Материал: Vedernikov_N_T__Akhmedshin_R_L_Taktika_kommunikativnykh_sledstvennykh_deystviy_2014

116 

явленные

отклонения

, 

делая

вывод

о

правдивости

или

ложности

сообщений

128

. 

Специфические

детали

.

Речевые

элементы

этого

блока

более

специфичны

, 

и

эта

особенность

становится

объектом

криминали

-

стической

оценки

следователя

. 

К

специфическим

деталям

относят

-

ся

: «

включенность

в

контекст

» (

соотнесение

элементов

расследуе

-

мого

события

во

времени

и

пространстве

); «

описание

взаимодей

-

ствия

» (

интенсивность

взаимодействия

нескольких

лиц

); «

воспро

-

изведение

разговора

» (

передача

разговора

в

виде

диалоговых

форм

от

первого

лица

); «

неожиданное

осложнение

в

ходе

инцидента

» 

(

описание

интенсивности

развития

конфликта

). 

Необычные

характеристики

, 

связанные

с

речевыми

оборо

-

тами

.

Третья

группа

речевых

элементов

касается

ряда

содержа

-

тельных

особенностей

показаний

. 

Сюда

необходимо

отнести

такие

признаки

лжи

, 

как

игнорирование

необходимости

изложения

из

-

лишних

деталей

, 

а

также

умолчание

о

душевных

переживаниях

участников

преступного

события

. 

Особенности

устной

речи

допрашиваемого

, 

связанные

с

его

позицией

.

В

речи

недобросовестного

допрашиваемого

могут

при

-

сутствовать

спонтанные

исправления

по

ходу

рассказа

, 

сомнения

в

надежности

собственной

памяти

, 

сомнения

в

возможном

довери

-

тельном

отношении

к

изложенному

, 

упоминание

деталей

, 

свиде

-

тельствующих

о

сопереживании

преступнику

, 

перечисление

дета

-

лей

, 

свидетельствующих

о

вине

допрашиваемого

.  

Элементы

, 

отражающие

специфику

преступления

. 

Для

от

-

ражения

в

правдивых

показаниях

этого

фактора

необходимо

вла

-

дение

допрашиваемым

определенным

объемом

информации

, 

ма

-

лодоступным

некриминалистам

. 

Например

, 

в

случае

совершения

преступлений

в

сфере

компьютерной

информации

подтверждени

-

ем

достоверности

будет

описание

допрашиваемым

не

придуман

-

ного

СМИ

образа

хакера

-

маргинала

, 

а

реального

статистически

достоверного

образа

социализированного

носителя

соответствую

-

щих

навыков

. 

В

данном

случае

образ

преступника

противоречит

                                                             

128

Образцов

В

.

А

., 

Богомолова

С

.

Н

.

Криминалистическая

психология

. 

М

. : 

Юнити

-

Дана

, 

Закон

и

право

, 2002. 

С

. 108–113. 

117 

распространенным

представлениям

обывателей

, 

что

является

убе

-

дительным

свидетельством

правдивости

показаний

. 

После

оценки

наличия

 (

отсутствия

) 

каждого

из

критериев

дает

-

ся

общая

оценка

качества

показаний

, 

т

.

е

. 

степени

вероятности

до

-

стоверности

показаний

. 

3. 

Выявление

и

анализ

физиологических

признаков

лжи

. 

Исследования

проявлений

физиологических

реакций

человеческо

-

го

организма

при

волнении

, 

стрессе

или

лжи

имеют

давнюю

историю

и

не

вызывают

у

большинства

исследователей

никакого

сомнения

.  

Так

, 

на

Ближнем

Востоке

еще

в

глубокой

древности

в

качестве

«

детектора

лжи

» 

использовали

показатели

пульса

подозреваемого

. 

В

качестве

информативных

признаков

брались

изменения

в

часто

-

те

пульса

и

особенности

кровенаполнения

артерии

 (

пульсации

)

129

.

Аналогичные

выводы

, 

базирующиеся

на

иных

физиологических

реакциях

, 

легли

в

основу

практики

выявления

лжи

в

разных

стра

-

нах

Древнего

мира

и

Средневековья

. 

Появление

ярко

выраженных

, 

интенсивных

реакций

на

те

или

иные

вопросы

свидетельствует

о

том

, 

что

эти

вопросы

являются

для

допрашиваемого

более

значимыми

, 

чем

остальные

. 

В

контек

-

сте

допроса

мы

можем

ориентироваться

на

такие

реакции

, 

которые

проявляются

в

виде

изменений

ритмики

и

амплитуды

дыхания

, 

усиления

потливости

, 

повышенной

интенсивности

моргания

. 

