вопросам хозяйственного строительства экономико-географы, например покойный Н. Н. Колосовский, внесли немалый вклад.
Более общий вопрос о необходимости учета, а следовательно, знания и изучения местных условий неоднократно и весьма
настойчиво подчеркивался |
руководителями |
нашей партии. |
В. И. Ленин говорил об этом на VIII и на X |
съездах партии. |
|
«Было бы ошибкой, если бы мы просто по шаблону спи |
||
сывали декреты для всех |
мест России» V |
|
Немалое значение имела также проблема укрепления низо вого района, выдвинутая на XVI съезде партии. В развитие этой директивы был принят ряд важных постановлений; например, весной 1937 г. было опубликовано постановление, обязывавшее каждый административный район в определенный срок составить полное свое описание.
Детальные крупномасштабные исследования территории, спе циально экономико-географические и комплексные, проведен ные в ответ на практические запросы социалистического строи тельства, имели громадное методологическое значение для раз вития советской экономической географии. Экономико-географы, ранее пользовавшиеся материалами из вторых рук в виде глав ным образом статистических сведений по достаточно крупным административным единицам (в рамках области и во всяком случае не мельче административного района), получили возмож ность в этих экспедиционных исследованиях собирать «в поле вом порядке» необходимый для них материал с любой требуе мой детальностью. Тем самым для экономической географии была открыта новая для нее область крупномасштабных поле вых работ, позволяющая вскрывать закономерности, неуловимые в рамках мелкомасштабного изучения по литературе и статисти ческим таблицам.
Полевые исследования ставят экономико-географа лицом к лицу с природой, с картой, с выявлением корреляций, с микроприродными условиями, с микроположением и тем самым в высо кой мере способствуют усилению географических элементов в эко номической географии.
Социалистическое хозяйство, разгородившее землю от рамок частной собственности, предъявляет спрос также и на экономи ческие карты, в том числе и на карты крупномасштабные, выпол няющие в наших условиях те же функции, какие в капиталисти ческих условиях выполнял план. На создание с натуры крупно масштабных экономических карт, о которых раньше никто и не думал, толкают работы не только по детальному изучению сельского хозяйства, но и по осушению и орошению, по улуч шению и развитию шоссейных дорог и т. д.
Развитие экономического картирования, в том числе особенно крупномасштабного, сопряженного с собиранием материала на
1 В. И. Л е н и н . Сочинения, т. 29, 1950, стр. 138.
3 H. Н. Баранский |
33 |
месте «с натуры», еще более способствует усилению географи ческих элементов в экономической географии и вместе с тем имеет крупное методологическое значение. Крупномасштабная экономическая карта, составленная в поле с натуры, фиксирует размещение природных условий, населения и экономики с пол нотой, точностью и детальностью, совершенно недоступной текстовому описанию. Тем самым такая экономическая карта заставляет экономико-географа основной упор перенести с кон статации размещения на его объяснение.
Раньше экономико'-географы могли «отыгрываться» на эмпи рическом описании того, где что находится, считая свою работу на этом законченной; теперь же с появлением таких экономиче ских карт ограничиваться голым описанием размещения уже невозможно. Стимулируя экономическую географию на работу по объяснению размещения, крупномасштабная экономическая карта в то же время значительно помогает этой работе уже самой полнотой и детальностью изображения подлежащего объяснению материала.
Кроме того, в процессе составления экономических карт возникают методологические вопросы и запросы к экономической географии, а иногда и подсказывается их разрешение. Укажем хотя бы на проблему типологии производственных видов сель ского хозяйства...
Все перечисленные выше моменты — и экономическое райони рование в условиях планового социалистического хозяйства, и рациональное размещение промышленности, правильная по районная специализация сельского хозяйства и укрепление низовых районов, и сопряженное с этим крупномасштабное экономическое картирование — все это сильнейшим образом сти мулирует развитие у нас экономической географии и сильнейшим образом повышает и расширяет спрос на экономико-географи ческие знания.
* * *
Основные отличительные черты нашей советской экономи ческой географии в том виде, как она сложилась в связи с выше перечисленными моментами, могут быть сформулированы так.
Прежде всего активность, тесная связь с практикой социали стического строительства, проникновение его запросами и со ответственно этому неудовлетворенность голой констатацией сущего и стремление к глубокому научному его объяснению на началах марксизма-ленинизма, к установлению закономер ностей, позволяющих найти должное, научно определить даль нейшее развитие каждого района, большого и малого.
