Иных уж нет, а те далече…
Пушкин
Первый раз она пришла ко мне в Фонтанный Дом в ночь на 27 декабря 1940 года, прислав как вестника еще осенью один небольшой отрывок («Ты в Россию пришла ниоткуда…»).
Я не звала ее. Я даже не ждала ее в тот холодный и темный день моей последней ленинградской зимы.
Ее появлению предшествовало несколько мелких и незначительных фактов, которые я не решаюсь назвать событиями.
В ту ночь я написала два куска первой части («1913») и «Посвящение». В начале января я почти неожиданно для себя написала «Решку», а в Ташкенте (в два приема) – «Эпилог», ставший третьей частью поэмы, и сделала несколько существенных вставок в обе первые части.
Я посвящаю эту поэму памяти ее первых слушателей – моих друзей и сограждан, погибших в Ленинграде во время осады.
Их голоса я слышу и вспоминаю их, когда читаю поэму вслух, и этот тайный хор стал для меня навсегда оправданием этой вещи.
Ну, условно говоря, об этом и поэма о памяти. Поэма небольшая, но побольше, чем скромный Реквием. Разделена на три части. Читать сложно, потому что очень много непонятно, видно, что вещь писалась для себя и самых близких, потому что без знания Ахматовских междусобойчиков, понять еле-еле можно какие-то микросюжеты, но и их, честно говоря, с трудом. Пересказывать это невозможно. Три посвящения. Есть авторские ремарки (как в пьесах). Вообще она, вроде, какое-то время хотела, чтобы это был своеобразный балет.
Ахматова и ахматовщина
Земная женственность (надо бы перед богом -блок)
Прозаическая деталь
В предисловии к первому сборнику стихов Ахматовой «Вечер» (1912) Михаил Кузмин сказал о любви начинаю щей поэтессы к незначительным деталям. Потому что у нее туберкулез.
После женственного изящества "Четок" - строгая мужественность, скорбная тор жественность и молитвенность "Белой Стаи"...» В книге «Белая стая» есть маленький стихотворный цикл «Июль
1914». И - как здесь изменилась интонация Ахматовой по сравнению с ее ранней любовной лирикой! Она исповедует ся не только «перед мужчиной», но и «перед Богом»:
От простоты к сдлжности
Июль 1914 музыка эпохи
Стихи о нелюбви- нагнетание переносов, «Два паруса лодки одной» Анненский- образ непреодолимой черты, про женщину
Есть в близости людей заветная черта, Ее не перейти влюбленности и страсти, — Пусть в жуткой тишине сливаются уста, И сердце рвется от любви на части.
И дружба здесь бессильна, и года Высокого и огненного счастья, Когда душа свободна и чужда Медлительной истоме сладострастья.
Стремящиеся к ней безумны, а ее Достигшие — поражены тоскою… Теперь ты понял, отчего мое Не бьется сердце под твоей рукою.
Жарко веет ветер душный, Солнце руки обожгло, Надо мною свод воздушный, Словно синее стекло;
Сухо пахнут иммортели В разметавшейся косе. На стволе корявой ели Муравьиное шоссе.
Пруд лениво серебрится, Жизнь по-новому легка... Кто сегодня мне приснится В пестрой сетке гамака?
1910
Я пришла сюда, бездельница, Все равно мне, где скучать! На пригорке дремлет мельница. Годы можно здесь молчать. Над засохшей повиликою Мягко плавает пчела; У пруда русалку кликаю, А русалка умерла. Затянулся ржавой тиною Пруд широкий, обмелел, Над трепещущей осиною Легкий месяц заблестел. Замечаю все как новое. Влажно пахнут тополя. Я молчу. Молчу, готовая Снова стать тобой, земля.
Влияние: частушка, народная баллада (отсюда образ русалки и пропущенные звенья)
Художественный мир Булгакова. (система концептов)
Начав с реалистического и во многом автобиографического описания психической изоляции русского интеллигента и разрушения его привычного семейного уклада в эпоху революции и Гражданской войны («Записки юного врача» и «Белая гвардия»), в более поздних текстах Булгаков всё глубже погружается в стихию фантасмагории. В новообразованном советском государстве абсурдистская антиутопия всё больше воплощается в реальность, и Булгаков оказывается одним из самых остроумных её хроникёров
Для Булгакова конец 1920-х — время драматических событий и разочарований: после невероятного успеха постановки «Дней Турбиных» во МХАТе его пьесы снимают с репертуара, разворачивается газетная травля.
