Дипломная работа: Актуальные проблемы уголовной ответственности за хищения
Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам
56
имущество, которое ограничено в обороте либо изъятое из него. Например,
огнестрельное оружие и боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные
устройства, наркотические средства и психотропные вещества. А также
различные официальные документы, печати, штампы, паспорт и иные личные
документы и др.
Хищение указанных выше предметов образует самостоятельный состав и
не требует дополнительной квалификации по ст. 158 УК РФ.
Считаем необходимым остановиться и на такой важной проблеме, как
разграничение кражи и преступлений против природной среды.
Зачастую, самовольная добыча полезных ископаемых квалифицируется
органами следствия по ст. 158 УК РФ. Однако это не верно. Предметом такого
преступления являются полезные ископаемые. Но в указанном случае полезные
ископаемые выступает не как чужое имущество, а как природный ресурс, а его
добыча охраняется законодателем. Вместе с тем, полезные ископаемые до
момента их добычи не индивидуализированы, а, поэтому и не могут являться
объектом права собственности.
Кроме того, чужим имущество становится лишь с момента установления
над вещью господство человека, а вообще имуществом, лишь с момента
приложения к нему труда человека, а в указанном случае добычи. Таким
образом, действия, которые направлены на самовольную добычу полезных
ископаемых, нельзя квалифицировать как кражу. В этом случае образуется
состав преступления, что предусмотрен ст. 255 УК РФ – «нарушение правил
охраны и использования недр».
Таким же образом, по предмету, отграничиваются от кражи и
преступления против флоры и фауны. Например, незаконная добыча (вылов)
водных биологических ресурсов, незаконная охота, незаконная рубка лесных
насаждений. В этом случае важен сам факт нахождения представителей
растительного и животного мира в условиях естественной их среды обитания. В
то же время, когда к ним приложен труд (добыча), они становятся имуществом
и уже составляют собой предмет хищения.
57
Не так часто, но на практике кражу приходится отличать от правомерного
действия – находки. В соответствии с п. 1 ст. 227 ГК РФ, нашедший
потерянную вещь, обязан незамедлительно уведомить об этом лицо, которое
потеряло эту вещь, или собственника вещи либо кого-либо другого из
известных ему лиц, имеющих право получить ее, и возвратить найденную вещь
этому лицу. Если же вещь найдена в помещении или на транспорте, она
подлежит сдаче лицу, представляющему владельца этого помещения или
средства транспорта.
Конечно, в данной ситуации речь идет не о любой краже, а именно о
краже оставленного без присмотра либо забытого имущества. В данном случае
необходимо установить – вещь была забыта или потеряна, что на практике
установить практически невозможно. Вместе с тем, по этому вопросу можно
прийти к выводу, что основными критериями разграничения являются
объективный и субъективный критерий.
К объективному критерию необходимо относить место утраты вещи.
Безусловно, следует признавать кражей случаи завладения чужим имуществом,
которое оставлено без присмотра в специальных местах, например в зале
вокзала или аэропорта, так как это имущество считается находящимся во
владении тех лиц, которым такие места и принадлежат. Что касается забытой
вещи, то для того, чтоб завладение такой вещью можно было квалифицировать
как кражу, эта вещь должна находиться в месте которое известно собственнику
этой вещи, и он должен иметь возможность за ней вернуться или иным образом
возвратить, например в кафе.
Однако таким местом не может быть признано то, где проходило
массовое мероприятие. В этом случае не имеется возможность установить
конкретного места, где вещь была утрачена. К субъективному критерию
относится умысел виновного. Как кража следует квалифицировать действия
лица, которому достоверно известно кому именно принадлежит имущество
либо знающего о том, что собственник может вернуться за забытой им вещью.
В остальных случаях имеет место находка.
58
Как видно из изложенного выше материала, можно сделать вывод, что
действий похожих на деяние, которое предусмотрено ст. 158 УК РФ
сравнительно много. Во многих из рассматриваемых случаях российский
законодатель не достаточно четко и ясно предусмотрел их разграничение.
Это вызывает зачастую путаницу на практике, и как следствие, неверную
квалификацию составов преступлений. Представляется, что во избежание
ошибок при квалификации составов преступлений, следственным и судебным
органам надлежит в каждом конкретном случае полно, досконально и
всесторонне исследовать имеющиеся доказательства и фактические
обстоятельства дела, а законодателю необходимо устранять коллизии и
пробелы, которые порождают неверное толкование норм права, на что
неоднократно обращал внимание Верховный Суд РФ.
