Материал: Kozyreva_N_V_Ocherki_po_istorii_Yuzhnoy_Mesopotamii

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

на Севере городов было значительно меньше, и они располагались на очень значительном расстоянии, что делало невозможным постоянные повседневные контактымеждуними.СамыекрупныегородаСевера,такжекакинаЮге,были центрамитерриторий,включавшихвсебяиокругуcгруппойодинаковомаленькихдеревеньилидажехуторов.Запределамиэтихгородскихокругнатерритории Севера располагались редкие селения, зачастую отделенные друг от друга десятками и даже сотнями километров. Отдельные следы трехступенчатой системыпоселений,какэтобылонаЮгевпериодформированиягородов,появились наСеверетольковсамомконцеIV тыс.до н. э.Однакоименновэтовремямногие крупные городские центры Севера (Телль Брак, Хамукар) стали приходить в упадок. Было ли это вызвано вторжением Урука (см. ниже), как думают некоторыеисследователи,иливторжениетолькоусилиломестныепроцессыупадка, неясно (Algaze 2008: 121). В конце IV — начале III тыс. до н. э. во всем регионе осталисьзаселеннымитольконесколькогородскихцентров,значительноуменьшившихся в размерах. На остальной территории население жило в далеко разбросанных друг от друга маленьких деревнях и хуторах. Только во второй четверти III тыс. города Севера вновь достигли былого значения.

МиграцииизЮжнойМесопотамиивIV тыс.до н. э.Свободный(неадми­ нистративный) процесс миграции небольших групп населения с территории ЮжнойМесопотамиивокружающиерегионышелпостоянновтечениеV тыс. до н. э.(Козырева2010а;2011).ВтечениебольшейчастиIV тыс.до н. э.также продолжался перманентный процесс перемещения людей небольшими группами с территории Южной Месопотамии в соседние регионы, в том числе на север и северо-запад.

При раскопках ряда поселений Сирии, Анатолии и Северной Месопотамии слои со следами южномесопотамской культуры V тыс. (Убейд) сменяются слоямисоследамиюжномесопотамскойкультурыIV тыс.(Урук)(Algaze1993: 56). Со временем жителями Южной Месопотамии была создана целая сеть поселений за пределами аллювиальной долины на востоке, севере и северозападе, в том числе в Хузистане, в долине Суз, Северной Месопотамии, Северной Сирии и некоторых частях Анатолии. Расположение этих «урукских» поселенийвомногомповторялорасположениеюжномесопотамских(«убейдских») поселений предшествующего тысячелетия: непрерывная цепь их шла вдоль трех рек: Тигра, Хабура и Балиха. Некоторые из поселений были основаны выходцами из Южной Месопотамии еще в V тыс. до н. э., другие появились позднее.Чащевсеготакиепоселениярасполагалисьцелымигруппаминеподалеку друг от друга. Во многих случаях, в IV тыс. до н. э., так же как и в предшествующийпериод,небольшиегруппыюжномесопотамскогонаселениямирно жили рядом с местными жителями (Хасинеби, Брак, Ниневия, Каркемиш) (Algaze 1993: 57), оставаясь в дружественных отношениях со своими более сильными местными соседями30.

30ИногдапереселенцыизЮжнойМесопотамииселилисьнепосредственнорядомсместнойобщинойи жили в рамкахчетко отграниченного резидентного квартала.Небольшое пришлоеменьшинство

66

Глава II. Южная Месопотамия и ее соседи в IV тыс. до н. э.

Во второй половине IV тыс. до н. э. характер и цели миграции, вероятно, значительно изменились. Поток переселенцев из Южной Месопотамии в это времяувеличился.Количествомигрантовизчислаюжномесопотамскогонаселения на Севере в период 3500‒3200 гг. до н. э. могло составлять до 20 000 человекибольше.Этоявлениеполучилоуисследователейназвание«урукская экспансия»31 (Algaze 1993; 2008). Увеличение потока мигрантов привело к не­ обходимости возводить новые большие поселения. Один из самых ярких примеров «чисто урукского» поселения, основанного во второй половине IV тыс.

до н. э., — Хабуба Кабира-юг (Habuba Kabura South) (Algaze 1997; 2008).

Поселениеили,скорее,небольшойгородплощадьюоколо10 габылвыстроеноколо3400‒3350 гг.до н. э.назападномберегуЕвфрата,примернов100 км квостокуотАлеппо.Какидругие,вновьоснованныеурукскиегорода(Джебель Аруда), Хабуба Кабира-юг был возведен на свободной территории по опре­ деленному плану. Город состоял из нескольких четко отделенных друг от друга кварталов, повторяя традиционную планировку южномесопотамских городов (Algaze 2008: 159). Все строительные работы были проведены достаточно быстро, и в течение короткого времени город был заселен. В нем жило от 6 до 8 тысяч человек. Не только планировка города, но и весь найденный здесь культурный ансамбль повторяли южномесопотамские традиции. Строительство города не вызвало, по-видимому, никаких конфликтов с местными жителями, но через некоторое время вокруг него возвели защитные стены с двумя воротами.