Обычный для Булгакова приём — фантастическое внутри обыденного — задаёт стиль московских глав: это гротескное, ироническое описание московского быта и нравов, иногда на грани фельетона. Московская сатирическая фантасмагория разбивается вкраплениями текста другой природы: с одной стороны — искривлённый мир раскачивающихся на люстре котов и пивных ларьков без пива, с другой — как бы документальный роман о древности с его возвышенно-лаконичным стилем и поэтические, почти музыкальные по своему звучанию и ритму фрагменты: рассказ Мастера о своей любви, полёт Маргариты, лирические отступления повествователя — из этих стилистических контрастов и высекается энергия романа.
Тезисы:
Сатира
Гротеск
Магический реализм
Сплетение лирического, сатирического еще философского.
Мотивы:>
/орнаментальность (Дни Турбиных)- проза организована по закону поэзии, деталь и образ важнее сюжета.
/сумбурность и абсурд новой жизни (проявляется в ублюдских названиях учреждений)
Собачье сердце, Дьяволиада- сокращения, путаница- Роковые яйца
/наследие -фантастическое внутри обыденного (наследие Гоголя и Гофмана)- события фантастичны, но место например вполне реальное
Музыка фразы как у Белого
По атмосфере- Гете
Это сближает роман Булгакова с текстами, порождёнными мифологическим мышлением: одно из базовых свойств такого мышления — отсутствие чёткой границы между «действительной», наличной реальностью и реальностью мифа, они пронизывают друг друга до степени неразличения, и каждое событие, происходящее в так называемой реальной жизни, находит своё отражение и объяснение в структуре мифа.
/врачебная практика
Собачье сердце, Записки юного врача
/сатира на ранне советскую действительность
Собачье сердце
/ в хаосе войны разрушается дом, семья, частное пространство и вместе с ними весь мир русской интеллигенции, ожесточенная борьба за власть на втором плане
Белая гвардия
/разруха и неустроенность нового быта (Собачье сердце)
/тема эксперимента (Собачье сердце, Роковые яйца) / неосторожность людей в обращении с новыми научными изобретениями и непонимание опасности последствий такого обращения. (Собачье сердце, Роковые яйца)
Ранняя сатирическая проза М. А. Булгакова была частично опубликована в его сборниках. В это время он пишет все свои основные произведения: «Дьяволиада» (1923 г.), «Записки на манжетах» (1923 г.), «Багровый остров» (1924 г.), «Роковые яйца» (1924 г.), «Собачье сердце» (1925 г.)… «Мастер и Маргарита» (1929-1940 гг.)
* Сатира Булгакова несколько напоминает сатиру Салтыкова-Щедрина.
После нескольких авторских чтений повесть «Собачье сердце» (1925 г.) была запрещена. В ней – картины постреволюционной России, разруха и неустроенность нового быта. Даже пес Шарик, жалуется. Выбор главного героя – пса – неслучаен. Булгаков помнил слова Горького, что революционный эксперимент обречён на провал, так как выпустит наружу «звериный русский быт».
Тема эксперимента – сквозная. О нем пишется с помощью фантастики и гротеска, впрочем, в этом Булгаков не был новатором, идет вслед за Салтыковым-Щедриным. Однако цель профессора Преображенского – не только эксперимент на уровне тела. Об этом говорит его фамилия. Ему важнее душа. Булгакову, учитывая исторический фон повести, также важнее душа.
В моде - «чистопородные» пролетарии. Поэтому бывшие господа подлежат «уплотнению». Но профессор Преображенский защищён своей известностью. Это герой-резонёр, так как может открыто критиковать большевиков. Критикует формулу «кто был ничем, тот станет всем». По его мнению, это невозможно. Это подтверждает уже упомянутая разруха на улицах. Но на самом деле «разруха не в клозетах, а в головах».
Оппонент Преображенского – некий Швондер. Его позиция – отнять и поделить. Для сравнения Преображенский достиг благополучия умом и усердием. Впрочем, автор иронизирует и над ним. Преображенский всегда отвергал революцию, хотя сам ее совершил: создал из старого «человеческого материала» новую личность. Но революция не удалась, ибо профессор просчитался с исходным материалом. Его Шариков «беспартийный», но «сочувствующий». Он быстро привык к сложившимся условиям и, более того, стал угрожать людям и Преображенскому, требуя часть имущества. И Преображенский сворачивает революцию. На уровне повествования всё окончилось благополучно, ведь Шариков вновь становится псом. Но на уровне жизни есть ещё сотни Шариковых, Швондеров, организаций вроде Совета Народного Хозяйства… В этом горькая сатира Булгакова.