2.4 Предложения по внесению изменений в понятие «хищение»,
содержащееся в п.1 Примечаний к ст. 158 УК РФ
По нашему мнению, такие признаки хищения как «корыстная цель» и
«обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц» требует
уточнения со стороны законодателя. Согласно которым, в пункт 1 примечания
к ст. 158 УК РФ необходимо внести изменения, которые будут способствовать
более верной квалификации деяний, связанных с хищением чужого имущества.
Как нам уже стало известно из пункта 1 примечаний к статье 158 УК РФ,
при определении понятия «хищения» указано, что это «совершенные с
корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение
чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб
собственнику или иному владельцу этого имущества».
Однако законодатель толкует хищение противоречиво. Хищение
совершается и с корыстной целью, и может совершаться в пользу других лиц.
Однако сам круг этих других лиц законодатель не ограничивает. А это значит
любых, в том числе и незнакомых ему лиц. Получается, что некоторая
59
благотворительность похитителя также может осуществляется с корыстной
целью
1
. Из пункта 1 примечания к ст. 158 УК РФ можно понять, что корысть
присутствует при хищении независимо от того, сам преступник при этом
обогащается или обогащает каких ему угодно «других лиц».
Представляется, что указанное положение, заложенное в Уголовный
кодекс, является по крайней мере, неточным и, отчасти, вводит в определенное
заблуждение практику судов. На наш взгляд, нельзя признать хищением
действия лица, которое тайно или путем обмана завладело чужим имуществом
и передало его безвозмездно посторонним и абсолютно не знакомым ему лицам
без всякой для себя имущественной или иной выгоды.
К сожалению, Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 22
декабря 2002 г. № 29 (в ред. от 6 февраля 2007 г. № 7) «О судебной практике по
делам о краже, грабеже и разбое» обходит вопрос о корысти и лишь повторяет
определение этого понятия, представленное в Уголовном кодексе. Пленум, в
пункте 7, лишь поясняет отсутствие корыстной цели при хищении, если
имущество похищается «с целью его временного использования с
последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым
правом на это имущество».
Практически не поднимался и не поднимается вопрос о понятии корысти
и в научных работах и публикациях, а авторы работ, по сути, лишь повторяют
определение, которое дано законодателем. И только в работе Б. В.
Волженкина мы, в процессе исследования вопроса о корысти, нашли наиболее
верный, по нашему мнению, ответ на вопрос о понятии корысти при хищениях.
По его мнению: «Корыстная цель имеет место, если чужое имущество
незаконно и безвозмездно изымалось и (или) обращалось:
– в пользу виновного;
– в пользу лиц, близких виновному, в улучшении материального
положения которых он лично заинтересован;
1
Сердюк П.Л. Спорные вопросы квалификации преступлений против собственности //
Вестник Уральского юридического института МВД России. – № 1. – 2018. – С. 86-88.
60
– в пользу других лиц, являющихся соучастниками хищения»
1
.
На наш взгляд, именно таким образом и необходимо толковать понятие
корыстной цели деяния и корыстного мотива хищений.
Данное понятие имеет принципиальное значение, так как зачастую на
стадии предварительного следствия, следственные органы при кражах и
мошенничествах считают обязательным подтверждения только умышленной
виды с субъективной стороны состава преступления, порой, не делая упор на
корыстный мотив, который является обязательным признаком хищений.
Например, толкуя банковского мошенничества, органы следствия порой
ограничиваются тем, что в таком случае основным признаком состава является
обман и злоупотребление доверием. Однако обман является обязательным
признаком и такого состава преступления, как незаконное получение кредита,
предусмотренного ст. 176 УК РФ.
В диспозиции этой статьи также могут фигурировать поддельные
документы, однако отсутствует корыстный мотив. Здесь преступник пресле-
дует цель лишь незаконного получения для себя кредита и не имеет цели его
хищения. В итоге происходят ошибки при разграничении составов статьи 159.1
УК РФ и статьи 176 УК РФ, которые охраняют совершенно разные объекты.
Ст. 159 УК РФ охраняет собственность, а статья 176 Уголовного кодекса -
порядок экономической деятельности.
Более того, практике известны и такие случаи, когда хищение
совершалось с целью попасть в места лишения свободы по причине отсутствия
у преступника жилья и т. п. без наличия у него корыстного мотива.
Хищение в этих случаях, не может быть признано, а такие действия
должны рассматриваться лишь в порядке гражданского судопроизводства как
причинение имущественного вреда.
Из пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017
N 48 следует, что Верховный Суд России поддерживает свою позицию о
толковании понятия «корыстной цели». А именно как стремление изъять и
1
Волженкин Б. В. Служебные преступления // СПб. – 2000. – С. 153.
Источник: https://baza.diplomsite.ru/previewfile/2632