Статья 116, ранее входившая в состав Уголовного кодекса Российской Федерации и ныне декриминализованная, являлась наиболее подходящей под состав правонарушения, совершающейся при домашнем насилии.
Статья 116.1 Уголовного кодекса Российской Федерации отмечает, что за нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию, следует уголовная ответственность. Но в данном случае, мы сталкиваемся с проблемой частного обвинения. Как отметил представитель КПРФ Юрий Синельщиков, который был против декриминализации статьи 116, нарушение телесной неприкосновенности в отношении личности недопустимо. Он считает, что это развяжет руки «домашним тиранам» и увеличит количество убийств в быту, поскольку уголовная ответственность за повторное нанесение побоев близким допускается лишь в рамках частного обвинения, а не всякая жена или мать пойдет жаловаться на мужа, избивающего ее или детей53.
Так же, статья 117 Уголовного кодекса Российской Федерации, которая более подробно отражает преступные действия при домашнем насилии, при этом фактически не работает при рассмотрении случаев насилия в семье из-за проблемы толкования преступления. С одной стороны, истязания квалифицируются как совершенные от трех раз и более насильственные действия, такие как нанесение побоев, применение пыток, угроз, оскорблений, причинившие легкий вред здоровью пострадавшей стороне. С другой стороны, закон не обозначает четкого периода времени, в течение которого данные систематические насильственные действия могут быть совершены - год, месяц или день.
Проблема заключается ещё в том, что данные статьи дела частного обвинения могут быть возбуждены не иначе, как по заявлению потерпевшей стороны и подлежат прекращению за примирением сторон. После того, как потерпевшая сторона становится частным обвинителем, как правило, на неё оказывается давление и запугивание обидчиком, который проживает вместе с ней. Сам процесс доказывания и защиты себя в суде, предполагающий знание основ процессуального преследования, основ уголовного права, правил сбора и предоставления доказательств весьма затруднительный, что приводит к последствиям, которые будут отражены далее в статистике.
Следует заметить, что в силу ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд по собственной инициативе, а равно по ходатайству следователя, с согласия его руководителя, дознавателя, с согласия прокурора в случаях, предусмотренных ст. 76.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовное дело прекращает, если этот виновный возместил ущерб, загладил вину. Дело в данном случае завершается назначением мер уголовно-правового характера в виде судебного штрафа54.
Теперь статья 6.1.1. «Побои» КоАП Российской Федерации предусматривает несколько наказаний для лиц, совершивших насилие в семье, а это:
1. наложение административного штрафа в размере от пяти тысяч до тридцати тысяч рублей;
2. административный арест на срок от десяти до пятнадцати суток;
3. обязательные работы на срок от шестидесяти до ста двадцати часов.
Несмотря на то, что данные наказания мягче по сравнению с уголовным наказанием и не накладывают отпечаток судимости, они усугубляют проблему, так как лицо, которое совершает правонарушение, остается неизолированным от семьи, и из мести может не только совершить новые правонарушения в отношении жертвы насилия, но и запугать её, что не позволит установить виновность лица.
Это всё приводит к безнаказанности обвиняемого и неэффективности механизма защиты от домашнего насилия, при реализации права потерпевшего на свободу и личную неприкосновенность.
Вместе с тем, в отличие от уголовного производства, где в частном обвинении предусмотрено примирение потерпевшего с лицом, привлеченным к ответственности, в КоАП Российской Федерации данное право не предусмотрено.
Таким образом, несмотря на существование статей, на основании которых лица, совершающие домашнее насилие, могли бы быть привлечены, реализация данных статей на практике практически отсутствует. При том, что лицо, которое должно быть признано виновным, может искупить вину и не понести наказания.
Безучастность государства отражается в неэффективности существующего законодательства, и в непонимании со стороны законодательных структур необходимости принятия специализированного закона о насилии в семье или внесении изменения в уже существующие кодексы55.
Как было указано в предыдущей главе, в России пока нет отдельного закона о предотвращении домашнего насилия, хотя Общественная палата Российской Федерации признала, что этот закон необходим.