Еще можно вспомнить «Белую гвардию» Булгакова. Писатель воплотил в романе идею сохранения дома, родного очага после всех потрясений революции и гражданской войны.
Кроме того, по Булгакову, все власти, сменяющие друг друга в гражданской войне, враждебны интеллигенции.
Писатель считал, что сохранить «гавань с кремовыми шторами» нужно, несмотря ни на что. Булгаков считал, что интеллигентам, уцелевшим в огне гражданской войны, надо примириться с советской властью. Однако при этом следует сохранить достоинство и неприкосновенность внутреннего духовного мира.
М. А. Булгаков противопоставляет хаосу истории гармонию жизни Турбиных в «Белой гвардии»/«Днях Турбиных». Поэтому велика роль деталей: печь с изразцами, кремовые шторы, голубые гортензии, мебель красного бархата, чашки с нежными цветами. Эти детали, становясь лейтмотивами, делают простые родственные отношения символом устойчивости.
Проза Булгакова
Список того, что я тут упомяну у него: роковые яйца, собачье сердце, белая гвардия, театральный роман, зойкина квартира (но не забывайте, что у него очень много всего написано было, многое даже маленькое (типа столица в блокноте или спиритический сеанс, - но мы, конечно, должны огромное читать))
Немного о биографии: Михаил Булгаков родился в Киеве в семье доцента духовной академии. Поступил на медицинский факультет Императорского университета, после окончания был призван в армию. Работал военным врачом. После – земским врачом в Смоленской глубинке (впоследствии об этом в «Записках юного врача»). Летом 1919 г. его мобилизовали в Красную армию, но быстро перебежал на сторону белых и работал на них во Владикавказе. В 1920 г. оставил медицину и стал журналистом местной газеты «Кавказ». После разгрома деникинской армии больной тифом Булгаков не смог эмигрировать и остался в СССР, в Москве. Жить было не на что, Стал подрабатывать написанием фельетонов и репортажей.
Литературный дебют только в 1924 г.: повесть «Дьяволиада», первая часть повести «Записки на манжетах» и первая часть романа «Белая гвардия». В 1925 г. – повесть «Роковые яйца», на которую обратила внимание критика. Главный герой – профессор Персиков, пародийно наделенный некоторыми чертами Ленина. Хочет решить проблему голода и изобретает красный «луч жизни», способствующий быстрому размножению яиц. Но от «красного луча» рождаются чудовищные пресмыкающиеся, создающие угрозу гибели страны. Подтекст очевиден. ↓↓ внизу дальше про роковые яйца
Роковые яйца (1925) (на брифли неплохой пересказ, если не хотите читать)
Прорывное научное открытие профессора Персикова оборачивается нашествием на Москву гигантских змей, крокодилов и страусов. Фантастический сюжет, частично позаимствованный из романа Герберта Уэллса «Пища богов», у Булгакова обретает сатирический и злободневный смысл: когда революционные идеи берут на вооружение проходимцы и глупцы, это ведёт к неминуемой катастрофе, в которой гибнут и глупцы, и проходимцы, и авторы этих идей. Хоть события, изложенные Булгаковым, фантастичны, действие происходит в реальном месте, персонажи (не только профессор Персиков, но и все остальные) тоже вполне жизнеспособные граждане новой страны. Да и научное открытие не является сказочным, у него лишь фантастические последствия. Но в целом повесть реалистична, хотя некоторые её элементы окрашены гротескно, сатирически. Темы:
- Центральная тема — неосторожность людей в обращении с новыми научными изобретениями и непонимание опасности последствий такого обращения. Люди вроде Рокка мыслят узко и хотят добиться цели любыми средствами. Им наплевать, что будет после, их интересует только сиюминутная выгода от того, что может обернуться крахом завтра же.
- Вторая тема — социальная: неразбериха в управленческих структурах, из-за которой может произойти любое бедствие. Ведь если бы необразованный Рокк не был допущен заведовать совхозом, катастрофы не произошло бы.
- Третья тема — безнаказанность и огромное влияние средств массовой информации, безответственных погоне за сенсациями.
- Четвёртая тема — невежество, которое вылилось в непонимание многими людьми причинно-следственной связи и нежелание в ней разбираться (они обвиняют в наступившем бедствии профессора Персикова, хотя на самом деле виноват Рокк и власти, которые ему содействовали).
Проблематика:
Проблема авторитарной власти и её губительного влияния на все сферы общества. Наука должна быть отделена от государства, но это было невозможно в условиях советской власти: искаженная и упрощенная наука, подавляемая идеологией, демонстрировалась всем людям при помощи газет, журналов и других средств массовой информации.