От

-

метим

, 

что

изменение

интенсивности

моргания

скорее

характерно

для

отдельных

лиц

, 

как

типовая

реакция

на

сообщение

ложных

показаний

, 

как

  «

личный

маркер

» 

лжи

. 

Лица

с

этой

стабильной

, 

а

не

ситуативной

физиологической

реакцией

на

ложь

встречаются

не

чаще

чем

в

 20% 

случаев

 (40 

случаев

из

 200). 

Отдельные

же

пе

-

риоды

увеличения

моргания

у

остальных

допрашиваемых

в

равной

степени

зависели

как

от

ситуации

лжи

, 

так

и

от

ситуации

волне

-

ния

, 

т

.

е

. 

диагностическую

функцию

выполнить

не

могли

. 

4. 

Выявление

и

анализ

мимических

признаков

лжи

. 

Пожалуй

, 

нет

ученого

-

криминалиста

, 

который

не

рекомендовал

бы

в

процессе

допроса

наблюдать

за

мимикой

лицевых

мышц

до

-

прашиваемого

. 

Но

на

сегодняшний

день

информацию

, 

содержащую

                                                             

129

Козулева

А

.

А

.

Эволюция

понимания

и

определения

истины

и

лжи

в

историко

-

философском

познании

 // 

Сибирский

юридический

вестник

. 

№

 3 (38). 2007. 

С

. 69. 

118 

практические

советы

в

данной

области

, 

можно

почерпнуть

фактиче

-

ски

только

из

физиогномики

 (

области

человеческих

знаний

о

взаи

-

мосвязи

черт

лица

и

психических

свойств

). 

Действительно

, 

цен

-

ность

анализа

мимических

признаков

лжи

подтверждена

еще

пер

-

выми

криминалистами

, 

утверждавшими

, 

в

частности

, 

что

  «

страх

, 

дрожь

, 

блуждающий

взгляд

, 

вынужденный

смех

, 

притворный

обмо

-

рок

и

спазмы

 – 

все

это

свидетельствует

о

сознании

своей

вины

. 

Но

все

-

таки

слишком

полагаться

на

это

нельзя

»

130

. 

Возможности

использования

данных

физиогномики

тоже

огра

-

ничены

в

силу

ряда

причин

.  



Научно

разработанных

методик

, 

на

теоретическом

уровне

объясняющих

взаимосвязь

мимической

активности

и

психических

проявлений

, 

не

существует

. 

Физиогномика

как

область

знания

имеет

крайне

неразработанную

теоретическую

базу

и

неструкту

-

рированный

эмпирический

объем

материала

. 



Представители

разных

типов

нервной

системы

обладают

доста

-

точно

специфичными

проявлениями

мимической

активности

. 

Так

, 

представители

флегматического

типа

не

имеют

резко

выраженной

мимики

, 

в

то

время

как

представители

сангвинистического

типа

хотя

и

имеют

достаточно

развитые

выразительные

движения

мышц

лица

, 

но

способны

контролировать

проявления

подобной

активности

. 

Лица

же

холерического

и

меланхолического

типа

характеризуются

доста

-

точно

узким

спектром

доминирующих

мимических

особенностей

, 

что

затрудняет

обнаружение

на

этом

эмоционально

-

насыщенном

фоне

признаков

лжи

. 

Сказанное

не

делает

неэффективной

методику

выявления

лжи

, 

а

требует

от

лица

, 

её

использующего

, 

делать

поправ

-

ки

в

зависимости

от

типа

допрашиваемого

. 



Сложность

использования

знаний

в

области

физиогномики

в

случаях

заболевания

, 

при

которых

в

цепочке

мимических

рефлек

-

сов

некоторые

звенья

анатомически

интактны

 (

не

вовлечены

). 



Наличие

у

некоторых

лиц

  «

аномальной

» 

мимики

, 

возникаю

-

щей

вследствие

специфического

психического

склада

131

. 

                                                             

130

Вейнгарт

А

.

Уголовная

тактика

. 

СПб

. : 

Издание

  «

Вестника

Полиции

», 1912. 

С

. 117. 

131

Сикорский

И

.

А

.

Всеобщая

психология

с

физиогномикой

в

иллюстрированном

изложении

. 

М

. : 

Типография

С

.

В

. 

Кульженко

, 1904. 

С

. 42–45. 

119 



Допрашиваемые

с

высоким

уровнем

выраженности

актерских

навыков

могут

интуитивно

  (

реже

сознательно

) 

подстроиться

под

квазиестественную

для

данной

ситуации

мимику

. 

К

названным

лицам

интуитивного

плана

относятся

лица

с

сензитивной

акценту

-

ацией

характера

, 

осознанного

 – 

истероидной

. 

