Если мы в период холодной войны не отставали сильно от запада, то почему, спрашивается, мы в настоящее время не можем быстро освоить и присвоить западные технологии? Чего у нас нет того, что есть на западе?
Во-первых, в социальном и хозяйственно-экономическом планах мы проиграли соревнование с западом. Во-вторых, не сумели в период перестройки и реформ найти собственный путь развития, приняв западные условия хозяйственной жизни и социального соревнования. В-третьих, у нас не сложились либерально-демократические институты (полноценный рынок, право, независимый суд, гарантированная реально действующими законами и судом частная собственность, парламент и прочие институты).
Зато в России расцветают всевозможные формы социальных институтов и структур, которые, прикрываясь либеральными принципами и построениями, с одной стороны, позволяют обогащаться тонкому слою россиян (власть, чиновники, богатые люди), с другой -- ставят наше хозяйство на службу западной экономики, с третьей -- прививают нашим гражданам новые формы эгоизма, как будто в России в этой области недостаточно своих печальных традиций.
Можно предположить, что в настоящее время в России вряд ли возможно вообще построить либерально-демократические институты и общество, похожие на западные, и потому, что для этого не созрели условия, и потому, что либерализм в своей основе противоречив, но также и потому, что, возможно, в России сложатся какие-то другие социальные институты и организмы, отличные от западных.
Но авторы доклада Сибирского федерального университета видят ситуацию совершенно иначе. Они считают, что есть столбовая дорога развития цивилизации и Россия должна выйти на неё. Не важно, что эта дорога предполагает деградацию и разрушение сложившейся российской системы хозяйства и образования, зато, верят они, будет построена новая, более эффективная и отвечающая современным реалиям система. Ну да, реалиям западного и американского общества, однако, такова современность, - утверждают авторы доклада. В соответствие с этими непосредственными убеждениями и реформируется российская экономика и институты. В том числе и образование. ЕГЭ, бакалавариат и магистратура, федеральные, национальные, исследовательские и предпринимательские университеты, сокращение и укрупнение университетов и институтов, ориентация на программирование, исследование и проектирование, на знания и познание и др. Предполагается (прежде всего, западными предпринимателями, но и нашими реформаторами образования), что российский выпускник, получив подобное образование, сможет хорошо вписаться в западное производство. Таким образом, получается, что современная реформа российского образования работает, главным образом, на заграницу. В противоположность этому можно сформулировать следующее положение.
Нужно работать не на западный тип социальности, а создавать условия для социального и культурного возрождения нашей страны. Образование должно быть ориентировано социально, и обеспечивать развитие, позволяющего сохранить нашу страну как социальный и культурный организм, хотя и участвующий в мировом разделении труда, но исходя из собственных интересов и целей.
Означает ли различие российского и западного опыта и условий, что все приходится создавать заново, и в этом смысле идти по пути догоняющей модернизации? Вовсе нет. На российской почве нельзя создать западные производственные структуры и социальные организмы, работающие так же, как у них. Стратегия должна быть другая. Не уничтожать то, что веками или десятилетиями складывалось, и затем на развалинах создавать монстров, внешне похожих на успешные западные предприятия и университеты, а на самом деле работающих по старинке. Нужно внутри российских производственных коллективов и университетов выращивать инициативные группы, которые бы начали процесс преобразования . Эти преобразования должны строиться на основе анализа, в том числе и западного опыта, но и отечественного. Они должны учитывать возможности людей к изменениям , при одновременном понимании, что на эти возможности можно влиять.
Одновременно указанная ориентация не означает особый российский путь развития страны и образования. Образование, работающее на российскую культуру и социальность, безусловно, должно учитывать общецивилизационные тренды. В первую очередь, четыре основные: формирование нового ведущего типа социальности , различие потребностей в образовании для разных социальных субъектов , конкуренцию с образованием других институтов (СМИ, Интернет, корпоративные исследовательские, инжиниринговые учебные центры, бизнес в сфере образования и культуры; социальные сети и неформальные сообщества и др.), становление «очагов новой педагогики» («педагогического отношения» нового типа). Рассмотрим эти моменты подробнее.