Кроме того, в «Роковых яйцах» обсуждается социальная проблема, которая заключается в неудачной попытке советского строя совместить научную интеллигенцию и остальные слои населения, далёких от науки вообще. Не зря в повести показано, как сотрудник НКВД (фактически представитель власти), охраняющий Персикова от журналистов и шпионов, находит общий язык с простым и безграмотным сторожем Панкратом. Автор подразумевает то, что они с ним на одном интеллектуальном уровне: разница лишь в том, что у одного есть особый значок под воротником куртки, а у другого нет. Автор намекает на то, насколько несовершенна такая власть, где недостаточно образованные люди пытаются контролировать то, в чем сами толком не разбираются.
Немаловажная проблема повести — безответственность тоталитарной власти перед обществом, которую символизирует неосторожное обращение Рокка с «лучом жизни», где сам Рокк — это власть, «луч жизни» — способы воздействия государства на людей (идеология, пропаганда, контроль), а рептилии, пресмыкающиеся и страусы, вылупившиеся из яиц — само общество, сознание которого исковеркано и повреждено. Совсем другой, более разумный и рациональный способ управления обществом символизирует профессор Персиков и его научные эксперименты, требующие осторожности, учёта всех тонкостей и внимательности. Однако именно этот способ искореняется и исчезает вовсе, потому что толпа ведома и не желает самостоятельно разбираться в тонкостях политики.
Собачье сердце (1925) – в принципе это просто на всякий случай, ибо напечатали её достаточно поздно после написания
Профессор Преображенский, хирург, делающий операции по омоложению, проводит смелый эксперимент — превращает пса Шарика в человекоподобное существо по имени Полиграф Полиграфович Шариков. С его появлением в профессорский дом проникает разруха, а в гости всё чаще наведываются брутальные люди в кожаных куртках, твердящие об уплотнении квартиры. В России «Собачье сердце» впервые было опубликовано только в 1987 году: в эпоху перестройки в повести увидели не только сатиру на раннесоветскую действительность, но и предчувствие Большого террора. Эксперимент Преображенского — символ рождения новой страны и нового человека. В «Собачьем сердце» это рождение выглядит как непредвиденный результат смелых интеллигентских фантазий.
В Собачьем сердце – картины постреволюционной России, разруха и неустроенность нового быта. Даже пес Шарик, жалуется. Выбор главного героя – пса – неслучаен. Булгаков помнил слова Горького, что революционный эксперимент обречён на провал, так как выпустит наружу «звериный русский быт».
Тема эксперимента – сквозная. О нем пишется с помощью фантастики и гротеска, впрочем, в этом Булгаков не был новатором, идет вслед за Салтыковым-Щедриным. Однако цель профессора Преображенского – не только эксперимент на уровне тела. Об этом говорит его фамилия. Ему важнее душа. Булгакову, учитывая исторический фон повести, также важнее душа.
В моде - «чистопородные» пролетарии. Поэтому бывшие господа подлежат «уплотнению». Но профессор Преображенский защищён своей известностью. Это герой-резонёр, так как может открыто критиковать большевиков. Критикует формулу «кто был ничем, тот станет всем». По его мнению, это невозможно. Это подтверждает уже упомянутая разруха на улицах. Но на самом деле «разруха не в клозетах, а в головах».
Оппонент Преображенского – некий Швондер. Его позиция – отнять и поделить. Для сравнения Преображенский достиг благополучия умом и усердием. Впрочем, автор иронизирует и над ним. Преображенский всегда отвергал революцию, хотя сам ее совершил: создал из старого «человеческого материала» новую личность. Но революция не удалась, ибо профессор просчитался с исходным материалом. Его Шариков «беспартийный», но «сочувствующий». Он быстро привык к сложившимся условиям и, более того, стал угрожать людям и Преображенскому, требуя часть имущества. И Преображенский сворачивает революцию. На уровне повествования всё окончилось благополучно, ведь Шариков вновь становится псом. Но на уровне жизни есть ещё сотни Шариковых, Швондеров, организаций вроде Совета Народного Хозяйства… В этом горькая сатира Булгакова. Напечатать повесть так и не удалось.