Первый закон о домашнем насилии был принят в Великобритании в 1976 году. Данный закон довольно эффективно работает в 140 странах, включая страны СНГ. Первые попытки ввести такой закон в действие предпринимались еще в середине 90-х годов, но в созданный тогда законопроект было предложено огромное количество поправок и его сочли недоработанным. С 1993 года законопроект вносился на рассмотрение около 40 раз, но ни один из них не был принят.
В 2013 году была создана специальная рабочая группа, которая занимается подготовкой законопроекта «О предупреждении и профилактике насилия в семье». В этот же период в Общественной палате по этому вопросу прошли общественные слушания, в ходе которых было предложено несколько моделей этого закона:
- в первом предлагается регламентировать привлечение к ответственности домашних насильников, а также защиту потерпевших и свидетелей;
- второй законопроект предлагает порядок рассмотрения жалоб и заявлений потерпевших от бытового насилия;
- третья модель в дополнение к первым двум предусматривает создание отдельного органа для рассмотрения заявлений о насилии в семье и для применения мер по защите потерпевших и свидетелей56.
В апреле 2015 года законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия» был снова рассмотрен на заседании Комиссии Правительства Российской Федерации по законопроектной деятельности. В заключение Комиссии были перечислены замечания правового и юридико-технического характера, а так же сделан вывод о том, что Правительство Российской Федерации поддержит законопроект при условии его доработки с учетом замечаний57.
Иллюстрацией противодействия законопроекту может служить следующий пример. Члены межкомиссионной рабочей группы Общественной Палаты Свердловской области по вопросам защиты семьи и традиционных семейных ценностей на заседании Общественной палаты Свердловской области, посвященному рассмотрению проекта ФЗ «О профилактике семейно-бытового насилия», состоявшемуся в г. Екатеринбурге 19 ноября 2015 года, приняли общую резолюцию, в которой единогласно предлагается Федеральный законопроект отклонить без какой - либо доработки, как разрушающий институт семьи58.
Остается одной из важных проблем в системе законодательства, что в России отсутствует четкая система сбора статистики по насильственным преступлениям. Как отмечают эксперты, статистика по домашнему насилию фрагментарна, труднодоступна, а зачастую попросту отсутствует. В общих статистических данных МВД по совершенным преступлениям не наблюдается деления пострадавших по гендерному признаку, что затрудняет вести анализ, кому чаще всего приходится страдать от насилия в семье.
Тем не менее, по отдельным проведенным исследованиям и выступлениям государственных структур можно предоставить общий масштаб данной проблемы.
За 2013 год по официальным данным МВД России, отмечается, что до 40% насильственных действий осуществляется в семье, что позволяет определить проблематику в нашей стране по данному вопросу59.
По данным МВД России в 2014 году совершено 393 009 преступлений против личности, среди них 32 899 умышленных причинений тяжкого вреда здоровью (ст. 111 Уголовного кодекса РФ), 35 555 умышленных причинений средней тяжести вреда здоровью (ст. 111 УК РФ), 84 401 угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ)60, расследование которых имеет превентивную направленность и является одной из форм предупреждения более тяжких преступлений. В 2014 г. удельный вес преступлений, совершенных на бытовой почве, материалы и дела о которых закончены расследованием либо разрешены, в общей структуре преступности составил 6,2% (+ 0,9%). Их количество в сравнении с 2013 г. в целом по России возросло на 15,6% (с 116,8 до 135,1 тысяч)61.
По статье 116 Уголовного кодекса Российской Федерации в январе-сентябре 2016 года в МВД России зарегистрировано около 57 тысяч преступлений, совершенных на бытовой почве. В сфере семейно-бытовых отношений таких преступлений зарегистрировано 14,213 тысяч, из них в отношении женщин -- 9,213 тысяч, в отношении несовершеннолетних -- 4,947 тысяч62.
В то же время в ведомстве отмечают, что статистика за январь-декабрь 2015 года приблизительно такая же: в позапрошлом году от семейно-бытовых конфликтов пострадали почти десять тысяч женщин и более 6,5 тысячи детей, всего же по статье 116 Уголовного кодекса Российской Федерации в 2015 году зарегистрировано около 86,5 тысячи преступлений63.