Вгородебылитриглавныеулицы:однавнаправленииссеверанаюги две —

свостоканазапад.Сначаласпланировалиулицыипроложиливдольнихдренаж­ ные системы, затем профессиональными строителями вдоль улиц были возведеныстандартныедомастрадиционнойдляЮжнойМесопотамиитрехчастной планировкой, к которым прилегали дворы площадью около 300 кв. м. В большинстве домов имелись очаги. В южной части города построили несколько

отличалось от местного населения не только использованием традиционных южномесопотамских (урукских) форм материальной культуры (керамика, орудия труда), но также и повседневной бытовой практикой: домашними технологиями, пищевыми предпочтениями и т. п. (Algaze 2008: 68 ff.). Южномесопотамский анклав в Хасинеби, например, был автономным и в экономическом плане, его жители выращивали зерно, производили продукты скотоводства и ремесленные изделия. Археологический материалсвидетельствуетомирномсовместномпроживаниибокобокюжномесопотамскихмигрантов и местного населения в течение многих поколений (Stein 2002; 2004).

31 Существуют разные точки зрения на причины урукской экспансии. Большинство исследователей рассматривает процессы миграций, происходивших в 3500–3200 гг. до н. э., как мирную колонизацию. Мотивацией могло быть желание осуществлять прямой контроль над пешими и воднымиторговымипутями,покоторымперевозилиметаллы,древесину,драгоценныекамниит. п.(Algaze 1993; 2008). Другая точка зрения предполагает, что по крайней мере Восточная Сирия была завоевана южанами, которые оккупировали несколько уже хорошо развитых северных столиц (Брак, Хамукар) и построили стратегически расположенные укрепления (Джебель Аруда, Телль Блебис), так же как и целые города (Хабуба Кабира-юг). При этом южане не только торговали, но и управляли территориями (Gibson 2010: 85). Однако все исследователи сходятся в том, что урукская экспансиябылапреждевсегоследствиемпроцессовурбанизацииицентрализации,происходившихвсамой Южной Месопотамии.

67

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

общественныхзданий.Прокладкаулициустройстводренажнойсистемыбыли, несомненно, выполнены общими усилиями, так же как и постройка стен.

Жителигородазанималисьторговлейиремеслом.Вдомахгорожанхранились все маркеры межрегиональной торговли, которые использовались в это время: токены, прототаблички (многие с оттисками цилиндрических печатей), пустые глиняные буллы, глиняные буллы с токенами внутри. Необожженные токены безотверстий(ихсравнительнонемного)служилидлядистанционнойторговли, обожженныесотверстиемдляшнурка(ихбольшинство) —дляместногообме- на.МногиеизнихбылинайденывюжныхворотахХабубаКабира-юг,возле ко­ торых находился, вероятно, городской рынок. Город был одним из звеньев широкой сети межрегионального обмена, которая простиралась с юго-востока до северо-запада Ближнего Востока, не захватывая пока, по-видимому, территорию Южной Месопотамии.

Город Хабуба Кабира-юг, очевидно, входил в большую группу южномесопотамскихпоселенийнаСреднемЕвфрате.Административнымирелигиозным центромэтойгруппыявлялосьпоселениеДжебельАруда.Егопостроилиодно­ временно с Хабуба в 8 км выше по течению Евфрата. В Джебель Аруда нахо­ дились два больших общественных здания и несколько очень маленьких частных домов. Жители здесь занимались различными ремеслами, в том числе обработкойметаллов32.ВхранилищеДжебельАрудабылинайденынесколько кусков лазурита весом более килограмма, а также другие драгоценные камни. Возможно,этиматериалыбылиподготовленыдлядальнейшейтранспортировки в Южную Месопотамию (Algaze 2008: 94–95).

Город Хабуба Кабира-юг просуществовал около 150 лет. Приблизительно около 3200 г. до н. э. он был покинут жителями. В это же время и другие соб­ ственно урукские поселения вдоль Евфрата были покинуты, некоторые, самые отдаленные от метрополии, были разрушены (например, Хассек Хююк).

32Урукские поселения этого времени на Евфрате содержат много свидетельств импортируемого

иперерабатываемогонаместесеребраимеди.Вотдельныхместахнайденыремесленныемастерские, где обрабатывали драгоценные камни, превращая их в предметы роскоши.

68

Гл а в а III

Южная Месопотамия в первой половине III тыс. до н. э.

ЮжнаяМесопотамиявпервойполовинеIII тыс.до н. э.союзгородов в начале III тыс. до н. э. Город Ур в первые века III тыс. до н. э. ГородУрукв28‒27 вв.дон. э.ГородаЮжнойМесопотамиив26‒25 вв. до н. э.

Город Шуруппак в 26‒25 вв. до н. э. Городское управление. Хозяй­ ственная структура. Дом-город (é.uru). Большой дом (é.gal). Горожане. Частноправовые договоры. Шуруппак и союз городов.