Театральный роман (1936) (записки покойника)
Сатира на советскую театральную жизнь, а также ироническая интерпретация Булгаковым собственной карьеры писателя и драматурга. В описываемом театре легко угадывается МХАТ, а в персонажах — реальные люди, в том числе Станиславский и Немирович-Данченко. Текст известен под двумя названиями: «Театральный роман» и «Записки покойника». Историю, написанную от лица писателя Сергея Максудова, предваряет замечание, что автор записок покончил жизнь самоубийством и, кстати, не имел никакого отношения к миру театра. Роман остался неоконченным: за четыре года до смерти Булгаков сосредоточился на работе над «Мастером и Маргаритой». Подзаголовок «Театральный роман» дает, в первую очередь, тематическую характеристику произведения. Однако свойство «театральности» — не только на тематическом, но и на жанровом уровне — присуще также двум другим романам писателя: художественный мир «Белой гвардии» включает мотивы оперы и «оперетки», а в поэтике «Мастера и Маргариты» важную роль играют черты эстрадного обозрения в духе театра Варьете. Предисловие к высказыванию: если кратенько, у булгакова отказывались показывать его пьесы во мхате. «Очередной разгром, по сути театральное уничтожение, надо было пережить как свершившийся и бесповоротный факт. <...> «Записки покойника» сочинены человеком, как бы переставшим существовать. Смеховая природа романа — пограничная. Это смех на пороге небытия, это театр, увиденный с порога исчезающей жизни» (А. Смелянский). Не случайно главный герой «Записок покойника» Максудов, живущий в Москве, кончает жизнь самоубийством в родном городе автора романа — Киеве. Писатель мысленно возвращается к событиям примерно десятилетней давности: воспоминания о работе над романом «Белая гвардия» (в «Записках...» он назван «Черным снегом»), история создания и постановки пьесы «Дни Турбиных» соединяются в его сознании с эпизодами недавних репетиций многострадального «Мольера». Как отмечал А. Смелянский, первый период отношений Булгакова и МХАТа, исполненный взаимной любви, ощущается в атмосфере «Записок покойника» в гораздо меньшей степени, нежели те формы театральной жизни, которые утвердились во МХАТе в 30-е годы. В первом приближении, «Записки...» воспринимаются как памфлет на МХАТ и московскую литературную общественность. Понимая это, Булгаков, неоднократно читавший роман друзьям-актерам, написал специальное «Предисловие для слушателей», в котором юмористически обыгрывал волну слухов, поднятую его книгой Вместе с тем, театр в «Записках...» предстает не просто как своеобразная система отношений, но как особая «запредельная» реальность: он сопоставляется (хотя и комически) с монастырем и даже с загробным миром («Мне стало казаться, что вокруг меня бегают тени умерших»); контора Фили, «заведующего внутренним порядком», предстает пародийным «чистилищем»; «Сивцев Вражек», вотчина Ивана Васильевича, обретает черты сказочного «тридевятого царства», а сам он напоминает Кащея Бессмертного (характерно, что Булгаков дает этому персонажу имя легендарного «грозного царя» и одновременно героя запрещенной пьесы»). Специфичны не только театральные нравы — театр предстает как особый пространственно-временной континуум, противопоставленный внешнему миру. Что касается общей структуры художественного времени, то, как и во многих булгаковских произведениях, в фабуле «Записок» существенна годовая цикличность. Трудно определить, сколько лет должно было бы занимать все целиком, включая «Предисловие», действие романа (во всяком случае, не менее пяти), — однако количество этих лет непременно выражается целым числом, ибо события постоянно возвращаются к одному и тому же времени года. Если расположить фабульные эпизоды по хронологии, то возникает следующая картина: в апреле Максудов заканчивает писать роман: в апреле следующего года он пишет первую картину пьесы, а в конце апреля получает письмо от Ильчина и 29 апреля встречается с ним в театре; весной (но не ранее, чем еще через два года, поскольку репетиции в театре начинаются 22 января, а обрывается фабула в июне) Максудов заканчивает (вернее, прерывает) свои записки, через два дня отправляет рукопись автору «Предисловия» и кончает жизнь самоубийством; весной следующего гада автор предисловия, который «в течение года наводил справки о родных или близких Сергея Леонтьевича», исполняет его волю и выпускает записки в свет под своими именем (как того хотел покойный). Затрагивается в булгаковском романе и собственно тема творчества — вопрос о сущности искусства и природе таланта художника. Максудов не приемлет плоского копирования окружающей жизни, которое практикуют все знакомые ему литераторы. Его собственные роман и пьеса приходят не извне, а изнутри — рождаются из воспоминаний и переживаний, поэтому они жизнеподобны в высшем, а не в плоско-натуралистическом смысле. О своей пьесе герой «Записок...» говорит: «Ей нужно было существовать, потому что я знал, что в ней истина». Точно так же твердо уверен он в своем призвании. Учитывая трагический финал судьбы Максудова, можно отметить, что он предстает «неузнанным пророком» и в этом смысле явно напоминает героя романа «Мастер и Маргарита».