В некоторых городах и регионах страны, таких как Барнаул, Кемерово, Череповец, Ставропольский край и Сахалинская область существуют отдельные попытки ввести постоянные должности «семейных инспекторов», в задачи которых входит профилактика домашнего насилия, семейного пьянства, защита от побоев и издевательств родителей. Однако, правовой статус «семейных инспекторов» не подкреплен законодательно, и работа их сводится в целом к защите детей, а не женщин, страдающих от насилия со стороны мужей64. Исходя из этого, видно, что уже на региональном уровне местные власти озабочены данной проблемой и пытаются её решить вне государственного реагирования.
Во многих городах России работают кризисные центры, представляющие психологическую и юридическую помощь в ситуации домашнего насилия. Но такие объединения являются общественными, и, как правило, не имеют места для размещения большого количества граждан, попавших в экстренную ситуацию, связанную с насилием в семье. Так же устаревшие программы по реабилитации, как жертв, так и преступников не дает эффективно проводить курсы, посвященные противодействию насилию. Например, в России есть специалисты и целые центры, которые работают с мужчинами-агрессорами -- в основном по американским методикам, применяемым с 1970-х годов.
В стране не хватает государственных специализированных учреждений, в виде убежищ для пострадавших граждан от домашнего насилия. На сегодняшний день, в России имеется всего двадцать три таких центра, финансируемых, как правило, из местного бюджета. Общее количество мест -- около 200, причем это число включает не только женщин, но и детей65. Это говорит о том, что население России пытается реализовать и осознает важность специализированных организаций, которые оказывали бы помощь пострадавшим гораздо серьезнее, чем само государство.
Уже почти двадцать лет кризисный центр для женщин, попавших в ситуацию домашнего насилия «АННА» и другие правозащитные общественные организации призывают принять закон, в котором домашнее насилие было бы определено как отдельный вид правонарушения, что позволило бы начинать следствие, не дожидаясь тяжелых увечий. Горячие линии таких организаций, как центр «Сестры», обеспечивают женщинам, подвергшимся насилию, доступ к важной информации и вспомогательным услугам. Московская адвокатская фирма «Аспект» в сотрудничестве с центром «АННА» обеспечивают подвергшихся насилию женщин юридическими услугами, включая предоставление бесплатных юридических услуг неимущим женщинам, с тем, чтобы они могли справиться с широким спектром проблем.
Хотя подобные услуги обычно предоставляют организации гражданского общества, следует признать, что правительству необходимо поддерживать такие проекты.
Что касается помощи мужчинам, то самый первый кризисный центр для них открылся в 1996 году в Барнауле. Руководительница центра Елена Васильева отметила, что в 2016 году к ним обратилось 1334 человека, 918 из них -- совершеннолетние. Кризисный центр в Барнауле -- едва ли не единственный в России специализированный центр для мужчин. В других городах психологическая помощь часто оказывается на базе центров для женщин66.
В Астрахани кризисный центр помощи женщинам работает с начала 2000 годов. В убежище или в стационаре центра на начало 2017 года проживало 45 женщин с детьми, которые оказались в сложной жизненной ситуации. Психологи и социальные работники кризисного центра разрабатывают специальную программу для мужчин, применявших домашнее насилие. «Для мужчин- обидчиков характерно определенное мышление: во-первых, они не осознают своей жестокости, во-вторых, считают, что делают все правильно и оправдывают себя, обвиняя женщину в провокации», -- объясняет заместитель директора кризисного центра Нелли Иванова. Планируется, что коррекционная программа для таких людей будет рассчитана на 24 групповых занятия, по результатам которых поведение мужчины-агрессора должно измениться. Программа разрабатывается с помощью бюджетных средств, которые выделяются кризисному центру, но главная сложность с ее внедрением -- это не деньги, а привлечение мужчин. «Если мужчина-агрессор уверен в своей правоте, нужны очень серьезные аргументы, чтобы заставить его обратиться за психологической помощью», -- говорит заместитель директора кризисного центра67.