поет. Подозвали купец и Фасо своих слуг, составили пись менный договор и скрепили своими подписями и печатью.
Подкрался купец к птичке и только хотел ее схватить, как она вспорхнула и уселась повыше. Купец залез на дерево, но, как только дотянулся до птички рукой, она опять взлетела и пересела повыше. Так птичка несколько раз перелетала с ветки на ветку и поднялась к самой вер хушке. Когда она оказалась на самой макушке дерева и перелетать было уже некуда, она вспорхнула и улетела. Купец спустился с дерева, а Фасо прибавил к своему бо гатству все состояние этого купца и двинулся в путь, бла гословляя своего учителя.
Наконец караван Фасо приблизился к его родным мес там. Фасо сиял от счастья: он владел несметным богат ством и предвкушал радостную встречу с семьей. Остава лось два дня пути до его родной деревни, когда он по встречал своего соседа, у которого не раз просил хотя бы кусок кукурузной лепешки, но тот всегда отказывал ему. И все же сердце Фасо забилось от радости, из глаз его потекли слезы. Кинулся он к соседу с возгласом:
— Титэ, а ну-ка, погляди на меня!
Титэ, разумеется, не узнал своего нищего соседа и ре шил, что перед ним сам царь. Наконец он со страхом при близился к незнакомцу, низко поклонился ему и с пере пугу не смог вымолвить ни слова — казалось, проглотил язык. Фасо ааметил, что Титэ в замешательстве, подско чил к нему, обнял и стал целовать. А тот все никак не до гадывался, что это его бедный сосед Фасо. Тогда Фасо спросил:
— Разве ты не наш Титэ?
Титэ подумал: «Кто он и кто я? Я никогда в жизни не видел этого человека, а он знай твердит свое».
— Ты что, в самом деле меня не узнаешь? — снова об ратился к нему Фасо.
Титэ показался знакомым его голос, но разве он мог подумать, что этот человек, одетый в расшитые золотом царские одежды, и есть бедняк Фасо! Дрожа от страха, с пересохшим горлом, он наконец обратился к нему:
— Никак не могу признать тебя, господин, хоть ты
инапоминаешь мне кого-то.
—Дружище,— вскричал Фасо,— значит, ты не приз нал меня? Ведь прошло всего три года, как я оставил свой очаг и свою деревню!
При этих словах Титэ и вовсе поразился, но опять не выговорил ни слова. Наконец он пробормотал:
215
—Фасо, это ты?!
—Так точно, я,— ответил Фасо.
—Кому же принадлежит это огромное богатство?— спросил его Титэ.
—Мне,— ответил Фасо.
—Где и как ты его раздобыл?
На это Фасо ничего не ответил, а велел слугам при нести им обед, и соседи, не видевшие друг друга три года, как нельзя лучше провели время. Во время обеда Фасо рассказал Титэ о своих приключениях и о том, как он стал владельцем стольких богатств. Пообедав, Фасо спро сил Титэ:
—Как поживает моя семья?
—Эх, бедняга Фасо, нет уже больше на свете твоей семьи. Все умерли в тот же год, как ты их покинул. От твоей хибарки не осталось даже развалин. То место, где когда-то стояла твоя лачуга, можно узнать только по яме,
вней после дождей застаивается лужа, где полно лягушек, от их кваканья ни днем ни ночью нет покоя. Мы уже несколько раз собирались засыпать эту яму камнями и землей.
Услышав об этом, Фасо стал горько плакать и бить се бя по лицу. Слуги успокоили и утешили его. Успокоив шись, Фасо подумал: «К чему мне идти в деревню? Разве только для того, чтобы меня там подняли на смех? Ведь люди скажут мне: для чего тебе столько богатств, когда ты уморил голодом свою семью!»
Подумав так, Фасо тут же повернул свой караваи об ратно.
Несколько дней на его глазах не высыхали слезы, не пил он и не ел и не считал себя живым. В таком горе добрался он до того места, где повстречался с купцом. Фасо сделал здесь привал, велел постелить золотую пар чу, прилег, положил под голову свою мутаку и предался думам: «Куда же мне теперь идти и кому отдать свои бо гатства?» Размышляя об этом, он взглянул на дерево, где сидела сладкоголосая птичка, и подумал: «Ведь я пропал бы, если бы Соломон не научил меня своей мудрости». И тут он вспомнил третий совет Соломона Мудрого: «Не верь чужим словам, пока не увидишь своими глазами».
Вспомнив об этом, он сразу же велел повернуть к дому. Слуги выполнили его приказ, навьючили верблюдов и двинулись в путь. Отдохнувшие за неделю животные дви гались быстро. То печальный, то радостный, Фасо всю дорогу думал: «Может быть, на самом деле оправдает
216
себя третий совет Соломона Мудрого и слова моего сосе да окажутся ложью».
Наконец на десятый день приблизились они к дерев не. Остановившись на окраине, Фасо взял с собой самых верных слуг и направился к своему дому. Завидев издали свою жалкую хижину, он подъехал к ней и соскочил с коня. Его бедная жена вышла ему навстречу, прикрывая тряпьем тело. Увидев ее, Фасо с радостью бросился к ней, обнял ее и стал целовать... Несчастная женщина в ужасе закричала:
—Будь ты проклят, бесстыдник, кто ты и откуда взялся?! Разве не хватает мне моего несчастья, голода и нужды, что еще ты позоришь меня! Хоть я и очень бедна, но не посрамлю своей чести и совести и до последнего ды хания буду верна своему мужу!
—Ну-ка, хорошенько взгляни на меня, я всего-нав сего сменил лохмотья бедняка на царские одежды, неу жели ты на самом деле меня не узнаешь?