Вторая характерная черта советской экономической геогра фии — это комплексность и в то же время конкретность и деталь ность изучения, сопровождаемого полевыми исследованиями и картированием территории.
34
Третья, нераздельно связанная с двумя первыми,— это все растущее усиление технической подготовки экономико-геогра- фов, которая необходима и для того, чтобы глубже понимать сложившуюся географию производства и правильнее намечать перспективы.
В наших условиях и люди и дела растут в соответствии с воз лагаемыми на них нашей великой эпохой задачами.
Поэтому, несмотря на наличие еще в нашей дисциплине вся кого рода пережитков старого, нельзя сомневаться в том, что советская экономическая география сумеет в ближайшие же годы стать на уровень требований, предъявляемых к ней социа листическим строительством.
** *
1.С тех пор как мною написана эта статья, представляющая конспективную запись ряда лекций на эту тему, в нашей лите ратуре появились работы, специально посвященные истории тех направлений мысли, которых я касаюсь в этой статье, а имен но: камеральной статистики, политической арифметики, коммер ческой географии.
Здесь прежде всего надо указать: 1) статьи Н. П. Никитина
в«Вопросах географии» (сб. 10, 17, 31) и Б. А. Вальской (сб. 10 и 17) по истории экономической географии в России XVIII и XIX вв.; 2) книгу М. Птуха «Очерки по истории статистики
XVII—XVIII веков», 1943 г.; 3) книгу В. К. Яцунского «Ис торическая география», 1955 г.; 4) сборник «Отечественные экономико-географы XVIII и XIX вв.», изд. МГУ, 1955 г.
2.В последние годы в связи с поставленной на очередь зада чей крутого подъема сельского хозяйства выдвинулась на пер вый план необходимость учета местных условий. Эта необходи мость учета местных условий, природных и экономических, мно гократно подчеркивалась в решениях пленумов ЦК КПСС по вопросам развития сельского хозяйства, а также в резолюциях XX съезда КПСС.
Эта необходимость учета местных условий, природных и эко номических, обязывает ко многому, конечно, не одних только географов, но их она обязывает в первую очередь, ибо учет мест ных условий предполагает их знание, а знание и изучение местных условий, природных и экономических, есть прямое и непосред ственное дело именно географов, и прежде всего географов; тем самым следует ожидать и повышения забот о дальнейшем развитии географии.
3 *
УЧЕТ ПРИРОДНОЙ СРЕДЫ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ
ГЕОГРАФИИ
ПОСТАНОВКА ВОПРОСА
В громадном большинстве случаев, когда говорят и спорят по вопросу о роли и значении природной среды, то имеют в виду сразу все и всяческие влияния природной среды на человече ское общество, а равно и человеческого общества на природную среду.
Между тем здесь можно и, по нашему мнению, должно вы делять два достаточно четко различающихся между собой вопроса.
Один вопрос — о влиянии природной среды на развитие чело веческого общества, т. е. на изменение общественных формаций, переход их одна в другую и т. д. и т. п.
Как известно, марксизм, признавая природную среду одним из необходимых и постоянных условий материальной жизни общества, влияющим на его развитие, в то же время не считает это влияние определяющим.
Другой вопрос — о влиянии различий в природной среде на различия в производственном направлении хозяйства от места к месту в рамках определенной общественной формации, харак тер которой определяет в целом и характер использования при родной среды.
Первый вопрос есть в общей его постановке дело философии, а в постановке конкретной — дело истории, исследующей про цессы общественного развития и смены общественных форма ций. Экономическая география к этому вопросу в такой его по становке непосредственного отношения не имеет не потому, что она игнорирует различия в общественных условиях от места к месту, а потому, что, учитывая их, берет их как данные, не входя в исследование вопроса о их происхождении, ибо этим вопросом должны заниматься историки1.
1 Единственно, что может оправдать вмешательство экономикогеографов в этот вопрос, это игнорирование его со стороны историков. Делом этим могла бы заняться политическая география в марксистском
36
Второй вопрос — исследование влияния пространственных различий в природной среде на пространственные различия в производственном направлении хозяйства — наоборот, является коренной задачей экономической географии, относительно кото рой экономико-географ может сказать словами братьев Мак кавеев: «Если не мы, то кто же?»