Экономист, журналист и обозреватель «Новой газеты» и радиостанции «Эхо Москвы» Ю. Латынина в ряде своих публикациях обсуждает следующую ситуацию: в мире и в том числе в России миллионы людей не работают и живут за счет государства или благотворительных организаций (в нашей стране по разным подсчетам таких людей от 8 до 10 миллионов). С точки зрения Латыниной, это следствие действия либеральной доктрины и кризиса современного государства. В России, показывает она, к этому добавляется страх властной элиты перед народом, распространение насилия как способа решения социальных проблем, крайняя неэффективность государства.
Можно согласиться с анализом ситуации и тенденций, которые рисует Латынина, но, спрашивается, как преодолевать этот кризис, каким образом отвечать на новые вызовы времени? В общем случае история показывает, что проблемы, вызванные развитием культуры, социальными изобретениями и новыми технологиями, рано или поздно преодолевается усилиями основных социальных субъектов, действующих на социальном поле. В настоящее время они преодолевается не способом построения либеральных институтов, что было характерно для XVII-XVIII вв., и не путем построения демократических институтов (XIX-XX вв.), а посредством переговоров, расчетов и компромиссов.
Скажем, наши властные элиты, может быть, и хотели бы забирать себе все, но вынуждены отдавать населению столько, сколько необходимо, чтобы оно голосовало «за» и не взбунтовалось. Анализ показывает, что конфликты основных социальных субъектов разрешаются сегодня путем установления баланса и противодействия разных сил. Существенную роль здесь играют эгоистические устремления социальных субъектов, расчеты своего рода «разумного эгоизма», культурные факторы, обсуждения и умонастроения в обществе (например, в настоящее время в России общество просыпается и начинает активно обсуждать сложившуюся социальность), активность и пассионарность отдельных сообществ, предпочтения и поступки отдельной личности, наконец, изобретение новых социальных технологий (союзы, компромиссы, переговоры, реформы и прочее). В результате и устанавливается то, что я выше назвал «ведущим типом социальности». Этот тип социальности в настоящее время только складывается. Пока еще бал заказывают старые типы социальности, но они уже не правят единолично.
Стоит отметить еще один важный аспект нового ведущего типа социальности, который, несомненно, нужно учитывать при обсуждении современного образования. Мы не случайно взяли для анализа ситуацию, которую обсуждает Латынина. В современной цивилизации многие миллионы неработающих (безработных, беженцев, больных, просто не желающих трудиться) и не меньше работающих не полный рабочий день или только эпизодически - не простое недоразумение, не досадная недоработка хорошо выстроенного здания капитализма или социализма, а постоянно действующая закономерность, значение которой, судя по всему, будет возрастать. Общество готово идти на компромисс, обеспечивая терпимую, а иногда и вполне удовлетворительную по современным меркам жизнь всех этих миллионов (а в перспективе, может быть, одного или двух миллиардов) в обмен на социальный мир.
Подобная ситуация стала возможной и даже необходимой в силу эффективности современных технологий и производства; в будущем развитие робототехники сделает эту проблему еще более острой. В относительно близкой перспективе для производства товаров и питания нужно будет все меньше специалистов, их с успехом заменят машины, автоматические линии и роботы.
Изменяются и взаимоотношения между государством, обществом (а также сообществами), бизнесом и личностью в плане перераспределения социальных функций. Яркие примеры, благотворительность, некоммерческие общественные организации (НКО), волонтерское движение, фандрайзинг (назовем подобные сообщества «инициирующими»). Во всех этих случаях функции, которые раньше выполняло государство и его институты, берут на себя отдельные личности или сообщества, действующие исходя из собственных идеалов и представлений, а не институциональных или организационных требований.