Услышав знакомый голос, жена взглянула Фасо в глаза и узнала его. Убедившись, что это ее муж, она кинулась его обнимать. Сопровождающие Фасо слуги бы ли крайне удивлены: «Что видят наши глаза? Неужели эта жалкая побирушка — его жена?»
Насытившись ласками, Фасо велел разгружать кара ваи.
Он нарядил жену в богатые одежды, расшитые драго ценными камнями. Хотя лицо ее от нужды и невзгод было худым и измученным, но черные, как ежевика, глаза, брови и ресницы были по-прежнему прекрасны, а в бога тых одеждах она и вовсе преобразилась.
Налюбовавшись на жену, Фасо справился о детях.
—Оба сына в поле на работе. Целый день они рабо тают за одну кукурузную лепешку, а дочка у соседей треплет шерсть,— ответила жена.
—А ей сколько платят?
—Ей ничего не платят, а только кормят за это. Ве чером сыновья приносят в дом две кукурузные лепешки, одну я съедаю сразу, а вторую прячу на завтра. Вот в та кой горькой нужде мы и живем, но теперь, когда я снова увидела тебя, мне ничего не страшно!
Фасо отправил слуг и велел доставить домой все его имущество. В доме и во дворе Фасо не оказалось места, чтобы все разместить, пришлось часть унести в сосед ские дворы. Вечером вернулись дети Фасо и от страха и удивления не смогли вымолвить ни слова. Они, несчаст-
217
ные, решили, что на них напали враги, которые хотят их убить. Навстречу им вышла мать, по где им было узнать ее, разодетую в богатые парчовые одежды! Сначала мать обрадовала дочку:
—Дитя мое, вернулся твой отец и привез нам много подарков!
Затем она обняла обоих сыновей и стала их целовать.
—Входите, дети, домой и обнимите своего отца. Бедные дети все еще не верили своим глазам. Тогда
вышел сам Фасо, обнял их, расцеловал, ввел в дом, пере одел в богатые одежды, и все они предались неописуемой радости.
114.Сказка о дальновидном отце
илегкомысленном сыне
Жил один человек, и был у него единственный сын, который все свои дни проводил в кутежах и попойках. Состарился отец, видит — сын его только кутит и время зря проводит. Привязал он к потолку веревку, позвал сы на и сказал ему перед смертью:
— Вот сынок, я умираю и тебе завещаю свою жизнь. Когда тяжко станет тебе, опозоренному, жить на свете, просунь голову в эту петлю — и дело с концом.
Умер отец. Сын продолжал пить и развлекаться с друзьями. Все промотал— и у самого ничего не осталось, и жену с детьми нечем стало кормить.
Проходил он однажды мимо сада, в котором пировали его друзья. «Неудобно идти к ним с пустыми руками»,— подумал он и пошел домой.
— Мои друзья пируют в саду,— удрученный, сказал он жене,— но я не решился идти к ним с пустыми руками.
А жена как раз раздобыла на обед курицу. Жалко ей стало мужа. Сварила она курицу и отдала ему. Пошел тот человек, довольный и гордый, к друзьям. По дороге ему надо было перелезать через плетень, уронил он курицу, а тут подбежала собака и унесла ее. Остался он опять ни с чем. Ладно, думает, пойду все же к ним. Примут — при мут, нет — нет.
Пришел он к товарищам, но они его не приняли с пус тыми руками. Стал он объяснять им, что с ним приклю чилось:
—Нес я вареную курицу, выпустил ее из рук, собака
ееи утащила!
218
Адрузья в ответ:
—Будет врать, негодяй! Как могла собака вареную курицу утащить!
Пошел этот человек домой и сказал себе по дороге: «Пришло время выполнить завещание моего отца».
Сунул он голову в петлю, но крюк сорвался, и с потолка свалился мешок с золотом. Конечно, человек обрадовался, снова разбогател, купил все, что надо,— как говорят, стал на ноги.
Устроил он в один прекрасный день обед и пригласил на него своих старых дружков, которые когда-то не пове рили, что собака утащила курицу.
Пришли гости, а хозяин им говорит:
—Знаете, что со мной приключилось? У моего отца пятьсот пудов железа было в подвалах припрятано, а мы ши все и изгрызли. Не знаю, случалось ли с другими чтонибудь подобное, а вот со мной случилось. Прямо не знаю, что и делать. Возможно ли такое, что скажете, друзья?
Адрузья смотрят на накрытый стол, спешат присту пить к еде и питью и хозяину угодить хотят.
—Конечно, возможно!— говорят они.— Очень часто случается, что мыши железо грызут.
Схватился хозяин за палку:
— Ах вы мерзавцы, негодяи! Отчего же тогда невоз можно, чтобы курицу собака унесла, если возможно, что бы мыши железо изгрызли?
Выпроводил он кутил, огрев их хорошенько палкой, а сам с тех пор жил пристойно.
Быль то или небылица, жил один богатый человек, у которого, кроме единственного сына, не было никого на свете. Отец трудился днем и ночью, чтобы накопить и оставить сыну побольше денег.
Сын подрос и, едва минуло ему двадцать лет, завел се бе дружков и начал с ними кутить. Отец порицал его, чи тал ему множество нравоучений, но сын продолжал свое.
Однажды отец серьезно заболел. Находясь на краю могилы, он призвал к себе сына и сказал ему:
—Сын мой Окруа! Я умираю и хочу оставить заве щание.
—Клянусь небом и землей, что не нарушу твоего за вещания, а выполню его,— сказал ему Окруа.
219