Нетрудно видеть, что сформулированные нами выше вопросы хотя в известной мере и связаны, однако в то же время доста точно различны. Одно дело говорить о том, какое сочетание при родных условий могло ускорить развитие капитализма или вообще образование прочного человеческого общества, и совсем другое дело говорить о том, какие природные условия, скажем, в пре делах советской Средней Азии более подходящи для хлопчат ника, какие — для богарной пшеницы, а какие — для пастбищ ного скотоводства.
Можно отводить весьма скромную роль влиянию природных условий на развитие общественных формаций и в то же время считать бесспорным, что в условиях, скажем, нашей Средней Азии под хлопчатник наиболее подходящи доступные орошению земли более низкого уровня, а под пастбища — высокогорные пространства летом и неорошенные низменности в остальные времена года.
При прочих равных условиях различия в природных условиях сплошь и рядом могут оказываться решающими для объясне ния различий в производственном направлении сельского хо зяйства от места к месту.
При этом неправильно было бы думать, что так сильно может сказываться влияние природных условий на производственное направление хозяйства только в районах с такой резко контраст ной природой, как Средняя Азия. Новая Англия (на северовостоке США) в этом отношении совсем не то, что наша Средняя Азия, однако при выборе участков под те или иные овощи в Но вой Англии с чрезвычайной тщательностью учитываются даже мельчайшие различия в уровне местности, почвах, инсоляции, микроклимате и т. д. И в ряде других районов США с высоко интенсивным сельским хозяйством, например в Калифорнии, тоже наблюдается тщательный учет природных условий при вы боре производственного направления сельского хозяйства.
Крупнейший специалист по географии сельского хозяйства
вСША О. Е. Backer говорил по этому вопросу следующее: «Влияние природных условий на сельскохозяйственное раз
витие — вместо того чтобы смягчаться с прогрессом науки и изо
плане, если бы таковая была создана. В переписке Маркса с Энгельсом рассыпана масса замечаний о различиях между странами в общественнополитическом отношении. Систематизация этих отличий, их объяснение, выявление закономерностей—таковы были бы задачи такой марксистской политической географии, которая, конечно, не имела бы ничего общего с буржуазной геополитикой.
37
бретений, усилилось. Развитие товарности в сельском хозяйстве и вытекающая отсюда резкая конкуренция между различными районами делают производство любой культуры чувствительным даже к малейшим природным плюсам или минусам данного места и вызывают сдвиги в размещении культур или в исполь зовании земли с быстротой, неизвестной в прежние века».
Различий в человеческой жизни — в хозяйстве, в обществен но-политическом устройстве, в культуре — от страны к стране, а часто и в пределах одной и той же страны от места к месту так много и они сплошь и рядом так велики, что не могли бы не заин тересовать каждого, кто с ними сталкивается.
При обсуждении вопроса о причинах этих различий по боль шей части так или иначе учитывались и различия в природных условиях.
Основоположники марксизма-ленинизма и наши современ ные руководители партии и правительства нам все время говорят о необходимости учета местных условий, природных и экономи ческих К
Но ведь чтобы осуществить учет местных условий, надо прежде всего хорошо их знать; а знание местных условий — это дело прежде всего географии и географов. И если вопрос становится таким образом, то совершенно ясно, что влияние местных усло вий, в том числе природных, в нашей стране никак не отрицается, а, наоборот, признается. Если бы это влияние отрицалось, то зачем тогда было бы говорить о необходимости их учета?
ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ФАТАЛИЗМ И ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ
НИГИЛИЗМ
По вопросу о влиянии природной среды существуют две диа метрально противоположные системы ошибок: одна, заключаю щаяся, грубо говоря, в переоценке роли природы и ведущая свое начало от глубокой древности, и другая, совсем новая, за ключающаяся, опять-таки грубо говоря, в недооценке роли природы.
Первая позиция хотя и не представлена никем в нашей совре менной литературе12, но еще очень живуча в практике преподава ния. Сплошь и рядом учителя, особенно с односторонней физико
1 См., например, выступления по вопросам подъема сельского хозяй ства на январском Пленуме ЦК КПСС в 1955 г.
2 Нельзя не отметить, что и в иностранной буржуазной географи ческой литературе за последнее время встречается немало высказываний против географического детерминизма. В этом отношении наиболее пока зательны заявления, сделанные в первых главах крупной сводной работы «American Geography». В таком же роде имеются высказывания в книге Гуру «Азия» (G о и г о u Р. L'Asie, Р., 1953). Еще резче пишет Дик*
кинсон: «Geographical determinism is as dead as the dodo»—«географиче ский детерминизм так же мертв, как додо» (вымершая доисторическая по рода птиц).
38