Материал: Dissertaciya_Fayzullin_R.V

следствие. После погашения записи в реестре юридическое лицо остается активно процессуально правоспособным, что позволяет как заявлять свои требования в судебном порядке, так и быть ответчиком по делу. Более того, для сохранения пассивной процессуальной правоспособности достаточно простого утверждения истца о том, что у общества есть еще какое-то имущество, которое может служить удовлетворению требований кредиторов373. С финансовой точки зрения введение процедуры несостоятельности требует внесения авансового платежа, гарантирующего покрытие расходов по делу374. Данный подход правоприменительной практики был поддержан в специальной литературе375.

На этой доктрине основано положение абз. 3 § 11 ПоН, в силу которого открытие производства о несостоятельности допускается и после прекращения юридического лица или объединения без правосубъектности до момента, пока не произведено разделение его имущества. Данное положение составляет особенность немецкого правопорядка. Соответственно, даже если юридическое лицо уже погашено в реестре, но при этом еще не произведено окончательное распределение его имущества, его Insolvenzfähigkeit сохраняется376.

Здесь следует особо выделить мысль о том, что в рассматриваемой юридической конструкции речь не идет о допустимости открытия процедуры несостоятельности над неправосубъектной массой. Напротив, необходимой основой для принятия решения о применении к юридическому лицу механизма несостоятельности является признание за ним хотя бы процессуальной правоспособности. Является ли это аргументом в пользу

373BGH, Urteil vom 04.06.1957 – VIII ZR 68/5 // WM. 1957. S. 975; BGH, Urteil vom 29.09.1967 – V ZR 40/66 // BGHZ. 48. S. 303; BGH, Beschluss vom 18.06.2015 – IX ZB 86/12 // NZI. 2015. S. 807.

374BGH, Beschluss vom 10.12.2004 – IXa ZB 231/03 // ZInsO. 2005. S. 144.

375Haarmeyer H. Münchener Kommentar zur Insolvenzordnung. Band 1. §§ 1–102; Insolvenzrechtliche Vergütungsverordnung (InsVV) / hrsg. von H.-P. Kirchhof. München, 2007. § 26. S. 747 Rn. 55; Uhlenbruck W., Gundlach U. Op. cit. § 5 S. 122. Rn. 9.

376 Prütting H. Op. cit. § 11. S. 8. Rn. 21. Не влияет на несостоятельноспособность организации отсутствие у нее законного представителя. Соответственно, исключение из торгового реестра записи об управляющем делами, к примеру, общества с ограниченной ответственностью, т.е. о единственном законном представителе этого общества, через действия которого оно совершает юридически значимые действия и принимает на себя их последствия, не влияет на его Insolvenzfähigkeit (Oberlandesgericht Köln, Beschluss vom 03.01.2000 – 2 W 214/99 // NZI. 2000. S. 134).

176

того, чтобы допустить участие в качестве должника в правоотношениях несостоятельности объединений, обладающих лишь процессуальной правоспособностью? Видится, что нет. Данный подход с очевидностью упускает из виду то обстоятельство, что юридическое лицо, запись о создании которого была погашена в соответствующем реестре, но имущество которого осталось нераспределенным, допускается к участию в процедуре несостоятельности только по той причине, что оно ранее обладало полной материальной правосубъектностью, в результате реализации которой и возникли те обязательства, кредиторы по которым добиваются исполнения после внесения указанной выше записи в реестр.

Таким образом, момент окончательного прекращения юридического лица совпадает с утратой им несостоятельноспособности377. Данное обстоятельство обусловлено также тем, что с указанного момента юридическое лицо более не имеет в своем самостоятельном распоряжении никакого имущества378.

Также следует обратить внимание на то, что открытие производства по делу о несостоятельности само по себе влечет «роспуск», прекращение (Auflösung)379 юридического лица с последующей ликвидацией (Abwicklung) по правилам права несостоятельности380. Как указывает Х. Прюттинг, в

377 Ott C., Vuia M. Op. cit. § 11. S. 293. Rn. 71–71а.

При этом обратная ситуация, при которой уже после окончания производства о несостоятельности, в том числе досрочного, сопровождавшегося распределением имущества должника, проведение ликвидационной процедуры по правилам корпоративного права не допускается: применительно к обществу производство о несостоятельности направлено на его полное окончание, поэтому оно не может «пережить» производство и оставить после себя имущество, свободное от процедуры несостоятельности.