По

нашему

глубокому

убеждению

, 

научить

не

ситуативно

, 

а

системно

определять

ложь

по

мимическим

проявлениям

сложно

. 

Несмотря

на

сказанное

, 

можно

сориентировать

внимание

допра

-

шивающего

на

некоторых

особенностях

мимики

человека

, 

кото

-

рые

с

высокой

степенью

вероятности

позволят

обнаружить

от

-

дельные

признаки

лжи

. 

Изучение

нами

 200 

человек

, 

оказавшихся

в

роли

допрашивае

-

мых

, 

показало

, 

что

в

 94% 

случаев

в

зависимости

от

ведущей

руки

(

праворукости

 / 

леворукости

) 

у

человека

в

мимическом

плане

по

-

вышенно

активна

только

одна

половина

лица

. 

Так

, 

у

праворуких

исследованных

мимически

активная

сторона

лица

правая

, 

у

лево

-

руких

 – 

левая

. 

Среди

исследованных

амбидекстры

отсутствовали

. 

Факт

переучения

леворукости

на

праворукость

на

выявленную

за

-

кономерность

влияния

не

оказал

. 

Криминалистическая

ценность

данного

эксперимента

опреде

-

ляется

следующим

. 

Восприятие

человека

ориентировано

на

созда

-

ние

целостного

образа

путем

усреднения

восприятия

сигналов

различных

по

интенсивности

. 

Интенсивное

мимическое

выраже

-

ние

одной

половины

лица

  «

сглаживается

» 

пониженной

интенсив

-

ностью

выражения

другой

половины

лица

. 

Следователь

в

силу

названных

объективных

закономерностей

склонен

не

замечать

быстрых

и

слабовыраженных

мимических

сигналов

. 

Если

же

сле

-

дователь

, 

зафиксировав

факт

праворукости

 / 

леворукости

, 

скон

-

центрируется

на

мимически

активной

половине

лица

, 

то

даже

не

-

значительные

по

интенсивности

выражения

мимики

им

будут

об

-

наружены

. 

5. 

Выявление

и

анализ

логико

-

содержательных

признаков

лжи

.  

Как

известно

, 

ложь

характеризуется

рядом

логико

-

содержательных

признаков

 (

ранее

мы

использовали

формулировку

«

признаки

, 

характеризующие

содержание

и

форму

полученных

показаний

»):  

120 



сообщение

допрашиваемым

лицом

различных

сведений

по

одному

обстоятельству

;  



общая

неопределенность

, 

неконкретность

сведений

, 

содер

-

жащихся

в

показаниях

;  



наличие

совпадений

в

мелких

деталях

показаний

различных

лиц

об

одном

и

том

же

факте

;  



«

оговорки

» 

в

высказываниях

, 

указывающие

на

отрицаемую

допрашиваемым

лицом

осведомленность

в

обстоятельствах

собы

-

тия

, 

по

поводу

которого

оно

допрашивается

;  



неадекватность

, 

как

правило

, 

пониженная

насыщенность

эмо

-

ционального

фона

показаний

;  



частое

апеллирование

допрашиваемым

к

своей

добропоря

-

дочности

и

объективности

;  



уклонение

допрашиваемого

от

ответа

на

прямой

вопрос

;  



сокрытие

очевидных

фактов

, 

которые

не

могли

быть

неиз

-

вестны

допрашиваемому

лицу

.  

Для

рассмотренной

группы

признаков

особенно

актуально

по

-

ложение

о

том

, 

что

первоначальный

вывод

о

ложности

показаний

, 

чаще

всего

носит

вероятностный

характер

, 

особенно

на

ранних

этапах

расследования

, 

т

.

е

. 

требует

проверки

и

подтверждения

наряду

с

иными

версиями

132

. 

Научный

интерес

и

практическое

значение

представляют

предложенные

А

.

Р

. 

Ратиновым

и

Н

.

И

. 

Гавриловой

критерии

со

-

ответствия

показаний

допрашиваемого

действительности

. 

Анализ

показаний

целесообразно

производить

, 

используя

следующие

критерии

: 

1) 

компетентность

допрашиваемого

  (

характер

его

показаний

, 

личностные

особенности

позволяют

сделать

вывод

о

том

, 

что

он

не

способен

придумать

описываемые

события

); 

2) 

его

неосведомленность

 (

незнание

допрашиваемым

тех

обсто

-

ятельств

и

деталей

, 

которые

должны

быть

известны

и

не

могли

быть

забыты

, 

если

его

показания

верны

); 

                                                             

132

Лифанова

М

.

В

.

Выявление

и

разоблачение

ложных

показаний

на

предвари

-

тельном

следствии

 : 

автореф

. 

дис

. … 

канд

. 

юрид

. 

наук

. 

Уфа

, 1997. 

С

. 20.