наказной памяти воеводы Бориса Ивановича Нащокина трижды выдавалось вино колодезным мастерам Ф. Юреву и Е. Онцифорову. В месяц им полагалось получить вино на 28 алтын [24.С.38].

Другими статьями расхода денежных средств были выварка селитры, мелкие и крупные ремонтные работы, «прогонные деньги». Так, в июле 1625 года в Воронеж была прислана царская грамота воронежским воеводам Ивану Васильевичу Волынскому и Семену Васильевичу Усову о присылке сведений о количестве селитры, вываренной в городе Воронеже. Для этой цели из кабацких доходов были выделены 200 рублей [25]. Деньги на селитру брались также из белгородских таможенных доходов [26].

Следует отметить, что таможенные и кабацкие деньги были иногда единственными средствами, находившимся в распоряжении воеводы. Так, например, в 1663 году воронежскому воеводе И.Д. Сонцову велено было на Воронеже «сделать мельницу с

жерновы», так как «на реке Тихой Сосне мельницы жерновы попортились. . . а на Воронеже их не сыскали» . Однако в то время средств для этого, «окромя таможенных и кружечного двора доходов» [27] не оказалось.

Как прослеживается по документам, факты выдачи денег на самые разнообразные нужды были довольно частым явлением. Все расходы таможенные и кабацкие (кружечного двора) головы тщательно записывали в расходные книги. Траты нередко были значительными, и при отправке денежных средств в Москву голова должен был в них отчитываться. Сам воевода не мог заставить таможенных и кружечного двора чиновников выделить ему деньги, «корыстовать» в свою пользу ему было строго запрещено. Кабацкие головы выделяли денежные суммы только после предъявления им царских грамот из Москвы. В 80-х гг. XVII века в Воронеж из Москвы была прислана дополнительная грамота, запрещающая голове без особого распоряжения из Москвы тратить собранные деньги. В частности оговаривалось, что голова не может начинать строительство новых помещений, закупать дополнительное сырье для кружечного двора, кроме самого необходимого, выдавать кому-либо жалование без указа из столицы.

По истечении срока, чаще всего годового, каждый выборный голова или откупщик отправлял собранные денежные суммы в столицу. В Москву для отчета привозили не только сборные, но и расходные книги, куда вписывали все произведенные затраты денежных средств. Такая практика обеспечивала защиту от воеводы, который мог злоупотреблять своим положением, и помогала голове избежать «правежа» недоборных денег.

Практика постановки «на правеж», то есть ограничение свободы нерадивого таможенного и кабацкого головы с целью возмещения недостающей денежной суммы в государственную казну должна была, по мнению властей, гарантировать бесперебойные и неизменно высокие поступления из уездов. В случае, если таможенный и кабацкий голова не имел необходимых средств и имущества, его долг раскладывался на все местное население, которое прежде за него поручалось. Надо ли говорить, что именно по этой причине желающих стать таможенными и кабацкими головами на юге России вообще, и в Воронежском уезде в частности, было немного, нередкими были случаи так называемого «насильственного выбора», который означал для честного и успешного жителя уезда (выбирали обязательно тех, кто «душою прям и животами прожиточен»), отказ от привычной жизни на год или два [28].

43

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

Немного по-другому складывалась ситуация, если таможенные и кабацкие дела оказывались в руках откупщиков. Откупщик, как правило, житель другого уезда, приезжал на юг России «заработать». Часть денежных средств он отправлял в Москву со сборными и расходными книгами, а все, что удавалось собрать сверх положенных сумм, оставлял при себе. Смеем предположить, что расходные книги, составленные воронежскими откупщиками разных лет, представляют собой наиболее полный исторический источник. Человек, взявший тамгу и кабак на откуп сроком на несколько лет, не хотел терять прибыль и, тем более, боялся перспективы «правежа» [29].

Собранные таможенными и кабацкими (кружечного двора) головами и целовальниками деньги не являлись собственностью уезда, а представляли собой «государеву казну», в которой обязательно отчитывались. Присылать деньги из Москвы было затруднительно, это требовало и времени и дополнительных затрат. Наличие на местах значительных денежных средств, которые можно было потратить на самые разные государевы нужды, но только по особому распоряжению - это характерное явление для государственной внутренней политики того времени.

Библиографический список

1.Жиброва Т. В. "Они люди добрые и наперед сево за ними воровства и озорничества никакова не бывало»: конфликты вокруг таможни и кружечного двора на примере материалов Воронежского уезда XVII века / Т.В. Жиброва // Проблемы социальных и гуманитарных наук. - 2018. - № 1 (14). - С. 46-52.

2.Жиброва Т. В. Некоторые аспекты хозяйственной жизни г. Воронежа в XVII -начале XVIII вв. / Т.В. Жиброва // Российская провинция как социокультурное поле формирования гражданской и национальной идентичности. Сборник научных статей: Материалы VIII Международных Стахеевских чтений. Составители: И.В. Маслова, И.Е. Крапоткина, Г.В. Бурдина. - 2017. - С. 50-51.

3.Булгаков М. Б. Посадские люди в системе государевых служб в XVII веке: дис. … док. ист. наук. - М., 2007.

4.Приходо-расходные книги Московских приказов 1619-1621 гг. - М., 1983. 5.РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. Стб. Приказн. ст. Д. 74. Л. 311.

6.Там же. Оп. 12. Ст. Белгородск. ст. Д. 104. Л. 37-47. 7.Там же. Оп. 13. Стб. Приказн. ст. Д. 86. Л. 15.

8.Новосельский А. А. Из истории донской торговли в XVII в. / А.А. Новосельский // Исторические записки. - 1948. - Т. 26. - С. 198-216.

9.Приходо-расходные книги Московских приказов. - Кн. 1. - М., 1912. 10.РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. Стб. Белгородск. ст. Д. 104. Л. 268-269. 11.Там же. Оп. 13. Стб. Приказн. ст. Д. 86. Л. 21.

12.ГАВО. Ф. И-182. Оп. 2. Д. 24. Л. 15. 13.Там же. Д. 128. Л. 7-8.

14.РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. Стб. Приказн. ст. Д. 74. Л. 168. 15.Там же. Л. 169.

16.Приходо-расходные книги Московских приказов 1619-1621 гг. - М., 1983. 17.РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. Стб. Приказн. ст. Д. 74. Л. 220.

18.Там же. Л. 221. 19.Там же. Л. 309-310.

20.Там же. Оп. 12. Стб. Белгородск. ст. Д. 75. Л. 150. 21.Там же. Л. 153.

22.Там же. Л. 104.

23.Приходо-расходные книги Московских приказов 1619-1621 гг. - М., 1983.

44

Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (15), 2018

24.Памятники южновеликорусского наречия. Таможенные книги / [изд. подгот. С.И. Котков, Н.С. Коткова]. - М., 1982.

25. ГАВО. Ф. И-182. Оп. 6. Д. 20. Л. 1.

26.РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. Стб. Белгородск. ст. Д. 330. Л. 55. 27.ГАВО. Ф. И-182. Оп. 3. Д. 75. Л. 1.

28. Жиброва Т. В. "Ценовные росписи» южнорусских таможень и кружечных дворов XVII в. как исторический источник / Т.В. Жиброва // Русь, Россия. Средневековье и Новое время. - 2017. - № 5. - С. 274-278.

29.Жиброва Т. В. Борис Полосин: откупщик воронежского кружечного двора и таможни конца XVII века / Т.В. Жиброва // Проблемы социальных и гуманитарных наук. - 2017. - № 2 (12). - С. 44-49.

45