378Там же. § 11. S. 293. Rn. 71.

379Необходимо отметить, что в немецком гражданском и торговом праве в отношении юридических лиц существует два института: прекращение юридического лица (Auflösung) и ликвидация (Liquidation; иногда также – Abwicklung). Прекращением юридического лица (Auflösung) можно обозначить начало периода времени, посредством которого юридическое лицо прекращает осуществление промысловой деятельности (gewerbliche Tätigkeit) и переходит в фазу ликвидации до момента полного окончания своего существования.

Схожая конструкция была известна российскому дореволюционному праву. Е.А. Нефедьев указывал, что торговое законодательство разграничивает понятия «прекращение» и «ликвидация». См.: Нефедьев Е.А.

Торговое право. М., 1917. С. 222–223.

380Абз. 1 § 42 BGB – зарегистрированный союз (eingetragener Verein (e.V.)); § 86 BGB – фонд (Sriftung);

ном. 4 абз.1 §60 GmbHG – общество с ограниченной ответственностью; ном. 3 абз. 1 § 262 AktG – акционерное общество; абз.1 § 289 AktG, абз. 2 § 161, ном. 3 абз. 1 § 131 HGB – акционерное коммандитное товарищество (Kommanditgesellschaft auf Aktion (KGaA)); ном. 1 § 81a, § 101 Закона о производственных и экономических кооперативах (Genossenschaftsgesetz vom 01.05.1889 in der Fassung der Bekanntmachung vom 16.10.2006 (BGBl. I S. 2230), das zuletzt durch Artikel 17 des Gesetzes vom 22.12.2020 (BGBl. I S. 3256) geändert worden ist) – кооператив (Genossenschaft); предл. 1 абз. 1 § 728 Abs. 1 BGB – простое товарищество; абз. 1

177

таком случае юридическое лицо приобретает особую правовую форму – ликвидируемого объединения (Liquidationsgesellschaft). Последнее, в соответствии изложенным выше, не утрачивает своей правосубъектности381 и тем самым остается несостоятельноспособным и может выступать должником в процедуре несостоятельности382.

Несмотря на то что юридическое лицо прекращается также с момента вступления в законную силу определения суда, которым отказано в открытии производства по делу о несостоятельности в связи с недостаточностью массы (§ 26 ПоН)383, это не является препятствием для введения процедуры несостоятельности в дальнейшем, даже если лицо будет прекращено и исключено из торгового реестра (напр., согласно ном. 5 абз.1 § 60 GmbHG). В таком случае производство о несостоятельности может быть открыто по заявлению кредитора, если объединение в дальнейшем приобретет имущество или будет внесена предварительная оплата судебных расходов (Kostenvorschuss). Также от заявителя требуется представление доказательств того, что прекращенная организация еще обладает имущественными ценностями, которые могут быть распределены384.

Таким образом, одна и та же проблема, связанная с установлением

§ 9 Закона о партнерских товариществах представителей свободных профессий (Gesetz über Partnerschaftsgesellschaften Angehöriger Freier Berufe (Partnerschaftsgesellschaftsgesetz – PartGG) vom 25.07.1994 (BGBl. I S. 1744), das zuletzt durch Artikel 7 des Gesetzes vom 22.12.2015 (BGBl. I S. 2565) geändert worden ist), ном. 3 абз. 1 § 131 HGB – партнерское товарищество; § 1 des Gesetzes zur Ausführung der EWGVerordnung über die Europäische wirtschaftliche Interessenvereinigung (EWIV-Ausführungsgesetz; EWIVAG) (vom 14.04.1988 (BGBl. I S. 514), das zuletzt durch Artikel 16 des Gesetzes vom 23.10.2008 (BGBl. I S. 2026) geändert worden ist) и ном. 3 абз. 1 § 131 HGB – Европейское экономическое объединение интересов

(Europäische wirtschaftliche Interessenvereinigung (EWIV)).

381Foerste U. Op. cit. S. 18–19. Rn. 27.

382Prütting H. Op. cit. § 11. S. 6. Rn. 14, 16; S. 8. Rn. 21.

383Ном. 3 абз. 1 § 262 Закона об акциях; ном. 1 абз. 2 § 289 Закона об акциях (в отношении акционерного

коммандитного товарищества); ном. 4 абз. 1 § 60 Закона об обществах с ограниченной ответственностью; § 81a Закона о производственных и экономических кооперативах.