Опять же это стало возможным не только потому, что у людей появилось много свободного времени и приходят свободные средства, но и потому, что государство неудовлетворительно выполняет свои функции, а граждане видят свое назначение в работе на благо общества, в помощи тем, кто нуждается. Понятно, что неработающие или работающие частично будут пополнять ряды перечисленных выше инициирующих сообществ.
2. Условия мыслимости новой педагогики и образования
Поставим теперь такой вопрос: в каком образовании сегодня нуждаются основные социальные субъекты нового становящегося типа социальности (т.е. государство, общество и сообщества, бизнес, работающее и неработающее население, инициирующие сообщества, личность ), а также сами педагоги. Государство в плане образования должно создать условия для: 1) всеобщего образования граждан, позволяющие им жить, даже не работая, в современном мире (языковая и ментальная грамотность, базовые элементарные компетенции, способности в плане дальнейшего образования); 2) подготовки специалистов, которые бы работали в основных системах жизнеобеспечения государства (управлении, армии, сферах социального обеспечения и здравоохранения, культуры и т.д.); 3) создание условий для формирования человека, отвечающего основным идеалам времени. Поскольку остальные перечисленные здесь социальные субъекты частично берут на себя решение тех же задач, государство, с одной стороны, вынуждено повышать эффективность своей деятельности, с другой - вести с ними переговоры по перераспределению образовательных функций и компетенций.
Общество в отличие от государства заинтересовано в создании условий для становления правильной современной личности и институтов гражданского общества. Вряд ли общество само должно кого-то образовывать. В свое время государство для того и было создано, чтобы профессионально и оперативно выполнять решения общества (другое дело, что, получив власть, правящие элиты часто забывают, кто и для чего их поставил). Но общество, безусловно, должно оказывать влияние на государство и школу, склоняя их принимать нужные решения, т.е. работающие на общее благо и человека. Другое дело, отдельные сообщества, например, властные элиты, профессиональные сообщества, религиозные или эзотерические общества, инициирующие сообщества. Они не могут не готовить для себя образованных современных специалистов. Готовить в двух отношениях: компетентных, с одной стороны, в деятельности, с другой - в общении, т.е. способных органически входить в соответствующее сообщество . Практика показывает, что сообщества могут как заказывать будущих специалистов у государства, так и готовить их самостоятельно.
Бизнес, конечно, тоже может воспользоваться образованными специалистами, которых подготовило государство, но, как правило, их подготовка недостаточно учитывает особенности предпринимательской (более широко, хозяйственной) деятельности. Поэтому фирмы и корпорации часто предпочитают самостоятельно выращивать, дообразовывать, обучать и специализировать в нужном направлении своих сотрудников.
Неработающее население и личность заказывают такое образование, которое они хотят получить.
Прежде чем охарактеризовать потребность в образовании для самих педагогов, обратим внимание, насколько требования к образованию для перечисленных субъектов отличаются от традиционных. Раньше, как правило, эти требования в основном были функциональными (и в докладе сибирских авторов та же картина), они задавались относительно функций производства и других систем социального жизнеобеспечения. В настоящее время наряду с функциональными требованиями (например, подготовить специалистов для государства и бизнеса), выдвигаются требования иного рода - соответствующие или общественным идеалам или желаниям разных сообществ, неработающего населения и личности. Теперь педагогическое сообщество. Оно, как и любое сообщество, нуждается в образованных современных специалистах.
Но у педагогов есть своя миссия - не только готовить компетентных специалистов, но и обеспечивать социализацию человека. В последнем случае опять двойная обусловленность: функциональные требования к человеку и желание реализовать определенный антропологический идеал. Причем то и другое в конкретных условиях современной социальности. Иначе говоря, педагог не может не учитывать современные типы социализации, не работать на социальность. Но может ли он выполнить свое назначение, не покидая традиционную «педагогическую колею», не пересматривая сложившиеся представления, не работая над собой? Вряд ли.