Город Ур в 26‒25 вв. до н. э.

Лагашв25‒24 вв.до н. э.ГородГирсу.Хозяйство«домженщины» (é.mí). Держатели наделов в хозяйстве é.mí. Работники, получающие выдачи в хозяйстве é.mí. Коллективные работы.

ЮжнаяМесопотамиявпервойполовинеIII тыс.до н. э.ИсторияЮжной МесопотамиипервыхвековIII тыс.до н. э.оченьнеравномерноосвещенаписьменными и археологическими источниками. Это связано и с объективными причинами,т. е.недостаточнымимасштабамиархеологическихраскопок,и с некоторыми особенностями внутреннего развития этого региона. Имеющиеся источники отражают только отдельные (для каждого города свои) аспекты жизни южномесопотамских городов в первой половине III тыс. до н. э.

От самого начала III тыс. до н. э. сохранилась группа письменных и археологических источников из города Ура. Архаические документы из Ура плохо читаются, тем не менее имеющийся материал дает возможность составить самые общие представления о территории города, занятиях населения,организациигородскойсистемы(Wright1969).ИзгородаКеш(АбуСалабих)28‒27 вв.до н. э. дошел археологический материал, позволяющий выдвинуть некоторые предположения о характере городскогосоциума.Здесьжевслоях26‒25 вв.до н. э.былонайденоболее500 табличек,в основном в отвалах около зданий. Почти все они представляют собой школьные упражнения, фрагменты лексических и литературных текстов. К 26‒25 вв. до н. э. относится гораздо более обширный материал

69

Очерки по истории Южной Месопотамии эпохи ранней древности

В конце IV — начале III тыс. до н. э. на территории Южной Месопотамии активно шли процессы урбанизации. Продолжали расти старые города (Ур, Киш,Ниппур,Кеш(АбуСалабих),Уруки,возможно,Умма),возникалиновые, в том числе Лагаш и Шуруппак. При том, что основные характеристики городскихструктурбылиобщимидлявсейЮжнойМесопотамии,каждыйгородимел множествособственныхлокальныхособенностей,отличавшихегоотостальных. Этобылосвязаносэкологическимиусловиямиразныхрегионоваллювиальной долины, с местоположением города, его ресурсами и возможностями для хозяйственного развития.

Союз городов в начале III тыс. до н. э. В это время, как и в конце IV тыс.

до н. э., на территории Южной Месопотамии по-прежнему существовала административная и экономическая организация, объединявшая целый ряд городов. Одним из важных связующих факторов был, по-видимому, культовый. Все города, входившие в союз в конце IV тыс. до н. э., имели обязательства по поставкам различных продуктов в храм богини Инанны в Уруке. По мере становления и роста городов объединяющее значение культового аспекта, вероятно, усиливалось. Как в городах, где формировались местные городские пантеоны в форме семейной или корпоративной структуры, так и навсейтерритории,которуюобъединялсоюзгородов,вначалеIII тыс.до н. э. постепенно формировался общий южномесопотамский пантеон. Главой этого пантеона стала, однако, не богиня Инанна из Урука, который был культовым центром союза городов в конце IV тыс. до н. э., а главный бог города Ниппура — Энлиль. Именно в Ниппур переместился, очевидно, в начале III тыс. до н. э. культовый центр союза. В это время здесь было построено несколько храмовых ансамблей. Наиболее значительным, кроме храмового комплекса бога Энлиля, был храм Инанны, возведенный на месте резидентного квартала (Zettler 1992). Примерно тогда же главным городским божеством Ниппура стал бог Энлиль (Wang 2011). Неясно, почему именно Ниппур приобрел значение главного культового центра Южной Месопотамии. Возможно, это было связано с его местоположением в самом центре региона . С этого времени и на протяжении всего III тыс. до н. э. города Южной Месо-

(письменный и археологический) из Шуруппака, который позволяет составить некоторое представление о характере городского управления и городского социума. Очень богатый изобразительный материал из Ура 25 в. до н. э. происходит в основном из погребений и содержит информацию о городской идеологии и социуме, прежде всего о городской элите и ее материальных возможностях. СамыйбольшойдлятоговремениписьменныйматериалдошелизгородаГирсу25‒24 вв.до н. э.Это административно-хозяйственныедокументы,небольшаягруппачастныхдокументовинадписигород­ ских правителей. Большинство текстов административного или юридического характера (отчетные записи, договоры, судебные решения) начиная примерно с 2500 г. до н. э. имеют указания на день, месяц и год их составления. Год обозначался либо по имени чиновника, которому в данный год выпала очередь исполнять одну из высших городских должностей (bala PN), либо по номеру года правления правителя.

Т. Якобсен предположил, что Ниппур вследствие своего местоположения в центре региона из­ начально был местом для общих собраний, куда сходились представители южномесопотамских городов, чтобы избрать общего лидера.

70