384 BGH, Beschluss vom 16.12.2004 – IX ZB 6/04 // NZI. 2005. S. 225. Так, по одному из дел суд отказал в возбуждении производства о несостоятельности над имуществом совместного должника в связи с отсутствием конкурсной массы, в торговый реестр была внесена запись о прекращении общества, а также назначен ликвидатор. После этого общим должником в рамках другого судебного спора были получены денежные средства (было приобретено имуществом). Для того, чтобы надлежащим образом распределить указанное имущество между кредиторами должника, ликвидатор обратился в суд с новым заявлением об открытии производства о несостоятельности. Земельный суд Цвайбрюкена признал такое заявление правомерным и подчеркнул, что открытию подлежит новое производство о несостоятельности. Процедура распределения массы, образовавшейся после проведения заключительного распределения в деле о несостоятельности (Nachtragsverteilung), применению не подлежит (Landesgericht Zweibrücken, Beschluss vom 20.01.2005 – 4 T 230/04 // NZI. 2005. S. 397).

178

юридической судьбы имущества ликвидированного юридического лица, характерна и для российского, и для германского законодательства. Ключевым обстоятельством для обоих правопорядков выступает момент, с которого юридическое лицо считается прекратившим существование: если для российского права этот момент связан только с внесением записи об исключении организации из ЕГРЮЛ, то для немецкого – обусловлен двумя обстоятельствами: исключением лица из реестра и окончательным распределением его имущества, при этом последовательность наступления указанных обстоятельств может быть любой. В результате для немецкого права вопрос о распределении имущества, обнаруженного после ликвидации юридического лица, решается без затруднений, поскольку само по себе наличие такого имущества свидетельствует о том, что субъект не прекратил своего существования, а значит, допустимы процедуры распределения такого имущества между всеми заинтересованными лицами.

К сожалению, использование подобного законодательного решения в российском праве невозможно, поскольку исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в принципе делает невозможным любое другое решение вопроса о моменте прекращения деятельности такого субъекта. Вместе с тем германская конструкция может быть использована для решения анализируемого вопроса, но с учетом специфики российского права. Так, в отличие от немецкой модели, в отечественном правопорядке акцент может быть смещен с фигуры ликвидированного должника на неисполненные им обязательства. Как уже было выше отмечено, содержание ст. 419 ГК РФ позволяет положительным образом разрешить возникшую ситуацию, если не рассматривать факт ликвидации должника в качестве единственного формального основания для прекращения гражданско-правовых обязательств. Поскольку для признания обязательств прекратившимися необходим сложный юридический состав, включающий в себя среди прочих и факт «недостаточности имущества», то последующее обнаружение имущества свидетельствует не о том, что юридическое лицо - должник может

179

быть восстановлено в реестре или за ним будет признана частичная правосубъектность, а о том, что его обязательства не прекратились и заинтересованное лицо имеет право на удовлетворение своих притязаний.

С этой точки зрения функции по распределению оставшегося имущества могут быть возложены на специально назначенного субъекта, поскольку в ситуации отсутствия должника – ликвидированного правообладателя выявленного имущества – ключевое значение приобретает не то, кто являлся собственником имущества, а то, кто вправе претендовать на него в силу сохранившихся прав требования. В этом смысле решение, закрепленное в п. 5.2 ст. 64 ГК РФ, представляет собой особый техникоюридический прием, позволяющий распределить выявленное имущество между заинтересованными лицами, сохранив обязательства перед ними, несмотря на прекращение должника. Представляется, что предлагаемый подход в большей степени соответствует специфике правовой ситуации в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица.

§2. Теоретические и практические проблемы признания отдельных категорий физических лиц должниками и лицами, выступающими на стороне должника, по праву несостоятельности (банкротства) России и Германии

2.1. Признание недееспособных, не полностью дееспособных и умерших физических лиц должниками по праву несостоятельности (банкротства)

России и Германии

Впервые на современном этапе развития отечественного законодательства на возможность банкротства гражданина - индивидуального предпринимателя было указано еще в Законе СССР «Об общих началах предпринимательства граждан в СССР» от 02.04.1991 № 2079-1385. Последовавший за ним уже после распада СССР Указ Президента РФ от 14.06.1992 № 623 «О мерах по поддержке и оздоровлению

385 Ведомости СНД СССР и ВС СССР. 1991. № 16. Ст. 442.

180